Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Энциклопедия глубинной психологии. Т.III. Последователи Фрейда
.pdf
ПСИХОАНАЛИЗ. Последователи Фрейда
форму адаптации благодаря включению фактора возрастающей независимости
от непосредственного воздействия раздражителей. К этой тенденции, называемой
тенденцией к ‘интериоризации’, относится также сигнал опасности наряду с други$
ми функциями, которые можно охарактеризовать как антиципирующие. Здесь я бы
хотел также напомнить представления Фрейда об отношении Я к восприятию вре$
мени. Из сказанного следует, что значительную часть функций Я можно рассматри$
вать также с точки зрения их сдерживающего характера. Вы знаете, что Анна Фрейд
(1936) говорит о первичной враждебной установке Я по отношению к влечениям;
и именно эта функция Я, исследованная в психоанализе всесторонне и наиболее
основательно, то есть защита, является специфическим выражением его сдержи$
вающего характера. Другая группа функций, которые мы приписываем Я, — это
так называемый характер человека. Следующая функция, которую понятийно мож$
но отграничить от ранее упомянутых, — это координирующая или интегрирующая
тенденция, так называемая синтетическая функция. Вместе с дифференцирующими
факторами мы можем охватить ее понятием организующей функции. Она представ$
ляет собой (хотя и не единственную или не самую раннюю) фазу психической само$
регуляции человека. Когда мы говорим об аспекте реальности Я, его сдерживающем
или организующем характере и т.д., мы понимаем, что его специфические формы
деятельности могут одновременно выражать и действительно выражают многие
из этих характерных особенностей» (Hartmann 1972а, 120).
ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ОБ АДАПТАЦИИ
Цель Гартманна сформулировать психоаналитическую теорию, которую можно
было бы продуктивно использовать в научных исследованиях и в развитии теории
в других областях, привела его, как и Фрейда, к биологическим основам. После того
как долгое время главный акцент делался на психопатологии и терапии, к исследова$
нию обширной проблемы адаптации можно было приступить с изучения оставав$
шихся в стороне нормальных психических феноменов и нормальной деятельности
организма. После тщательного выяснения различий между адаптацией как состоя$
нием и адаптацией как процессом Гартманн указал на то, что новорожденный ре$
бенок появляется на свет в состоянии приспособленности к своему окружению,
по крайней мере, к среднестатистическому или ожидаемому окружению, в которое
входят как живые, так и неживые объекты. Как и у всех организмов, сохранение
биологического равновесия необходимо для выживания и развития, а реципрокные
отношения между индивидом и окружением направлены на то, чтобы создать
состояние равновесия. Продолжительное состояние беспомощности ребенка ста$
новится причиной жизненно важной зависимости от семьи, которая в качестве со$
циальной структуры выполняет биологическую функцию. У человека результат нау$
чения в социальном поле является важным аспектом процесса адаптации, и, помимо
процесса семейной жизни, прежние поколения — считает Гартманн — были спо$
собны организовывать окружение таким образом, что оно соответствовало и содей$
ствовало процессам адаптации новорожденного. Совершенно очевидно, что это име$
ло огромное значение для выживания, поскольку врожденное («инстинктивное»)
оснащение, которым ребенок располагает при рождении, является очень скудным,
и на протяжении многих лет существует явно выраженная потребность в родитель$
ской опеке.
Гартманн указывал, что согласования или соответствия, которые ожидали об$
наружить между влечениями человека и инстинктивным аппаратом у животных,
66
Хайнц Гартманн и современный психоанализ (Герберт Ф. Вальдхорн)
обеспечивающим самосохранение и сохранение рода, доказать не удалось. Влечения
человека настойчиво требуют своего удовлетворения, не считаясь с другими реали$
стическими потребностями, и не могут ждать отсрочки. Врожденные свойства Я,
о которых говорилось выше, и их созревание — независимо от конфликта — играют
важнейшую роль на самых ранних стадиях существования. От самых ранних прояв$
лений интеллекта до самых утонченных его философских форм в зрелом возрасте,
благодаря которым интеллект вводится в социальные связи, задачей Я остается огра$
ничение разрядки влечений с учетом требований реальности.
При исследовании адаптации Гартманн считал необходимым пояснить опреде$
ленные формы использования терминов «реальный», «реалистичный» и «принцип
реальности». По его мнению, принцип реальности целесообразно приравнять ко всей
биологической системе адаптации, включая принцип удовольствия и совокупность
влечений, психических структур и принципов регуляции, оказавшихся крайне цен$
ными для выживания в среднеожидаемом окружении. Экстраординарные дейст$
вия, которые необходимы для человеческой адаптации и которые можно объяснить
организующей функцией интеллекта и преобладанием реалистического и рацио$
нального мышления, Гартманн считает совершенно естественными, и он обращает$
ся прежде всего к адаптивной роли фантазии и других нерациональных мыслей.
