Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Планида Сергея Капустина
.pdf
СУПЕР-3. ОДИН В ОДИН
Сделаем одну важную оговорку.
Вокруг ухтинского молодого дарования не было шума, пересудов, прогнозов, какие обычно возникают при появлении на горизонте будущей звездочки. Вообще всем нам кажется очевидным,
что общепризнанная впоследствии звезда едва ли не с детства проявляла себя невероятно ярко.
Мальцев скорее являлся исключением: только Эпштейн распознал в нем мастера, зазвав в воскресенский «Химик», как сразу же
подсуетилось «Динамо» – Чернышев строго-настрого указал своему помощнику Тихонову призвать кирово-чепецкого самородка под
бело-голубые знамена. Даже Харламов заблистал не сразу, пройдя
школу мужества в уральском Чебаркуле; даже Якушев сразу не раскрылся в полный свой высоченный рост, а Михайлов вообще в двадцать пять лет появился в ЦСКА.
О Капустине не было пересудов. В юношескую и молодежную
сборные его не приглашали. Знали о нем, по существу, только в Ухт е.
И хотя «Нефтяник» прилично выступал в своей зоне, успешный сезон,
там проведенный, шумиху вокруг Капустина не создал.
В Москве не всполошились, прознав о просмотре в «Спартаке».
Ни ЦСКА с «Динамо», ни «Крылья Советов». На капустинское счастье, Ковалевскому хватило терпения и энергии, которые зиждились
на интуиции, на вере в перспективу Сергея, и он совершил вторую
попытку, обратившись к зоркому и мудрому Кулагину.
И мы должны это понимать, восстанавливая стартовый период
Сергея Капустина в «Крыльях Советов». Его никто толком прежде
не знал. Ни тренеры, ни игроки.
Юрий Терехин – защитник, 1951 года рождения, воспитанник школы ЦСКА, выступал за «Крылья Советов» в период
1971–84 годов:
«Мы с Сергеем познакомились в 71-м. Одновременно пришли
в «Крылья», когда Борис Павлович уже принял клуб. Кулагин планомерно вел селекционную работу. Помню, что уже в феврале я определился с тем, куда пойду, в какую команду мастеров. Мы были еще
в армии, а Борис Павлович набирал потихонечку тех, кто, на его
взгляд, усилил бы «Крылья Советов». Сидел на трибуне и никуда
не вмешивался. Мы, на кого он глаз положил, закончили цээсковскую
школу, а она была тогда лучшей хоккейной школой в мире. Но так
71
ПЛАНИДА СЕРГЕЯ КАПУСТИНА
сложилось, что сразу несколько ребят, стремившихся в «основу»
ЦСКА, расценили шансы на это как невеликие и потому охотно
откликнулись на приглашения Кулагина, который возглавил «Крылья Советов»: Анисин, Лебедев, Бодунов, еще Карнаухов, я… Долго
Борису Павловичу не пришлось нас уговаривать, мы как-то объединились и попали в его команду.
Но попали с небольшим опозданием из-за того, что оформлялись
документы демобилизационные из армии. На два-три дня позже
прибыли в Кисловодск, где Кулагин устроил необычный тренировочный сбор. Необычность заключалась в том, что проводился он
после сезона, когда никаких матчей не было. Казалось бы, зачем
такая канитель, зачем хоккеистов перегружать без нужды? Как
Борис Павлович полушутя-полусерьезно объяснял своим помощникам: «Пускай в июне, в отпуске, ребята гуляют, пьют, позволяя
себе лишнее. Зато в мае на сборе повкалывают по полной программе
под нашим присмотром и за счет этого за время отпуска совсем
уж форму не растеряют».
Приезжаем в Кисловодск. Видим очень много молодых игроков, среди них Капустин. Первое знакомство с Сергеем. Особой
шумихи вокруг него что-то не припомню… После я узнал – это был
не секрет, – что он пробовался в «Спартаке», что Борис Майоров
вроде бы готов был его взять в команду, но там что-то не сложилось… А Борис Павлович вовремя подсуетился, когда его тренер
из Ухты попросил посмотреть парня.
Тогда в Кисловодске на послесезонном сборе Капустин тренировался по своему графику. Бегал по стадиону. Нога побаливала.
Короче, в основной группе не работал. Ну мы соответственно особого внимания на него не обратили. Ну бегает себе парень и бегает
в облегченном режиме.
Совсем другая картина была уже в июле месяце, после отпуска.
Предсезонку Кулагин снова проводил в Кисловодске.
Зато теперь Капустин предстал во всем блеске!
