Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Служение диакона в контексте музыкального искусства
.pdf
71
аналитические способы рационального убеждения; б) сознательное суггестивное воздействие на психику и эмоциональный
мир; в) вдохновенное озарение, возводящее душу к духовным
высотам. Все это, безусловно, может быть отнесено к диаконскому служению.
В стилистике церковной проповеди прежде всего должны
сочетаться наглядность, естественность и ясность. Наряду с
этим диакон использует красоту и силу голоса, а также особенности внешнего поведения (представительность, степенность и
проч.).
Проповедь обладает уникальной коммуникативной ситуа-
цией, в которой внушение, вразумление сочетается с внутренним собеседованием и самопознанием, позволяющим углубить
ситуацию скрытого и явного диалога со слушателем, настроить
на процесс самосозерцания и самовоспитания. В этом смысле
переоценить значение читаемого Священного Писания и возгласов диакона просто невозможно.
Наиболее существенные моменты в технике произнесения
проповеди сводятся к тому, чтобы сила голоса соответствовала
логике развитию мысли, отражая более и менее значимые положения. Наиболее опытные диаконы неукоснительно соблюдают данное правило, размечая в тексте повышения и понижения тона, моменты усиления звучности и проч.
И все же наиболее существенным условием для произне-
сения проповеди является личность самого проповедника. «Как
бы ни была возвышенна проповедь наша, – пишет блаженный
Августин, – но в действительной победе над слушателями всегда более имеет веса и силы жизнь проповедника, нежели слово
его» /8, с.71/. В этом смысле требования к совершенному образу
жизни священнослужителей имеют особое значение.
Музыкальная проповедь возникла едва ли не вместе с
вербальной, обе формы высказывания имели между собой значительное родство. Более того, на рубеже XIX-XX веков русскими богословами (например, М. Фивейским) высказывалась
точка зрения, что сам род языков (т.е. дарованное Апостолам
72
искусство проповеди) являлся гимнологической речью, явлением, промежуточным между пением и говорением.
Лишь спустя много веков музыкальная проповедь полно-
стью была отделена от церковного прототипа, обретя имманентные средства воздействия, законы интонирования и развития речи. Поэтому она заимствовала множество конкретных
речевых приемов (особенно ярко запечатленных в риторике), а
само музыкальное опосредование и разнообразные трансформации происходили не только позднее, но и запечатлены с
большей степенью конкретики, т.е. в отличие от исповеди
сформировано не только «жанровое содержание», но и «жанровый стиль» (термины А. Сохора).
В арсенале диакона с данной точки зрения достаточно
много музыкальных приемов, способных выполнить проповедническую функцию. Перечислим признаки музыкальной проповеди, характерные для возгласов и чтения диакона.
1. Основная цель – научение Истине, побуждение к следо-
ванию высказанным призывам.
2. Род эпического, реже драматического высказывания.
3. Приподнятый тон, динамика до f и ff.
4. Речь публичная, обобщенная, связная, выстроенная, ос-
нованная на Священном Писании.
5. Лексика со значительным использованием музыкальных
символов, эмблем (возгласы-призывы, ораторские формулы,
музыкальные знамена-символы).
6. Высказывание имеет законченную форму с элементами
риторической диспозиции.
Как уже было сказано ранее, истинные служители Церкви
были неразрывно связаны с музыкальным искусством. Некоторые из них пошли дальше, вышли за рамки устной церковной
традиции и стали настоящими профессиональными музыкантами. В древности это проявлялось только в церковной практике, так как светской музыкальной культуры еще не существовало – но от этого профессионализм мелодов и распевщиков ничуть не становился меньше. Как можно видеть, к XX веку среди
73
священнослужителей появились такие личности, которые несли
Божественную Благодать и со светской сцены. Но как бы ни
складывалась их судьба – не нужно забывать, что они взросли и
выучились музыке именно на благодатной почве церковного
служения.
3. Диаконские возгласы и музыкальные песнопения
в исполнении диаконов
В данной главе анализируются нотные записи возгласов
различных протодиаконов XX и XXI вв., собранные и расшифрованные нами. Эти записи были сделаны либо на основе аудиоматериалов, найденных в аудио- и видеозаписях, либо на
основе живого исполнения, услышанного от некоторых протодиаконов Екатеринбургской митрополии.
Несколько аудиозаписей принадлежат самому Великому
Архидиакону Константину Розову, о судьбе которого рассказано
в 3-й главе данной работы. Это особый протодиаконский возглас, использующийся в день Торжества Православия, начало
диаконской молитвы на служении Литии «Спаси, Боже, люди
твоя…» и возглас «Господи, спаси благочестивыя».