По всей видимости, Фрейд и другие аналитики, разрабатывая психоаналитическую
теорию, находились под сильным впечатлением очевидной потери функции провер$
ки реальности при психозах и неврозах и поэтому стали переоценивать рациональ$
ный аспект мышления. Если посмотреть, какую роль играют эмоции, эмпатия, же$
лания, антропоморфизм, установки, традиции, неадекватные цели и намерения,
то мы можем увидеть, что разум (а значит и кора больших полушарий) не всегда
контролирует все функции организма. Фактически определенные адаптивные наме$
рения иногда реализуются благодаря тому вкладу, который вносит иррациональность
в функционирование организма.
К общераспространенному представлению о том, что адаптация может совер$
шаться аутопластически или аллопластически, то есть посредством изменения ин$
дивида или переструктурирования окружения, Гартманн добавил наблюдение,
что люди способны создавать совершенно новую и более благоприятную для инди$
вида среду. Если существующая социальная структура влияет на возможности адап$
тации любой специфической формы поведения, то изменение среды людьми и воз$
никающие в результате новые социальные условия могут сделать конкретные формы
поведения адаптивными или неадаптивными — в зависимости от того, как измени$
лись условия. Третья возможность, а именно нахождение новой среды, которая
оказывается более пригодной для функционирования организма, вероятно, сущест$
венно ограничивается там, где в социальных структурах существуют жесткие огра$
ничения подвижности, или в обществах, где не существует границ, которые можно
было бы расширить. В целом Гартманн считал, что основы нашей модели психиче$
ского здоровья мы можем создать только в том случае, если будем учитывать много$
слойность процесса человеческой адаптации.
Рассмотренные нами идеи, связанные с пониманием Гартманном Я и его пред$
ставлением об адаптации, образуют фон, на котором мы должны теперь обсудить
основные его воззрения, содержащиеся в других работах. Его теории нейтрализации
и сублимации психической энергии неразрывно связаны с его представлениями
об образовании психических структур и развитии Сверх$Я. Его рассуждения о теории
агрессии и роли, которую играет ненейтрализованная агрессия при шизофрении, при$
вели к новым открытиям в этой области. О необходимости генетического подхода для
психоанализа и для понимания детских неврозов говорилось в статьях, которые явля$
ются крайне важными и с точки зрения вопросов о методе. Рассматривая отношения
67
ПСИХОАНАЛИЗ. Последователи Фрейда
между Я и Сверх$Я и проблему адаптации, он провел уникальные исследования, ка$
сающиеся психоанализа и вопроса о моральных ценностях. И, наконец, понимание
Гартманном отношений между психоанализом и социальными науками и его по$
стоянный акцент на методологии при обсуждении психоанализа как научной тео$
рии дали мощный импульс многим психологам и представителям других научных
направлений. Приведенная в конце данной статьи библиография должна помочь
читателю найти работы, в которых каждая тема обсуждается более подробно,
но перед этим мы решили сделать некоторые обобщающие замечания.
ТЕОРИЯ ВЛЕЧЕНИЙ И ПОНЯТИЕ НЕЙТРАЛИЗОВАННОЙ ЭНЕРГИИ
В 1946 году Гартманн и его коллеги написали несколько статей с целью про$
яснить некоторые психоаналитические формулировки, появившиеся до того,
как структурная теория стала общепризнанной, и которые благодаря применению
структурного подхода приобрели новое значение или иные акценты. Прежние по$
нятия Фрейда, относившееся к врожденным влечениям, были центрированы на раз$
витии сексуальности и на изменении психической энергии, связанной с сексуальны$
ми импульсами, то есть на превращении либидо. В ранних работах агрессивные
импульсы рассматривались как дериваты влечения к овладению сексуальным объек$
том. И только позднее клинический опыт привел к представлению о том, что агрес$
сивные импульсы являются выражением независимого, первичного агрессивного
влечения. Влечения рассматривались Фрейдом в отношении к объекту и к самому
человеку, в известной мере как источник психической энергии для функционирова$
ния Я и Сверх$Я; последнее рассматривалось в основном как случай сублимации
либидо и должно было заменить прежнее представление, касавшееся — как отмеча$
лось выше — роли независимых влечений Я. В конечном счете это привело к опреде$
ленному искажению в теоретических построениях, связанных с развитием психиче$
ских структур и образованием психических форм, которые, как считал Гартманн,
можно скорректировать благодаря лучшему пониманию агрессии.
