Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Революция как средство. Кн.1
.pdf
Это крыло было отдельным царством, похожим на музей, и
детям, когда они там появлялись, было рекомендовано вести
себя тихо, не кричать и не бегать.
Огромных размеров оранжерея, соединявшая левое крыло с центральным, была местом, где Ричард – глава клана –
обычно проводил время и пересекался с остальными членами
своей семьи.
Там, прогуливаясь среди тропических растений и карликовых деревьев, он любил почитать с внуками книги, там, на
площадке у бассейна, он завтракал, обедал и ужинал.
Всё остальное время он проводил в своей половине, куда
никто из домочадцев (кроме прислуги-уборщицы) обычно
без спроса не заходил. Дверь в эту половину дома была всегда
заперта изнутри, и для того, чтобы войти, надо было сначала
спросить разрешения.
Центральная часть особняка была похожа на большой развлекательный комплекс.
Здесь проходили все семейные торжества, здесь царил дух
праздности и богатства.
В центре этого архитектурного ансамбля находился большой светлый зал с множеством дверей и арок.
Многочисленные коридоры расходились в разные стороны
и вели в гостевые комнаты, кинозал, плавательный бассейн,
бар, бильярд, детский гольф-клуб с мостиками и лужайками.
По пути эти коридоры пересекались и образовывали лабиринт, этакое причудливое сплетение множества небольших
уютных уголков и комнат, в которых дети постоянно играли
в прятки.
В правом крыле здания, на двух просторных этажах жил
сын Ментора Роланд с супругой, а также два его сына и дочь.
Супруга Роланда была домохозяйкой и занималась тем,
что оттачивала своё кулинарное искусство, подражая поварам
из разнообразных телевизионных кулинарных шоу. В этой
половине дома всегда чем-то вкусно пахло, и все обитатели
особняка ежедневно дегустировали какое-нибудь новое блюдо.
Жена Роланда была женщиной домашней, со спокойным
складом характера, улыбающейся, заботливой матерью и
счастливой женщиной. Дети были всегда под присмотром,
119
121
уроки были сделаны, в школу и из школы детей отвозил и
забирал один из двух охранников, которые жили в гостевом
доме.
Этот дом никогда не использовался по назначению, но всё
в поместье Ментора имело своё название, дом назывался гостевым и никак иначе.
Третьей семьёй, что жила в особняке, была пожилая чета
Смитов. Он выполнял обязанности домоуправа, она – прислуги и уборщицы. Эта пара была бездетной, и они целиком и
полностью посветили себя служению семье Ментора.
Охранники, жившие в гостевом доме, к удивлению домочадцев никогда не отлучались ни к родственникам, ни по
своим делам. Складывалось такое впечатление, что вся их
жизнь без остатка была ограничена обязанностью находиться
в непосредственной близости от дедушки Ричарда и его сына
Роланда. Куда бы те двое не направлялись, как минимум один
охранник обязательно следовал за ними.
Ментор и его сын вообще разлучались редко, никто не
мог и припомнить, чтобы Роланд улетел или уехал куда-либо
один, без отца.
Если нужно было посетить Европу, то летели как минимум
четыре человека, а то и всё семейство, вместе с детьми. Со стороны группа путешественников выглядела довольно обычно:
четверо мужчин, женщина и трое детей. Охранники в такие
моменты держались непринуждённо, вели себя как члены семьи, баловались с детьми, шутили и смеялись. Всё выглядело
так, как будто весёлая компания из семи человек беззаботно
путешествует и наслаждается туристическим вояжем.
На самом деле, Ментор терпеть не мог Европу, хотя путешествия по миру были его единственной слабостью. Тяжело
было представить страну или местность, где он не оставил бы
отпечатков своих сапог, кроссовок, шлёпанцев, лыж или унтов.
При всём обилии путешествий, каждая их деталь была досконально подготовлена, всё было просчитано и организовано
на безупречном уровне и в плане логистики и в плане безопасности. Арендованный микроавтобус с профессиональным
водителем всегда стоял там, где ему положено было стоять, а
комнаты в отелях были забронированы за месяц.
120
122
Один из телохранителей лично прорабатывала маршрут,
всегда сам летал, ездил и ходил там, где Ментор собирался
быть в соответствии с планом визита. Возвратившись, охранник дорабатывал детали со своим партнёром, и только когда
всё было трижды перепроверено, все вместе выдвигались в
путь.
Во время самого путешествия охранники были на пике
своей концентрации, так как путешествовали они обычно без
оружия.
В голове у таких людей всегда сидит отточенный механизм
действий в случае опасности: толчок охраняемого объекта в
сторону, чтобы убрать его с линии огня (в момент толчка происходит инстинктивное съёживание человека и как бы пригибание к его земле); затем следует подхват охраняемого объекта под руку, чтобы избежать падения; ретирование к ближайшей преграде, заслоняющей от источника опасности.