В мае еле-еле, одним глазком, видел его, а здесь-то мы бок о бок
пахали.
Серега уже подлечился и разбежался; пошло-поехало у него;
сразу видно стало, что это такая машина мощнейшая. Машина,
которую не остановишь! Я-то, защитник, еще примерял – как против Сереги играть?
72
СУПЕР-3. ОДИН В ОДИН
Там, в Кисловодске, одновременно с нами тренировалась сборная
Москвы по легкой атлетике – или сборная РСФСР, точно не скажу,
но уровень у них был очень высокий, без сомнения. Хоккеисты и легкоатлеты не мешали друг другу, места всем хватало. Дали нам
задание – отрезки по двести метров в высоком темпе. Старший
тренер легкоатлетов увидел, как Серега бежит эту спринтерскую
дистанцию, с каким запасом от нас всех оторвался, как мощно
и красиво бежит, и обалдел от восторга. Все бросил и направился
к Кулагину:
– Борис Павлович, уважаемый, отдай мне этого парня. Отдай.
Я из него чемпиона сделаю. Чемпионом у меня будет! Гарантирую!
Фамилию его скажи, пожалуйста.
– Капустин. Сережа Капустин. Да тебе это ничего не говорит.
– Ну так что – отдашь Капустина этого?!
– Это у меня он станет олимпийским чемпионом! По хоккею!
А ты с такой ерундой подходишь – каким-то рекордсменом по легкой атлетике сделаешь…
Оба посмеялись и разошлись.
Кстати, Кулагин-то свое обещание выполнил: в 1976-м Серега
стал олимпийским чемпионом, когда сборной руководил Борис Павлович».
Любопытно. Очень любопытно. И показательно. Ни про одного
хоккеиста мы не слышали о подобных ресурсах в легкой атлетике,
о реальной перспективе стать бегуном высокого класса. Похоже,
что только Сергей Капустин обладал такими недюжинными способностями.
Сергей Котов – правый крайний нападающий, выступал
за «Крылья Советов» в период 1972–84 годов:
«Я годом позже появился у Кулагина. И сразу же угодил на этот
его послесезонный сбор в мае, будь он трижды неладен. На отпуск
нам оставалось буквально двадцать пять-двадцать шесть дней. Мы
еще посмеивались: мол, кроссовки не высохли после майского сбора,
а уже на старт предсезонки выходишь опять. Такие же серьезные
тренировки Кулагин устраивал и в мае: трехразовые, бега всякие, эстафеты, не только легкая атлетика, но и атлетизм. После
длинного сезона кому хочется грузиться? Никому. Тем более со льда
когда переходишь на беговую дорожку, болячки всякие всплывают,
73
ПЛАНИДА СЕРГЕЯ КАПУСТИНА
на которые в сезоне старался не обращать внимания: то плечо
побаливает, то колено беспокоит…
А у Сереги жалоб практически никогда ни на что не было;
любая тренировка и любая нагрузка – будь то эстафета, кросс
или штанга – все ему нипочем, все выполняет легко, да еще с улыбкой. Кто-то обязательно начинает ворчать: «Да пора отдыхать
уже! Куда мы готовимся, пашем, как папа Карло?! К чемпионату
мира, что ли, готовимся? Нам же отпуск полагается…» Как-то
нелогичным все было для нас. Некомфортным. А Капустин, наоборот, не возражает нам, а подбадривает: «Да ладно – что вам
ныть?! В охоточку сейчас отбарабаним положенное, пообедаем,
поспим. А вечерком по кружечке пивка примем…» И все у Сереги
было на позитиве.
Тренировки вообще любил. Любил повкалывать. Ему еще почему
легко было нас подбадривать – ему-то легко все давалось. «Физикой» обладал сумасшедшей! Ну кто из нас мог красиво и правильно
бежать?.. А на Серегу глянешь – ноги двухметровые! Просто как
лань летит! А прыжки какие! На легкой атлетике мы страдали,
а ему хорошо. Румянец выступал на лице и его капустинская улыбочка. Лично у меня складывалось такое впечатление, что удовольствие от этой нелегкой атлетики получал.
Кстати говоря, часто не совпадает быстрота хоккеиста
на земле и на льду. У Капустина в этом был полный порядок.
В «Крыльях» я еще застал Лешу Андреева, длинноногого защитника – тихохода, который здорово бегал на стадионе. Они с Серегой
поспорили – кто пробежит двести метров быстрее. И Капустин
его так легко обогнал. А было это в Сухуми».
