Философия

когда не может обойтись без реального в метафизическом смыс­ ле»1.

В связи со сказанным полезно упомянуть категории трансцен­ дентального и трансцендентного. Это две разные ступени сверхчув­ ственной реальности. Несомненно, бытие — сверхчувственно, но не обязательно сверхприродное, надмировое. Такая реальность, выходящая за грань эмпирии и характеризующаяся, по Канту, так называемыми априорными (доопытными) формами позна­ ния (типа пространства и времени как формы чувственного позна­ ния и причинности как категории рассудка), называется транс­ цендентальной.

Выше ее стоит полностью сверхопытная реальность, фак­ тически недоступная и теоретическому познанию. Это трансцендентная, или ноуменальная, реальность Канта. По мысли всех религиозно думающих философов, Бог есть трансцен­ дентная реальность (но не все трансцендентное божественно).

§ 5. Иерархия типов реальности

Членение ТИПОВ реальности. Мы видим, что первоначально нерасчлененное бытие предстает в виде многообразия форм и типов реальности, исторически доступной человеку. Само понятие бытия не обладает никакой двусмысленностью: оно однозначно и синони­ мично реальности вообще, взятой без разграничения на типы. В контексте размышления и общения такое разграничение не всегда необходимо, но когда оно требуется, следует специально оговари­ вать, о каком виде реальности идет речь.

Членение типов реальности — очень интересный философ­ ский вопрос, представляющий огромный мировоззренческий и методологический смысл. В самом общем виде такое членение рассматривалось выше: разделение эмпирической, трансценден­ тальной и трансцендентной реальности в кантовской гносеоло­ гии и онтологии, опирающееся еще на средневековую традицию. Другая база деления дается религиозной философией — на реаль-

1 См Вопросы философии. 1958. № 5. С. 109.

определенным разделам. То же можно сказать о химии, биологии, геологии, науках об обществе. Кто рассмотрел, например, виды био­ логической реальности? Есть ли более или менее строгая классифи­ кация психической реальности?

О духовной реальности. Но далеко не все существующее есть материя или представляет собой элементарные психические проявления, объяснимые на уровне физиологии. Духовная ре­ альность — не меньшая реальность, чем природа вне нас. Ее, в виде мысли, рождает каждый акт интеллектуальной деятель­ ности. Человеческая мысль реальна, но ее реальность духовна. Все феномены сознания, и личного, и общественного, обладают бытийным смыслом. Здесь возможны разные уровни и степени реальности.

Вот таблица умножения — это реальность или нет? Конечно, реальность. Но какая? Не вещественная, не физическая, а духов-

но-символическая, знаковая. А сам принцип умножения в этой таб

лице — тоже реальность, также идеальная, но теперь даже не сим-~ волическая, а чисто духовная. В данном случае принцип — это пра­ вила данной математической операции. Но отнести ли ее к субъек­ тивному или объективному духовному мирам Поппера? Затрудни­ тельно. С одной стороны, математические правила и определения существуют в уме математика, представляя собой как бы субъек­ тивную реальность, связанную с его индивидуальным сознанием, а с другой — в меру общезначимости этих определений они пред­ ставляют собой объективное явление. (Не говоря уже о том, что такого рода духовные феномены неразрывно связаны с некоторыми материальными носителями: книгами, бумагой и т.п.)

Объективный смысл таблице умножения можно приписать еще на том основании, что, будучи общезначимой, она «выражает в от­ раженной форме некие законы материального бытия», которые за­ ведомо объективны.

Такая трактовка, однако, не применима к более сложным фено­ менам1 доступной нам духовной реальности. Оставляя в стороне ху­ дожественную литературу и споры о «реализме» и «реалистичнос­ ти» в ней, обратимся к сказке и мифу. Каждый миф и каждая сказка

Термин не случаен: рассматриваемая в этом разделе духовная реальность не имеет трансцендентного характера и является феноменальной, по Канту

заключают в себе тайный смысл, имеют не только развлекающий характер. Это удивительно богатая форма творчества и его про­ дукт, красивое буйство человеческой фантазии. Но это самая на­ стоящая духовная реальность в образно-символической форме ее выражения: сказочная, легендарная реальность, имеющая свою смысловую организацию и социально-психологическую надобность людям, коль они ее сотворили и постоянно воспроизводят.

