Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Homo institutius. Человек институциональный - О.В. Иншакова

.pdf
Скачиваний:
20
Добавлен:
24.05.2014
Размер:
3.24 Mб
Скачать

Человек в институтах современного общества

общей и существенной формой общественного бытия, передаю - щей воздействия социокультурной целостности на порожде ние многообразного. А поскольку процессы институционализац ии связаны с целостностью культуры, выражая в многообразии с воих форм ее содержание, то именно континуум культуры порождае т ее бесконечно становящуюся форму.

Симптоматично, что на этот методологический ракурс уже обращено внимание ряда исследователей, показавших, что ко н- тинуальный анализ является наиболее адекватным способо м познания современного мира (См.: Алтухов, 1992; Баркова, 2002; Ионин, 1996; Кантор, 2002; Листвина, 2001; Налимов, 2000; Хренов, 2000). Так, В.Л. Мальков считает необходимым выявление «различных уровней и типов социальности в ходе различ ных рубежных “кризисов” исторического движения на всем прот я- жении пространственно-временного континуума — от древности до современности. То же может быть сформулировано как “оп - редмечивание” смены эпох, раскрывающихся в их историческ ом своеобразии через конкретные неповторимые... проявления ж изнедеятельности людей в самых разных сферах — экономикоправовой, морально-этической, этнонациональной, социальн о- психологической, религиозно-нравственной и др.» (Мальков, 2003,с.6).

Уточним, что пространственно-временной континуум — это модель, или конструкт, предельно высокого уровня абстракции, поэтому «ни пространство, ни время, ни пространственн о- временной континуум нельзя увидеть,... почувствовать — они суть нечто “ненаблюдаемое” в принципе» (Порус, 2002, с. 259), можно сказать — сверхчувственное. Пространственно-време нной континуум культуры представляет собой всеобщую внутрен нюю нелинейно развивающуюся форму самоорганизации бытия ку льтуры, в которой на основе единства пространства и времени конституируется, сохраняется, трансформируется и воспро изводится ее содержание. Поэтому континуум — одновременно модель целостности культуры и алгоритм ее самоформировани я, самоорганизации и саморазвития.

Феномен пространственно-временного континуума, связывающий в органическое целое содержание культуры, ее внутреннее пространство и время, обеспечивает непрерывность и

509

РАЗДЕЛ III

постоянство самого бытия культуры, что крайне важно для п о- нимания саморазвертывания ее многообразия из целостнос ти и своеобразия «отвердения» социальных институтов в проце ссе объективации.

Именно континуум пространства-времени, поскольку он обеспечивает сохраняемость констант бытия культуры при всех ее модификациях, выступает той формой, которой детерминирован сам процесс институционализации. Континуум оказыв а- ется для последнего его собственным основанием, мерой воз - можных изменений и своеобразным регулятором. Поскольку к онтинуум выступает проводником развертывания смыслов, обр а- зов и символов культуры, он содержит в себе некую программ у (код), оформляющую пред-заданность самой культуры. Но, выражая целостность культуры, континуум не является простым тождеством, а содержит в себе основу развертывания м ногочисленных противоречий, в том числе между его пространственной и временной «сторонами». Благодаря этому контин уум оказывается в состоянии не только продуцировать субъект носмысловое содержание культуры и ее институций, но и зафик - сировать и пролонгировать ее внутренний порядок, организ а- цию, в которой типизируются и воспроизводятся многообраз - ные функции социальных субъектов.

Наличие противоречивого и динамичного типа связи исходной целостности, элементов, в которых она развертывает ся и самого исследователя акцентировал Л. Гольдман, подчеркив ая, что «в той диалектической перспективе, которой мы придерж и- ваемся.... сходство и различие, общность и противостояние не являются статистическими реальностями, данными нам раз и навсегда, реальностями, на которые историк смотрит со сто роны; напротив, это есть элементы, составные части диалектич еской целостности, внутри которой он сам находится и законы становления которой он старается постичь с максимумом во з- можной точности» (Гольдман, 2001, с. 304).