По первому же предсезонному сбору новичок из Ухт ы проявил себя более чем впечатляюще. Оставалось убедиться в том, что
быстрота и выносливость на земле сохранятся и на льду. И, разумеется, убедиться в его технических и тактических способностях.
Виталий Ерфилов – заслуженный тренер СССР, помощник
Кулагина в «Крыльях Советов» в период 1972–75 годов:
«Кулагин, когда собрался принимать «Крылья Советов», позвал
меня. Мы же с ним вместе долго трудились в ЦСКА: я в школе, а он
сначала в школе и потом в команде мастеров. Но я вынужден был
отказать Борису Павловичу по уважительной причине: «Я дал слово,
74
СУПЕР-3. ОДИН В ОДИН
что три года отработаю в Кирово-Чепецке. Мне еще год осталось,
а через год я к вам с удовольствием приду». И в мае 72-го я устроился в Сетуни помощником Кулагина.
Сережу Капустина я увидел только в «Крыльях Советов». «Олимпия» из Кирово-Чепецка выступала не в той зоне второй лиги, что
«Нефтяник» из Ухты. Увидеть его просто не мог. А услышать,
что, мол, появилась в Ухте восходящая звездочка? Ну, наверное,
теоретически мог бы. Только теоретически. Ведь в российской
глубинке информация распространялась в те времена не слишком
быстро и широко.
Капустин не на просмотр приехал, он приехал сразу в команду.
Какого-то особого обсуждения с Борисом Павловичем по его поводу
не было: «Вот ты его посмотри, а потом решим, что с ним делать».
Нет, такого не было. Зато я чувствовал интуитивно, что Борис
Павлович к этому новичку проявляет серьезный интерес.
Мои первые впечатления от знакомства с Капустиным были
очень приятными.
Молодой. Высокий. Розовощекий. Симпатичный. Улыбчивый.
По первым тренировкам мне казалось, что парень с большим
потенциалом.
Но и не стал бы преувеличивать, приукрашивать те впечатления. Легко себе представляю, как он выделялся на уровне Ухты
и как его было видно на уровне зоны «Запад» второй группы; однако
когда он пришел в команду «Крылья Советов», где насчитывалось
достаточное количество хороших и даже отличных игроков, Сережа
первое время попал в их тень и оттуда довольно долго выбирался.
Потому что был еще слишком молод, особого запаса мастерства
и опыта не имел еще в то время. Анисин, Бодунов и Лебедев являлись игроками первой сборной, Капустин не был даже кандидатом
в сборную.
Для своего возраста его росто-весовые показатели привлекали
внимание. Дохловатым не был, такой нормально упитанный рослый парень. Но в его возрасте Витя Полупанов (центрфорвард знаменитой тройки ЦСКА и сборной Викулов – Полупанов – Фирсов)
был намного сильней физически! Намного превосходил Капустина.
Потому что в Ухте никто толком не занимался его атлетической
подготовкой. В «Крыльях» же мы стали его грузить основательно,
и он стал прибавлять, как на дрожжах.
75
ПЛАНИДА СЕРГЕЯ КАПУСТИНА
Сергей исключительно хорош был на беговых занятиях, легко
справляясь и с короткими, и со средними дистанциями; с длинными,
пожалуй, тоже. Пожалуй, многокилометровый кросс по пересеченной местности недолюбливал, но и сзади, в хвосте, никогда не плелся.
Все-таки мышечная масса была у него значительная, а кросс всем
крупным и атлетичным хоккеистам бежать тяжело».
Итак, первые впечатления от крайнего форварда Сергея Капустина остались исключительно позитивные. Как у полевых игроков – защитника Юрия Терехина и нападающего Сергея Котова,
так и у высококвалифицированного наставника Виталия Ерфилова.
Ладно скроен; бежит – не угонишься; тренируется в охотку; игру
читает с листа; прост в общении; компанейский…
Ну чего еще желать партнерам и чего еще требовать от него Кулагину с Ерфиловым?
* * *
Время в Сетуни работало на обладателя комнаты в коммунальной квартире Капустина Сергея Алексеевича.
Оставалось понять, как он сам этим временем распорядится
для спортивной карьеры, как использует собственные природные
задатки. Атмосфера, царившая в профсоюзном клубе, представлявшем авиапром, благоприятствовала тому во всех аспектах: дружный
коллектив, высокий средний уровень исполнителей, высокий уровень амбиций большинства игроков, колоссальный уровень амбиций
Кулагина, вознамерившегося сокрушить ЦСКА Тарасова; высокая
квалификация его помощника Ерфилова.