Если раньше считалось, что источником сексуального влечения являются биохи$
мические процессы и эрогенные зоны тела, то в отношении агрессивного влечения
Фрейд и его единомышленники не смогли выдвинуть соответствующей гипотезы.
Аналитики наблюдали, что отвод либидинозного напряжения происходит по извест$
ной схеме на различных ступенях психосексуального развития, что подтвержда$
лось исследованиями предудовольствия и оргазма. Разрядка агрессивного напряже$
ния структурирована менее четко, однако Гартманн и его коллеги предположили,
что сам по себе отвод агрессивного влечения может переживаться как приятный
и что с агрессивными действиями может быть связано нечто, весьма напоминающее
предудовольствие и насыщение. Наряду с удовольствием и неудовольствием опреде$
ленную роль в контроле над поведением и возникающем в конечном счете пережи$
вании удовлетворения играют также и другие психические реакции; в качестве фак$
торов, оказывающих определенное влияние, можно назвать чувство вины и проверку
реальности, но нельзя также игнорировать требования, предъявляемые к Я, которое
должно предвидеть трудности, сопровождающие совершение агрессивного акта.
Таким образом, реальность и структурная организация определяют возможности,
силу и форму агрессивного действия и образуют иерархию мотивов.
При трансформации агрессивной энергии можно наблюдать различные связан$
ные друг с другом процессы, среди них: смещение агрессии на другие объекты, огра*
ничение целей агрессивных импульсов, сублимация агрессивной энергии и связывание
68
Хайнц Гартманн и современный психоанализ (Герберт Ф. Вальдхорн)
с либидинозными влечениями или контроль благодаря этому над ситуацией. Гарт$
манн и его коллеги признавали возможность и значение сублимации агрессивной
энергии, и они настаивали на том, чтобы дополнить представление о десексуализа$
ции представлением о «деагрессивизации». Они ввели понятие нейтрализации
энергии и говорили о процессе деинстинктуализации. Они рассматривали способ$
ность к нейтрализации как функцию Я, которая, вероятно, приводится в действие
его автономными предшественниками. Прежде чем продолжить обсуждение ги$
потезы о нейтрализации, следует упомянуть еще одну идею Гартманна, связанную
с его представлениями о первичной автономии Я, о том, что «...часть психической
энергии [активно действующая в психическом аппарате] ...является не первичной
энергией влечения, а с самого начала принадлежит Я или его врожденным пред$
шественникам, которые в дальнейшем становятся специфическими функциями Я
и, возможно, также тех аппаратов, которые постепенно образуются под влиянием
Я и в свою очередь воздействуют на его развитие. Разумеется, подобную гипотезу,
какой бы привлекательной она ни была, сегодня пока еще нельзя считать доказан$
ной. Это, однако, относится также и к гипотезе о том, что вся психическая энергия
проистекает из влечений. Обе гипотезы в конечном счете сводятся к физиологии»
(1972а, 132).
Если Я рассматривается как психическая система, то способность к нейтрализа$
ции тесно связана с понятием силы Я. Сильному Я, обладающему способностью про$
тивостоять фрустрациям, приписывается важная роль в формировании и сохране$
нии длительных объектных отношений. Гартманн считал нейтрализованную
агрессию первичным источником энергии, который используется при контркатек$
сисе и в защитах. Однако роль, которую она играет в функциях Я, вероятно, являет$
ся гораздо более значительной и постоянной, поскольку энергия, используемая
при контркатексисе для ограничения разрядки влечений, присуща явлениям, в ко$
торых преобладает вторичный процесс, и интегрирующим функциям в целом.
Постулируется также наличие переходных ступеней между полностью нейтрали$
зованной энергией и энергией влечений, и в этой гипотезе также предполагается
возможность денейтрализации. Наряду с вышеупомянутыми рассуждениями
об адаптивном использовании смешения рациональных и иррациональных мыслей
Гартманн предполагал, что максимум нейтрализации не обязательно ведет к опти$
муму функциональной способности.
При этом он утверждал, что некоторые функции Сверх$Я обладают энергией,
по своей форме больше напоминающей агрессивную энергию, чем деагрессиви$
зированную, которой располагает Я для осуществления определенных функций.
