хрестоматия Аникин

Ты сходи, посмотри На невесту свою — Она в спальне своей

Спит с кинжалом в груди.

Я глаза ей закрыл, Утопая в слезах. Поцелуй мой застыл У нее на устах.

20

Окрасился месяц багрянцем,

Иволны шумели у скал...

—Поедем, красотка, кататься. Давно я тебя ожидал!

—Поедем, я еду охотно,

Я волны морские люблю; Дай парусу полную волю. Сама я присяду к рулю.

— Ты правишь в открытое море, Где с бурей не справиться нам — В такую шальную погоду Нельзя доверяться волнам.

— Нельзя, почему ж, дорогой мой? Как в прошлой минувшей судьбе Ты вспомни, изменник коварный, Как я доверялась тебе!

От этой измены коварной Немало страдает сердец...

И только скажу, умирая. Обоим нам будет конец!

— Послушай, мы жизнью рискуем, Безумная, руль поверни! ' На это сердитое море.

На эти на волны взгляни!

Здесь волны бросаются с ревом На наш беззаш,итный челнок...

— Прочь весла от гибели верной. Никто чтоб спасти нас не мог!

992

Всю ночь волновалося море,

Иволны шумели у скал...

Наутро же ветер два трупа

Ищепки от лодки пригнал.

21

Девушку из маленькой таверны Полюбил суровый капитан За глаза пугливой дикой серны,

За улыбку, как морской туман.

Полюбил за пепельные косы. Алых губ нетронутый коралл, В честь которых бравые матросы Осушили не один бокал.

С берегов, похожих на игрушки. Где коврами бархат на лугах. Для нее скупались безделушки, Ожерелья, кольца, жемчуга.

Каждый год с апрельскими ветрами Из далекйх океанских стран Белый бриг, наполненный дарами, Привозил суровый капитан.

А она с улыбкой величавой Принимала ласки и привет. Но однажды гордо и лукаво Бросила безжалостное «Нет!»

Он ушел, суровый и далекий. Не сказав ни слова в этот миг, А на утро в море на востоке Далеко маячил белый бриг.

И в тот год с весенними ветрами Из далеких океанских стран К берегам, приветливым и теплым. Не вернулся больше капитан.

Девушка из маленькой таверны Целый день сидела у окна, И глаза пугливой дикой серны Налились слезами дополна.

и никто не понимал в таверне. Даже сам хозяин кабака — Девушка из маленькой таверны Бросилася в море с маяка.

Так погибли пепельные косы, Алых губ нетронутый коралл В честь которых бравые матросы Осушили не один бокал.

22

Гудки тревожно загудели, Народ валит густой толпой. А молодого коногона Несут с разбитой головой.

—Зачем ты, парень, торопился, Зачем коня так быстро гнал? Или десятника боялся.

Или в контору задолжал?

—Десятника я не боялся.

Вконтору я не задолжал.

Меня товарищи просили. Чтоб я коня быстрее гнал.

Ох, шахта, шахта, ты — могила. Зачем сгубила ты меня? Прош,айте, все мои родные, — Вас не увижу больше я. —

В углу заплачет мать-старушка. Слезу рукой смахнет отец.

И дорогая не узнает.

Каков мальчишки был конец.

— Прощай, Маруся ламповая'. Ты мой товарищ стволовой^. Тебя я больше не увижу — Лежу с разбитой головой. —

Гудки тревожно загудели, Народ валит густой толпой. А молодого коногона Несут с разбитой головой.

' Л ам повая — ламповщица, заправляла керосином лампы шахтеров.

^ Ст воловой — рабочий, регулирующий движение клети по шахтному стволу.

994

23

Вот вечер вечереет. Все с фабрики идут. Маруся отравилась.

Вбольницу повезут.

Вбольницу привозили, Ложили на кровать. Два доктора с сестрицей

Старались жизнь спасать.

—Спасайте, не спасайте — Мне жизнь не дорога.

Я милого любила, Такого подлеца. —

Пришла ее мамаша; Хотела навестить.

Адоктор отвечает:

—Без памяти лежит. —

Пришли ее подружки: Хотели навестить.

