Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Философия и методология научной и проектной деятельности. Учебное пособие
.pdf
лись о догматизм протестантизма. Тем не менее зародившееся
критическое мышление, необходимость опираться на собственный опыт и разум, а не на догматы прочно утвердилась в человеческом сознании. Однако в этой новой культурно-исторической реальности, как уже упоминалось, было сильно противоборство реформационного и контрреформационного движений.
Человеческий Разум и Опыт сохраняют свою ценность, в большей степени только в области познания природы, утверждаются
в ней, привлекая в союзники признанную церковью Теорию
двух истин. Эта теория сыграла роль стены, оградившей науку
от усиливающейся контрреформации, от догматизма утверждающихся протестантских религий. В ней окончательно утвердились новые методы получения и проверки знаний на истинность – эксперимент, математическое доказательство, рациональное рассуждение. Поэтому научная революция, начавшаяся
в XVI в., утверждающая новые идеалы и нормы научного познания, связанная с именами Н. Коперника, Г. Галилея (1564–1642),
продолжается, и новая наука в форме теоретической механики,
актуализирующая ценности Человеческого Разума и Опыта,
превращается в авангардную сферу культуры XVII столетия.
Утверждается механистический стиль мышления, когда
явления и процессы в природе и обществе мыслятся сквозь
призму понятий и законов механики. Происходит механизация
«Бога», «Человека». В соответствии со вторым законом теоретической механики Бог превращается в перводвигатель, в первосилу. Мистический пантеизм, рассматривающий Бога как Совершенство, Красоту, пронизывающую природу, уступает место
рационализированному пантеизму, в котором Бог выступает как
закономерность, присущая природе.
Человек из совершеннейшего и прекраснейшего творения
для Возрождения превращается в машину. Р. Декарт считал, что
одна из причин плача – печаль. Печаль, охлаждая всю кровь,
суживает поры глаз. Но поскольку по мере того, как она их су-
91
живает, она уменьшает также количество паров, которые эти
поры должны пропустить, этого недостаточно, чтобы вызвать
слезы. Если Человек – машина, то его руки – рычаги, сердце –
насос и т. п. Такой механистический взгляд на кровеносные сосуды, как трубопроводы, по которым течет жидкость по законам
механики, помог Ч. Гарвею открыть законы кровообращения.
Механистической становится картина мира и общества.
Эпоха, смотревшая на мир сквозь призму законов механики, исходила из того, что если любое явление природы – воплощение
законов природы, открытых механикой, то любое общественное
явление – актуализация законов человеческой природы. Само
общество, все его институты, например, государство, есть несомненное воплощение законов человеческой природы, главный
из которых, по Т. Гоббсу, – инстинкт самосохранения.
Философия становится, преимущественно, гносеологией,
решая проблему источника познания (Д. Юм, Дж. Локк и др.),
и занимается поисками метода, с помощью которого можно получить истинное знание, что привело к формулированию рационально-дедуктивной методологии Р. Декартом и индуктивноэмпирической Ф. Бэконом.
В соответствии с убеждением в неизменности законов
природы П. Николь приходит к выводу о неизменности и вечности идеала красоты, отмечая, что одно из главных преимуществ
истинной красоты в том, что она не изменчива и не преходяща,
а постоянна, явна и по вкусу всем временам. Вместе с тем Красота уже не влитое в человека божественное сияние, а единство
субъективного и объективного, трансцендентального и человеческого. «Чтобы вещь была прекрасна, недостаточно, чтобы она
соответствовала своей природе, необходимо, чтобы она имела
связь с нашей природой». Поскольку человеческая природа неизменна, то и идеал красоты неизменен. В частности, классицизм утверждает, что произведение искусства должно говорить
с разумом, поскольку разум – высшее начало в человеке, он спо-
92
собен повелевать страстями, по мнению Р. Декарта, поэтому
в живописи классицизма утверждается приоритет линии
(Н. Пуссен (1594–1665)), в литературе – приоритет моральных
норм над чувствами. Герой в классицизме – это человек долга.
Постоянный рефрен множества произведений, в частности драмы П. Корнеля (1606–1684) «Сид», – «…жить нельзя, коли задета честь». В соответствии с культом Человеческого Разума утверждается идея правдоподобия, которая уточняется в правилах
трех единств в драматическом произведении (единство действия, места и времени). Утверждение классицизма именно в данную эпоху можно объяснить тем, что культ Человеческого Разума как ментальная доминанта этой культурной эпохи заставляет искать и находит «родственную душу», аналогичную
ментальную доминанту в парадигмальном ядре классической
эпохи в развитии античной культуры. Появляется название
«классицизм», содержане, связанное с возрождением культурных форм эпохи классики (архитектурных ордеров, античных
сюжетов, синтеза музыки и драматического действия, воплощенного в появлении оперы и т. п.).
