Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

klassicheskoe_arabskoe_yazykoznanie

.pdf
Скачиваний:
56
Добавлен:
30.05.2017
Размер:
1.41 Mб
Скачать

276

Классическое арабское языкознание

wa-aïasat bi-hi -l-luÈñmu, wa-’arªÉa, wa-qaÉaza, wa-laqiya -l- hinda al-’aɪmisi wa-’umma -l-hayíami, bi-manª mªta» [Òàì æå,

I: 61] Говорится: faïasa («человек задохнулся»), а также:

ïafasa, qafasa, faqasa, akkª, aêada, qªda, fawwaza, Èannasa, qalita, aïasat bi-hi -l-luÈñmu, ’arªÉa, qaÉaza, laqiya -l-hinda al- ’aɪmisi wa-’umma -l-hayíami, в значении mªta («óìåð»)»).

В лексикографической практике, с одной стороны, нередко затушевывалось различие между категориями глоссариев «ÈarÌb» è «nawªdir», а с другой – слова, собиравшиеся в «kutub an-nawªdir», отнюдь не всегда были редкими (см. пример 2 выше). Кроме того, труды по nawªdir рассматривали некоторые редкие диалектные формы и были по характеру наиболее близки к «kutub al-luȪt», от которых их порою трудно отделить.

За весь период существования трудов типа «nawªdir» в них, по существу, так и не выработались какие-либо формальные принципы построения: они даже не проводили никакого разграничения в подаче именных и глагольных форм, для глаголов нерегулярно и в произвольном порядке приводились формы настояще-будущего времени и масдаров, для имен – множественного числа [Naêêªr, 1956, I: 145].

Детальная классификация словарей ЛСП группировки – задача вообще едва ли посильная: многообразие их типов настолько обширно, что при любой из подобных попыток не будет гарантии, что не упущено что-либо. Остановившись на одних сочинениях, мы практически ничего не упомянули о других, как например, о специализированных глоссариях топонимов, этнонимов, названий явлений природы (дождь, ветер, день, ночь и др.), терминов фикха, неправильностей в речи простолюдинов (laÉn al-‘ªmma), слов с хамзой (kutub al-hamz), энантосем (’a»dªd), нетипичных форм единственного и множественного числа и т. п.

Cпособы формального упорядочения материала в перечисленных типах ранних лексикографических трактатов только зарождались и не оказали ощутимого влияния на принципы построения общих толковых словарей, располагавших лексику

Глава 6. Лексикографическая традиция

277

с учетом ее корневой структуры. Но материал этих трактатов послужил для общих толковых словарей надежным и апробированным сырьем. Кроме того, попытки свед¾ния этого материала воедино отмечаются в обобщающих словарях ЛСП группировки антологического характера. Два из них – «al-GarÌb al-muêannaf» Àáó Убайда и «al-Muâaêêaê fÌ-l-luÈa» [Muâaêêaê] Ибн Сиды – явились подлинными вехами в истории арабской лексикографии: через их посредство авторы общих толковых словарей с аранжировкой корней черпали разрозненный лексический материал из многочисленных предметно-тематичес- ких «словариков».

«Al-GarÌb al-muêannaf» состоит из 25 «книг» (kitªb): 1) каче- ства человека; 2) женщины; 3) предметы одежды; 4) продукты питания; 5) заболевания; 6) жилища и земли; 7) лошади; 8) оружие; 9) птицы и насекомые; 10) сосуды, кувшины и проч.; 11) горы; 12) растения и деревья; 13) разновидности водоемов и проч.; 14) пальмы; 15) тучи и дожди; 16) сезоны и ветры; 17) типы именных форм; 18) типы глагольных форм; 19) энантосемы; 20) различные названия для одной вещи (синонимы); 21) верблюды и их качества; 22) овцы и их каче- ства; 23) животные; 24) звери; 25) племена.

Каждая «книга» делится на главы (bªb). Так, «Книга птиц и насекомых» (9) состоит из 18 глав: 1) качества птиц и их виды; 2) гнезда птиц и птенцы; 3) полет птицы; 4) голоса птиц; 5) птичьи яйца; 6) свойства яиц; 7) птицы, на которых охотятся; 8) мелкие птицы, насекомые и пчелы; 9) саранча; 10) трутни, кузнечики и т. п.; 11) ящерицы, хамелеоны и т. п.; 12) змеи, их качества и названия; 13) скорпионы; 14) укусы скорпиона и змеи; 15) муравьи и вши; 16) мухи; 17) клещи и паразиты; 18) черепахи и лягушки. Как видно, во времена Абу Убайда лексикографы относили к «птицам и насекомым» многое из того, что туда не относится согласно современной научной классификации.

Главными источниками Абу Убайда были тематические глоссарии ал-Àñìàè «al-AÈnªs», «al-’Anwª‘», «al-Hamz»,

278

Классическое арабское языкознание

«al-Maqêñr wa-l-mamdñd», «aê-Ÿifªt», «al-Aíwªb», «al-Alfªü», «asSilªÉ», «ar-RaÉl», «al-Aêwªt» и другие – всего 30 наименований. К тому же, Абу Убайд привлек материалы подавляющего большинства аналогичных «словариков» Абу Зайда ал-Ансари, ашШайбани, ал-Киса’и («an-Nawªdir», «al-Maêªdir», «al-Hurñf»), Èáí àë-Àраби и многих других (Абдель-Таваб насчитывает 46 авторов, на труды которых опирается Абу Убайд [Abdel-Tawab, 1962: 130]), что делает «al-GarÌb al-muêannaf» своего рода спра- вочником-путеводителем в обширной массе ранних предметнотематических «словариков» ЛСП группировки.