Адоктор отвечает:

—Уж при смерти лежит. —

Пришел и друг любезный: Хотел он навестить.

Адоктор отвечает:

—В часовенке лежит. —

Идет милой в часовню. Там черный гроб стоит.

Ав этом черном гробе Марусенька лежит.

—Маруся ты, Маруся, Открой свои глаза.

Аесли не откроешь. Умру с тобой и я.

Маруся ты, Маруся, Открой свои глаза. —

Асторож отвечает:

—Давно уж померла. —

Авечер вечереет.

Густая тьма легла. Маруся отравилась. Маруся умерла.

Тюремные и каторжные песни и романсы

24

Там вдали при долине Громко пел соловей...

А я мальчик на чужбине Позабыт от людей.

Позабыт-позаброшен С молодых юных лет,

Яостался сиротою, Счастья-доли мне нет.

Якуда ни поеду,

Якуда ни пойду,

А родного уголочка Для себя не найду.

Вот нашел уголочек, Да и тот не родной,

В исправдоме за решеткой. За кирпичной стеной.

Привели, посадили,

Ая думал — шутя,

Анаутро объявили:

—Расстреляют тебя. —

Вот убьют, похоронят,

Ине будет меня,

Иродные не узнают. Где могила моя.

На мою на могилку, Знать, никто не придет, Только раннею весною Соловей пропоет.

Пропоет, прощебечет И опять улетит...

Моя бедная могилка Одиноко стоит.

Удругих на могилках Все венки да цветы,

Уменя, сиротинки, — Обгорелы пеньки.

996

26

Эх ты, доля, моя доля. Доля-долюшка моя.

Ах, зачем же, злая доля. До Сибири довела?

Не за пьянство иль буянство. Не за ночной разбой, Стороны родной лишился За крестьянский мир честной.

Год в ту пору был голодный. Стали подати сбирать И последнюю скотинку За бесценок продавать...

Эх ты, доля, моя доля, Доля-долюшка моя.

Ах, зачем же, злая доля. До Сибири довела?

26

Далеко в стране Иркутской, Между двух огромных скал Обнесен большим забором Александровский централ'.

На передних на воротах Огромна вывеска висит,

Анад ней орел двуглавый Позолоченный стоит. Чистота кругом, порядок. Нигде соринки не найдешь,

Аподметалов там немало, —

Вкаждой камере найдешь. По дорожке тройка мчится,

Вней неизвестный господин; Поравнялся с подметалом — Тройку вмиг остановил:

—Ты скажи мне, подметало. Это чей огромный дом.

Кто хозяин сего дома

Икак фамилия ему?

—Этот, барин, дом казенный,

I Александровский централ — центральная ссыльно-каторжная тюрьма в селе Александровском Иркутской губернии.

997

Александровский централ, А хозяин того дому Кровопивец Николай'. — Шапку снял, перекрестился, Как заметил кандалы;

—А за что тебя карают. Ты, голубчик, расскажи.

—Всего, барин, не припомнишь. Кто за что сюда попал:

Кто за пьянку, кто за драку, Кто за подделку векселей\

Кто за побег с военной службы, Кто за начальство-сволочей.

А я попал сюда случайно — За изменницу-жену.

Яубил ее не тайно. Сам сознался на суду.

Всего, барин, не расскажешь, Кто за что сюда попал,

Яуж сам седьмое лето.

Как свободы не видал.

27

По диким степям Забайкалья, Где золото роют в горах. Бродяга, судьбу проклиная. Тащился с сумой на плечах.

Идет он густою тайгою.

Где пташки одни лишь поют, Котел его сбоку тревожит, Сухие коты^ ноги бьют.

На нем рубашонка худая.

Со множеством разных заплат. Шапчонка на нем арестанта И серый тюремный халат.

Бежал из тюрьмы темной ночью, В тюрьме он за правду страдал — Идти дальше нет больше мочи. Пред ним расстилался Байкал.

‘ Николай — Николай И, российский император.

^Вексель — денежный документ.