Партнёр в этот момент прикрывает собой отход объекта,
заслоняя его своим телом, двигаясь при этом к источнику
опасности не спиной, а лицом.
Работает только эта модель, только в паре, и только это
называется оказанием услуг профессиональных телохранителей.
Только грудью можно поймать пулю предназначенную
тому, кого охраняешь, потому что все спины одинаково слепы!
Нужно ли говорить, что такого рода специалисты по объявлению на работу не нанимаются, таких ребят взращивают
либо для себя, либо для серьёзных дел. Такого плана телохранители работают либо за очень большие деньги, либо – за
идею.
Подготовка такого профессионала – это нечто большее,
чем рукопашный и ножевой бой, большее, чем умение обращаться с оружием. Говорят, что человек, готовый пожертвовать собой ради других – это большая находка, такими не становятся, это должно быть в крови…
Ментор опроверг и это высказывание!
Благодаря длительному воздействию гипноза на подсознание, он запрограммировал своих охранников так, что они,
121
123
подобно гашишинам[77], готовы были не задумываясь отдать
жизнь за Ментора, и при этом были уверены, что исполнив эту
миссию, каждый моментально отправится напрямую в рай.
В жизни Ментора не было мелочей, каждый шаг был проанализирован и просчитан: охранники – преданы до помешательства; машины – арендованы только у крупных компаний;
летал он только известными авиалиниями, изношенность самолётов у которых была минимальной, а техническое обслуживание лайнеров – наилучшим.
Ментор не любил выделяться, но в случае, когда нужно
было лететь через океан, всё семейство путешествовало бизнес-классом, чтобы десятичасовой перелёт не превращался в
пытку.
Ежегодное путешествие Ментора в Европу было для всех
весёлым праздником, и семейство слегка ностальгировало по
временам, проведённым в швейцарских Альпах, однако текущие дела внесли кое-какие коррективы в планы.
В Старый Свет Ментор не выбирался уже четыре года, так
как всецело был поглощён вопросом плавной передачи эстафетной палочки от одного политика восседавшего на троне
другому политику, который должен был продолжить выбранный курс и осуществить триумф идеи, претворяемой в жизнь
Ментором и его Братством.
Вековая борьба за право владеть и править миром подходила к своему апогею и Ментор предпочитал не рисковать,
тем более, что в своём пророчестве Сильф указывал Роландуоснователю на то, что во время когда его потомки в тринадцатом поколении начнут править миром – по Европе уже будет
скакать третий всадник Апокалипсиса.
По словам Сильфа, в одной руке у того всадника будет
кувшин, извергающий из себя белое облако, сеющее вокруг
болезни и смерть, а в другой его руке будет чёрное знамя, сулящее гибель европейской цивилизации.
Ментор был чуток к предостережениям и предпочитал не
нарушать традиций.
[77] По другому – ассасины – агрессивная секта исмаилитов.
Отличалась строгой дисциплиной и совершением многочисленных
религиозно и политически мотивированных убийств. (Прим. автора).
122
124
Если в послании было сказано, что Европа должна будет
подвергнуться нападению варваров, и если таковые нападения уже имели место быть, то лучше было воздержаться от
поездок и не гневить дух предков.
Таким образом, Ментор и всё его семейство в последнее
время всё больше времени проводили в обители, которая была
и домом, и офисом, и тайной резиденцией Братства Змеи.
В том крыле, где располагался Ментор, была одна комната,
о существовании которой знали лишь двое – сам Ментор и его
сын Роланд.
Этот секретный объект был спрятан за рабочим кабинетом
Ментора, и был довольно приличных размеров.
В одной части располагалась небольшая кухонька с плитой и вытяжкой, холодильник, столик с двумя стульями и туалетная кабинка с раковиной.
В противоположной части стоял письменный стол, за ним
располагалось удобное кожаное кресло, которое вращалось
вокруг своей оси.
Стены комнаты были одним большим стеллажом, сплошь
состоявшим из небольших выдвижных ящиков с табличками.
Единственным минусом было отсутствие окон, но это, в
свою очередь, скрывало сам объект от посторонних глаз и обеспечивало полную звукоизоляцию.
Одна единственная дверь, которая вела в эту потайную
комнату, была стилизована под сегмент большого книжного
шкафа, что находился слева от письменного стола в рабочем
кабинете Ментора.
Открывалась невидимая дверь нажатием кнопки, но никакой электроники при этом в механизме – запирающем и отпирающем дверь – не было. При нажатии на кнопку, расположенную в глубине книжного шкафа, раздавался щелчок, и
один его сегмент открывался как обычная дверь, стоило лишь
потянуть на себя за любую из книжных полок.