Далее рассмотрим записи возгласов некоторых протодиаконов, служивших в основном в столичных храмах на протяжении XX века. Представлены манеры пяти различных протодиаконов и архидиаконов: Георгия Наумова (Покровский собор
Воронежа), Сергия Стригунова (Успенский храм Новодевичьего монастыря в Москве), Афанасия Здиховского (Храм Христа
Спасителя в Москве), Стефана Гавшева (архидиакон у Патриарха Московского и Всея Руси Пимена, Богоявленский собор в
Москве) и Андрея Папкова (служитель Американского отделения Русской Православной церкви, Свято-Троицкий монастырь
в городе Джорданвилль, США).
1. Протодиакон Георгий Наумов. Величание святителю
Митрофану Воронежскому (по напеву П.Додонова).
74
2. Протодиакон Сергий Стригунов. Возглас «Утверди, Бо-
же» (по напеву А. Косолапова).
3. Протодиакон Афанасий Здиховский. Возглас «Тако да
просветится».
75
4. Архидиакон Стефан Гавшев. Возглас «Благоденственное
и мирное житие».
5. Протодиакон Андрей Папков. Заупокойный возглас.
Также было найдено и записано несколько возгласов, принадлежащих выдающемуся протодиакону Александру Пушкареву, служившему в Почаевской Лавре. Это три прокимна –
шестого, восьмого и третьего гласа, возглас перед чтением
Апостола и Великий прокимен «Кто Бог велий».
76
Были записаны и нотированы некоторые возгласы протодиаконов Екатеринбургской митрополии.
О. Игорь Романенко: возглас перед чтением Евангелия,
еще один вариант возгласа «Богородицу и Матерь Света», а
также возглас «Станем добре, станем со страхом» и два варианта прокимна «Всякое дыхание да хвалит Господа».
77
Все возгласы опираются на прочную церковную традицию. Первый из них содержит традиционные мелодические
обороты среднерусской традиции. Второй – основан на традиционных погласицах церковного чтения – приступке и двойном
опевании. Последний возглас распет на гласовый напев четвертого гласа московской традиции.
Возгласы «Богородицу и Матерь Света» и «Станем добре,
станем со страхом», а также Великий прокимен «Разделиша
ризы моя себе», панихидный возглас «Вечный покой» и даже
простая коротенькая аккламация «И во веки веков» в исполнении о. Дмитрия Тарантина в деталях или коренным образом
отличаются от принятых стандартных напевов.
78
Первый возглас также основывается на среднерусской
традиции и весьма сходен с распевом о. Игоря, однако содержит иное окончание. Второй возглас представляет собой вариант нотированной записи соло баритона из Ектении А. Кастальского. Третий возглас свободно интерпретирует интонации
79
прокимна Д. Бортнянского «Разделиша ризы моя себе» и явно
рассчитан на взаимодействие с хором, исполняющим данное
сочинение. Наконец, последний, заупокойный возглас отражает
традицию служения епископа Екатеринбургского Мелхиседека,
именно так провозглашающего данные слова.
В качестве примера на импровизации церковных напевов
протодиакона отца Андрея Мезюхи удалось записать возглас
перед чтением Евангелия, три варианта напева возгласа «Богородицу и Матерь Света», а также возглас на панихиде «Вечная память».
Очевидно, что первый возглас представляет собой
традиционную погласицу опевания. А три Богородичных
возгласа могут образоввывать своего рода малый вариционный
80
цикл. На практике выбор одного из них зависит от степени
торжественности богослужения: наиболее величественнй
службе сообтвествует более пространный напев.
В последнее время состоялась попытка собрать традиционные диаконские возгласы и зафиксировать их с помощью современной нотной записи. Результатом такой работы стал
сборник «Спутник диакона», в котором собраны нотные записи
основных возглашений диакона. Анализ сборника позволил
сделать следующие выводы:
1. Сборник рассчитан на диаконов, владеющих музыкаль-
ной грамотой и знакомых с основным клиросным репертуаром.
2. Сборник не предполагает учета какой-либо региональной традиции, и ориентирован на общеупотребительный репертуар.
3. Охваченными оказываются все основные существующие
разновидности возгласов: припевы на девятой песни канона,
ектении, прокимны, прошения на особых ектениях, многолетия.
4. Особенно подробно расписаны припевы на девятой
песни канона. Это связано с тем, что на каждый двунадесятый
праздник положены свои припевы, исполняемые на напев ирмоса и повторяемые на следующий день на Литургии как Задостойник.
5. Каждый возглас существует в нескольких вариантах: нотированный знаменный распев, обиходный напев, часто добавлен и композиторский вариант (например, по Турчанинову),
что связано с широким распространением пения на клиросе
ирмосов и Задостойников именно конкретных авторов.
6. В ряде случаев предложено и несколько интонационных
вариантов одного и того же возгласа, объединенных единой
линией мелодического развертывания и единой гармонической
схемой. Последний факт связан с тем, что приведенные напевы
большей частью осмыслены как верхний мелодический голос
многоголосной ткани, воспроизводимый диаконом одноголосно, но в ином варианте, с иным текстом звучащий в хоровом
четырехголосии.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]