Ибн Сида, знавший трактат Абу Убайда наизусть, значи- тельно расширил и дополнил материал словаря «al-GarÌb almuêannaf». Кроме того, среди источников, привлеченных для создания «al-Muâaêêaê»а, он перечисляет в предисловии множество других трудов [Muâaêêaê, I: 12–13].

B «al-Muâaêêaê»е скрупулезно осуществлены рубрикация и дробление обширного круга толкуемых предметов и понятий. Словарь состоит из значительного числа «книг» (kitªb), разделов (bªb) и разного рода пунктов. Первая «книга» посвящена человеческим качествам и предваряется толкованием слова ’insªn «человек»: «’insªn – слово, относящееся в одной и той же форме к единственному и множественному числу, мужскому и женскому роду. Свидетельством того, что оно употребляется в единственном числе, является то, что они (арабы) говорят в двойственном числе ’insªnªni. Åñëè áû ’insªn не относилось к единственному числу, то они не сказали бы ’insªnªni» [Muâaêêaê, I: 15]. После пространного рассуждения о слове ’insªn [Там же: I, 15–17] следуют главы и рубрики: 1) беременность и рождение; 2) названия того, что связано с ребенком; 3) кормление грудью, отлучение от груди, питание, виды воспитания; 4) плохая пища для ребенка; 5) название первенца и последнего ребенка (мальчика); 6) названия мужчины в юности и старости; 7) названия возрастов мужчины с детства до преклонных лет; 8) названия возрастов женщины с детства до преклонных лет и др.

Глава 6. Лексикографическая традиция

279

Затем Ибн Сида переходит к строению человеческого тела, в описании которого, как и предшествующие авторы аналогич- ных трактатов, последовательно перемещается сверху вниз и со спины к передней части тела.

Дальнейшие «книги» рассматривают лексику, связанную с природными инстинктами (Èarª’iz), женщинами, предметами одежды, продуктами питания, заболеваниями, жилищами, оружием, лошадьми, верблюдами, домашними и дикими животными, насекомыми, птицами и т. д. Последовательность подачи лексических единиц и расположения «книг» у Ибн Сиды почти такая же, как и у Абу Убайда, однако полнота материала вынуждает его вводить дополнительное разветвленное дробление. Скажем, в отличие от Абу Убайда, Ибн Сида для птиц и насекомых выделяет отдельные «книги». К тому же, например, внутри самой «книги о птицах» он вводит ряд таких дополнительных рубрик, как «кладка яиц», «вылупливание птенцов из яиц», «порча яиц» и т. п.

Ибн Сида обязателен в указании имен филологов, у которых он черпает лексический и грамматический материал: алХалила (êªÉib «al-ayn»), Сибавайхи, Ибн Дурайда, Сабита, Ибн ас-Сиккита, Абу Убайды и др.

В труде Ибн Сиды ЛСП группировки как прием систематизации и упорядочения лексики фактически исчерпал свои возможности полностью и окончательно.

6.2. Аналитико-морфологический принцип в лексикографии

С появлением первых предметно-тематических глоссариев идея словаря прочно внедрилась в раннюю арабскую филологию. Продолжающиеся поиски новых приемов группировки лексики приводят к возникновению особой категории лексикографических трудов. Отправной критерий организации лексики перемещается в них с аспекта тематического, понятийного на формальный, структурный аспект. Идея такого перехода наметилась, по существу, уже в недрах той части словарей ЛСП,

280

Классическое арабское языкознание

которая имела дело с редкими словоформами (nawªdir), поскольку одним из формальных критериев их выделения являлась именно низкая частотность употребления парадигм некоторых корней.

В образовании целого ряда словоформ от структурно сходных корней АЯ демонстрирует регулярную повторяемость. Эту особенность грамматисты и лексикографы при рассмотрении словообразовательных явлений, характерных для какого-либо класса слов, взяли за основу: достаточно было указать на их общую унифицированную модель, обозначенную одной из парадигм корня FL.

Методологической базой для группировки лексики по парадигматическому, или так называемому аналитико-морфоло- гическому принципу (далее АМП) (термин ввел в обиход С. Вильд [Wild, 1962: 84]), для лексикографов послужили разработки грамматистов. Предложенный ими реестр моделей был положен в основу построения общих словарей большого объема – ma‘ªÈim kªmila в современной арабской терминологии [Umar, 1971: 11]. Их общей чертой явилась скрупулезно разработанная система иерархически организованных словообразовательных парадигм глаголов, имен и масдаров. Каждая такая модель (например, для правильных имен: fal, fala, falÌ, ful, fula, fulÌ и т. д.) для лексикографов являлась той «ячейкой», узловым элементом, вокруг которого они группировали вокабулы в строгом соответствии с их парадигматическим каркасом.

Источником материала и «черновиками» к схемам упорядо- чения некоторых парадигм для обобщающих словарей АМП построения послужили трактаты, группировавшие лексику сна- чала по ограниченному количеству моделей имен, глаголов и масдаров.

Известно, что значения некоторых глагольных форм I и IV пород совпадают. Это привлекло внимание ранних лексикографов и со II/VIII в. они начинают собирать их в небольших специализированных трактатах. Первые из них известны толь-

Глава 6. Лексикографическая традиция

281

ко по упоминаниям в источниках и связываются с такими ранее уже встречавшимися именами, как Кутруб, ал-Фарра’, Абу Убайда, Абу Зайд ал-Ансари, Ибн ас-Сиккит и др.