Бытие социокультурной системы, таким образом, не являясь аморфной или монолитной целостностью, проявляет св ой потенциал в противоречивом единстве целого и частей, усто й- чивого и изменчивого, пространства и времени, возможного и действительного. Так, целостность социокультуры существу-

510

Человек в институтах современного общества

ет как предпосылка, исходная возможность ее бытия и саморазвертывания.

На объективную реальность существования такой целост- ности-тотальности указывал Г. Лукач, писавший: «...история к ак тотальность... не есть ни чисто механическая сумма отдельн ых исторических событий, ни трансцендентный отдельным исто ри- ческим событиям принцип рассмотрения, который необходим о реализовать посредством специальной дисциплины, филосо фии истории. Напротив, тотальность истории есть, — хотя до сих п ор не осознанная и потому не познанная, — реальная историчес кая сила, которую нельзя отрешить от действительности (и знач ит, от познания) отдельных исторических фактов, не снимая при этом также их действительность, саму их фактичность» (Лук ач, 2003, с.239).

В процессе становления или объективации эта целостность социокультурной системы, как ее исходное самотождество, р аздваивается. Сферы бытия субъекта и объекта противополага ются, причем основание данной дихотомии как бы снимается, оставляя место (онтологический статус) лишь противоречи ю человеческого и технического, то есть овеществленного, ми ров. Отсюда — не только растущее господство техники над челове - ком в силу ее экспансии и жесткое воздействие социальных институтов, но и отчуждение человека от самого себя, котор ое он может преодолеть лишь будучи в статусе целостного и ун и- версального субъекта. Объективная реальность ограничив ает его целостность, ведя к дроблению человека, закрепляя его час - тичность и ограниченность.

Институционализация в этом ракурсе выступает одним из этапов перехода от целостности к многообразию, от одномер ности к многомерности. Однако остается открытым вопрос: как именно происходят эти процессы; что, собственно, в культур е порождает институции, удерживая их субъектно-социальное на- чало? Ответ на него требует реконструкции одного из существенных моментов бытия культуры и осознания того, что, в каких бы конкретных формах ее бытие не проявлялось, оно вс е- гда пронизано человеческой, субъективно выраженной осно вой. Культура лишь выносит вовне свое субъективное (и субъект ное) содержание, свою направленность к далеким и близким целям ,

511

РАЗДЕЛ III

свою нормативность, которая является ни чем иным, как обоб - щенной характеристикой человека той или иной историческ ой эпохи. Именно поэтому субстанцией культуры, ее внутренней общей причиной саморазвертывания, которая и воплощается в институтах, всегда является субъект, предстающий как интегральное проявление бытия индивидов. «Субъект, — как опред е- ляет его В.А. Лекторский, — носитель деятельности, сознания и познания... он существует только в единстве Я, межчеловечес ких (меж-субъектных) взаимоотношений, познавательной и реаль - ной активности» (Лекторский, 2001, с. 155).

В социокультурной системе, где через культуру развертыва - ется ее субъектное содержание, накопленное в каждую эпоху , то есть общесубъектные цели, «пронизывающие» то или иное общество, оформляется постоянное действующий в обществе институциональный императив, который «направляет поведение индивидов, поддерживает установленный порядок общественн ых отношений. Каждый социальный институт по своей природе ха - рактеризуется наличием цели своей деятельности, конкрет ными функциями, способствующими достижению этой цели, набором социальных позиций и ролей, типичных для данного институт а, а также системой санкций, обеспечивающих поощрение желае - мого и подавление нежелаемого, отклоняющегося поведения » (Социология. Основы..., 2002, с. 369). Все социальные институты, таким образом, фиксируют, типизируют, организуют, воспроизводят и проецируют человеческую субъективность в е е специализированном функциональном выражении. Но институт — это конечное выражение субъектности; это субъективность , но уже объективированная, оформленная и ограниченная соотв етствующими структурными рамками, формирующимися в ходе институционализации.

