Апофеоз беспочвенности

бы его отношение было единственным в своем роде, не встречавшимся доныне и никогда не имеющим повториться. Проверять его наблюде­ниями и экспериментами строжайшим образом возбраняется. Если в вас привычка «объективной проверки» настолько убила природную воспри­имчивость к жизненной правде, то вы уже не по­лагаетесь ни на свое зрение, ни на свой слух и до­веряете только показаниям не зависящих от ва­шей воли приборов — ну, тогда, конечно, вам ничего не остается делать. Держитесь убеждения, что наука есть совершенное знание и обобщайте. Но если вы сохранили живые глаза и чуткий слух, бросьте инструменты и приборы, забудьте мето­дологию и научное донкихотство и попытайтесь довериться себе. Что за беда, что вы не добудете общеобязательных суждений и увидите в баранах баранов? Это шаг вперед, может быть. Вы разучи­тесь смотреть вместе со всеми, но научитесь ви­деть там, где еще никто не видел, и не размыш­лять, а заклинать, вызывать чуждыми для всех словами невиданную красоту и великие силы. По­вторяю, недаром астрологи, алхимики и гадатели пренебрегали экспериментальным методом, ко­торый, к слову сказать, вовсе не есть изобретение нового времени, а существует столько лет, сколь­ко существует на земле жизнь. И животные экс­периментируют, только не сочиняют трактатов по индуктивной логике и не гордятся своим мыш­лением. Корова, однажды обжегшая морду в пой­ле, второй раз подходит осторожнее к корыту. То же самое, только систематически, производит