Виталий Ерфилов:
«Появление Капустина внесло определенные изменения в работу
всей команды, в ее возможности и притязания. Кулагин решил
создать сильное звено, а лидером в нем видел, конечно же, Сергея…
Сергей, я бы так выразился, долгое время, относительно долгое время по-хитрому прятал собственный потенциал. Я убедился
в этом на обычной тренировке по атлетизму.
Даю упражнение – напрыгивание на гимнастического козла
с места. Это для развития взрывной силы. Общее задание – шесть
повторений. Расько выполнил и всё – напрягся и выдохся. Капустин
подходит, норматив выполнил и… как будто и не прыгал! Заметил
76
СУПЕР-3. ОДИН В ОДИН
я это, благо рядышком стоял, и говорю ему: «Сергей, а давай-ка
еще шесть разочков! Сможешь?» Он спокойно отвечает: «А что ж
не сделать». Выполняет и даже не запыхивается, как Расько, как
другие. Ну тут я уже завелся: «А давай-ка еще повторим!» Серега
повторяет – и опять без натуги.
Я обомлел. Если бы я его не остановил после третьей серии, он
так бы и продолжал выполнять упражнение.
Я в сердцах обращаюсь к Капустину:
– Ты что же творишь, Серега?! Ты же должен двигаться вперед, каждый день двигаться, развиваться по всем направлениям.
Сам смотри – у Володи Расько свой предел, а у тебя совсем другой,
намного выше. Так и работай на своем пределе, черт подери!
– Ну меня ж никто не просил делать больше повторений…
Ни сном ни духом Капустин не думал над тем, какими богатейшими возможностями его одарила природа. Не задумывался над
тем, что каждое занятие обязан отрабатывать на максимуме
собственных способностей и благодаря этому прогрессировать,
прогрессировать, прогрессировать. Хорошо еще, что я это обнаружил в тот день…
У Бориса Павловича была любимая эстафета – четыре по сто
метров, где надо было каждую стометровку выбегать за одиннадцать или двенадцать секунд. И с тем, что тому же Репневу,
тому же Расько, тем же защитникам казалось невыполнимым,
Капустин справлялся играючи. И для него что восемь раз по сто,
что двенадцать по сто – было одинаково. Одинаково легко!
Люди умирали, а он – нет!»
Эпизод, который случился в зале для атлетизма, был неизвестен.
Ерфилов мемуары не писал, а о Капустине писалось крайне мало.
Запомнил ли он то нравоучение Виталия Георгиевича – большой
вопрос, на который ответа уже не получим.
Однако этот, казалось бы, в меру неожиданный эпизод совместной рутинной работы игрока и тренера «Крыльев» крайне интересен для методики хоккея и крайне показателен для личности Сергея Капустина. Показателен настолько, что его стоит хорошенько
запомнить, дабы лучше разобраться в хитросплетениях его карьеры
и в драматизме его человеческой судьбы. Трагической, увы, судьбы…
Здесь, как на негативе, явственно проявилось сразу несколько
личностных его черточек.
77
ПЛАНИДА СЕРГЕЯ КАПУСТИНА
Недостаточный самоанализ.
Недооценка собственных ресурсов.
Невключение на максимальные обороты при тренировке.
Неполная устремленность к самым высоким целям.
Разумеется, все это мы перечислили, предъявив к Сергею Капу-
стину наивысшие требования.
Но он же, обладая фантастическими хоккейными данными, и обязан был соответствовать требованиям, которые к обычным спортсменам предъявлять бессмысленно.
* * *
Ничем и никем не был избалован ухтинский талант. Что выделяется среди земляков-сверстников, едва его коньки касаются льда,
понимал, конечно же. Ну так это всего лишь в небольшом по российским меркам городе. В юношескую и молодежную сборные не приглашали, даже кандидатом на сборы не ездил. Клубы высшей лиги,
даже немосковские, за ним не гонялись, не сулили златые горы. Осев
в «Крыльях Советов», молодой человек до поры и разочка не испытал радости какого-нибудь спортивного свершения.
Однако вскорости дождался этих минут, когда эмоции захлестнули девятым валом.
Юрий Терехин:
«В том первом сезоне у Кулагина в «Крыльях» нам с Серегой
повезло попасть на зимнюю Универсиаду в Лейк-Плэсиде. В Штатах это, где Олимпиаду в 80-м году проводили… Состав студенческой сборной такой сколотили: две пятерки крыльевские, одна горьковская – Мишин, Федотов, Фролов, еще кто-то – и еще по одному
откуда-то взяли; вратарем основным поехал наш Сидельников.
Февраль. 1972 год.