^Коты — грубая кожаная (и веревочная, лапти) обувь,

998

Бродяга к Байкалу подходит, Рыбацкую лодку берет И грустную песню заводит — Про родину что-то поет;

«Оставил жену молодую И малых оставил детей, Теперь я иду наудачу,

Бог знает, увижусь ли с ней!»

Бродяга Байкал переехал, Навстречу родимая мать.

—Ах, здравствуй, ах, здравствуй, мамаша. Здоров ли отец, хочу знать?

—Отец твой давно уж в могиле.

Сырою землею зарыт, А брат твой давно уж в Сибири,

Давно кандалами гремит.

Пойдем же, пойдем, мой сыночек. Пойдем же в курень' наш родной. Жена там по мужу скучает И плачут детишки гурьбой.

28

Глухой неведомой тайгою. Сибирской дальней стороной Бежал бродяга с Сахалина Звериной узкою тропой.

Шумит, бушует непогода. Далек, далек бродяге путь. Укрой, тайга его глухая. Бродяга хочет отдохнуть.

Там далеко за темным бором Оставил родину свою. Оставил мать свою родную, Детей, любимую жену.

— Умру, в чужой земле зароют. Заплачет маменька моя..; Жена найдет себе другого, А мать сыночка никогда.

Курень — жилище: дом, изба, шалаш.

999

29 Окрести, мамаша, маленьким кресточком, Помогают нам великие кресты.

Может, сыну твоему, а может, дочке Отбивают срок казенные часы.

Припев:

А ну-ка, парень, подними повыше ворот. Подними повыше ворот и держись.

Черный ворон, черный ворон, черный ворон Переехал мою маленькую жизнь.

На глаза надвинутая кепка. Рельсов убегаюш,ий пунктир.

Нам попутчиком с тобой на этой ветке Будет только лишь строгий конвоир.

Припев.

А если вспомнится красавица молодка. Если вспомнишь отчий дом, родную мать. Подними повыше ворот и тихонько Начинай ты эту песню напевать.

Припев.

30

Чубчик, чубчик, чубчик кучерявый! Развевайся, чубчик, по ветру! Раньше, чубчик, я тебя любила,

Итеперь забыть я не могу. Раньше, чубчик, я тебя любила,

Итеперь забыть я не могу.

Бывало, шапку наденешь на затылок, Пойдешь гулять иль днем иль вечерком. Из-под шапки чубчик так и вьется.

Эх, так и вьется, вьется по ветру Из-под шапки чубчик так и вьется. Эх, так и вьется, вьется по ветру.

Пройдет зима, настанет лето, В саду деревья пышно расцветут,

Амне бедному да мальчонке. Эх, цепями ручки-ножки закуют,

Амне бедному да мальчонке.

Эх, цепями ручки-ножки да закуют.

1000

Но я Сибири, Сибири не страшуся! Сибирь ведь тоже русская земля!

Эх! Вейся, так вейся, чубчик кучерявый! Эх, развевайся, чубчик, по ветру!

Так вейся, вейся, чубчик кучерявый! Эх, развевайся, чубчик, по ветру!

31

Цыганка с картами, дорога дальняя, Дорога дальняя, казенный дом.

Быть может, старая тюрьма Центральная Меня, бездомного, по-новой ждет.

Быть может, старая тюрьма Центральная Меня, бездомного, по-новой ждет.

Припев:

Централка, все ночи, полные огня. Централка, зачем сгубила ты меня? Централка, я твой бессменный арестант. Погибли юность и талант в твоих стенах.

Ибез гадания всю знаю правду я: Решетки толстые мне суждены, Опять по пятницам пойдут свиданьица

Ислезы горькие моей жены.

Опять по пятницам пойдут свиданьица И слезы горькие моей жены.

Припев.

Прощай, не встретимся, живи случайностью. Иди привычною своей тропой,

Ипусть останется навеки тайною. Что и у нас была весна с тобой.

Ипусть останется навеки тайною. Что и у нас была весна с тобой.

Припев.

32

Ввоскресенье мать-старушка К воротам тюрьмы пришла,

Вузелке родному сыну Передачу принесла

—Передайте передачу,

А то люди говорят.

Что в тюрьме-то заключенных

1001