Однако во многих случаях близость к форме влечения может порождать трудности
в функционировании, приводя к проникновению конфликта в сублимированную
или нейтрализованную форму поведения. Интернализация ненейтрализованной аг$
рессивной энергии в Я ведет к снижению интеграционной способности и, возмож$
но, к мазохизму (см. статью Ж. М. Алби и Ф. Паше в т. I). Накопление нейтрализован$
ной энергии может дать Я относительную независимость от побуждений, исходящих
из внешнего мира или из организма, делая возможной широкую область функцио$
нирования, не ограниченную моментальным удовлетворением потребностей,
что Гартманн называл вторичной автономией Я. Понятие нейтрализации энергии
соотносится также с теми феноменами, которые обсуждаются с точки зрения свя$
занной и свободной энергии, — отводом энергии в первичном и во вторичном про$
цессах и в процессах памяти.
Гартманн прослеживал основные идеи, вытекавшие из этого понятия, во многих
направлениях, использовал его при изучении взаимодействий между Я и Оно и при$
знавал его значение для понимания определенных аспектов регрессии и сублимации.
69
ПСИХОАНАЛИЗ. Последователи Фрейда
В одной из работ, посвященных теории сублимации, он попытался устранить много$
значность, возникшую из первоначального понимания сублимации как смещения
сексуальных влечений от своих целей на социальные или более приемлемые в куль$
турном отношении и более высоко оцениваемые цели. Недостаточности определе$
ния, основанного на ценностных суждениях и, разумеется, имеющего ограничения
из$за концентрации на различиях в целях, Гартманн противопоставлял радикаль$
ный вопрос, в какой степени вторичная автономия включена в функционирование Я.
Это требовало признания энергии, задействованной в сублимации (нейтрализации),
а также изменений целей и объектов в данной деятельности. Гартманн не только
указывал на вероятность того, что существуют все градации нейтрализа$
ции, но и считал, что сублимация является непрерывным процессом и не ограничи$
вается ценными в культурном или социальном отношении достижениями.
Это отличается от защитных действий Я, поскольку облегчается отвод первона$
чальных инстинктивных влечений в измененной форме. В некоторых ситуациях от$
водятся как раз действия и мысли, поскольку они привлекают к себе энергию, су$
ществующую в менее нейтрализованной форме. Такой продолжающийся процесс,
если он не приводит к столкновению с автономной способностью Я к контролю
и интеграции, может рассматриваться, согласно Крису, как «контролируемая рег$
рессия» — «регрессия на службе Я» (1934). Поскольку, таким образом, нейтрализа$
ция стала ядром проблемы сублимации, появилась возможность выйти за рамки
вопроса о значении и причинах сублимации и ее влиянии на Я$идеал. Если взаи$
модействие между влияниями Сверх$Я и функциями Я становится все более
эффективным, то это не значит, что способность к сублимации, в какой бы форме
она ни была, пропорциональна совершенству требований. Способность к сублима$
ции энергии влечений рассматривалась — особенно в связи с функциями Я —
как важная детерминанта проявления всех аспектов развития ребенка. В работах
«Проблемы детского невроза» (1954) и «К вопросу о метапсихологии шизофрении
(1963) Гартманн подчеркивал значение фундаментальной структуры Я и функцио$
нальных способностей как детерминирующих факторов в процессе построения
объектных отношений, при болезненном переживании нарциссических фрустра$
ций и при адаптации к реальности. Все они зависят от образования интегрирован$
ных, стабильных форм защиты. Решение этой задачи требует известной степени зре$
лости и силы развития Я. Человек обращается к примитивным защитным
механизмам, таким, как обращение против собственной персоны, инверсия, проек$
ция и отторжение либидо, когда неадекватная нейтрализация ведет к появлению
дефицита необходимой для защитных действий энергии. Нарушенные объектные
отношения в детстве и объясняющийся этим чрезмерный нарциссизм еще более
затрудняют достижение константности объекта и образование объекта в целом. Зна$
чительное число функций Я может быть нарушенным, если напор влечений, с кото$
рым обходятся неадекватным образом, оказывает постоянное патогенное воздейст$
вие на личность. При шизофрении — наряду с факторами, относящимися к сфере
влечений, которые приводят тому, что не могут сформироваться функционирующие
защитные механизмы, — результатом является снижение способности дезорганизо$
ванного Я к нейтрализации. Это может объясняться слабостью первичных автоном$
ных факторов в Я, которые задействованы в развитии данной способности и других
функций Я; этот феномен может представлять собой «врожденный центральный
фактор» ослабления.
