Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Теория преступности и основы отраслевой криминологии. Избранное
.pdf
Часть II. Отраслевая криминология
6. КРИМИНОЛОГИЧЕСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
Криминологическое законодательство регламентирует не кара-
тельную сторону предупреждения преступлений: организационные вопросы противодействия преступности в целом и отдельным ее составляющим, криминолого-социальные, криминолого-воспитаельные,
криминолого-психологические и другие вопросы. При этом отдельные
нормы криминологического законодательства могут содержаться в
уголовном уголовно-процессуальном или уголовно-исполнительном
кодексах, например, положения закона о примирении лица, совершившего преступление, с потерпевшим или направленные на профилактику преступлений требования, предъявляемые к условно осужденному
либо отбывающему уголовное наказание.
Криминологическое законодательство, впитывающее в себя идеи
науки о преступности и через это становясь воплощенным в практику
продолжением нашей науки и составной частью ее предмета, возвращает криминологию в юриспруденцию. Возвращение совершается в
новом качестве и с новым теоретическом потенциалом — теория криминологии закона, — оно связано с уже осуществляемой инкорпорацией криминологических нормативных актов.2
Сегодня, когда криминологической направленности нормы раз-
розненны по различным отраслям законодательства, можно понять
скепсис Н.А. Лопашенко, полагающей преждевременной констатацию
наличия в России криминологического законодательства как самостоятельной комплексной отрасли.3 Однако эта отрасль медленно, но
верно формируется, обретая определенную структуру. Мне представляется, что уже сегодня в действующем криминологическом законодательстве и, прежде всего, нормах международного права, а также в разработанных и широко обсуждаемых законопроектах можно выделить
следующие разделы, соответственно, регламен тирующие:
1
1
Шестаков Д.А. Криминология. Учебник для вузов. 2-е изд. С. 253; его же:
Криминология. Преступность как свойство общества. С. 147; его же: Контроль преступности и криминологическое законодательство // Организованная преступность, уголовноправовые и криминологические проблемы / Отв. ред. М.Г. Миненок. Калининград, 1999.
С. 11–23.
2
В издательстве Р. Асланова «Юридический Центр Пресс» готовится к изданию 4-й том
«Криминология в нормативных актах» четырехтомного курса криминологии под моей редакцией. См., напр.: Криминальное насилие против женщин и детей. Международные стандарты противодействия. Сборник документов / Составитель В.С. Овчинский. М., 2008.
3
Лопашенко Н.А. Уголовная политика. С. 67.
321
Д.А. Шестаков. ИЗБРАННЫЕ ТРУДЫ
1) стратегию противодействия преступности (Миланский план
дей ст вий, принятый VII Конгрессом ООН по предупреждению
преступ ности и обращению с правонарушителями, одобренный резолюцией ГА ООН 40/32 от 29.11.1985 г.; Проект закона «О предупреждении преступности» (В.В. Лунеев // Государство и право, 1996. — № 11);
Закон Санкт-Петербурга «О профилактике правонарушений в СанктПетербурге» от 16.05.2007 г. и др.;
2) криминологическую экспертизу (Федеральный закон РФ от
17.07.2009 г. № 172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов»;
3) противодействие конкретным видам преступности (федеральные законы РФ от 25.12.2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», от 06.03.2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму», от
24.06.1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» и др.;
4) виктимологическое законодательство. Европейская конвенция
по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений (ETS
№ 116), Страсбург, 24.11.1983 г. (РФ не участвует); Федеральный закон РФ от 20.08.2004 г. № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства.
Имеются виктимологические нормы и в Федеральном законе РФ от
06.03.2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму».
В мире постепенно складывается круг общественных отношений
в сфере некарательного предупреждения преступлений и социального противодействия преступности. Сформировались некие принципы
(в том числе принцип минимизации репрессии) и нормы (в частности,
о компенсации потерпевшему причиненного преступлением вреда) в
этой области. Пробивает себе дорогу определенный метод правового
регулирования, для которого характерен акцент на не репрессивные,
но связанные с оказанием социальной и психологической помощи
средства воздействия на людей и ситуации.
К сожалению, имеет место и противоположная, противоправная
тенденция в криминологическом нормотворчестве превентивного законодательства. В связи с нагнетаемым страхом перед терроризмом и
организованной преступной деятельностью превентивные юридические нормы, нормы, направленные на обеспечение «безопасности»,
становятся все более репрессивными. Можно говорить о том, что часть
репрессии уходит из уголовного права в криминологическое (в узком
смысле) законодательство, причем в новом качестве репрессия не огра-
322
Часть II. Отраслевая криминология
ничивается традиционными для уголовного материального и процессуального права гарантиями. К. Сессар отмечает, что в учреждаемой
сегодня в мире уголовной превенции больше нет ни подозреваемых, ни
преступников, но есть только их возможность, что любого может сделать подозреваемыми.