В соответствии с приоритетом механики как именно опытной науки в качестве оппозиции классицизму возникает барокко
с его чувственностью, фантазийностью, драматизмом, идеей изменчивости. Цель барокко – поразить, восхитить, удивить. Произведения барокко обращены к чувствам. Барокко – это полотна
Караваджо, Тициана, Джентилески, Сурбарана, Веласкеса,
Хальса, Рембрандта (1606–1669), Рубенса (1577–1640), его ученика Ван Дейка (1599–1641), это произведения таких авторов,
как Шекспир, Лопе де Вега, Тирсо де Молина.
Художники барокко утверждают приоритет колорита над
линией. Именно цветовая палитра, краски воздействуют на наши чувства. Приоритет чувственности воплощается в золотистокоричневой палитре Рембрандта (1606–1669) (именно коричневый цвет Ф. Ницше впоследствии называл цветом чистой чувст-
93
венности, характеризуя и музыку Ж. Бизе как коричневую). Если классицизм доказывает, что созидающей силой искусства является разум, поэтому достоинство искусства составляют ясность, правильность, упорядоченность форм и симметрия в архитектуре, то для барокко такой созидающей силой является
остроумие, фантазия, что воплощается в великолепии и роскоши дворцовых ансамблей, в глубочайшем драматизме, трагизме,
экзальтированности, гротескности литературных произведений.
Следует согласиться с О. Шпенглером, отмечавшим связь
опытного естествознания, идей функциональности, силы, массы,
бесконечного пространства с барокко. Детерминированность
культом Человеческого Разума, наукой видится и в очевидной
корреляции сущности и противоположности барокко и классицизма, сущности и противопоставлении индуктивно-эмпирической и дедуктивно-рационалистической методологий. Становление барочного классицизма, классицизма с элементами барокко коррелирует с признанием И. Ньютоном равновеликости
и равноценности названных методологий.
2.3.5. Менталитет эпохи Просвещения
как культурологическая методология
художественной и проектировочной деятельности
Показано влияние социокультурного контекста эпохи
Просвещения на формирование образа искусства и архитектуры этого времени. Данный контекст образует культ Человеческого Разума.
Ставшая культурно-историческая реальность ХVII в. утверждает ценность Человеческого Разума в области науки и активизирует расширение этой ценности на все поле культуры.
Тем самым оказываются созданными условия, освобождающие
потенциал Человеческого Разума, актуализируется возрастание
94
ценности этой доминанты. Иначе говоря, если XVII в. – это столетие освобождения Человеческого Разума от власти Бога в области науки, то последующая культурно-историческая эпоха –
это время освобождения Человека от власти Бога во всех сферах
культуры, что коррелирует с пониманием Человека, прежде всего, как носителя разума, знаний. Дж. Вико формулирует аксиому: «Человек, вследствие бесконечной природы человеческого
ума, делает самого себя правилом Вселенной». Тем самым утверждается, что разумность – определяющее качество человека.
Соответственно, утверждается культурно-историческая реальность как воплощение культа, приоритета Человеческого Разума Эпоха начинает рассуждать так: если «вложить» человеку
в голову разумные идеи, то он сделает разумной свою жизнь,
а государь – жизнь подданных. Поэтому целью эпохи становится
образование, просвещение, что актуализируется в имени эпохи –
Просвещение. Соответственно, утверждается культурно-историческая реальность как воплощение культа, приоритета Человеческого Разума, что находит отражение в предпринятом Д. Дидро
и другими выдающимися просветителями издании энциклопедии;
в переписке Д. Дидро, М. Вольтера с Екатериной II и т. п.
В духовной атмосфере общества утверждается идея естественности демократических нравов и негодования против сословного неравенства (действительно, если люди равны в главном, в своей разумности, то они должны быть равны и перед законом). Утверждается идея естественности прав человека – прав
на собственность, на продукты своего труда, на свободу, на равенство перед законом. Эти права люди утратили «только по
трусости и по глупости», – писал Вольтер (1694–1778), и к ним
следует вернуться путем просвещения, убеждения государей.
Тем более, что государство возникло по разумному соглашению
людей, как в своих трудах показал Ж.-Ж. Руссо (1712–1778) (ср.:
по Т. Гоббсу государство – результат объективации закона самосохранения, имманентно присущего человеческой природе).