Об исторической реальности. За рассмотренными достаточно «приземленными» видами духовной реальности так или иначе можно угадывать еще потаенную реальность. Последней суждено стать со временем открытой, доступной или же так и остаться в трансцендентной сфере. (О соединении трансцендентного с земным в религиозном представлении мы уже говорили выше. Помимо та­ инств возможна явная манифестация такого соединения — в виде чуда.)

Наконец, возможен исторический подход к разграничению ре­ альности. Бытие тогда включает в себя актуально сущее, неисчис­ лимые потенции и бесконечные следы прошлого. Исходным пунк­ том рассмотрения бытия как исторического бытия, как результата практической и духовной деятельности людей является культура — царство теоретически и практически освоенной природы и мир ду­ ховной культуры.

§ 6. Бытие как проблема

Все сказанное выше поворачивает бытие к нам еще одной сторо­ ной. Как узнать, существует ли тот или иной объект, то или иное явление? Где критерий реальности? (Можно заключить, что суще­ ствует мера бытия чего-либо. Пример ее применения в нашей обы­ денной жизни, увы, — «мера сознательности» или даже «мера со­ вести».)

Проблема бытия, реальности чего-либо — это фундаменталь­ ная мировоззренческая и методологическая проблема. Дело в том, что объективную реальность, действующую во всех существующих пещах и явлениях, мы не в состоянии охватить своим мышлением ни во всем ее объеме, ни во всех способах ее проявления. Критерий реальности несводим к критерию чувственной достоверности.

17 1122

Существование реальности трансцендентной, например бытие Бога, есть чрезвычайно сложный вопрос. «Онтологическое доказа­ тельство бытия Бога» уже рассматривалось. Философы придержи­ ваются разных мнений относительно того, возможно ли в принци­ пе — с точки зрения логики — такое доказательство. Для религи­ озной веры здесь нет сомнений, для нее это скорее «опытный факт» (где опыт понимается в специфическом смысле, не тождест­ венном с обычной «эмпирической»). Вопрос в том, можно ли до­ казать бытие Бога неверующему.

Оригинальный поворот дает здесь блестящая булгаковская проза.

Побеседовав с советским литературным деятелем М. Берлиозом и поэтом Иваном Бездомным, явившийся в «страшный майский вечер» на Патриаршие пруды сатана с большим удовлетворением узнал от обоих, что они — убеж­ денные атеисты.

«Тут иностранец отколол такую штуку: встал и пожал изумленному редак­ тору руку, произнеся при этом такие слова:

— Позвольте вас поблагодарить от всей души!

Узнав от них, что дьявола, т.е. его самого, тоже не существует, Воланд уже рассердился: «Чего у вас ни хватишься, ничего нет». В беседе с образованным Берлиозом Воланд напоминает об Иммануиле Канте, отвергнувшем предло­ женные до него пять доказательств существования Бога и придумавшем свое, шестое, тоже, впрочем, отвергнутое современниками и потомками.

Но «...Имейте в виду, что на это существует седьмое доказательство и уж самое надежное! И Вам оно сейчас будет предъявлено!»

Доказательство предъявляется — Аннушка уже разлила масло, Берлиозу - вагоновожатая-комсомолка отрезает голову, а Воланд останавливается в его квартире.

Правда, внимательный читатель заметит, что предъявлено было все же доказательство бытия дьявола, а не Бога (совершенно неосновательно поэто­ му названное седьмым)1.

И в практической жизни вопрос о реальности имеет живот­ репещущий характер. Существует ли реально, например, подо­ зреваемая или неподозреваемая та или иная болезнь у челове-

1 См.: Булгаков МЛ. Мастер и Маргарита. Гл. 1, 3. Стоит отметить, что в этом романе на евангельскую тему Бог отсутствует и сатана со своими духами — единст­ венная трансцендентная реальность.

Глава 9 УЧЕНИЕ О БЫТИИ 259

ка —- разве это не важно для него? Да и сами виды реальности, их социальная и личная значимость крайне важны: одно дело бытие намерения, скажем, украсть и другое — осуществленное намере­ ние, когда его бытие в форме цели становится бытием в виде ре­ ального факта.