1
М. Альберс, рассуждая о современном праве безопасности, полагает, что его следует рассматривать, скорее, в плане грядущей перспективы, чем обратного взгляда на классическую модель правового государства. Ключевое звено здесь, по его мнению, эволюция, которая может,
как серпом, срезать созданные в правовых системах конструкции сегодняшней действительности. Предупреждая критику «права безопасности» за нарушение им основополагающих прав человека, он утверждает даже, будто эволюция права безопасности, в конечном счете через
возрастающую самостоятельность учреждений безопасности усиливает
роль парламента. И зловеще, по нашему ощущению, М. Альберс отмечает, что формирование права безопасности пока еще находится в
затянувшейся первоначальной фазе.
2
Известный отечественный криминолог, специалист в области проблем безопасности профессор Н.В. Щедрин пишет о том, что оформление мер безопасности в межотраслевой самостоятельный институт пока
еще не завершилось. Терминология не унифицирована… Само понятие
«мера безопасности» аморфно, и разные авторы вкладывают в него неодинаковое значение. Некоторые специалисты ошибочно, по мнению
Н.В. Щедрина, включают в них меры восстановления и социальной
защиты.3 Полагаю, что одна из заслуг самого Н.В. Щедрина состоит в
том, что он в нашей стране заложил теоретические основы правовой теории мер безопасности. Этот автор связывает антикриминальные меры
безопасности с некарательным ограничением деятельности организаций и поведения физических лиц, применяемым для предотвращения
вредоносного воздействия источника криминальной опасности либо
ограждения от такой опасности объекта усиленной охраны.4
1
Sessar K. Kriminalitätseinstellungen und sozialer Wandel — Gleichzeitig eine
Auseinandersetzung mit Forschungen zur Verbrechensfurcht und Punitivität // Monatsschrift für
Kriminologie und Strafrechtsreform. 2010. N 5. S. 377–378.
2
См.: Albers M. Menschenrechtlichen Standards in der Sicherheitspolitik / Hrsg. M. Albers,
R. Weinzierl. Baden-Baden: Nomos, 2010. S. 48.
3
Щедрин Н.В. Введение в правовую теорию мер безопасности: Красноярск: Изд-во
Красноярск. гос. ун-та, 1999. С. 24.
4
См.: Щедрин Н.В. Указ. соч.
323
Д.А. Шестаков. ИЗБРАННЫЕ ТРУДЫ
Не все специалисты в области противодействия преступности положительно воспринимают появление «права безопасности», у многих
оно вызывает тревогу. В частности, отмечается, что мероприятия безопасности ведут к сокращению средств, прежде выделяемых правоохранительной системе на предупредительную работу.
1
Некоторые из швейцарских криминологов пытаются придать наступательной идее безопасности положительное предупредительное
значение, так сказать, направить ее осуществление в другое русло.
В коллективной монографии под редакцией Франца Риклина и Андреи
Бехтольд читаем: если безопасность определенно придерживается
основной ориентации на ресоциализацию, тогда обессиливается дискурс безопасности, ориентированный на воздаяние и политическую
выгоду власти.
2
При этом как будто видны предпосылки формирования отрасли
криминологического права. Его законодательным воплощением становится система нормативных актов, которая по мере ее формирования
все более нуждается в упорядочении. Сегодняшней России, очевидно,
требуется уже не Федеральный закон «Об основах профилактики правонарушений», а Кодекс предупреждения преступлений (криминологический кодекс).3
ИТОГИ И ПЕРСПЕКТИВЫ
Пока еще юная отрасль науки о преступности, криминология закона родилась с десяток лет назад из игры криминологической мысли.
Исходя из собственной семантической концепции преступности,
разработанной мной значительно раньше, преступность законодательства или законодательную преступность я тогда определил как свойство
законотворчества порождать криминогенные и преступные законы.
1
См.: Hensler B. Zur Frage der Notwendigkeit und Grenzen des Sparens — die Sicht der
Polizei // Was ist uns das Strafwesen wert? Notwendigkeit und Grenzen des Sparens / Hrsg.
Franz Riklin. Bern, 2010. S. 20.
2
Sicherheit über alles? / Hrsg. F. Riklin, A. Baechtold. Bern, 2010. S. 88.
