348 Раздел IV. Прикладная этика: проблемы и решения

Глава 15. Этика и культура общения

349

ношений» в организации производства, разработку «технологии» обще­ния. Не менее значимо знание психологии личности, лидера и «толпы», а также законов их общения в политике. Сегодня их целенаправленное использование предоставляет возможности как для установления взаи­мопонимания и согласия, так и для разжигания конфликтов и конфрон­тации в обществе на самых разных уровнях. Эта же особенность обще­ния может быть использована и в личных взаимоотношениях;

- жизненная потребность и условие человеческого счастья

Эта функция наиболее значима для самоощущения индивида, ибо она раскрывает интимный характер общения, выступающего внутрен­ней, зачастую неосознаваемой потребностью каждого человека, скрытым мотивом его действий и поступков. При этом на первый план по значи­мости выступают такие черты общения, как избирательность и направ­ленность на определенный объект, далее — вытекающие из названных свойств наличие обратной связи, взаимность выбора и взаимопонима­ние. Эта потребность полнее всего реализуется в таких высших формах человеческого общения, как дружба и любовь.

Выявленные ролевые функции общения позволяют рассматри­вать его ценность по меньшей мере в двух аспектах: как утилитар­но-прагматическую, ориентированную на достижение социально зна­чимых результатов, и как самоценность — общение ради общения, смыслом которого является самовыражение и духовное сопряжение людей, приобщающихся к духовным ценностям партнера по обще­нию и тем самым умножающих собственные. В этом смысле можно выделить разные уровни ценности (значимости) общения: для себя (Я-значимость), для другого (Ты-значимость), для группы или об­щества в целом (Мы-значимость).

15.2. Одиночество: трагедия разобщения?¹

Если такой высокой ценностью, значимостью обладает общение, то насколько страшным и безвыходным должно выглядеть одино­чество. Ведь человек — по сути своей существо общественное — самой своей природой ориентирован на общение. Неудивительно,

¹ При написании Данного параграфа использована книга А.Б. Демидова «Феномены человеческого бытия». Мн., 1997.

что самым тяжким наказанием для него является одиночное заклю­чение, а аскеза одиночества — высшая форма монашеского подви­га. Именно в общении человек осознает себя, вступает во взаимоот­ношения, испытывает чувства солидарности, любви, дружбы. Чувство оторванности, изолированности, зачастую внушающее ужас и тоску, может быть смягчено лишь общением с людьми или другими живы­ми существами. Вместе с тем все обстоит не так просто.

Одиночество, ставшее в XX веке, по оценке Н.А. Бердяева, ос­новной проблемой человеческой личности и всей философии суще­ствования, явление отнюдь не новое. Переживания, связанные с оди­ночеством, были известны человеку и раньше. И поэтому осознание бесприютности и одиночества человеческого существования возникло в истории европейской мысли не вдруг и не сразу. Этот процесс углублялся от эпохи к эпохе, и с каждой ступенью, по мнению М. Бу-бера, одиночество становилось все холоднее и суровее, а спастись от него было все труднее.

М. Бубер различает в истории «эпохи обустроенности» и «эпо­хи бездомности». В эпоху обустроенности человек чувствует себя органичной частью космоса — как в обжитом доме. В эпоху без­домности мир уже не кажется ему гармоничным целым, и человеку трудно найти себе «уютное место» в нем — отсюда чувство непри­каянности и «сиротства».

Самочувствие обустроенности было характерно для космогонического мышления древних греков. Человек тут — не гость в странном и непо­нятном мире, а обладатель собственного угла в мироздании. В рамках такого мировоззрения человек не осознавал себя фатально одиноким. Христианская вера и мысль создали новый космический «дом» для одинокой человеческой души. Христианство не только «обустроилось», его мир стал даже еще более замкнут, чем мир древних: ибо теперь не только пространство, но и время, представлявшееся грекам цикличным, стало замюгутым, имеющим начало и конец, первый день творения и день Страшного суда соответственно.

В Новое время, в результате развития научного познания и перемен в мировоззрении, личность «стала бездомной посреди бесконечного». «...Был расторгнут изначальный договор Вселенной и человека, и чело­век почувствовал, что он в этом мире пришелец и одиночка».

Это ощущение бездомности и затерянности во Вселенной усугуби­лось в XX веке: космос Эйнштейна можно помыслить, но нельзя вооб­разить и почувствовать. Человек остался один на один с миром. Это