При обсуждении детских неврозов рассматривалась роль, которую играет ней$
трализация в диспозиции к патологическому развитию. Взаимная зависимость, си$
нергизм и антагонизм ребенка определяют матрицу, в соответствии с которой раз$
виваются последующие структуры и функции, включая особенности объектных
70
Хайнц Гартманн и современный психоанализ (Герберт Ф. Вальдхорн)
отношений в дальнейшей жизни. Когда понятие специфической для разных стадий
развития уязвимости применяется к рассмотрению самых ранних доструктурных
периодов психического развития, очевидное значение имеет возможность исполь$
зования адекватных форм энергии. Фиксация, сновидения и конфликт в детстве не$
зависимо от тенденции созревания — как в Я, так и в Оно, а также изменений
в окружении — скорее будут вести к нарушениям Я или даже к адаптивным изме$
нениям, чем к неврозу или психозу. Гартманн еще раз подчеркивает в этой связи,
насколько важна способность к нейтрализации энергии влечений, поскольку сте$
пень изменения, искажения или компенсации определяется ранними патогенными
изменениями. В связи с этим крайне ценными считались исследования детского раз$
вития, позволяющие сформулировать важные гипотезы, касающиеся раннего пси$
хического развития и образования психической структуры. Фактически Гартманн
и его коллеги считали, что систематическое исследование множества историй жиз$
ни человека, начиная с самого рождения, основанные на совокупности многочис$
ленных методов наблюдения, предоставляет наилучшую возможность верифициро$
вать или фальсифицировать гипотезы (см. Hartmann, Kris, Loewenstein 1964, 55).
Психоанализ давно уже отказался от реконструкции историй жизни на основе пси$
хоаналитического наблюдения и обратил особое внимание на исследование регрес$
сивных процессов и на патологическую динамику неврозов и психозов. То, что ис$
следование регрессивных феноменов при нормальном функционировании было
включено в рассмотрение процессов развития в психической жизни, объясняется
прежде всего той убедительностью, с которой Гартманн отстаивал значение авто$
номного развития Я, понятие нейтрализации и свои представления об адаптации.
ЗАМЕТКИ О СВЕРХ$Я И ПРОБЛЕМЫ МОРАЛЬНЫХ ЦЕННОСТЕЙ
С целью соотнесения психоаналитических формулировок и теоретических по$
строений психоанализа со структурной теорией и ее научными и техническими вы$
водами была предпринята также попытка прояснить и уточнить понятие Сверх$Я,
его развитие, функции и значение для личности в целом. При описании последо$
вательных этапов детского развития, влияющих на развитие Я, подчеркивалось
изначальное различие между Самостью и окружением. При этом признавалось,
что у ребенка отношения между переживанием фрустраций, агрессивных импуль$
сов и защиты, играющие определенную роль в дифференциации и развитии Я, в ос$
новном были обусловлены вышеописанными независимыми процессами созрева$
ния автономных компонентов Я. В случае Сверх$Я процессы, ведущие к его
формированию, в определенной степени зависят от функциональной способности
Я. Особенно важную роль играют речь и интеллектуальное развитие. Развитие ран$
них функций Я и влечений приводит к тому, что Сверх$Я проявляется во всей психи$
ческой жизни в постоянном взаимодействии с другими психическими структурами.
Важные для развития Я ранние идентификации оказывают постоянное влияние
на особые идентификации, которые в конце фаллической фазы в результате прожи$
вания эдипова комплекса становятся частью Сверх$Я (см. статью Д. Айке о Сверх$Я
в т. I).
В работе «Заметки о Сверх$Я» (Hartmann 1962) Гартманн определил и разграни$
чил некоторые аналитические понятия, которые употреблялись в связи с обсуждени$
ем Сверх$Я. Речь шла о понятиях «интернализация», «идентификация» и «интроек$
ция». Интернализация является понятием, применяемым для описания процессов,
в которых внутренняя регуляция используется вместо регуляции, происходящей
71
ПСИХОАНАЛИЗ. Последователи Фрейда
во взаимодействии с внешним миром. Примером этого является замена пробных
действий мышлением. Термин «идентификация» применяется для описания про$
цесса, благодаря которому часть репрезентантов объекта становится частью ре$
презентантов Самости, в результате чего человек, который идентифицируется, в из$
вестной степени ведет себя, как другой человек (или имеет о нем определенное
представление$фантазию — в таком случае речь идет о проективной идентифи$
кации). Понятие «интроекция» часто используется как синоним идентификации
или интернализации. Его основное значение и отличие заключается в том, что суще$
ствует производный от него термин «интроецированный», который обозначает то,
что «усвоено» и в большей или меньшей степени интегрировано в человеке.