Из сохранившихся известны труды этой категории «Faaltu wa-’afaltu» Абу Хатима ас-Сиджистани и аз-Зажджаджа (ум. 367/978). Cреди рассматриваемыx ас-Cиджистани форм, значения которых совпадают в I и IV породах, глаголы kanna è ’akanna – «скрывать, таить, прятать, укрывать». «Большинство арабов говорят: «я спрятал (kanantu) жемчуг.., он спрятан (maknñna)». Tо же в значении «сохранение, оберeгание» относится и к другим вещам. Говорят: я скрыл (’aknantu) разговор, вещь, если я утаил его (ее). Он(а) – утаенный(-ая) – mukann». В Коране содержится фраза всемогущего и великого Аллаха: ka’anna-hum lu’lu’un maknñnun [LII: 24] – «они – словно скрытый жемчуг», в которой слово maknñnun восходит к kanantu – «я скрыл». Благословенный и Всевышний сказал также: ’aw ’aknantum fÌ ’anfusikum [II: 235] – «или сокрыли в себе». Tот, велико восхваление которого, еще сказал: «wa-rabbu-ka yalamu mª tukinnu êudñru-hum wa-mª yu linñna [XXVII: 74] – «Господь твой знает, что скрывают их сердца и что они возвещают». Я слышал, как Абу Зайд [ал-Ансари] говорил: «Я скрыл (’aknantu) жемчуг и невольницу: он(а) спрятан(а) (mukanna). Я утаил (kanantu) разговор». Все это – правильно» [Umar, 1971: 12].

В построении своего словаря ас-Сиджистани нередко непоследователен. Так, помимо глагольных форм I и IV пород с совпадающими значениями, он приводит либо толкования тех из них, семантика которых различна («говорят: ’aÈbartu-hu alª -l-’amri – «я вынудил его к этому», но не Èabartu»), либо лишь разобщенные формы на парадигмы faala è af ala. Не придерживается лексикограф и какой-либо последовательности в подаче толкуемых форм ни с точки зрения разграниче- ния моделей и их значений, ни с точки распределения их с уче- том букв, из которых они состоят: KNN, HMY, RKB, (ZZ ...

NH(, LQ, SML, YN, SKT, ŸMT, SLK, ’M, NKR, HZN, ’ LD, ’ŸF, £L, (LB и т. д. То же относится и к словарной статье

282

Классическое арабское языкознание

на разбираемую вокабулу, где порядок изложения материала не только произволен, но и грешит подчас тавтологией.

Аз-Заджадж, в отличие от ас-Сиджистани, стремится внести в свой словарь больше упорядоченности. Прежде всего, он делит его на четыре раздела (’aqsªm): 1) слова на парадигму faaltu è ’afaltu, употребляющиеся в одном значении; 2) то же, но в разных значениях; 3) слова только на парадигму faaltu; 4) слова только на парадигму ’afaltu.

Внутри разделов слова сгруппированы в главы (bªb) по первой букве в обычном алфавитном порядке с тем нюансом, что хамза в нем перемещена в конец. Что же касается огласовок вторых корневых глагольных форм I породы, то при расположении вокабул аз-Заджадж их не учитывает.

В трактате ал-Джавалики «Mª Ȫ’a alª faaltu wa-’afaltu bimanª wªÉid mu’allaf alª Éurñf al-mu‘Èam» [Mª Ȫ’a] словоформы I и IV пород также сгруппированы в главы с учетом K1 ïî

буквам алфавита со следующим их порядком: b, t, í ... m, n, w, h, hamza, y. B пределах глав расположение корней произвольно: RŸD, RMY, RML, RKS, RWH, R••, Ržž, R ‘ž, RW , RDF, RDH

è ò. ä. [Mª Ȫ’a, «глава буквы rª ’»].

Boт некоторые из иллюстраций, характерных для толкования слов в этом сочинении: 1) »ª ’a -l-qamaru wa-’a»ª ’a («луна светила»); 2) kanna -r-raÈulu -ë-ëay’a wa-’akanna-hu ’iüª Èaïïª -hu wa-satara-hu («человек скрыл нечто, если он спрятал его, укрыл»); 3) yafaa -l-Èulª mu wa-’ayfaa («юноша достиг зрелости»).

Что касается труда испанского лексикографа Ибн Кутыйи (ум. 367/978), то он озаглавлен «al-Af ªl aí-íulªíÌya wa-r- rubª‘ Ìya» [Af‘ ªl1; Af‘ ªl2], однако под «rubª‘ Ìya» автор понимает лишь формы в действительности трехбуквенного глагола на парадигму afala. Cловарь состоит из трех частей (aqsªm): 1) слова на парадигмы faala è afala; 2) слова только на парадигму afala; 3) слова только на парадигму faala.

Главный костяк труда составляет первая часть. Она вклю- чает два раздела: 1) слова на парадигмы faala è afala с общим

Глава 6. Лексикографическая традиция

283

значением; 2) то же, но с разными значениями. Внутри разделов слова собраны в главы по инициальным корневым. Главы располагаются по буквам видоизмененного фонетиче- ского алфавита, восходящего к ал-Халилу и Сибавайхи, со времен ал-Кали получившего в Испании широкое распространение. Порядок звуков в таком алфавите обусловлен местом их артикуляции от гортанных до губных. Сходные по написанию буквы Ибн Кутыйа располагает рядом: ’, h, , È, â, É, È, q, k, s,

ë, ê, », l, r, n, ï, ü, ü, d, b, t, í, z, f, m, w, y.

Ибн Кутыйа делит глаголы на геминированные, правильные, хамзовые и «слабые», а также разграничивает формы в зависимости от огласовок К2: faala, faila, faula. Кроме того,

он скрупулезен в классификации «слабых» глаголов в зависимости от того, содержат они wªw èëè yª’ и какой корневой по порядку эти буквы являются.

