13.3.3. Любовь к природе

Сегодня в решении экологических проблем все более актуаль­ными и эффективными становятся не столько технологические меры, сколько требования духовного порядка, такие, например, как пред­писание относиться к природе <<с любовью и уважением» (А. Лео­польд), выступающее одним из основных моментов новой гумани­стической ментальности. Любовь при этом представляется как внутренний отклик души человека на красоту, гармонию природы

300 Раздел IV. Прикладная этика: проблемы и решения

Глава 13. Экологическая этика 301

в целом, отклик на глубинное в природе — все то, что остается за пределами научного познания. Но такая любовь возможна, если душа человека не угнетена жаждой самоутверждения, покорения природы, получения от нее максимальной прибыли. Любовь к при­роде не означает также, что человек полностью подчиняется после­дней. Здесь главное — стремление понять природу.

Идеалом экоэтики является не только человеческая любовь к стихий­ным силам природы (которые нередко бывают враждебны к человеку), но и любовь самой преобразуемой природы к человеку, даже если его действия враждебны по "отношению к ней. В принципе, это возможно, если формирование соприродного или сверхприродного Иного осуще­ствляется при преобладающем воздействии высоконравственных, уме­лых и исполненных любви к природе людей. Иными словами, «лю­бовь» Иного по отношению к нам есть отражение нашей любви к природе, своим творениям и друг к другу.

Безусловно, в основе призыва «любить природу» лежат благие намерения, и можно привести ряд достаточно весомых аргументов в пользу того, что к природе надлежит относиться по-доброму. Но едва ли можно обращаться с призывом «любить природу» ко всем людям, ко всему человечеству. Для «любви к природе» необходимо как внешнее, так и внутреннее освобождение — «освобождение сер­дца», которое достигается внутренним «трудом души», в результате чего «не-человеческий субъект» признается источником подобной любви, равным субъекту человеческому. Кроме того, следует по­мнить, что «любовь взаимна» и что в нынешней ситуации конфлик­тных взаимоотношений человека и природы у нас слишком мало оснований рассчитывать именно на такую форму взаимности.

«Очеловечение», «гуманизация» природы выражается в стрем­лении улучшить ее, улучшая тем самым и себя — ее часть. Любовь и творчество являются атрибутами целостной личности и поэтому предварительным условием того, чтобы любовно-творческое отно­шение к природе стало реальностью, выступает становление челове­ка как нравственной личности.

13.3.4. Свобода и морально-экологическая ответственность

У современного человека имеется целый спектр возможностей, для того чтобы, основываясь на знании экологических законов, можно было сознательно воздействовать на процесс гармонизации своих

отношений с природой, сдерживая действие одних закономерностей и создавая условия для проявления других. Именно степень позна­ния социоприродных закономерностей и степень возможного овла­дения и «манипулирования» ими не только определяют уровень достигнутой человеком свободы в его взаимодействии с природой, но и указывают на объективное содержание его морально-экологи­ческой ответственности.

Понятие экологической свободы предполагает, на наш взгляд, возможность, способность и моральную готовность личности дей­ствовать в и по отношению к природной среде своего обитания в со­ответствии с мерой собственной экологической культуры. По сути дела, экологическая свобода определяется морально-экологической ответственностью, которую можно рассматривать как осознание человеком необходимости экологической деятельности, ориентиро­ванной на учет принципа коэволюции общества и природы и даль­нейшую гармонизацию их взаимодействия. В таком понимании мо­рально-экологическая ответственность выступает и как мера исторической ответственности, ибо она характеризует принятие решений, реализация которых имеет кардинальное значение для исторического процесса в целом.

Одной из форм морально-экологической ответственности явля­ется долг людей перед природой, в частности перед животными. И. Кант считал, что это — косвенный долг человека перед самим собой, перед другими людьми:

«В отношении живой, хотя и лишенной разума, части тварей насиль­ственное и вместе с тем жестокое обращение с животными еще более противно долгу человека перед самим собой, так как этим притупляет­ся сочувствие человека к их страданиям и ослабляются и постепенно уничтожаются естественные задатки, очень полезные для моральности в отношениях с другими людьми, хотя человек имеет право на их бы­строе (совершаемое без мучений) умерщвление или на то, чтобы зас­тавлять их работать напряженно, сверх сил (с такого рода работой и людям приходится мириться). Мучительные же физические опыты в интересах одной лишь спекуляции, если цель могла быть достигнута и без них, отвратительны. Даже благодарность за долголетнюю работу старой лошади или за длительную службу собаки (как если бы они были членами семьи) есть косвенно долг человека, а именно в отноше­нии этих животных, но непосредственно она есть долг человека перед самим собой».