Ментор и его сын Роланд принимали все возможные меры
для того, чтобы кто-нибудь из домочадцев случайно не оказался в кабинете в тот момент, когда они выходили из тайника, поэтому дверь в рабочий кабинет Ментора всегда была заперта изнутри.
123
125
Как только дверь – сегмент шкафа – закрывалась за их
спинами – наступал момент полной свободы.
Два человека, отец и сын, наконец-то могли говорить свободно, не пряча смысл сказанных слов за различными намёками и иносказаниями.
Здесь, в своём логове два опасных зверя, два вершителя человеческих судеб могли вдоволь порезвиться, обсуждая жизнь
и смерть, счастье и страдания миллионов людей, не стесняясь
в выражениях и не боясь быть услышанными.
Обычно, первым делом войдя в свой секретный штаб, они
садились в импровизированной кухоньке и, по-домашнему
заварив крепкого чая с травами, обсуждали то, что им предстояло сделать.
Во время беседы они то и дело бросали взгляд на огромную
кожаную кушетку, стоявшую посреди комнаты.
Кушетка, скорее, была похожа на большое кожаное ложе
с поднимающейся спинкой, регулируемым подголовником,
удобными подлокотниками и углублениями под спину и в той
части, где, по-видимому, должны были расположиться ягодицы и икры того, кто лёг бы на это ложе спиной.
Мягкая лайковая кожа тёмно-коричневого цвета была
прилично потёрта, но это лишь придавало таинственному
предмету немного тепла и уюта.
Взглянув на эдакое произведение мебельного искусства,
любой человек захотел бы, наверное, лечь и ощутить, насколько оно комфортно.
Кое-кто провёл в этом удивительном кресле-кровати не
один час, и, похоже, наш уважаемый читатель уже догадался,
о ком именно идёт речь.
ГЛАВА 11
Наследник
Все три часа, что Ментор и Роланд провели в пути от особняка из серого камня, где встречались с Кураторами, до своей
обители в Вэстхэмптоне, они разговаривали между собой на
французском языке.
Таким образом Ментор решил обсудить одно деликатное
предприятие, которое он задумал осуществить, а также кое-что, касающееся одного из членов семьи, и охранникам не
обязательно было знать о том, что речь пойдёт о Вильяме.
Ментор решил, что время наследника пришло, и что по
приезду нужно будет посвятить мальчика во все детали их семейной тайны, передаваемой по отцовской линии.
Это была довольно непростая миссия, но Ментор посчитал, что момент был подходящим, и можно было наглядно
продемонстрировать Вильяму всю мощь возможностей, которые ему предстояло унаследовать.
Что до деликатного предприятия, то Ментор вскользь упомянул о каком-то небожителе, которого предстояло опередить, пока тот не бросил семена в круг своих знакомых.
Даже если бы сидевшие в машине охранники понимали
по-французски, они всё равно бы не поняли ровным счётом
ничего из того, что говорил Ментор.
Роланд, напротив, всё прекрасно понял, его глаза сверкнули дьявольским огнём, и дальше он уже слушал своего отца с
какой-то демонической улыбкой на лице.
По мере того, как пассажиры на заднем сидении серебристого «Доджа» разговаривали, французская речь начала перемежаться с латынью, и вскоре, вообще, разговор стал похож
125
127
на тарабарщину, но в этом непонятном потоке слов каждый
из них находил какое-то сладостное упоение для своего слуха.
Они смаковали каждое выражение, глаза при этом, то прищуривались, то широко открывались, было видно, что этим двоим исчадиям ада предстояла интересная и опасная миссия, но
это их не пугало, скорее, наоборот, каждое сказанное слово всё
сильнее и сильнее разжигало их страсть.
По прибытии домой в Вэстхэмптон Ментора и Роланда
уже ждало рождественское застолье. Большой стол в центре
зала был изящно сервирован множеством блюд и закусок.
Как только серебристый «Додж» въехал на территорию
поместья – а это было огромных размеров ранчо у первой линии океана – все обитатели особняка высыпали на улицу с радостными криками.
Все были в сборе, и теперь можно было садиться за стол и
начинать праздновать.
Роланд обнял супругу и дочь.
Похлопал по плечу младшего сына и что-то шепнул старшему сыну Вильяму на ухо, тот в ответ улыбнулся и кивнул
головой.
Счастливое семейство со смехом и радостными возгласами проследовало в дом разбираться с теми яствами, что
были приготовлены по случаю празднования самого главного
праздника в году.
Сразу же после праздничного ужина Ментор пожелал всем
спокойной ночи и, сославшись на усталость, пошёл в своё
крыло.