Во второй (’afala) и третьей (faala) частях труда приемы расположения лексики аналогичны, за исключением тех позиций, под которые эти глаголы не подпадают, например разграничение по признаку совпадения или несовпадения значений.

В размещении лексики Ибн Кутыйа фактически смешал ряд приемов и тенденций. С одной стороны, он воспринял идеи АМП группировки (значение, модель), с другой – подвергся влиянию алфавитных принципов аранжировки (корень, его структура). Это привело к ряду алогизмов. Непонятно, в частности, назначение фонетического алфавита, сложного для обыденного восприятия вообще и тем более в том запутанном виде, который предложил Ибн Кутыйа. Его нерациональность усугубляется и тем, что лексикограф группирует слова только по К1, оставляя порядок дальнейших корневых произвольным.

Без видимой необходимости Ибн Кутыйа усложняет и классификацию корней за счет учета того, в какую главу они входят. Скажем, в «главе хамзы» к правильным он причисляет глаголы с начальной хамзой и к ним же – подобные правильным в «главе вава». Как следствие возникает путаница и с другими глаголами. В «главе айна» к правильным, наряду

284

Классическое арабское языкознание

с корнями ‘žB, DM, BS, почему-то отнесены и корни WR, WS, WY и другие, хотя для «слабых» далее выделена отдельная рубрика.

Указанные выше, а также некоторые другие просчеты Ибн Кутыйи побудили двух других испанских лексикографов – асСаракусти и Ибн Каттаа предпринять попытки улучшения опыта своего предшественника.

Если рассмотренные труды привлекали только две глагольные формы, то вскоре в оборот вовлекается и ряд других, как это отмечается в словаре «al-’Af‘ªl» [’Af‘ªla] ас-Саракусти (ум. после 400/1010).

1.Труд состоит из 28 «книг» – по количеству арабских букв, расположенных в том же фонетическом порядке, но с отказом от дополнительной группировки их по сходному графическому написанию: ’, h, , É, â, È, q, k, », È, ë, l, r, n, ï, d, t, ê, z, s, ü, ü, í, f, b, m, w, y [’Af‘ªla, 25]. В рамках каждой «книги» собраны слова на К1 без учета последующих корневых.

2.«Книги», названные ас-Саракусти соответствующими буквами, делятся на части (bªb): I. Глаголы на парадигмы faala

èafala с общими значениями. II. Глаголы на парадигмы faala

èafala с разными значениями. III. Только трехбуквенные глаголы. IV. Только четырехбуквенные глаголы, а также более длинные за счет «наращенного» аффикса. V. Пятибуквенные глаголы (отдельно выделяются только в «книге ⪠’»).

3.Внутри первых трех частей ас-Саракусти, как и Ибн Кутыйа, подразделяет глаголы на геминированные (mu»ª ‘af), правильные, хамзовые и «слабые». Хамзовые и «слабые» он тоже относит к правильным в тех случаях, когда их К1 является заглав-

ной в соответствующей «книге». Например, в «книге хамзы» к правильным он причисляет ’ZH, ’LT, ’ZB, ’TR, ’TN, ’LK è äð.

4. Далее следует дробление непосредственно по парадигматическим моделям с учетом огласовок корневых и того, какой по порядку корневой является «слабая» буква или хамза. При этом число рубрик и последовательность их расположения колеблется от «книги» к «книге» и от части к части.

Глава 6. Лексикографическая традиция

285

Предпринимаемое ас-Саракусти разветвленное дробление вокабул по словообразовательным моделям характеризуют отсутствие четкой унифицированной подачи парадигм и оперирование сбивчивой и путаной терминологией, не всегда отвечающей общепринятым понятиям. К примеру, то, что асСаракусти называет rubª‘Ì («четырехбуквенный глагол»), большинство филологов называли íulªíÌ mazÌd («трехбуквенный глагол с аффиксом»). Непоследовательность встречается и в рамках значений, вкладываемых в термины самим ас-Саракус- ти. В «книге hª ’» парадигма ’ifalalla отнесена им к четырехбуквенным глаголам, в то время как в «книге ⪠’» она же отнесена к пятибуквенным глаголам [’Af‘ª la: 514].

Слабые места словарей Ибн Кутыйи и ас-Саракусти попытался устранить в трактате «TahüÌb K. al-Af‘ª l» [TahüÌb A] Èáí àë-Kàòòà (ум. 515/1121). B этом словаре он возвращается к обычному алфавиту и ищет новые варианты перераспределения запутанной и непоследовательной системы рубрикации. И хотя лексикограф и устраняет некоторые из недостатков своих предшественников, он по-прежнему далек от создания удобного и простого в обращении словаря.

Лексико-семантическая и грамматическая связь производящей основы с дериватами, отглагольных форм с глагольными остается отчетливой в лексикографических трудах, специализировавшихся на группировке по АМП парадигм масдаров (kutub al-maêªdir). Автором наиболее раннего трактата о масдарах источники называют ал-Киса’и [TahüÌb: 15; £abaqª t: 278]. Вслед за ним словари этого типа создают ан-Надр б. Шумайл, Абу Убайда, ал-Асма и, Абу Зайд ал-Ансари, Абу Умар Салих б. Исхак ал-Джарми и др. Труды ал-Фарра’ и Ибрахима б. Йахйи ал-Йазиди рассматривают только формы масдаров, встречающихся в Коране.

В ориентированном на ЛСП словаре «al-GarÌb al-muêan- naf» к АМП частично обращается и Абу Убайд. В 19-й «книге» словаря al-a»dªd («энантосемы») он помещает пять глав о масдарах: 1) масдары, образованные от названий частей тела

286

Классическое арабское языкознание

и т. п.; 2) масдары, от которых не образуются глаголы; 3) масдары, образованные от чисел; 4) масдары по типу «faaltu/falan» ñ Ê2 = фатха; 5) масдары на парадигму «maf‘ ñl»

[Abdel-Tawab, 1962: 59].

