Манна земная

Еще более парадоксально заблуждение руководства того же комбината относительно выпуска манной крупы. На основе сравнения цены и себестоимости директор считает, что ее производство убыточно.

Но манная крупа не производится сама по себе. Она является одним из продуктов, получаемых в результате помола пшеницы. Одновременно с манкой из этого же зерна выходит пшеничная мука высшего, первого и второго сортов, а также отруби.

Соответственно, сравнивать между собой можно затраты на переработку определенного количества зерна и выручку от продажи получаемого из него набора продуктов. Отдельных затрат на производство манки или пшеничной муки первого сорта просто не существует.

Однако отсутствие экономического смысла данной величины не является преградой для составления методик ее расчета. Утвержденные еще во времена советской власти отраслевые инструкции содержат коэффициенты разнесения общих затрат на переработку зерна по различным видам получаемой из него продукции.

Вот и выходит, что пшеничную муку высшего сорта производить выгодно, а получаемую одновременно с ней манку — нет.

Поистине, мельница абсурда.

Лишние пассажиры

В основе стремления считать удельные затраты, скорее всего, лежит удобство сравнения. Ведь цена, с которой необходимо соизмерять издержки производства, определяется за единицу продукции. Следовательно, и затраты лучше считать на единицу. Однако сопоставлять между собой необходимо не цену и себестоимость, а ожидаемые доходы и расходы. Поскольку и те, и другие зависят от объема выпуска (реализации), исследованию подлежит вопрос: выгодно или не выгодно выпускать данный вид продукции? И если выгодно, то в каком объеме?

Но, может быть, себестоимость единицы продукции является необходимым инструментом для анализа целесообразности увеличения (уменьшения) запланированного объема выпуска? Например, принятия решения о возможности оказания дополнительного количества услуг за более низкую цену?

Опять-таки нет. Убеждение, что цена за оказание дополнительной услуги не должна быть ниже, чем средние издержки, рассчитанные для запланированного объема выпуска, противоречит первой заповеди экономического мышления: прошлое не подлежит оптимизации.

Простой пример. В расходы авиакомпании на выполнение конкретного рейса входят затраты на аренду самолета, плата за аэродромное и аэронавигационное обслуживание, расходы на горючее, заработная плата летчиков и стюардесс и многое-многое другое, практически не связанное с тем, сколько именно пассажиров летит сегодня из Москвы в Лондон.

За пару дней до рейса выясняется, что билеты проданы на семьдесят процентов от количества мест. Надежд на новых пассажиров практически нет. Но некая турфирма готова купить билеты на оставшиеся места, если ей будет предоставлена значительная скидка.

Условия задачи таковы. Плановая себестоимость обслуживания одного пассажира существенно выше предложенной цены. А дополнительные расходы на удовлетворение заявки турфирмы много меньше, чем дополнительные доходы от стопроцентной загрузки.

Если сравнивать между собой цену и себестоимость, от пассажиров нужно отказываться. Если приращение доходов и расходов — обязательно брать. Руководству авиакомпании хватает ума, чтобы делать второе.

Тогда зачем считать первое?

* * *

Себестоимость единицы продукции — искусственный показатель, плохо пригодный для принятия хозяйственных решений. Сравнивать между собой нужно приращения доходов и расходов. А не цену и себестоимость.

Заповедь восьмая. РИСКИ ИМЕЮТ СТОИМОСТЬ

Риски — такой же фактор хозяйственной деятельности, как земля, труд, капитал. Подобно другим факторам, они вносят свой вклад в формирование издержек производства. Покупаются и продаются. То есть, имеют стоимость.