3
См.: Лунеев В.В. К Проекту Закона «О предупреждении преступности» // Государство
и право.—1996.—№ 1.—С. 38–48; Проект Федерального закона РФ «Об основах системы профилактики правонарушений в Российской Федерации» // Российская газета.
16.8.2011. Автор настоящих строк принял участие в обсуждении этого законопроекта ещё
до его официального опубликования. Лишь некоторые из моих замечаний учтены разработчиками в обнародованной его редакции. О критике законопроекта см.; Шестаков Д.А.
О многоэтажности преступности // Актуальные проблемы экономики и права. 2012. №
1. С. 300-302.
324
Часть II. Отраслевая криминология
Законодательная преступность в моем видении складывается из двух
подсистем: 1) преступлений в виде преступных законов и 2) причин
воспроизводства преступлений, а именно криминогенных законов.
Подсистемы преступного и криминогенного законов переплетаются
между собой и одна из них (преступный закон) входит в другую (криминогенный закон).
Для уточнения предмета общей криминологии мне потребовалось
еще операционное криминологическое понятие преступления. Вот
оно: преступление в криминологическом смысле — это деяние, представляющее для человека и общества значительное зло, безотносительно к признанию такого деяния в качестве преступления законом. Зло
может быть понято при сопоставлении с Высшим Разумом и Его программой. Не причиняющее зла деяние, хотя и запрещенное законом
под страхом наказания, — мнимое преступление. Криминологическое
определение преступления стало ключом к парадоксам преступности
законодательства и преступного закона.
Преступный закон — закон, который содержит положение (поло-
жения), попирающее уголовное право, а именно нарушающее установленный под страхом наказания международными уголовно-правовыми
нормами либо внутренним национальным законодательством запрет
или представляющее для человека и общества значительное зло, безотносительно к признанию такого деяния в качестве преступления
законом. В соответствии с криминологическим определением преступления следует различать преступный закон в юридическом и криминологическом смыслах.
Под криминогенным законом понимается такой закон, положе-
ния которого способствуют совершению преступлений. Изучение механизмов криминогенности законов — предпосылка качественной их
экспертизы, необходимой для освобождения нормативных правовых
актов от вредоносных норм и положений.
Теория законодательной преступности — важнейший компонент
криминологии закона. Эта теория уже играет определенную роль в развитии политической криминологии — для разработки проблем преступности политики. Она может представить интерес и для теоретиков права.
Обращение криминологии закона к проблемам целеполагания
уголовной политики в целом и мер уголовно-правового воздействия
в частности привело к констатации печальных фактов. Политика «демократической» России осуществляется не в целях ее демоса (народа).
Сегодняшняя российская уголовная политика, поддерживая баланс
325
Д.А. Шестаков. ИЗБРАННЫЕ ТРУДЫ
между внутригосударственным и международным общественным мнением, преследует цели: 1) поддержания минимального порядка на обыденном уровне преступности и 2) сбережения от ответственности кучки олигархов, с которыми власть связана кровными интересами. Цели
(функции) уголовно-правовых мер противодействия преступности
устарели. Таковыми должны стать: 1) удержание лица, совершившего
преступление, от возобновления преступной деятельности (функция
защиты человека), 2) реституция (восстановление положения потерпевшего), 3) ресоциализация виновного.
Определение содержания и границ криминологического законодательства, постановка вопроса о его инкорпорации, осуществление
которого уже началось, позволило сделать предварительный набросок
его структуры. Автор настоящих заметок обозначил группы установленных правовыми актами криминологических норм о: 1) стратегии
противодействия преступности, 2) криминологической экспертизе,
3) противодействии конкретным видам преступности, а также 4) имеющих виктимологическую направленность.
Вообще говоря, теория криминологии закона уже с десяток лет развивается — интенсивно и, как будто бы, логично — в своем собственном
соку. Теория для теории — прекрасно!.. Но вот игра криминологической
мысли — может быть, неожиданно — дает пищу и для практики.
Так, изучение механизмов криминогенного действия закона оказывается полезным для обеспечения качества экспертизы нормативных актов. Например, к устоявшемуся вопросу, стоящему перед экспертизой: «Не криминогенен ли закон?» — должно быть добавлено
уточнение: «А не преступен ли он?»
А теоретический анализ преступного законодательства наводит на
постановку насущных вопросов международного уголовно-правового
регулирования, а также международного судоустройства. Сделанные из
этого анализа выводы сигнализируют о необходимости принятия новых международно-правовых договоренностей.