B IV/X в. лексикографические трактаты о масдарах создают Абу Зайд ал-Балхи (ум. 322/934) и Нифтавайхи (ум. 323/935). Авторство книги о редких словоформах и масдарах Йакут приписывает Даламизу Бахлулу. Все эти труды до нас не дошли.

Многочисленные главы о масдарах содержатся в «alMuâaêêaê’å» Èáí Ñèäû (ò. XIV, XV).

Àáó Äæàфар Ахмад б. Али ал-Байхаки, известный под именем Бу Джафарак (ум. 544/1149), создал два одинаково озаглавленных словаря «TªÈ al-maêªdir» – один арабский и один арабско-персидский. Арабский в своем построении в значи- тельной мере испытал влияние словаря «DÌwªn al-’adab» (см. далее). В нем Бу Джафарак подразделяет масдары на 2 группы:

А. Образованные от трехбуквенного корня. Б. Образованные от прочих корней.

Во вторую группу он включает масдары:

I. Образованные от трехбуквенного корня, «наращенного» за счет аффиксов производных пород.

II. Образованные от четырехбуквенного непроизводного корня.

III. Образованные от четырехбуквенного корня, «наращенного» за счет аффиксов производных пород.

Указанная дифференциация трехбуквенных и прочих масдаров основана на том, что первые из них Бу Джафарак счи- тает узаконенными практикой (samª‘Ìya), а вторые – образованными путем аналогии (qiyªsÌya).

Дальнейшая структура словаря такова:

А: 1. Глава (bªb) масдаров, образованных от глаголов типа faala/yafulu. 2. Òî æå îò faala/yafilu. 3. Òî æå îò faala/yafalu. 4. Òî æå îò faila/yafalu. 5. Òî æå îò faula/yafulu. 6. Òî æå îò faila/yafilu.

Глава 6. Лексикографическая традиция

287

Á.I: 1. Глава масдаров, образованных от глаголов на парадигму ’afala. 2. Òî æå íà fa‘‘ala. 3. Òî æå íà faala. 4. Òî æå íà ’iftaala. 5. Òî æå íà ’infaala. 6. Tî æå íà ’istafala. 7. Tî æå íà tafa‘‘ala. 8. Tî æå íà tafª‘ala. 9. Tî æå íà ’ifalla. 10. Tî æå íà ’if’ªlla.

Б.II: 1. Глава масдаров, образованных по парадигме falala.

Á.III: 1. Глава масдаров от глаголов на парадигму tafalala.

2.Òî æå íà ’ifanlala. 3. Òî æå íà ’ifawala. 4. Tî æå íà ’ifawalla. 5. Tî æå íà ’ifalalla.

Kаждая из глав первой группы (А. 1–6) делится на отделы (fuêñl) масдаров глаголов правильных (sªlim), удвоенных (mu»ª‘af), неправильных (mutall) и хамзовых (mahmñz).

Отделы масдаров неправильных глаголов имеют дополнительное дробление на подгруппы (’aqsªm) масдаров глаголов подобнoправильных (miíªl), òèïà: waêala, yanaa; вдвойне неправильных с разобщенными «слабыми» (lafÌf mafrñq), òèïà: wafaya; подобноправильных хамзовыx (miíªl mahmñz), òèïà: waÈaa, ya’isa; пустых (’aÈwaf), òèïà: ïªla, sªra; недостаточных, типа: da‘ª, ramª; вдвойне неправильных с соседними «слабыми» (lafÌf maqrñn), òèïà: sawiya, и недостаточных хамзовых (nªqis mahmñz), òèïà: alawa.

Kроме того, в каждой подгруппе масдары неправильных глаголов Бу Джафарак еще разграничивает и в зависимости от того, какая «слабая» буква входит в их состав – wªw èëè yª’. Масдары хамзовых глаголов сгруппированы с учетом того, является хамзой К1, Ê2 èëè Ê3 [Naêêªr, 1956, I: 157].

Главы второй группы (Б) имеют дальнейшую, столь же разветвленную, рубрикацию, она в большей степени заимствована у ал-Фараби (см. далее) и значительно ближе к его системе, чем это имело место для упорядочения масдаров первой группы (А).

Из наиболее известных лексикографических трудов о масдарах следует упомянуть также два небольших трактата асСагани на отдельные парадигмы масдаров: «Kitªb al-’infi ªl» [Ubªb: 34] è «Naqat aê-êadayªn fÌ-mª Ȫ’a alª faalªn» [Naqa].

288

Классическое арабское языкознание

B расположении слов в них уже начинают доминировать принципы аранжировки лексики с учетом ее корневой структуры.

Что касается именных форм (’asmª’), то отдельные сочи- нения по ним редки даже в упоминаниях источников, не говоря уже о трудах сохранившихся. По-видимому, это было обусловлено тем, что именные словообразовательные модели более разнообразны, а соотношение в них формы и значения менее регулярно и труднее поддается систематическому описанию. К тому же значительная часть именных парадигматических моделей органически вплеталась в канву трудов по nawªdir.

Именные формы, как правило, входили в качестве отдельных глав в состав более общих трудов, таких как «al- GarÌb al-muêannaf» Àáó Убайда, «IêlªÉ al-mantiq» [IêlªÉ1; IêlªÉ2] Ибн ас-Cиккита, «Adab al-kªtib» Ибн Kутайбы, «al-Muntaâab wa-l-muÈarrad li-l-luȪt» Абу-л-Хасана Али б. ал-Xасана алXана’и, известного под именем Kappа(æèë â 307/919–920 ã.), «al-(amhara» Ибн Дурайда, «al-Muâaêêaê» Èáí Ñèäû è äð.

