Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Революция как средство. Кн.1
.pdf
ков, извещавших о том, что не всё так гладко в той картинке,
которую рисовали средства массовой информации в графиках
и кривых опросов общественного мнения.
Утром, девятого ноября 2016 года, время, для тех, кто был
уверен в победе кандидата-фаворита, как будто остановилось.
Люди отказывались верить в то, что произошло. Уныние и
апатия царили в стане проигравших, и чем слаще было предвкушение лёгкой победы накануне, тем горше стало поражение сейчас.
По всем ведущим мировым телевизионным каналам то и
дело мелькали озадаченные лица людей с громкими именами,
вся мировая элита оказалась перед непростым вопросом – что
делать в сложившейся ситуации?
Всеобщая растерянность выбила из колеи не только тех,
кто получал от государства чек, находясь на государственной
службе, но и тех, кто успешно взаимодействовал с институтами власти и извлекал из этого астрономические прибыли.
Устоявшиеся схемы взаимодействия оказались под угрозой переформатирования.
Надо сказать, что предвыборная кампания – по признанию
абсолютного большинства её участников и наблюдателей –
была самой грязной за всю историю. Многие известные люди
поставили на карту всё и проиграли, так как – будучи уверены
в победе кандидата-фаворита – они в своих публичных выступлениях откровенно оскорбляли кандидата от противоположной фавориту стороны.
Уже в ночь, когда закрылись выборные участки и были
подведены предварительные итоги, планета вздрогнула, предвкушая, что на небосклоне мирового истэблишмента намечается серьёзный звездопад, а имена летящих в бездну небытия
звёзд будут довольно громкими.
То и дело на улице можно было услышать восклицания
типа: «Произошла революция!».
Люди вслух называли её антиглобалистской, уверенные в
том, что обнищавшее население восстало против обнаглевшей
элиты.
Кто-то был ещё более откровенен и прямо заявлял, что
пассивное белое большинство решило показать агрессивному
цветному меньшинству «кто в доме хозяин».
39
41
Нужно отметить, что многие в те дни в бессильной злобе
кусали губы и ждали, когда кто-нибудь позовёт их на контрреволюционные баррикады.
Страна разделилась на два лагеря, возник вопрос – что будет дальше?
Будет ли предпринята попытка контрреволюции?
И если, да – кто будет тем смельчаком, что первым кинет
клич?
Чьи имена будут вписаны в историю в качестве зачинщиков новой гражданской войны?
Да, да!
Именно гражданской войны, потому что ничем другим
бунт против вновь избранного президента закончиться не
мог…
Фамилия человека, который принимал гостей в доме из
серого камня вечером, 23 декабря 2016 года не мелькала, ни
в лентах новостей, ни на экранах телевизоров. Его любимой
поговоркой была та, что обычно характеризует людей богатых
и осторожных, и звучала она так: «Деньги любят тишину».
Альфред – так звали этого долговязого сутуловатого мужчину. На вид ему было лет шестьдесят, но на самом деле он
был много старше.
Альфред лично встречал гостей на мраморной лестнице,
ведущей из гаража на первый этаж его огромного каменного
дома-крепости.
Альфред был наследником очень старинного английского
рода. Корни его генеалогического древа вели к роду богатых
протестантов, покинувших Англию ещё в конце шестнадцатого века.
Не секрет, что протестанты во времена царствования
Королевы Марии Первой, из династии Тюдоров оказались
гонимы властью и церковью настолько, что им приходилось
спасаться бегством. Бежали они в основной массе в Германию
и Швейцарию, где общее несчастье, случившееся на родине, ещё сильнее притягивало их друг к другу на чужбине.
Объединяясь в сообщества по интересам, некоторые из них
весьма преуспели на различных поприщах.
40
42
Приведём один общеизвестный пример, – у истоков самых могущественных тайных обществ Европы того времени
стояли сбежавшие от преследования её Величества Марии
Кровавой[26] протестанты.
Имея достаточные ресурсы и объединённые жаждой мщения, они в тайне от всех генерировали самые изощрённые планы мести этой королеве.
Со временем идея бунта против английской короны приняла обличие борьбы против монархии как таковой, и в результате, на горизонте истории забрезжил рассвет глобальной
антимонархической революции. Семена бунта, брошенные
английскими протестантами в 1550 году, к началу 2017-го
года дали такой урожай, что общее количество жертв запущенной ими мировой революции уже исчислялось сотнями
миллионов.
Позже мы обязательно вернёмся к этому вопросу, а пока
давайте заглянем в подземный гараж нашего особняка из серого камня.
Альфред, как было сказано, лично встречал всех, кто в тот
пятничный вечер поднимался по мраморным ступеням и вместе с прибывшими входил в большой зал на первом этаже.