Так, при углублении в отдельные группы преступных нормативных
актов обнаружилась потребность в том, чтобы запретить лишение жизни или причинения тяжкого вреда здоровью третьим лицам в ситуации
«вынужденного положения», связанного, в частности, с выходом воздушных и водных судов из повиновения, а также в запрете «внесудебной репрессии», состоящей, в частности, в уничтожении предполагаемых особо опасных преступников вне ситуации необходимой обороны
и условий причинения вреда при задержании.
326
Часть II. Отраслевая криминология
Кроме того, появилась нужда в составе преступления «Принятие
норм закона, направленных на разрушение суверенитета, территориальной неприкосновенности и целостности государства», который следует учредить на уровне международного уголовного права.
Возникла идея о качественно новом международном уголовном
суде, задачей которого стало бы установление соответствия (несоответствия) нормативных актов, иных решений государственных властей, а
также международных соглашений утвердившимся нормам и принципам международного уголовного права.
Вводя настоящим небольшим сочинением читателя в криминологию закона, автор видит дали ее развития — и теоретического, и прикладного. От коллег, продолжателей дела школы социальных подсистем, в отрасли криминологии закона ожидаются фундаментальные, на
уровне докторских диссертаций, исследования проблем: 1) преступных
нормативных актов, 2) криминологического законодательства, 3) криминологической экспертизы нормативных правовых актов.
А если пофантазировать о развитии законодательства, то вслед
за криминологическим правом, возникающим рядом с уголовным
правом и постепенно теснящим его, простирается дорога к законодательному воплощению пронизанного едиными принципами праву
противодействия преступности (ППП). Вырисовывается вот какое его
строение. Верхний уровень — Основы (предупредительного и наказательного) законодательства о противодействии преступности. Под ним
уровень кодексов: Кодекс предупреждения преступлений (и мер безопасности), Кодексы уголовный, уголовно-процессуальный, уголовноисполнительный.
327
Д.А. Шестаков. ИЗБРАННЫЕ ТРУДЫ
Раздел 4
КРИМИНОЛОГИЯ ЗАКОНА:
О ПРАВЕ БЕЗОПАСНОСТИ В СВЯЗИ
С ПРАВОМ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ
ПРЕСТУПНОСТИ
3 октября 2013 года в Вашингтоне женщина, которая, будучи
за рулем черного «Лексуса», везла малолетнюю дочь, — то ли по
неосторожности, то ли намеренно — наскочила на заграждение у
въезда на территорию Белого дома. Затем она попыталась скрыться
с места происшествия. В погоню за ней по Пенсильвания-авеню
кинулись полицейские и сотрудники секретной службы на 20
машинах. На Капитолийском холме возле Конгресса они, окружив
«Лексус», открыли по матери огонь, и застрелили ее. Пули не попали
в дочь погибшей, девочка выжила.
ИТАР-ТАСС // http: // forum-msk.org/material/news/10066725.html
ПАРУ СЛОВ ПРЕДВАРИТЕЛЬНО
В России, как и за ее пределами, имеются и появляются новые
законодательно определенные «меры безопасности». Применяются
они и вне закона на основе волевых решений высокопоставленных
чиновников. Пока еще не настало время ожидаемого права безопасности, несмотря на то, что такой термин употребляется в зарубежном
законоведении.1 Некоторые из правил безопасности противоречат праву, отдельные из них по существу преступны.2 В нашей стране клубок
вопросов о мерах безопасности раскручивается, прежде всего, усилиями известного правоведа Николая Васильевича Щедрина3. Надеюсь,
1
Albers M. Menschenrechtlichen Standards in der Sicherheitspolitik / Hrsg. M. Albers, R.
Weinzierl. Baden-Baden: Nomos, 2010. S. 48.
2
Шестаков Д.А. Введение в криминологию закона. С. 23, 62.
3
Щедрин Н.В. Меры безопасности как средство предупреждения преступности:
Автореф. дис. … док. юрид. наук. Екатеринбург, 2001; Его же. Основы общей теории предупреждения преступности: учеб. пособие. Красноярск: Краснояр. гос. ун-т, 1999; Его же.
Введение в правовую теорию мер безопасности: монография. Красноярск: Краснояр.
гос. ун-т, 1999; Концептуально-теоретические основы правового регулирования и при-
328
Часть II. Отраслевая криминология
что его доклад у нас в клубе и последующее обсуждение не только дополнительно привлекут внимание к этим вопросам, но и поспособствуют устранению пробелов и противоречий законодательства в пользу права.