Так, 17-я «книга» («Типы именных форм») словаря «al-GarÌb al-Muêannaf» состоит из 69 глав, в которых собраны слова на одну или несколько парадигм: fu‘ªla, fa‘ñla, ’uf‘ñla, fa‘ñlÌya, fuallÌla è ò.ä. [Abdel-Tawab, 1962: 55]. Kаких-либо принципов в последовательности расположения парадигм Абу Убайд не придерживается. Объем глав колеблется от страницы с лишним до всего одного слова, как, например, в главе fuayyÌl, где приводится мужское имя Шурахбил.

Àáó Убайд иногда ошибочно к именным формам причисляет и некоторые масдары (хотя для них выделены отдельные главы), а в главу на одну парадигму включает слова, образованные по другим парадигматическим моделям. Толкования вокабул предельно кратки, а порой и вообще отсутствуют. Крайне редки шахиды. Изредка приводятся формы множественного числа толкуемого слова, а также некоторые его диалектные варианты.

Ибн ас-Сиккит в труде «IêlªÉ al-mantiq» (1–2-й разделы) также далек от идеи поисков какой-либо строгой системы упо-

Глава 6. Лексикографическая традиция

289

рядочения именных парадигм. Однако в последовательности их подачи он уже разграничивает модели, образованные от простых (muÈarrad) и «наращенных» основ, трехбуквенного и четырехбуквенного корней, а также принимает во внимание, является аффиксом «слабая» буква или mÌm.

Порядок расположения словообразовательных моделей имен в труде Ибн Кутайбы «Adab al-kªtib» (2-я часть) выдержан по схеме: 1) глава имен, образованных от простых (muÈarrad) трехбуквенных корней; 2) то же от трехбуквенных корней, «наращенных» за счет «слабых» аффиксальных букв; 3) то же от «наращенных» за счет mÌmа. Далее следуют главы, в которых собраны слова, имеющие соответственно два, три, четыре и более диалектных вариантов, но уже без рубрикации по парадигматическим моделям.

Достаточно регулярно Ибн Кутайба подает вначале правильные имена, а затем – со «слабой» корневой.

По сравнению c предшественниками автор еще более краток в толкованиях слов, значительную часть которых он вообще оставляет без объяснений, полагая, что они хорошо известны. Лаконичен он и в тех случаях, когда приводит шахиды на толкуемое слово из Корана, хадисов и поэзии.

Отдельные труды по именным формам, как, скажем, «Kitªb mª Ȫ’a min al-mabnÌ ‘alª fa‘ªl» ‘Àëè á. ‘Èñû àð-Pàá‘è (óì. 420/1029), «Kitªb fa‘ªl» [Fa‘ªl] è «Kitªb yaf‘ñl» [Yaf‘ñl] ас-Са- гани, по сути дела, представляют собой реестры вокабул на одну парадигму с параллельными объяснениями через синонимы. Так, в «Kitªb fa‘ªl» ас-Сагани содержится всего 130 слов, а в других аналогичных сочинениях – и того меньше.

Таким образом, четкие и строгие принципы упорядочения лексики в перечисленных трудах вращаются преимущественно вокруг всевозможных интерпретаций словообразовательных моделей вокабул. Исключение составляет только трактат «Kitªb yaf‘ñl» ас-Сагани, в котором автор дополнительно обращается к алфавитному порядку. Он разбивает сочинение на разделы (fuêñl) по первым буквам алфавита, исключая yª’, поскольку

290

Классическое арабское языкознание

с нее начинаются все отобранные им слова. В рамках разделов в расположении слов учитываются их последующие буквы.

Мысль собрать воедино и расположить по скрупулезно разработанной схеме разобщенный лексический материал словарей масдаров, глагольных и именных форм впервые, судя по известному материалу, пришла дяде и учителю знаменитого алДжавхари Исхаку б. Ибрахиму ал-Фараби (ум. 350/961), автору словаря «DÌwªn al-’adab». B последнее время на него обратили внимание некоторые исследователи, главным образом в связи с тем, что он явился прототипом трактата Махмуда Кашгарского «DÌwªn luȪt at-turk» [Халидов, 1984].

«DÌwªn al-’adab» интересен как опыт тщательно разработанной системы группировки слов по их парадигматическим моделям, а также продуманной и иерархически упорядоченной последовательности подачи парадигм.

В предисловии к словарю ал-Фараби, в отличие от многих других лексикографов, меньше отвлекается на сопутствующие темы, а сосредоточивает внимание на характере пользования словарем, принципах, положенных в основу его построения: «Я расположил по порядку каждое слово, поместив его в наиболее подходящем месте среди предшествующих и последующих слов с тем, чтобы пользователь мог найти его воочию в соответствующем месте... Я сделал книгу из шести частей (kutub). Первая из них – правильные [cлoвоформы] (sªlim), вторая – удвоенные (mu»ª‘af), третья – подобные правильным (miíªl), четвертая – «пустые» (üawªt aí-íalªía 2), пятая – недостаточные (üawªt al-’arbaa 3), шестая – хамзовые (hamz).

Каждую из частей я разделил на два раздела (ëaïr) – именные формы (’asmª ’) и глагольные формы (’af‘ªl). Модели

2 Cам ал-Фараби далее объясняет, что это такие, в которых К2 = ª, w

èëè y (Éurñf al-madd wa-l-lÌn) [DÌwªn al-’adab]. Термином üawªt aí-íalªía пользовались куфийские грамматисты, в то время как общеупотребительным был термин ’aÈwaf.