Гостей ожидалось немного, пятеро должны были прибыть
в промежутке между шестью и девятью часами вечера, а четверо гостили у него уже со среды 21 декабря.
В среду эти четыре человека прибыли к Альфреду без
предупреждения, будучи в полной уверенности, что застанут
его на месте. Это, впрочем, не вызвало у него удивления, так
как один из прибывших был человеком, который каким-то непостижимым образом знал абсолютно всё: если не о мыслях
Альфреда, то обо всех его делах и даже о том, где он находился
в ту или иную минуту.
Каждый раз, появляясь из ниоткуда, этот человек показывал настоящие чудеса осведомлённости. Он как будто ведал
обо всём на свете. Никто не знал его настоящего имени, и те,
[26] Английскую королеву Марию Первую англичане называли
Блади Мэри (Кровавая Мэри) за её беспощадное преследование
протестантов. (Прим. автора).
41
43
кому суждено было с ним беседовать, обращались к нему не
иначе как – Ментор.
Ментор приехал не один, а в сопровождении троих человек. По правую руку от него всегда, как тень, следовал невысокий мужчина, лет сорока. Чуть позади, но на достаточном
расстоянии, чтобы услышать, когда к ним обратятся, шли два
крепких молодых человека.
В том, как они держались по отношению к Ментору, читалось одно – это верные люди, готовые на всё ради его спокойствия. Оба среднего роста, обычного телосложения, одеты
были так, что никто и не сказал бы, что они являются охранниками. Кроссовки, джинсы, рубашка и куртка, ничего лишнего, никаких переговорных устройств в рукаве и проводков,
ведущих к уху.
Взять любого из них, так с виду, каждый был вполне обыкновенным тридцатилетним мужчиной. Однако, встретившись
взглядом с таким человеком и пожав ему руку, подсознание
вдруг начинает бить тревогу, а на внутреннем радаре появляется выстужающее кровь обозначение – убийца.
Несмотря на кажущуюся заурядность, этот типаж и является самым лучшим для телохранителя.
Они не кричат всем своим видом о том, что охраняют
важную персону, их можно распознать только по повадкам
хищника в походке, и по взгляду, который никогда не отдыхает. Они постоянно сканируют всех и вся, ни одна деталь не
ускользает от их внимания, и в момент опасности они реагируют молниеносно.
Ментор, его неразлучный спутник и два телохранителя
прибыли в гости к Альфреду не только без приглашения, но и
без предупреждения.
Серебристый «Додж» подъехал к почтовому ящику, и водитель, открыв окно своей двери, пристально посмотрел на коробочку с покатой крышей. Через мгновение он подал машину
немного вперёд так, что левая пассажирская дверь оказалась
напротив ящика. Стекло опустилось, и пассажир, сидевший
на заднем левом сидении, улыбнулся почтовому ящику.
Этот ритуал мог показаться странным и бессмысленным,
тем не менее, наблюдавший за ним со стороны мог только по-
44
42
дивиться тому, как скоро зажужжал моторчик привода, открывавший массивные кованые ворота.
Не успели ворота полностью открыться, как «Додж» рванул из-под себя листву, ветки и маленькие камешки, и задние
колёса с проворотом перескочили через бордюр, лежавший
поперёк узкой дороги-тропинки.
Забегая немного вперёд, скажем, что остальные пятеро ранее упомянутых гостей благополучно прибыли в означенное
время, хотя в канун праздника это было сделать довольно не
просто. Тем не менее, все прибывшие вошли в зал именно тогда, когда их ожидали, несмотря на то, что кое-кому пришлось
лететь на самолёте, а потом добираться по предпраздничным
дорогам.
Всё было просчитано с какой-то удивительной точностью.
Получив сообщение о том, что нужно срочно встретиться в
Нью-Йорке, каждому из пятерых оповещённых как раз хватало времени на то, чтобы сесть в автомобиль, доехать до аэропорта, купить билет и отправиться в путь.
Кто-то провёл в дороге четыре, кто-то шесть, а кто-то –
девять часов. Объединяло Кураторов – именно такой титул
носили люди из этой пятёрки – то, что получив сообщение,
они должны были поставить в известность свой ближний круг
о том, что срочно отлучаются в командировку и сделать так,
чтобы их не искали как минимум сутки. Благо, все они были
людьми настолько состоятельными, что каждый мог себе позволить каприз в виде уикенда на Гавайях или Бора-Бора без
особой необходимости отчитываться перед кем бы то ни было.
Все пятеро были уже в возрасте, и близкие давно привыкли к тому, что глава семейства может неожиданно отлучиться
по делам без особых сентиментальных объяснений перед своей второй половиной или перед своими отпрысками.