Субъект как субстанция культуры как бы проникает «сквозь » все формы ее пространства и времени, единство и взаимодей - ствие которых образуют особый континуум. Дело в том, что субъект как исходная причина самого себя в контексте быти я культуры — такая же энергия и сила, как и «силы природы», ведь «активность, понимаемая как порождение материально й или духовной энергии, в какой бы конкретной форме она не выражалась, есть исходная характеристика субъекта, главный пр и-

512

Человек в институтах современного общества

знак, отличающий его от объекта» (Каган, 1988, с. 90). Но субъект культуры, существующий как ее всеобщее основание, как суб - станция, — всегда оформлен и раскрывает свою активность в текстах и символах, но «прежде» этого он входит в содержан ие культуры посредством особых институций.

Субъект, выраженный через континуальность пространства - времени культуры, передает сосуществование, взаимодейст вие, обособленность, динамичность и направленность человече ской субъективности как трансцендирования внутри среды, запо лненной текстами, символами, нормативностью и другими компонента - ми, способными сохранить устойчивость смысла как особого пространства и коллективную самоорганизацию субъектов, выр а- женную, прежде всего, институционально, то есть их проекти в- но-конструктивную активность. При этом субъект оказывает ся «органическим синтезом», ибо в нем происходит взаимопрон икновение этих сторон, поэтому именно он находится в основе того специфического пространства и времени, где становит ся возможной интеграция индивидов на основе коллективно вы рабатываемых целей и смысловых контекстов.

Субъект концентрирует и направляет ту внутреннюю энергетику, которая в ходе его функционирования становится ос - новной линией детерминации в континууме культуры. Поэтом у с субъектом связаны и с ним соотносятся все основные элем енты, порождаемые культурой, в том числе смыслы, ценности, идеалы, нормы, стили и др. Это же делает субъект и основой,

центральным компонентом и свойством континуума, выражением его сущности.

Но вместе с этим развертыванием себя через пространствовремя культуры субъект-субстанция обеспечивает ее посто янное воздействие на многообразие формирующихся в обществе фу нкций и структур. Эта возможность заключена в свойствах кон тинуума пространства-времени, через которые «проходит» тра нсцендирующий субъект, оформляясь в культуре. Важно подчерк - нуть, что для бытия субъекта пространство и время неравно з- начны. Во времени, что было отмечено еще И. Кантом и развито в ряде направлений философии ХХ в., субъект раскрывает вну т- ренние стороны своего бытия, а через пространство он выст раивает свое отношение к внешнему и внутреннему миру. Это зна -

513

РАЗДЕЛ III

чит, что благодаря пространству для субъекта открывается многообразное, тогда как время восстанавливает и сохраняет е го собственную целостность и идентичность, позволяя самоак туализироваться в нелинейном мире.

Поэтому в рамках континуума для субъекта уже содержится возможность интегрировать разные социальные «измерения », фиксируя многообразное через свою собственную целостно сть. Но с другой стороны, развернутое в институтах многообрази е становится как бы автономным, самостоятельным, потому что субъект не всегда фиксирует свою собственную целостност ь как основное условие различения многообразного. Поэтому он с пособен переходить на позиции «частичности», то есть воспри нимать логику и движение любой частной ситуации, своей отде льной проекции, предметного комплекса или системы как нечто самодостаточное.

В приведенных общетеоретических рассуждениях заложены предпосылки понимания специфики процесса институционал и- зации, где как функционально, так и онтологически различа - ются институции и институты. Институции при этом выступаю т промежуточными формами самообъективации субъекта культ у- ры в предметных (символических, текстовых, образных и др.) проявлениях. В институциях субъект-субстанция начинает п орождать внутри себя многообразное, еще не выраженное в жестк их объектных формах, но уже находящееся в состоянии как бы «пред-объектности».

Институция оказывается особой формой порождения многообразного через форму континуальности пространства-в ремени: в ней время начинает (неосознанно для субъектов) переходить в пространство, объективируясь в системно-синер гетических механизмах организации устойчивости, благодар я чему, собственно, многообразие и приобретает статус самод о- статочности и относительной завершенности. Это происход ит потому, что и для самоорганизации социокультурной систем ы континуум культуры как форма, еще не имеющая завершенной упорядоченности, выступает в виде хаоса, имеющего тен - денцию к самораспаду.