Эти разграничения помогают понять два основных компонента Сверх$Я, свя$
занных с его различными функциями: Я$идеал и моральные ценности, которые явля$
ются отражением и репрезентантами родительских установок и требований. Идеа$
лизация родителей и возвышение их с целью присоединения к их защите и власти,
является активным процессом еще до фаллической фазы, и он связан с изначальной
амбивалентностью ребенка и изменениями его нарциссизма. Под давлением страха
кастрации в процессе развития эдипова комплекса идеализация в конце фалличе$
ской фазы распространяется на сферу морального поведения. Пиаже (Piaget 1932)
говорил о «моральном абсолютизме» чрезмерно ригидной ранней организации
Сверх$Я, которая возникает вследствие незавершенного развития ее функций и про$
грессирующего развития Я, а также вследствие социального развития в латентный
период. Идентификация с дополнительными моделями и воздействие культурных
факторов изменяют и дополняют черты Я$идеала, и возникает все более тесный кон$
такт между содержаниями Я$идеала и содержаниями моральных ценностей.
Под влиянием организующих функций Я их интеграция содействует постепенному
развитию моральной системы личности, которая распространяется за пределы об$
ласти моральных требований и включает в себя идеальные представления о совер$
шенстве. Согласно Гартманну, Крису и Лёвенштейну, справедливость, мудрость, му$
жество и умеренность представляют собой четыре главные добродетели, которые
долгое время являлись общепризнанными целями древних греков. Они представля$
ют собой идеалы совершенства, относящиеся к целям, на которые ориентируется
Я$идеал, и хотя они содержат моральные включения, все же не ограничиваются тем,
что другие авторы называют моральными требованиями. Величайшие системы мо$
ральных ценностей, выработанные человечеством, нередко содержат аспект Я$идеа$
ла и моральных ограничений, таких, как «добро» и «Ты не должен!» (см. Hartmann,
Kris, Loewenstein 1946b, 165).
Некоторые из функций, приписываемых системе Сверх$Я, могут перекрываться
определенными функциями Я. Но они часто осуществляются по иной, «агрессивно
окрашенной» модели отвода энергии, чем в случае Я, которое в большей степени
использует нейтрализованную энергию. Можно говорить о функциях Сверх$Я внут$
реннего восприятия, восприятия собственных психических процессов, хотя они, не$
сомненно, являются частью интегрирующих функций Я. Точно так же проверка ре$
альности, самокритика, самобичевание и фиксация на высоко ценимых формах
поведения могут попадать в пограничную область, но если существует моральная
направленность или — в особом случае — ориентация на другие идеалы, их можно
вполне классифицировать как функции Сверх$Я. Поскольку существует спор между
различными ценностями, моральными требованиями и противоположными тенден$
циями в Сверх$Я, в соответствии с наблюдениями над интрасистемным конфлик$
том в Я мы ожидаем видеть также конфликтное функционирование и в Сверх$Я.
Понятие «деформация Сверх$Я» рассматривается по аналогии с понятием «иска$
жение Я» или «деформация», о которой Фрейд говорил, что иногда она возникает
72
Хайнц Гартманн и современный психоанализ (Герберт Ф. Вальдхорн)
под давлением несовместимых друг с другом стремлений из желания воспрепятст$
вовать серьезному повреждению функциональной способности. В любом случае
функционирование Сверх$Я связано также с определенными действиями Я. И если
развитие Я представляет собой длительный процесс, способствующий становлению
человека, то развитие Сверх$Я является точно таким же длительным процессом,
в ходе которого создается взаимное приспособление Я и Сверх$Я.
Основываясь на таком понимании Я и Сверх$Я, Гартманн предпринял исследова$
ние некоторых вопросов, касавшихся психоанализа и моральных ценностей
(Hartmann 1960а). Указав на необходимость отличать собственное отношение Фрей$
да к этике и морали от отношения к ним психоанализа, Гартманн начинает свою ра$
боту с утверждения, что психоанализ не создал собственной морали и своего мировоз$
зрения. Многие часто считают, что он представляет собой руководство к практическому
поведению, что аналитические принципы слились с традиционной моралью, религи$
озными, социальными, политическими и экономическими целями при создании фи$
лософии жизни. Гартманн не согласен с тем, что определенные ценности следует на$
зывать психоаналитическими. И наоборот, Фрейд отчетливо выразил свое мнение
о необходимости существования моральных кодексов, поскольку он видел в них ин$
тегрирующую функцию, которую такие кодексы и нормы имеют для индивида.
Его собственное бескомпромиссное подчинение истине и объективности позволило
ему увидеть то, что боялись увидеть другие: он рассматривал отношение психоанализа
к проблемам ценностей как аналогичную проблему в других науках.