Нужно добавить, что Альфред был в организации шестым
Куратором. На этот раз ему не пришлось лететь во Флориду
или Калифорнию. По решению, принятому Ментором, все
должны были собраться в его угрюмом каменном замке в лесу.
ГЛАВА 3
Кураторы
Все кураторы прибывали в разное время и в разные аэропорты.
Частный джет[27], прилетевший из Калифорнии, приземлился в аэропорту Тетерборо, что примерно в пятидесяти минутах езды от поместья Альфреда.
Из самолёта, по откинувшемуся трапу вальяжно спустился грузный блондин.
Сделав несколько шагов по лётному полю в сторону ждавшего его автомобиля, он остановился, поправил очки и крикнул что-то стоявшей у трапа бортпроводнице.
Та, вбежав по трапу внутрь самолёта, тут же выскочила из
него с массивной чёрной тростью. Подав трость блондину-тяжеловесу, стюардесса улыбнулась и прощебетала:
– Джон, простите мне мою забывчивость, но вы так увлекли меня своим рассказом, что я просто шла за вами как заворожённая.
Джон – так звали куратора из Силиконовой Долины –
прихрамывая, шагал к микроавтобусу, ждавшему шагах в
двадцати от «Фалькона»[28].
Усевшись в транспорт, Джон основательно хлопнул дверью, послал через стекло воздушный поцелуй длинноногой
прелестнице и скомандовал водителю:
– Поехали!
Микроавтобус довёз Джона до небольшого одноэтажного
здания, и гримаса недовольства вновь появилась на его лице:
[27] Частный самолёт. (Прим. автора).
[28] Марка частного самолёта. (Прим. автора).
44
46
ему нужно было выходить из автомобиля и опять идти пешком.
Ходить ему не нравилось, лишний вес был причиной подагры, и никакие суперсовременные средства – кроме строжайшей диеты – не помогали при её внезапных приступах.
Строжайшая диета, в свою очередь, тоже была тем ещё испытанием для человека, который никогда не знал ни в чём отказа.
Он, как говорится, родился с «серебряной ложкой» во рту
и был ярым последователем сибаритства[29].
На выходе из здания аэропорта Джона встретил человек
с табличкой. На табличке тёмно-фиолетовыми буквами было
написано его имя.
Табличку держал невысокий молодой мужчина в кроссовках, джинсах, клетчатой рубашке и куртке нараспашку.
Поприветствовав друг друга, мужчины направились к поджидавшему их «Доджу», и Джон тихо выругался, когда увидел, что они направляются не к лимузину, а к внедорожнику.
Кряхтя и охая, тучный блондин взгромоздился на заднее
сидение «Доджа», немного поёрзал, и уткнулся в свой огромных размеров смартфон.
Машина плавно взяла курс на Юг, а Куратор, отвечавший
за работу организации со средствами массовой информации,
всецело погрузился в пучину Интернета.
Время от времени он, то улыбался, то хмурил брови, и за
тот час, что пробыл в машине, его настроение сменилось добрую дюжину раз.
Он, то ликовал и, бросив смартфон на соседнее сидение,
потрясал кулаками в воздухе, то, скривив рот, делал такую
скорбную гримасу, что, казалось, ему сообщили о какой-то горестной утрате.
Джон в реальном времени отслеживал то, как в медиапространстве появлялись новости.
Он и сам в какой-то степени был их частью, вернее, Джон
был тем, кто их создавал.
[29] Приверженность праздному образу жизни, полному излишеств
в еде и выпивке. (Прим. автора).
45
47
Каждый раз, когда команда соперников вбрасывала ту или
иную информацию, он как ребёнок переживал и радовался,
когда его команда удачно контратаковала.
Будучи человеком творческим и импульсивным, он не мог
полностью скрывать свои эмоции и прекрасно знал об этой
своей слабости.
На людях Джон старался держать себя в руках, но сейчас
был другой случай.
Он сидел в машине вне своего офиса, и хотя был оторван
от креативной команды своих подчинённых, но интерактивно
и очень эмоционально руководил процессом, от которого в те
часы и минуты зависело очень многое.
В пятницу, 23 декабря 2016 года в медиапространстве уже
шла настоящая война, нервы были на пределе, и ему было наплевать на то, что о нём подумает какой-то водитель.
Тот в свою очередь делал своё дело мастерски, и ни разу
за всю дорогу Джон не встретился с ним взглядом в зеркале
заднего вида.
Вот, наконец, «Додж» заехал в подземный гараж, Джон,
чертыхаясь, вылез из машины и начал медленно подниматься
по ступеням лестницы, ведущей в зал с колоннами.
Услышав тяжёлые шаги калифорнийского Куратора,
Альфред поспешил ему навстречу, и они сошлись где-то на
середине лестницы.
