Глава 3. Приемная правителя

Настоящий чекист должен иметь холодный ум,

горячее сердце и чистые руки

Феликс Дзержинский

Итак, Приемная. Каждый из нас бывал в подобной приемной. Там вас встречает секретарь, которая не особенно рада вас видеть, о чем тут же недвусмысленно дает понять. Вы садитесь на один из ряда стульев и начинаете ждать. Даже если вам придется ждать всего 10-15 минут, у вас все равно хватит времени, чтобы подумать о «вечном» и если не впасть в состояние безысходной тоски, то хотя бы подрастерять уверенность в себе.

Наконец вас приглашают и вы заходите в кабинет (двери двойные и тяжелые).

И вот сам кабинет. Он поражает своими огромными размерами. При этом все здесь на своих местах и все имеет свой смысл. Здесь свой феншуй с собственной логикой.

У первого лица «системы» самый большой кабинет. Вам нужно пройти с десяток шагов, чтобы приблизиться к столу Т-образной формы. И даже после этого до хозяина кабинета будет оставаться метров пять. Вы должны ощутить субординацию и как следует ею проникнуться, если еще не вполне успели это сделать, ожидая своего часа в приемной.

Я помню, как в первые, будучи студентом 4-го курса, оказался в кабинете ректора в качестве Председателя Союза студентов. К тому моменту, как я добрался до предложенного стула у Т-образного стола, я уже был ни жив, ни мертв.

54

Далее, на стене, обычно над головой руководителя — портрет нынешнего лидера государства. Он, конечно, символизирует безусловную лояльность нашего Правителя высшему руководству.

На столе возле руководителя в рамочке стоит небольшая фотография. Вам обычно не видно саму фотографию. Но можете не мучиться от любопытства. На фотографии кто-то из членов семьи (обычно дети или внуки) либо вся семья вся целиком.

Стол огромен, массивен и практически пуст.

Кстати, если на столе кипы бумаг — это серьезный знак. Вы уверены, что вы действительно попали на прием к первому лицу?

У Правителя — первого лица организации — на столе нет и не может быть никаких стопок бумаг!

Но к делу.

Если вы хоть как-то понимаете, куда вы попали, то у вас в руках имеется пара листов А4 (или документов), где тезисно описана суть вашего вопроса.

После того как вы скомканно произнесли приветствие, вы передаете эти листы ему. Какое-то время он, молча и внушительно, их просматривает (он их обычно не читает, это просто ритуал такой), после чего интересуется, в чем суть вашего дела.

Дальнейший ход разговора уже зависит от того, насколько хорошо вы проработали вопрос и чьей поддержкой внутри системы уже заручились.

«Первый» будет с вами общаться, лишь если увидит, что вопрос проработан, то есть на документах уже стоят положительные резолюции, визы одного или двух его замов.

Таким образом, если вопрос проработан, то вам задают пару проясняющих вопросов, после чего ставят высокую визу, либо, если не проработан, вас отправят дальше блуждать в дебрях системы.

Впрочем, давайте вернемся в интерьер.

Пока он смотрит на ваши документы и сосредоточенно шевелит губами, вы можете посмотреть по сторонам.

В углах и шкафах стоят многочисленные подарки и знаки верноподданнической лояльности. Собственно, этот обычай

55

существует с древних времен. Некоторые подарки даже изменились мало с тех времен. Раньше дарили мечи, ковры и золото. Сейчас дарят сабли, картины и дорогие ручки с золотым пером. А на Украине руководству дарят деревянные булавы.

Конечно, это не универсальное описание. В кабинетах первых лиц бизнес-систем обстановка будет различаться, порой незначительно, а порой существенно. В бизнесе порядки другие.

А вот этот текст мне попался через три месяца после написания того, что выше:

«Берия открыл дверь, и мы вошли в приемную таких огромных размеров, что стоявшие там три письменных стола выглядели совсем крошечными. В приемной находились трое: двое в кителях того же покроя, что и у Сталина, и один в военной форме. Берию приветствовал невысокий, казавшийся с виду коренастым, человек в зеленом кителе, голос которого звучал тихо и бесстрастно. (Уже потом я узнал, что это был Поскребышев, начальник секретариата Сталина.) Мне показалось, что в этой комнате было правилом полное отсутствие внешних проявлений каких бы то ни было эмоций. И действительно, таков был неписаный и раз навсегда утвержденный Сталиным и Молотовым порядок в этом здании.

Поскребышев ввел нас в кабинет Сталина и затем бесшумно закрыл за нами дверь.

В этот момент я испытывал те же чувства, что и в прежние встречи со Сталиным: волнение, смешанное с напряженным ожиданием, и охватывающий всего тебя восторг. Мне казалось, что биение моего сердца могут услышать окружающие.

При нашем появлении Сталин поднялся из-за стола. Стоя посередине кабинета, мы обменялись рукопожатиями, и он жестом пригласил нас сесть за длинный стол, покрытый зеленым сукном. Рабочий стол самого Сталина находился совсем рядом в углу кабинета. Краем глаза я успел заметить, что все папки на его столе разложены в идеальном порядке, над письменным столом — портрет Ленина, а на другой стене — Маркса и Энгельса.

56

Все в кабинете выглядело так же, как в прошлый раз, когда я здесь был. Но сам Сталин казался другим: внимательным, спокойным и сосредоточенным. Слушая собеседника, он словно обдумывал каждое сказанное ему слово, похоже имевшее для него особое значение. И собеседнику просто не могло прийти в голову, что этот человек мог быть неискренним».

Павел Судоплатов «Спецоперации»

Как видите, отличий практически нет.