Задача психоаналитической теории состояла прежде всего в том, чтобы объяс$
нить, каким образом индивид превращает мораль и нравы своего общества в эффек$
тивные интрапсихические функции контроля. Переживание «ты должен» и мораль
«добра» и «зла» в первую очередь объясняется аспектами психического функциони$
рования человека, на которые влияет продолжительная зависимость ребенка от сво$
ей семьи. Определяющую роль играют идентификация и объектные отношения,
которые связывают его с родителями, и конфликты, возникающие вследствие ран$
него сексуального и агрессивного развития ребенка. Теория Сверх$Я, его развитие,
содержание и способы его функционирования делают понятной роль, которую иг$
рает совесть — сознательные факторы воздействия Сверх$Я — и бессознательные
факторы, поскольку они определяют мораль. По аналогии с устойчивостью и спо$
собностью сопротивляться, которые проявляют функции Я по отношению к давле$
нию критики, раздающейся изнутри или извне, можно сказать, что моральный ко$
декс, вырабатываемый личностью, проявляет аналогичную «автономию» и достигает
более или менее стабильного равновесия во взаимодействии между социальными
и интрапсихическими факторами. Моральные кодексы являются более действенны$
ми и надежными, если они находят значительную культурную поддержку у окруже$
ния, и взаимодействие между педагогическими усилиями и интегрирующими спо$
собностями развивающегося Я проявляется в уважении моральных ценностей.
При этом психоаналитическая теория помогает индивиду понять свою собствен$
ную мораль и с нею взаимодействовать. Степень бессознательного следования ей
или сопротивления индивида моральному императиву, возникшему в процессе
его психического развития и проявляющемуся в существующих конфликтах, дово$
дится до его сознания. По мере того, как возникает понимание, открываются новые
возможности обходиться с собственными иллюзиями, рационализациями и чувст$
вом вины. Кроме того, имеется возможность понять специфическое развитие собст$
венных ценностей и способностей Я и их взаимодействие.
В связи с этим Гартманн отмечает трудность при обсуждении проблемы ценно$
стей, поскольку понятия, которые обычно используются, являются неточными и пе$
рекрываются. Существуют неморальные оценки, например, такие, как: «Это вино
73
ПСИХОАНАЛИЗ. Последователи Фрейда
хорошее», которые являются менее сложными, чем суждения по поводу человече$
ского поведения, типа: «Это хороший поступок», которые относятся к моральным
суждениям. Эстетические ценности отделяются от моральных ценностей. Первые
в большей мере связаны с вопросами, нравится или не нравится, последние — с со$
ответствием существующему моральному кодексу. Аутентичные моральные ценно$
сти у человека или в культуре — это те, «...которые репрезентированы не только
в представлениях об этике, но и проявляются в качестве динамических факторов
в моральных аспектах личности или культуры» (Hartmann 1960а, 50). Иерархию цен$
ностей нельзя определить с помощью науки, поскольку дескриптивные и теорети$
ческие позиции являются иными по сравнению с нормативными. Однако психоана$
лиз может способствовать исследованию актов, с помощью которых эти ценности
устанавливаются или реализуются: «Моральное поведение человека является такой
же важной частью и отличительным признаком его личности, как его характер
или его влечения» (там же, 53).
Гартманном были введены дополнительные концепты, позволяющие понять ас$
пекты процесса оценки, прежде всего в контексте аргументации и логики. Так, на$
пример, понятие «иррадиация ценностей» относится к тому факту, что ценности,
связанные с данным представлением, распространяются на другие представления,
находящиеся в отношении с ним, независимо от того, что идеи, оцениваемые во вто$
рую очередь, сами по себе могли быть морально нейтральными или даже противо$
речили основным ценностям. Мы оцениваем одинаково то, что, как нам известно,
является реальным фактом, и ожидаем, что все, что мы оцениваем сходным или оди$
наковым образом, в действительности и в самом деле будет аналогичным. Для этого
последнего феномена Гартманн ввел термин «агглютинация ценностей» (буквально:
склеивание). Эти процессы могут вести к разрывам в суждениях, предрассудкам
и противоречивым оценкам, и они могут обнаруживаться во многих переживаниях
в сфере нормального функционирования, при этом наглядным примером здесь яв$
ляется политическая полемика.
Нередко якобы объективные оценки социальных феноменов или индивидуаль$
ного поведения, а также цели, программы и идеологии обсуждаются без учета субъ$
ективности ценностей, используемых в качестве отправных точек. Например, с са$
мого начала развития психоанализа появилась тенденция считать психическое
здоровье одним из критериев моральных ценностей, хотя то, что психоанализ об$
ладает собственным мировоззрением, отрицалось. Некоторые аналитики считали,
что все «плохое» в человеческой природе удастся устранить, если побороть неврозы.