Но так как синергетические порядки имеют системнообъектную природу, то они не улавливают «голос целостнос-

514

Человек в институтах современного общества

ти» культуры, глубину ее пространства, той особой смысловой упорядоченности, которая уже организована в континуу - ме культуры как общей форме ее субъектной субстанции. Име н- но поэтому механизм синергетической самоорганизации зд есь в чистом виде не работает, так как в институциях «встречаю т- ся» не хаос и порядок, но порядки разных типов, что рождает проблему их интеграции. Институции и возникают как особые формы такой интеграции, в которой многое и существенное для становления института как социального, человеческого, важного для жизни вытеснено на уровень виртуального и имеет характер как бы предбытия.

Общую структуру такого пред-бытия хорошо описал А. Димер, показавший, что «культура на основе предданности ста новится “тотальностью” горизонта данного жизненного мира , где человечество заранее понимает свою действительность, гд е оно заранее понимает самого себя как реальность и как субъект и где оно постоянно пребывает» (Димер, 1986, с. 164). Конкретизируя структуру этой предданности, он акцентировал наличие гор и- зонта, понимаемого как предданность абсолютного с его изм е- рением смысла, а также «единство пространства и времени, д ающее основание обрисовать возможное “где” (культурной дан ности)» (Димер, 1986, с. 165). Хотя здесь ничего прямо не сказано об институционализации, но косвенно ее функция проявляется в формировании многообразия, в рамках которого культура на чи- нает проявлять себя как единство преданности и данности, целостности и частей, пространства и времени.

Бытие институтов включает в себя и целостность, и общую пространственно-временную форму культуры, и институцион а- лизацию, то есть процессы, непосредственно обеспечивающи е универсальность социальных институтов.

Необходимым направлением исследования, проясняющим возможности реформирования, модернизации и корректиров ки системы социальных институтов, выступает философское ос мысление их континуума, в структуре которого перспективным в и- дится анализ отношений центра и периферии, отражающих приоритетность настоящего перед прошлым и будущим, а также в нутренний плюрализм ритмики воспроизводства и бытия стилей , символики и текстов.

515

РАЗДЕЛ III

Данное отношение показывает не только непрерывный переход центра и периферии от константности к изменчивости , и даже не столько характеризует выполняемую центром функц ию детерминанты, что является причиной большей полноты его б ы- тия. Дело в том, что именно в центре идет непосредственное взаимодействие институций и институтов, и его активность связана с эндогенной реализацией функции распределения в хо де объективации кода целостности культуры. Именно поэтому ц ентр является относительно независимым, продуктивным и самод остаточным образованием в континууме культуры.

Периферия же выражает условную дистанцию между институциями и институтами, она продуцирует пространство, з а- полненное неорганизованными функциями и дисфункциональ - ными структурами, а также переходными формами. Здесь инст и- туция не выражена непосредственно, и потому сама перифери я является в большей мере созданием, чем создателем. Это как бы сугубо пространственное выражение самой институции, кот орое относительно завершено, поэтому в большей степени проявл яется «склонность» к объективации. Задача периферии — «напол - нить себя» содержанием, идущим от центра, приобрести стат ус среды институтов культуры, способных существовать униве р- сально. Но поскольку периферия не порождает институций, е е зависимость от центра константна, поэтому реально перифе рия выступает как пространство перехода к новым институтам и взращивания продуктивных традиций, ибо сам статус периферии связан с возможностью осуществления задач институции.

Таким образом, в рамках пространства-времени культуры идет становление, переход от институций к институтам в пр о- цессе объективации исходной целостности, что обеспечива ет изначальные структуры институций, благодаря которым возни кают предпосылки, или пред-заданность, институтов культуры, а через них и институтов общества.