– Дорогой брат! – крикнул Джон, едва завидев спускавшегося к нему Альфреда. – Я приветствую тебя в твоём доме
без лифта, который начинаю ненавидеть с каждым разом всё
сильнее.
– Приветствую тебя, брат! – ответил Альфред. – Прости,
что я подвергаю тебя этим мучениям, но эти камни помнят такое, что ни один даже слепоглухонемой строитель не должен
их коснуться.
Оба громко рассмеялись, пожали друг другу руки, обнялись и не спеша продолжили путь вверх по лестнице.
Едва они поднялись до уровня, с которого можно было видеть окна, зашторенные тёмно-фиолетовым бархатом, как оба
тут же остановились.
48
46
Джон вопросительно посмотрел на Альфреда, а тот в ответ
лишь кивнул головой.
За этой странной немой сценой последовало ещё более
странное действие.
Альфред достал из внутреннего кармана своего вельветового костюма сложенный вчетверо пакет из фольги и с шумом
развернул его перед Джоном.
Тот в свою очередь вздохнул, достал из внутреннего кармана куртки свой смартфон, выключил его и покорно опустил
безжизненный девайс в пакет.
– Закон суров… – промолвил Альфред, вновь свернул пакет – в который Джон опустил свой смартфоном – вчетверо, и
оба Куратора молча зашагали вверх по лестнице.
Войдя в зал, старые знакомые подошли к огромному камину, в котором полыхали языки пламени и разместились в
больших удобных креслах.
Вздох облегчения вырвался из груди Джона, как только
он утонул в глубине одного из них. Массивные, сделанные
из дуба, они были сплошь покрыты мелкими гравюрами, и от
этого казались настоящими произведениями искусства.
Рядом с каждым креслом стоял небольшой столик, верхняя часть которого была круглым срезом цельного ствола окаменелого дерева.
Кураторы взяли со столиков по сигаре и закурили.
Первым прервал молчание Альберт:
– Как видишь, дорогой брат, сегодня мы собрались по
очень важному поводу, – сказал он, опуская свёрток из фольги, в котором лежал чудо-смартфон Джона, в нишу возле камина. – Ночь будет длинной, поэтому советую тебе как следует отдохнуть, и к двенадцати часам я вновь увижу тебя здесь,
у камина. Зная о твоей нелюбви к лестницам, я подготовил
тебе красную комнату на первом этаже. Не взыщи, придётся
довольствоваться тем что есть в моих холодильниках и подвалах, потому что – как ты понимаешь – я не выходил и не
выйду отсюда, пока здесь гостит наш добрый знакомый.
Джон понимающе кивнул и, пустив большое кольцо в сторону от камина, широко улыбнулся.
Его лицо озарилось, как будто он предвкушал нечто интересное, нечто такое, что развеет все его тревоги и укажет ему
47
49
верный путь, поможет найти выход из той непростой ситуации, в которой он оказался.
Положив сигару в пепельницу сделанную из панциря черепахи, грузный и неповоротливый Джон, казалось, выпорхнул
из кресла и засеменил в сторону одной из четырёх гостевых
комнат, находившихся на первом этаже.
Рядом находились ещё две комнаты: оранжевая и жёлтая,
но именно красная была для Джона по-своему дорога.
Здесь, в красной комнате, Джон, прошёл обряд очищения и
был причислен к кругу посвящённых.
Этот момент следует описать отдельно, поэтому мы его
пока опустим и вернёмся к нему немного позже.
По наследству от своего отца Джону достались не только
архивы с компроматом, не только медиаимперия с миллиардным оборотом, ему досталось самое главное – принадлежность к организации, ведомой Ментором.
Все шесть Кураторов, которых Ментор время от времени созывал на тайные собрания, были очень влиятельными
людьми.
Альфред, к примеру, обладал неограниченными познаниями и, главное, такими же возможностями в области финансов.
Его отец и отец Джона были давно знакомы.
Они дружили семьями так давно, что никто уже и не помнил, когда именно прадед Джона впервые пожал руку прадеду
Альфреда.
В организации – в качестве Кураторов – также состояли
их общие давние друзья – Роберт и Теодор.
Роберт был потомком английского оружейника.
По слухам, его далёкий предок в паре с товарищем-шпионом умыкнули у персов секрет дамасской стали.
Теодор, потомок того самого шпиона, что помог добыть
секрет, достойно продолжил традицию заложенную его далёким предком.
Оба закадычных друга представляли интересы общества
на поприще ВПК, так как имели серьёзный вес в этой сфере.
Роберт был членом совета директоров одного из крупнейших военно-промышленных предприятий, а Теодор был пред-
50
48
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]