Гартманн считал, что так называемая «этика здоровья» распространилась из$за про$
блемы иррадиации и агглютинации ценностей и что это представление, по$види$
мому, служит в качестве рационализации других скрытых мотивов и сохраняется
вследствие неполноты психоаналитических знаний. Подобное неправильное исполь$
зование психоаналитического знания привело к неверным представлениям о таких
понятиях, как зрелость, агрессивность, интерес к себе и рациональность. Комплекс$
ные феномены, сопровождающие процессы созревания, и формирование агрес$
сивного влечения имеют многочисленные ответвления, которые могут либо занять
либо не занять свое место в интегрированных в конечном счете структурах или в по$
ведении. Любой поступок, совершенный в собственных интересах, как правило, рас$
ценивается ниже, чем альтруизм. Слово «рациональный» часто используется в каче$
стве опознавательного знака, чтобы оправдать поведение, которое с этической точки
зрения является спорным. Гартманн описывает неправильное использование психо$
анализа теми, кто применяет технические правила, определяющие психоаналити$
ческую процедуру, в качестве своего рода морального кодекса и модели поведения
также и вне психоаналитической ситуации.
74
Хайнц Гартманн и современный психоанализ (Герберт Ф. Вальдхорн)
В заключение Гартманн останавливается на ожиданиях, существующих со вре$
мени первых наблюдений Фрейда, что именно психоанализ должен стать чем$то
вроде универсального, надежного ключа к морали и к счастью. Моральные пред$
ставления, возникшие благодаря психоанализу, можно обсуждать в различных сис$
темах ценностей, но некоторые установки, порожденные психоанализом, являют$
ся всеобщими. Отношение к сексуальности и телесным функциям стало менее
напряженным, а цели самопознания, интеллектуальной интеграции, а также по$
нимания и принятия внешней и внутренней реальности расцениваются очень вы$
соко. Все более усиливается способность переживать чувства вины и интегриро$
вать их в аутентичный моральный кодекс. Наконец, благодаря более глубокому
пониманию человеческой мотивации изменяется также то, как человек подходит
к своей жизни и ее расценивает. Если результаты психоаналитической терапии
свидетельствуют об эффективности метода, заключающейся в том, что индивид
приходит к пониманию роли морали и других ценностей, то в настоящее время
невозможно, основываясь на этом опыте, сделать выводы о практических пробле$
мах человеческого поведения или об использовании моральных норм и моральных
оценок других людей.
ИЗМЕНЕНИЯ МЕТОДА, ВЫТЕКАЮЩИЕ ИЗ ПСИХОЛОГИИ Я
Психоанализ всегда делал акцент на взаимодействии метода и теории, посколь$
ку выявление новых клинических фактов ведет к разработке теории, которая в свою
очередь делает терапию более системной и целостной. Любой анализ наряду
с конкретными терапевтическими целями предполагает обнаружение фактов
и делает необходимыми последующую организацию и использование описанных
фактов.
Теоретические концепции способствуют процессу выявления и оценки фак$
тов, а последовательность проб и ошибок в ходе любой терапии позволяет прове$
рять последствия технического вмешательства, наблюдая за их непосредственными
результатами и успехом терапии в целом. Гартманн считал, что знание психологии
всех функций Я и их взаимоотношения, наряду с пониманием защитных механиз$
мов и постоянно возрастающим умением справляться с сопротивлением, может
служить основой для последующего улучшения метода. Понимание функций Я мо$
жет служить путем для лучшего понимания человеком того, как он обращается
с реальностью, и его адаптации в целом. Значение конфликтных и неконфликтных
сфер Я и их взаимодействия, а также значение интрасистемного напряже$
ния в Я становится понятным, когда ставится цель усиления Я. Вследствие
постоянного взаимодействия между всеми структурными элементами психики
и существующих сложных динамических и экономических взаимосвязей необхо$
димо проявлять осторожность и не допускать чрезмерного упрощения при исполь$
зовании технических правил. Метод должен быть гибким, и это достигается в том
случае, если аналитик отдает себе отчет в экспериментальном и исследовательском
характере любой терапии. Метод становится негибким и неэффективным,
если основывается на принципах и правилах и на рациональном планировании
терапевтического вмешательства.
Надо надеяться, что структурно ориентированный подход приведет к более глубо$
кому пониманию соответствующего выбора и количественной стороны защитных ме$
ханизмов. Возможно, особенно важными окажутся вопросы, касающиеся первичной
автономии Я. В заключение Гартманн вводит понятие «принцип множественного
75
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]