А там необычные обстоятельства возникли. Далеко же, билеты
для европейцев дорогие были – ни чехи, ни шведы с финнами не прилетели. Осталось всего три студенческие команды – советская,
канадская и американская. Три сборные. И оргкомитет порешил
играть в три круга. Ну чтобы продлить турнир, чтобы как-то оживить его. Каждый встречался с каждым по три раза. Всего шесть
матчей. И мы нормально отыграли – все шесть матчей выиграли.
Первое место заняли!
78
СУПЕР-3. ОДИН В ОДИН
После награждения ребята собрались в каком-то подвальчике.
Помню, что собрались только наши, крыльевские. Заведение такое
скромное, даже музыки там не было. Зато стоял рояль. А доктором
у нас был Шхвацабая. И как он начал на том рояле импровизировать, сразу у нас веселуха пошла.
И Серега весь светился от счастья!
У него же это был первый международный турнир, причем
не клубный, а со сборной. Студенческой сборной СССР!
И у Сереги такая радость была, что он на все свои деньги, а нам
дали по пятьдесят шесть долларов за все эти шесть игр, накупил
на всех ребят, как сейчас помню, пива, фисташек, соленых орешков,
чипсов и начал всех угощать этими «деликатесами».
Мы-то уже выигрывали чемпионат Европы среди молодежи –
мирового еще тогда не проводилось, – с юношеской и молодежной
командой ЦСКА выигрывали чемпионаты Союза, а вот у Сереги
ничего же этого не было. Сезон в Ухте и сезон в «Крыльях», когда
команда только стала подниматься.
И Серега поймал такой кураж! Такой кураж, что всех хотел
обнять, расцеловать, угостить.
Мне это запомнилось очень хорошо.
Счастливый Капустин, готовый поделиться с каждым всем,
что имеет».
Человек с распахнутой душой. С душой обнаженной и потому
легкоранимой.
Таким Сергей Капустин останется до конца дней своих. Радость
будет готов разделить с людьми близкими и не очень. А в беде будет
замыкаться в себе, никого из окружающих не тревожа.
* * *
Кто досконально изучил хоккейные манеры Сергея Капустина,
его хитрости и финты, его сильные стороны и стороны слабые, если
они, собственно, имелись у него?
Защитники его же команды. Крыльевские защитники. Они же
изо дня в день противодействовали ему на тренировках в ходе различных упражнений и в двусторонке, когда схлестывались пятерка
на пятерку. На тренировках бывали ему то непримиримыми соперниками, то внимательными партнерами. Юрий Терехин в такой роли
находился все шесть сезонов, проведенных Капустиным в «Крыльях».
79
ПЛАНИДА СЕРГЕЯ КАПУСТИНА
Юрий Терехин:
«Серега сразу проявил себя.
Это скорость! Это мощь! Это бросок! Это понимание игры!
Это внимание к партнерам!..
Нам, игрокам «Крыльев», сразу же стало ясно, что это за глыба.
Мы же с ним каждый божий день работали. Тренировки. Матчи.
Это человек, помазанный Богом!
Уже не первый то был год в «Крыльях». Третий, может, или
четвертый.
Тренировка. Играем в зоне три на три, четыре на четыре. Со сменами. А я знаю, что у него какая-то травма, такая микротравма,
но все равно болезненная. Но Серега не любил пропускать тренировки
и не жаловался лишний раз доктору команды на болячки, поэтому
вышел не совсем здоровым.
Я играл против него.
И возникает такой момент – шайба выходит за синюю линию,
и я, оказавшись ближе всех к ней, ускоряюсь. Ну как бывает: кто-то
бежит первым, а кто-то «банкует».
Я впереди, вот-вот шайбой завладею. И он как рванул за мной.
Я чувствую – там два-три метра запас у меня, но мелькнула в голове
мысль: «Сейчас сожрет меня!» Сто процентов сожрал бы…
Серега на льду как тигр! Двумя прыжками мог догнать любого.
И вдруг, ну совсем я не ожидал такого, чувствую, что дал
он по тормозам: черт с тобой – забирай эту шайбу. Не стал он
больную ногу насиловать. Пощадил. Иначе наверняка усугубил бы
ту микротравму».
Поразительный фрагмент!
Выйти на лед с больной ногой и включить максимальную скорость в дуэли с Терехиным, практически догнать его своими тигриными прыжками и находиться в мгновении от того, чтобы первым
коснуться шайбы, выиграв эту дуэль с защитником, – и за полмгновения успеть принять неординарное решение, которое противоположно первоначальному намерению!..
Такое воображение поражает, не очень укладываясь в сознание.
Поражает!
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]