Проблема реальности имеет огромное значение для науки. Во-первых, это относится к разнообразным «необычным яв­ лениям». Возьмем, напримерЛэкстрасенсорные феномены,\связанные с излучением живыми системами энергии и информации. В силу своей крайней необычности эти явления многим пред­ ставляются загадочными, таинственными, даже сверхъестест­ венными. Но ведь, как показывают многочисленные опыты и на­ блюдения, эти явления существуют. Следовательно, они естест­ венны в своем реальном бытии. Поэтому можно сказать, что само представление о сверхъестественном характере этих явлений обусловливается не сущностью этих явлений, а ошибочным пони­ манием их сущности.

Точно также мышление современного человека занято поиска­ ми внеземного разума, хотя у некоторых это и вызывает насмешку.

Вообще, естественным мы считаем (или склонны считать) то, что существует и действует согласно известным современной науке законам, т.е. то, что вписывается в исторически сложившуюся на сегодняшний день научную картину мира. Естественное в таком смысле не надо переоценивать, а «сверхъестественное» — соот­ ветственно недооценивать.

Во-вторых, известно, что и реальность, и истина об этой ре­ альности, и смысл даже самих развитых частных наук есть всегда частные виды и реальности, и истины и что все это доступно и даже необходимо в пределах некоторой специальной области, но это способно утратить и саму предметную область, и истинность, и ос­ мысленность за ее пределами.

Различные научные понятия в ходе исторического развития переходили из области чисто теоретической в вещественную, при­ обретали «материальный статус» и наоборот. Долгое время атомы и молекулы, электрон, ген и т.п. существовали только как удобные теоретические схемы, причем господствовало убеждение, что «их никто не видел и не увидит». Но достаточно быстро, под влиянием ли поразительных экспериментов типа измерения Наряда одного-

>7*

единственного электрона, или появления глубокой теоретической концепции — двойной спирали ДНК (т.е. структуры гена) все эти понятия «овеществились», приобрели исключительно прочный ма­ териально-бытийный смысл. С другой стороны, весьма убедитель­ ное для современников понятие эфира как материальной субстан­ ции, светоносной среды, столь же быстро «развеществилось» после создания теории относительности. Нынешний онтологичес­ кий статус эфира весьма проблематичен (подробнее см. в парагра­ фах, посвященных пространству и времени).

Как говорил М.А. Булгаков: «Что такое официальное лицо или неофициальное? Все это зависит от того, с какой точки зрения смотреть на предмет. Все это... зыбко и условно. Сегодня я неофи­ циальное лицо, а завтра, глядишь, официальное! А бывает и на­ оборот, и еще как бывает!»1.

В этой связи уместно упомянуть и проблему реальности худо­ жественного образа. Вспомним, как Бальзак ругался со своим ге­ роем, называя его подлецом, а Пушкин говорил о Татьяне: «Какую она штуку со мной учудила. Взяла да замуж вышла!»

Художественное реально совершенно по-особому, несводимо к физическому и вообще естественно-научному бытию. Естествозна­ ние не может объяснить природу прекрасного. Это не физическая, а эстетическая реальность, по сути своей объектно-субъектная, че­ ловечески окрашенная. Очарование девственной природы, вол­ нующие наше сердце переливы морских волн, багряный закат со­ лнца, брызжущее всеми красками северное сияние, величествен­ ное молчание гор или шумящий лес. Что может сказать нам об этом физик — именно как физик? Он опишет физическую суть звуковых колебаний, сообщит при этом, что багряность связана с излучени­ ем электромагнитных волн такой-то длины и частоты. Но исчерпы­ вается ли физической реальностью то чувство восхищения, которое при этом испытывает человек, внемлющий всему этому? Конечно, нет. И вообще — что это за реальность: восхищение? Тут нужен иной язык — язык музыки и красок, язык поэзии, мастерство ху­ дожественного слова. Аналитическому уму физика здесь вообще нечего делать. Для него — в рамках его физического мышления — не существует ни цветов, ни звуков. Спросите физика, что такое

1 Булгаков М.А. Мастер и Маргарита Гл 9