Остальные обитатели поместья посидели ещё полчаса и
тоже понемногу начали расходиться по своим апартаментам
и укромным уголкам.
Роланд сказал супруге, что ему надо подняться к отцу и завершить кое-какие дела, и возможно он даже задержится там
допоздна.
Жена вздохнула, улыбнулась и покорно отправилась на
поиски детей, время было уже позднее, и пора была начинать
укладывать неугомонных малолеток.
Вильям тоже пожелал всем спокойной ночи и отправился
в свою часть в правом крыле здания, чтобы через время неза-
126
128
метно прошмыгнуть в оранжерею и оттуда подняться в кабинет к деду. Об этом сразу по приезду его попросил отец, незаметно шепнув на ухо о просьбе деда.
В двенадцать часов ночи в поместье воцарилась полная тишина.
В кабинете Ментора на втором этаже горел свет, и это было
знаком для Вильяма, что его ждут.
Ментор сидел в роскошном кожаном кресле за большим
письменным столом и что-то рассказывал Роланду, когда
раздался стук в дверь, и в дверном проёме появилась голова
Вильяма.
– Можно? – спросил Вильям.
– Заходи, садись, – ответил Ментор, указывая своему внуку на второе кресло напротив своего стола.
В первом кресле, закинув ногу на ногу, сидел Роланд.
Вильям послушно исполнил указание деда и приготовился
слушать, но вместо этого Ментор начал задавать вопросы:
– Знаешь ли ты, дорогой Вильям, что сейчас творится на
политическом поприще?
– Знаю, грядут большие проблемы для нашей нации потому, что добрая её половина не примет выбора тех, кто решил
шагать назад, в прошлое.
– Достойный ответ! – сказал Ментор и продолжил:
– Если бы ты мог повлиять на ситуацию, что бы ты предпринял для того, чтобы её исправить?
Вильям задумался на мгновенье, и от внимания Ментора
не ускользнуло то, что взгляд Вильяма был направлен вправо
и вниз, что означало одно – Вильям пытается найти ответ среди своих искренних чувств и ощущений.
Ментор прекрасно знал, что мозг человека устроен так, что
правша – в ответ на заданный вопрос – будет смотреть вправо
и вниз, если будет стараться ответить честно.
Знал Ментор, куда смотрел правша и в случае, когда хотел
что-либо придумать или просто соврать.
На этот раз Ментор в очередной раз возгордился своим
внуком – он увидел в нём достойного продолжателя своего
дела.
127
129
– Я много думал об этом в последнее время… – с какой-то
недетской задумчивостью произнёс Вильям и продолжил уже
с всё возрастающей уверенностью. – Мне кажется, что нужно
приложить все силы для того, чтобы ретрограды-консерваторы не остановили развитие свободного мира. Либеральные
силы должны дать бой неоконам[78] и показать, что мир им
уже не будет принадлежать никогда. Я сам готов пойти на
баррикады и лично кидать коктейли с зажигательной смесью,
если понадобится. Мои одноклассники меня не понимают, все
как один они радовались и прыгали до потолка, когда выборы
проиграл кандидат от демократов. Кретины! Они всего лишь
повторяли то, что услышали от своих папочек-толстосумов и
мамочек с силиконовыми… – Вильям на мгновенье запнулся и
добавил. – Губами.
Ментор и Роланд разом засмеялись и зааплодировали.
– Браво! Браво, мой мальчик! – воскликнул Роланд и продолжал:
– Тебе не нужно идти на баррикады самому, для этого есть
огромное количество честных, смелых и сильных людей, кто
сделает это под твоим руководством. Ты один из тех, кто будет направлять эти массы, руководить процессом.
Вильям посмотрел на отца с каким-то особым вдохновением во взгляде, ему показалось, что его самая заветная мечта
вот-вот сбудется.
– Сейчас дедушка тебе всё подробно расскажет, – сказал
Роланд и перевёл взгляд на Ментора.
– Вильям, слушай меня внимательно. Всё что я тебе сейчас буду говорить – чистейшая правда. Я хочу, чтобы это был
диалог, не бойся задавать вопросы, если тебе вдруг что-то будет непонятно, или ты с чем-то будешь не согласен. Я расскажу тебе самую суть – детали будут потом. У нас не так много
времени на вступительную часть, так как сегодня будет вершиться история… Вильям, ты – как продолжатель нашего
рода – скоро своими собственными глазами, душой и сердцем будешь видеть, чувствовать и управлять миром. Итак,
я – Ричард, отец твоего отца, Роланда, являюсь наследником
огромного состояния перешедшего мне по наследству от моего отца. Это тебе известно, так?
[78] Приверженец неоконсерватизма в США. (Прим. автора).
128
130
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]