95
Следует отметить, что переход от недовольства сословными
привилегиями до их отмены занял целое столетие.
Эпоха Просвещения, с одной стороны, восхищалась своими просветителями, гениальными художниками, композиторами, принадлежащими к третьему сословию, которых принимали
в аристократических гостиных, как будто равных, но до истинного равенства было далеко. Так, Вольтеру за то, что он, человек
третьего сословия, посмел вызвать аристократа на дуэль, грозила тюрьма, и он вынужден был покинуть Францию. Моцарт для
архиепископа Зальцбурга, у которого музыкант состоял на
службе, оставался лакеем, которого можно было осыпать площадными ругательствами и выбросить за дверь ударом пинка.
Эпоха Просвещения утверждает новый идеал красивой
женщины. Красота стала связываться с эрудицией, хорошими
манерами, остроумием, хорошим вкусом, со всеми качествами,
которыми могла обладать только умная женщина. Эпоха формулирует тезис – некрасивых женщин нет, есть женщины неумные.
Блистать в свете могла только дама, обладающая талантами,
умением поддержать разговор на философскую тему, знающая
превосходно литературу, искусство в целом и, благодаря этому,
имеющая свой салон, в который были вхожи самые известные
умы города. Ради соответствия этому идеалу госпожа Дюпон,
воспользовавшись любовью к ней Ж.-Ж. Руссо, позволяла себе
подписывать своим именем его стихи.
В целом для этой эпохи характерны теории естественного
происхождения права, морали, религии в силу того, что все они
феномены актуализации человеческой разумности или неразумности. Например, «идея единобожия… медленно созревший
плод человеческих размышлений», – писал П. Гольбах. Согласно Руссо, религия возникает от встречи «дурака с мошенником».
По Вольтеру, человек по своей природе – существо общественное. Человеческую природу составляют разные потребности,
одна из которых – любовь, что ведет к взаимосвязи между пола-
96
ми, детьми и родителями. Жизнь сообща возможна только при
условии взаимного согласия, что приводит к необходимости
господства соответствующих нравственных норм. Тем самым
доказывается, что нравственный принцип – относись к другому
так, как бы ты хотел, чтобы относились к тебе – возникает на
основе разумного осмысления жизненного опыта.
Приоритет Человеческого Разума воплотился в идею прогресса, который стали связывать с неуклонным ростом науки,
техники, индустриализации, возрастанием демократии. Для философии истории возрастает как никогда роль личности, её
влияние на исторический процесс. Падение Римской империи
Вольтер связывает исключительно с личными качествами императора Константина.
Если философия обосновывает и предлагает активно воплощать в жизнь идеи прогресса, господства Человеческого Разума, то остальные сферы культуры актуализируют этот призыв,
в частности, искусство Просвещения «приземляет» идею прекрасного, акцентируя внимание на проблеме эстетического вкуса как естественной способности человека, на распространении
художественной критики и обоснования просветительской роли
искусства.
Само искусство посредством художественных образов воплощает культ Человеческого Разума. Его героями становятся
Робинзон Крузо, который благодаря своим знаниям и умениям
выжил на необитаемом острове, Гулливер, изобличающий лилипутов, ведущих войну с жителями Блефуску из-за очевидной
глупости – спора о том, с какого конца разбивать яйцо – с тупого или острого. Ведущим направлением в искусстве становится
интеллектуализм (Д. Дефо, Дж. Свифт, У. Хогарт, Ж.-Б. Шарден), продолжает господствовать классицизм.
Измельчается в соответствии с демократизацией нравов
и, соответственно, желанием обустроить свой дом с изыском,
свойственным аристократии, барокко, превращаясь в рококо.
97
Рококо, в большей степени, стиль интерьера, характеризующийся множеством изящных маленьких подобий фасадных скульптур, скульптурных групп барокко, картин – аналогов дворцовых,
но весьма небольшого размера и камерного сюжета. Например,
таковой является картина Антуана Ватто (1684–1721) «Актеры
французского театра», размером 20×25 см.