3 То же в отношении К3 [см.: Там же]. В общеупотребительной терминологии – nªqis.

Глава 6. Лексикографическая традиция

291

(’amíila) и главы именных форм я пoместил перед глагольными формами...» [DÌwªn al-’adab, I: 74, 75].

«Мы начинаем со слов с фатхой у первой корневой, поскольку она – самая «легкая» из огласовок (эту мысль ранее уже высказал Сибавайхи [Kitªb, II: 258]. – В. Р.), так как выходит из ротового отверстия без напряжения. Далее следуют слова с даммой [у первой корневой], затем – с касрой. Слова с сукуном у начальной корневой мы помещаем перед теми, у которых там фатха, поскольку сукун «легче» любой огласовки (об этом см. также в: [Kitªb, II: 257–258]. – Â. Ð.).

Слова женского рода с yª ’ мы располагаем перед словами женского рода с хамзой, поскольку yª ’ – с сукуном, а хамза – с огласовкой. Слова с [аффиксальной] хамзой предшествуют словам с [аффиксальным] нуном, поскольку хамза «легче», будучи паузой, – нун же выражен явно (üªhira)...» [DÌwªn al- ’adab, I: 87].

«Мы начинаем с именных форм с последней корневой bª ’, переходя затем к последующим буквам алфавита, пока не ис- черпаем их все, не считая «слабых». В этом мы не идем по пути ал-Халила б. Ахмада и не располагаем буквы в его порядке, склоняясь к порядку более известному, так как его лучше и лег- че воспринимают и избранные, и простолюдины.

Если встречаются несколько слов с одинаковыми последними корневыми, они располагаются по начальным корневым. Если же встречаются несколько слов, у которых одинаковы и начальные корневые, то они располагаются с учетом вторых корневых» [DÌwªn al-’adab, I: 87].

К объяснениям ал-Фараби следует добавить, что лексика обоих разделов (ëaïr) сгруппирована по главам (bªb). Отправными критериями объединения группы парадигм в главу являются первообразность (taÈarrud) формы или наличие в ней аффиксов (mazÌd) и тип огласовки (во внимание принимается и сукун).

Порядок изложения именных форм, куда, правда, попадают и некоторые масдары, в аспекте mugarrad/mazÌd реализован

292

Классическое арабское языкознание

следующим образом: а) трехбуквенные первообразные модели (aí-íulªíÌ al-muÈarrad), òèïà: inab; б) трехбуквенные модели с префиксом ’alif èëè mÌm перед K1, òèïà: ’iêba, maühab; â) òðåõ-

буквенные модели с «отягощенной» (muíaqqal) Ê2, òèïà: Éimmas; г) трехбуквенные модели с инфиксом между К1 è Ê2, òèïà: ïªbi; д) то же между К2 è Ê3, òèïà: saɪb; е) трехбуквенные модели с постфиксом после К3, òèïà: âidabb; ж) четырехбук-

венные модели и те, что к ним примыкают, типа: íalab; в) пятибуквенные модели и те, что к ним примыкают, типа: ÈirdaÉl.

В каждую новую главу (bªb) парадигмы объединяются по принципу изменения огласовок К1 è Ê2 (без учета огласовок К3)

âсоподчиненности: сукун – фатха – дамма – касра, а именно:

1.Глава К1 (фатха, поскольку К1 с сукуном быть не может)

Ê2 (сукун): fal, fala, falÌ.

2.Глава К1 (дамма) К2 (сукун): ful, fula, fulÌ, fulÌya.

3.Глава К1 (касра) К2 (сукун): fil, fila, filÌ.

4.Глава К1 (фатха) К2 (фатха): fala, faala, faalÌ, faalÌya.

5.Глава К1 (фатха) К2 (дамма): faul, faula.

6.Глава К1 (фатха) К2 (касра): fail, faila.

7.Глава К1 (дамма) К8 (фатха): fual, fuala, fualÌ, fualÌya.

8.Глава К1 (дамма) К2 (дамма): fuul, fuula.

9.Глава К1 (касра) К2 (фатха): fial, fiala.

10.Глава ’alif (фатха, дамма, касра) K1 (сукун) K2 (фатха,

дамма, касра): ’afal, ’afala, ’afalÌ, ’afil, ’afila, ’ufal, ’uful, ’ifal, ’ifala, ’ifil, ’ifila.

Далее следуют главы, в которых объединены парадигмы:

11.Глава ’uf‘ ñl, ’uf‘ ñla.

12.Глава ’if‘ ªl, ’if‘ ªla.

13.Глава ’if‘ Ìl.

14.Глава ’ufull, ’ufulla, ’ifall, ’ifalla, ’ifilla.

15.Глава ’afalªn, ’afulªn, ’ifilªn.

16.Глава mafal, mafala, mafalÌ.

17.Глава maful, mafula, mafil, mafila.

Глава 6. Лексикографическая традиция

293

18.Глава mufal, muf’ala, muful, mufula, mufil, mufila, mifal, mif’ala, mifil.

19.Глава mafalªn, mufulªn.

20.Глава maf‘ ñl, maf‘ ñla è ò. ä.

Объединяя отдельные модели в главы, ал-Фараби при их перечислении в каждой новой парадигме как бы «перемещает» сукун и огласовки К1 è Ê2 от начала их иерархии и до конца.

После того как все они исчерпываются полностью, привлекаются вначале префиксы, затем – инфиксы и, наконец – постфиксы, то есть аффикс тоже как бы «движется» с начала и до конца именной формы параллельно с «движением» в этой же форме субординационно соподчиненных сукуна и огласовок. При этом в учет начинают приниматься и огласовки аффиксов: ’af-, ’uf-, ’if-, maf-, muf-, mif-.