При этом следует иметь в виду, что термин «культурный институт» традиционно употребляется в двух смыслах: непо средственном и расширительном. Институт культуры в непосредс твенном смысле — это некая конкретная организация (структура , учреждение, установление), выполняющая функцию создания, обработки, хранения и/или трансляции культурно значимой п ро-

516

Человек в институтах современного общества

дукции. Таковы библиотеки, музеи, учебные заведения и др. Институт культуры в расширительном смысле (иногда употребл яют термин «институция») предстает как стихийно сложившийся и функционирующий порядок (норма) осуществления какой-либ о культурной функции, как правило, специально не регулируемой. Таковы традиции, нравы, обычаи, ритуалы, художественные стили и философские течения, школы и направления в науке и т. д. Более того, «под понятие культурный институт попадают не только стационарные коллективы людей, исполняющи е что-либо, но и сами процедуры исполнения этого (например, институт инициации, институт похорон, институт богослуже - ния)» (Флиер, 2000, с. 220).

Необходимо поставить вопрос о возможности корректировки, изменения институций, иначе говоря, о трансформации ро ли периферии в сторону усиления ее субъектного начала, для ч его необходимо понять и отрефлексировать эти исходные феном ены. Но сначала целесообразно прояснить смысл процесса струк турирования институций. Можно предположить, что в них проявля - ется одно из первых условий развертывания культурного ко да. Фактически пространство и время культуры выступают как о собые способы ее представленности для себя: пространство фи ксирует в своих характеристиках становление культуры, ее вну тренние модификации, время же, в свою очередь, выступает механизмом преодоления пространства, его инерции. Поэтому пер вое условие уяснения сути процесса становления институций — это особая рефлексия, в которой движение творческой мысли иде т одновременно как от внутреннего, от целостности к внешнем у, так и наоборот, то есть вглубь.

Структурирование институций в данном случае обеспечи- вает не только различие этих процессов, но и их взаимную ко р- ректировку: движение вовне является способом объективац ии содержания как возможности бытия культуры, а возврат ко в нутренним формам предстает той мерой, в рамках которой данна я возможность приобретает свою определенность, то есть мож ет оформиться в новых результатах институционализации.

Вектор изменений институции выражен (возможно, неявно) носителем субъектной направленности данного процесс а. В этом отношении институция представляет собой переход, в

517

РАЗДЕЛ III

котором интеграция указанных порядков происходит через ослабление субъектного и усиление объектного системно-орг анизационного начала. Именно поэтому институция является, с одной стороны, сохранением общего в частном, а с другой — на- чалом той специализации, которая подчиняется или соответ ствует функциональной природе социальной системы.

Необходимость этой переходной формы заключена в непрерывности (континуальности) процесса становления, поэтом у любая конкретная институция выступает его моментом, внов ь и вновь завершающимся порождением соответствующих социал ьных институтов, определенных особенностями данных эпохи и об щества. Вместе с тем это постоянная форма перехода от субъек та к объекту. Именно поэтому институцию можно определить и как особую форму перехода от виртуально-субъектного к предме т- но-объектному способу бытия социокультурной системы. Нал и- чием разнонаправленных функциональных и генетических п рямых и обратных связей детерминирован тот факт, что возник ающая система институтов в свою очередь корректирует институционализацию, изменяя в ней меру взаимодействия субъектного

èобъективного начал. Технологизация современного общес тва показывает не только ослабление воздействия культуры, но и уменьшение доли субъектного начала в институциях.

Это приводит к неэффективности реформ, оказывающихся несовместимыми с культурой людей, для которых исходно пре д- назначаются. Отсюда — кризис социума, выраженный не тольк о в ослаблении социальных и межличностных связей, но в сниж е- нии эффективности деятельности самих социальных инстит утов. Ведь «любые реформы должны быть соразмерны человеку, то есть он должен быть в состоянии менять одни свои привычки на другие. И вообще люди имеют право жить в обществе, которое не слишком отличается от того, где они родились и выросли.

Люди имеют право на эволюцию» (Смирнов, 2001, с. 262). Представляется, что сегодня ни экономическая, ни поли-

тическая, ни правовая теория и практика не осознают, а пото му

èне учитывают в должной мере громадный потенциал культуры, задающей многомерность, избыточность и глубину простр анства и времени человеческой жизни. Поэтому даже в наиболе е перспективном направлении экономико-теоретического осм ыс-

518