Утверждается сентиментализм как новое направление
в искусстве. Действительно, эпохальный интерес к человеку актуализирует акцентирование на других сторонах человеческой
природы, в первую очередь, на чувственном аспекте. Утверждение ценности Человека вне сословных различий приводит
к иному, не столь возвышенному, глубинно драматическому,
титаническому, героическому, как в Возрождении, а более интимному углублению в мир человеческих чувств. Кроме того,
объяснение исторических событий, генезиса государства, морали права и т. п. сквозь призму приоритета Человеческого Разума
должно было привести и привело многих к сомнению во всесилии человеческого разума. Руссо замечает, что, увы, разуму не
дано исправить человеческую природу, победить, например,
алчность. С развитием науки, техники, искусства несправедливость, гнет и неравенство только усиливаются. Разум нас часто
обманывает, вводит в заблуждение, поэтому надо доверяться
чувству. Тем самым утверждается сентиментализм, предромантизм, направления, воспевающие чувствительность, сердечность, нежность, кротость, любовь, не знающую сословных преград, отношения, пронизанные добротой, возможные только на
фоне природы, в патриархальной деревенской глуши, вдали от
цивилизации.
2.3.6. Западноевропейская культура ХIХ века,
ее методологическая функция
Показано влияние социокультурного контекста западно-
европейской культуры ХIХ в. на формирование образов художе-
98
ственного и научного творчества этого времени. Данный контекст образует система таких основных ментальных детерминант, как культ индивидуальности, точнее – индивидуализма, субъективности, прежде всего человеческой воли, с одной
стороны, и культ объективных условий, с другой.
Углубление в сущность Человека, акцентирование на его
воле, чувственности становится ментальным фундаментом культуры ХIХ в., что активизируется Великой французской революцией. С одной стороны, революция окончательно разрушила
упования Просвещения на всесилие человеческого разума, она
показала, как мало результат субъективной активности зависит
от разума. Так, Робеспьеру не удалось осуществить идею эгалитаризма, идею равного распределения имущества, несмотря на
принятый в 1793 г. закон о максимуме, не позволяющий устанавливать цены на зерно выше определенного максимума, несмотря на созданный Комитет общественного спасения, поставивший террор в порядок вещей в целях соблюдения революционной законности. На первый план выходит проблема
о сущностных основаниях человеческой природы, места и роли
человека в историческом процессе. С другой стороны, революция выдвинула в авангард истории людей сильной воли, тем самым пробудив актуализацию в парадигмальном ядре ценности
Человеческой Воли. Именно поэтому начало новой культурноисторической эпохи характеризуется решением проблемы роли
человека в обществе сквозь призму ценности, призму культа Человеческой Воли, что не отменяет, но дополняет высокую ценность и включенность в парадигмальное ядро эпохи Человеческого Разума.
Соответственно, господствующим направлением в культу-
ре становится романтизм. В центре искусства оказывается Че-
ловек чувствующий, добивающийся, волевой. Романтический
герой – это, прежде всего, субъективность, совокупность желаний, чувств, но необыкновенных по глубине, доведенных до эк-
99
зальтации. Он испытывает «шквал страстей», «бурю чувств»,
без чувства для него жизнь немыслима (Ф. Шопен перестает писать музыку и через год умирает после разрыва с Жорж Санд).
Для романтизма человек – индивидуальность и самоценность.
Он углублен в свои чувства, в свои мысли, поэтому романтический герой эгоцентричен, он замкнут на себя, обречен на одиночество, он глух к чужим страданиям, его интересы ограничены
сферой личных переживаний. Таков Чайлд Гарольд Байрона,
Демон М.Ю. Лермонтова. Романтик немыслим без идеала. Его
идеал – свобода, отсюда вечный конфликт романтического героя
с обществом. Вся эпоха в целом оказывается наэлектризованной
страстями, любое проявление чувств считается естественным.
Берлиоз так описывает реакцию зала на исполнение Симфонии
до-минор Бетховена: «Не было такого случая… чтобы на четвертом такте вступления финала весь партер не вставал как один
человек, и не покрывал своими криками громовой голос оркестра. <…> В ложах бенуара немало прелестных юных лиц скрывалось в глубине, чтобы подавить подступавшие к горлу судорожные рыдания, некоторые молодые люди громко хохотали, другие рвали на себе волосы… а какой-то старый военный, воздевая
руки к небу, восклицал: “Император! Это император!..”».
В архитектуре романтизм актуализируется в стиле ампир,
императорском стиле; в философии, например, в практической
философии Фихте (1769–1814), провозгласившем человеческое
«Я» всемогущей творческой силой, утвердившим принцип деятельности, означающий, что только «твое действие и только
оно» определяет твою ценность – стать свободным и достичь
этого блага благодаря своей активности – нравственный долг
человека; в доказательстве А. Шопенгауэром (1788–1860) того,
что онтологическим основанием мира является Воля, все есть
объективация Воли; в убеждении Ф. Ницше (1844–1900), что
сущность человека определяется Волей к власти. А.В. Гулыга
исследует творчество создателя электрохимии И.В. Риттера
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]