По мере углубления в обширную и разветвленную парадигматику имен четкость принципов группировки их отдельных моделей в главы для ал-Фараби выдерживать все труднее; принципы эти становятся все более размытыми, а некоторые из моделей начинают входить в кое-какие главы в единственном числе. Впрочем, и количество слов, которые ал-Фараби отыскивает на ту или иную парадигму, порой ограничивается единицами.

Аранжировка лексики по последней корневой (Кï), òî åñòü

по рифмовому принципу, осуществляется в пределах каждой парадигматической модели отдельно, поэтому под тяжестью комплексного дробления на модели первичность АМП группировки доминирует у ал-Фараби над вторичностью рифмового принципа (РП) аранжировки; РП у ал-Фараби существенно проигрывает по сравнению с тем, как сумел впоследствии реализовать его возможности ал-Джавхари.

Последовательность подачи глагольных форм следующая: а-г) то же, что и для именных форм (породы I, IV, II, III); д) модели, производные от трехбуквенного корня с началь-

ным ’алифом, типа: ’iÈtaüaba, ’insaÉaba, ’istaê‘aba (породы VII, VIII, X);

294

Классическое арабское языкознание

e) модели, производные от «отягощенногo» трехбуквенного корня с префиксом t-, òèïà: takallama (порода V);

ж) модели, производные от трехбуквенного корня с инфиксом между К1 è Ê2 и префиксом t-, òèïà: taȪüaba (порода VI);

з) другие подобные модели глагольных форм, типа: ’ÍÉmarra, ’ÍÉmªrra (ïoðîäû IX, XI).

Pазбивка на главы в разделе глагольных форм совпадает в основном с типами выделяемых парадигм, в большинстве соответствующих породам, с учетом огласовок моделей первой породы (faala/yafulu, faala/yafilu, faala/yafalu, faila/yafalu è

т. п.) в прошедшем и настояще-будущем временах.

Для глагольных форм в пределах моделей, количество слов на которые значительно (например: faila/yafalu), поиск нужного из них значительно упрощает РП аранжировки, малоэффективный в других местах словаря.

В целом, несмотря на всю сложность дробления по словообразовательным моделям с учетом комплекса параметров (первообразность или наличие аффиксов, тип и позиция огласовки, разграничение «слабых» и правильных форм, членение слов в зависимости от количества корневых), принципы группировки и аранжировки лексики у ал-Фараби отвечают задаче фиксированного закрепления отдельного слова в строго определенном месте.

Многие из приемов упорядочения словаря «DÌwªn al-’adab» восходят к специальным (частным) лексикографическим трудам АМП группировки. В свою очередь, и словари этих категорий восприняли ряд принципов, примененных впервые ал-Фа- раби (как, например, «TªÈ al-maêªdir» Áó Äæàфарака).

Òàê, «DÌwªn al-’adab» явился прототипом [Xалидов, 1984] тюркско-арабского словаря Махмуда б. ал-Хусайна б. Мухаммада ал-Кашгари «DÌwªn luȪt at-turk» [DÌwªn luȪt at-turk].

Его же влияние сказалось в построении словаря йеменского поэта и ученого Нашвана б. Саида ал-Химйари (ум. 573/1178) «žams al- ulñm wa-dawª’ kalªm al-arab min alkulñm» [žams1; žams2]. Отправной у ал-Химйари является раз-

Глава 6. Лексикографическая традиция

295

бивка труда на «книги» (kitªb) по буквам алфавита. Каждая из «книг» состоит из двух частей (Èuz’) – удвоенные словоформы и прочие. B «книгах» первой части – по одной главе, например: «книга буквы bª’»: «глава буквы bª’ с последующими буквами алфавита в удвоенном корне»; «книга буквы lªm»: «глава буквы lªm с последующими буквами алфавита в удвоенном корне» и т. п.

«Книги» второй части состоят из нескольких глав, организованных, как правило, вокруг К1 è Ê2, например, «книга хам-

зы»: «глава хамзы и bª ’ с последующими буквами алфавита», «глава хамзы и tª ’ с последующими буквами алфавита» и т. д.

Кроме того, в обеих частях проводится разграничение между именными и глагольными формами: при этом всегда предшествуют первые. Именные и глагольные формы разделены на группы с учетом первообразности или производности основы, к которой они восходят, а также количества составляющих ее букв: первообразные, трехбуквенные, трехбуквенные

ñаффиксами, четырехбуквенные, пятибуквенные.

Âкаждую из групп входит по несколько парадигматических моделей, причем в группе первообразных трехбуквенных словоформ модели расположены с учетом огласовок в той же их иерархической последовательности, что и у ал-Фараби.

Наконец, если на одну и ту же модель имеется значительное количество вокабул, в их расположении учитывается К2, à

затем – Кï: Ê1Ê2...Êï, независимо от того, является она К3, Ê4 èëè Ê5, например: (LB, (LSD, (LD, (LMD, (LHM è ò. ä.

Несмотря на своеобразность интерпретации ал-Химйари системы ал-Фараби, словари «žams al- ulñm» è «DÌwªn al-’adab» при группировке лексики объединяет, в первую очередь, основной упор на парадигматические модели со скрупулезно разработанной последовательностью их размещения.

По своему построению к ним близок и труд аз-Замахшари (ум. 538/1144) «Muqaddimat al-’adab», объединивший ЛСП и АМП группировки. Он состоит из пяти частей: 1) именные формы; 2) глагольные формы; 3) частицы; 4) склонение именных форм; 5) спряжение глагольных форм.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]