Право отдельного невиновного человека недопустимо принижать
перед безопасностью целого общества. Нельзя разрешать, в том числе
окольными путями через различные отрасли законодательства, совершение от имени государства уголовного преступления тем более, если это
преступление — убийство невиновного, развязывание агрессивной войны или лишение свободы, не являющееся наказанием за преступление.
Вопрос о согласовании норм о предупреждающих преступление «мерах
безопасности» разрешим в рамках единого законодательства о противодействии преступности, задачи и принципы которого надо бы изложить
в грядущих его «Основах» — особом нормативно-правовом акте.
ЧТО ЖЕ ТАКОЕ «МЕРЫ БЕЗОПАСНОСТИ»?
Мера безопасности — это деяние, совершаемое от имени или с до-
зволения государства или содружества государств, опирающееся на международное соглашение, закон, подзаконный акт или указание высокопоставленного должностного лица, состоящее в причинении чрезвычайного вреда (лишение жизни, здоровья, свободы, разрушение имущества),
не основанного на установленном судом совершении преступления, но
решающее задачу устранения угрозы, нависшей над государствами, государством, обществом либо над отдельными людьми.
1
Сознаю, что это лишь набросок трудно дающегося определения,
над которым преступностиведам еще предстоит поработать. Подчеркну,
что не все эти дозволенные и применяемые меры безопасности являются правовыми, даже если они покоятся на законе. На сей день мне
видятся нижеследующие разновидности мер безопасности.
1. Меры безопасности против международной агрессии; 2. Уничтожение предполагаемых особо опасных преступников, чье преступное
поведение не установлено судом; 3. Правила лишения жизни невиновных людей «заодно» с опасными преступниками. 4. Лишение жизни
либо здоровья людей, попросту неугодных государству. 5. Причинение
менения мер безопасности: монография / Под науч. ред. Н.В. Щедрина. Красноярск:
Сиб. федер. ун-т., 2010.
1
Шестаков Д.А. Предупреждение преступлений и меры безопасности в праве проти-
водействия преступности // Библиотека уголовного права и криминологии. 2014. № 1(5).
С. 110–120.
329
Д.А. Шестаков. ИЗБРАННЫЕ ТРУДЫ
от имени государства вреда преступникам, назначенное судом на основании отрицательных их личностных особенностей, а не совершенного
ими преступления. 6. Меры безопасности, «освобожденные» по уголовному законодательству от ответственности.
МЕРЫ БЕЗОПАСНОСТИ ПРОТИВ НАРУШЕНИЯ МИРА
И АКТОВ МЕЖДУНАРОДНОЙ АГРЕССИИ
Действия в отношение угрозы миру, нарушений мира и актов
агрессии предусмотрены главой VII Устава ООН. Совет Безопасности
(СБ) определяет существование любой угрозы миру, любого нарушения мира или акта агрессии. (Статья 39 Устава ООН).
СБ уполномочивается решать, какие меры, не связанные с использованием вооруженных сил, должны применяться для осуществления
его решений, и он может потребовать от Членов ООН применения этих
мер. Такие меры безопасности могут включать в себя полный или частичный перерыв экономических отношений, железнодорожных, морских, воздушных, почтовых, телеграфных, радио или других средств
сообщения, а также разрыв дипломатических отношений. (Статья 41).
Если СБ сочтет, что меры, предусмотренные в статье 41, могут оказаться недостаточными или уже оказались недостаточными, он уполномочивается предпринимать такие действия воздушными, морскими
или сухопутными силами, какие окажутся необходимыми для поддержания или восстановления международного мира и безопасности. Эти
действия могут состоять в демонстрации, блокаде и других операциях
воздушных, морских или сухопутных сил Членов ООН. (Статья 42).
По другому поводу мне приходилось утверждать то, что в новейшей
истории предназначение Совета Безопасности извращено. Казалось
бы, невероятно, но в Совбезе последние десятилетия ставится вопрос
не об обуздании агрессора, который выступает обычно в лице США
с прислуживающими им странами-соучастницами, а о том — разрешить или не разрешить агрессору идти на преступление против мира!!!
Идея создания СБ доведена до абсурда, чем способствует неправовой Международный Уголовный Суд, действующий на основании
Римского Статута от 15.7.1998. Суд, который упорно не признает принятого в международном уголовном праве простого понятия агрессии
(агрессивной войны) 1.
1
Шестаков Д.А. Подготовка агрессии на этот раз против Сирии // Криминологи:
вчера, сегодня, завтра. 2014. № 1(32).
330
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]