Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Алекс и я
.pdf
Алекс вступает в мир высоких технологий
241
могло бы использовать джойстик для переключения или выбора между четырьмя опциями — фотографии, музыка, игры, видео. В рамках каждой
категории было четыре варианта выбора. В разделе «музыка» были классика, рок, джаз и кантри.
Варт очень эффективно выбирал различные опции
для собственного развлечения. Алекс также в этом
преуспел. Гриффин же не особенно заинтересовался предоставляемыми возможностями. Мы
надеялись, что наша разработка поможет птице,
которая осталась дома одна, занять себя самостоятельно на протяжении нескольких часов, что птица
сама сможет выбирать свои любимые способы развлечения. Основной задачей было предоставить
ей достаточное количество вариантов. Сколько раз
вы прослушаете 15-секундный фрагмент «Времен
года» Вивальди, прежде чем он надоест вам и вам
захочется чего-то еще?
Тогда же мы снимали шоу Frontiers, где был
представлен прототип InterPetExplorer. У Алекса
был небольшой опыт участия в таком шоу. Как
сказал Алда, «на протяжении шоу Алекс не проявлял никакого интереса к этому браузеру». Надо
сказать, меня это не удивило. Алекса больше интересовали мы с Алда, а также всё происходившее вокруг него, больше, нежели этот маленький аппарат
InterPetExplorer. Поэтому мы решили записать поведение Алекса, когда он был наедине с аппаратом,
а нас не было в комнате. В этом случае он стал проявлять к нему интерес, хотя картинки его не особенно занимали. Попугаю нравилась музыка. Запись шоу завершалась сюжетом об Алексе, который
сидел напротив InterPetExplorer и выбирал раз-
Глава 7
242
личные музыкальные фрагменты для прослушивания, он воодушевленно свистел, аккомпанируя
выбранной мелодии, пританцовывал и очевидным
образом наслаждался.
Условия, которые мне были предоставлены
в Медийной лаборатории, отличались в лучшую
сторону от тех, что были у меня в Тусоне. Единственный недостаток — то, что мой офис был очень
маленьким. Это был мой собственный офис, в котором размещались мы с Вартом. Варт считался
питомцем лаборатории. Но он там был не один
такой, поскольку по лаборатории бродило несколько собак.
Наше рабочее пространство находилось
сразу за Прудом, на третьем этаже, оно составляло
приблизительно 5—6 квадратных метров — совсем небольшое помещение. В нашем офисе персональное рабочее место было у моего студента Бена,
а также у Спенсера Линна (Spenser Lynn). Спенсер
уже окончил университет в Тусоне и, работая с
Алексом, стал его напарником номер один. Конечно, у меня были особые отношения с Алексом,
но он, очевидным образом, предпочитал общаться
с мужчинами, особенно с высокими мужчинами с
длинными волосами. Спенсер был как раз таким.
Алекс часто, когда был в Тусоне, семенил по лаборатории в поисках Спенсера. Когда Спенсер брал
его, Алекс взбирался по его руке на плечо и танцевал брачный танец, характерный для попугаев
этого вида. Спенсер был единственным человеком,
которого Алекс называл по имени. Он говорил:
«Come here, Spence» (‘Иди сюда, Спенс’).
Алекс вступает в мир высоких технологий
243
Однако в 1999 году Спенсер совершил,
с точки зрения Алекса, серьезное преступление: он
уехал на три месяца в Африку, чтобы изучать поведение жако в условиях дикой природы. Он покинул Алекса. И Алекс ему никогда этого не простил — Спенсер больше не был его любимчиком.
Сейчас они все находились в лаборатории в маленькой комнатке — Алекс, Варт, Гриффин, мой
студент Бен, программист, который временно у нас
работал. Также в нашей комнате было несколько
компьютеров, другое электронное оборудование,
паяльники, две большие птичьи клетки и куча студентов, задачей которых была тренировка птиц. Не
знаю, как Бену и Спенсеру удавалось всё это проворачивать. Например, они сидят за столом, пытаются работать над Pet Projects. Через несколько метров от них студенты задают вопросы Алексу: «Alex,
what color three? What color?» (‘Какого цвета цифра
три? Какого цвета?’) или «Grifn, what matter?»
(‘Гриффин, из какого материала предмет?’). Если
птицы не отвечали на вопрос, студенты могли произносить вопрос громче.
В этом «храме высоких технологий» подобное
зрелище было весьма необычным. В итоге Бен и
Спенсер решили использовать довольно простую
технологию, чтобы сохранить рабочую концентрацию в такой сложной обстановке. Они вышли
из положения, купив промышленные средства защиты органов слуха, такого же типа, как используют люди, которые работают в аэропорту и осуществляют такие операции, как стыковка самолетов
и их распределение по терминалам. Бен сказал, что
эта система эффективна. Они со Спенсером могли
Глава 7
244
выполнять свою работу, несмотря на какофонию,
которая царила вокруг.
Каждый день в пять часов вечера Алекс произносил «хочу назад, хочу назад», отмечая, что
пришло время отнести их с Гриффином в место отдыха, где они будут проводить ночь. Варт же перемещался на ночь ко мне в офис. Тем не менее фраза
«хочу назад» раздавалась повсюду, ее также использовал и Бен. Он рассказал мне, что в какой-то мере
это было игрой — использовать фразы Алекса.
Часто Бен говорил «хочу назад», когда он был с
женой на вечеринке и праздник подходил к концу.
Друзья думали, что он сошел с ума, так же решил
и официант одного из ресторанов, где проводил
время Бен.
Бен рассказывал: «Официант подошел к нашему столику и спросил, не хотели бы мы узнать
о фирменных блюдах ресторана. Мы конечно же
согласились. Официант сказал, что в меню есть
чилийский сибас в соусе песто с зеленой фасолью
(green beans). Мы с женой посмотрели друг на друга
и исполнили дуэт Алекса и Гриффина (когда один
говорил ‘green’, а другой отвечал ‘bean’), они часто
так делали. Официант посмотрел на нас, задаваясь
вопросом, в своем ли мы уме». Мистер Алекс умел
влиять на людей.
В конце 2000 года, спустя некоторое время
после записи шоу Frontiers, было запланировано
мероприятие для спонсоров. Я не собиралась показывать, как Алекс умел работать с фонемами,
отдельными звуками, из которых состоит слово,
но спонсоры попросили продемонстрировать, как
Алекс справляется с этим заданием. Мы с Алексом
Алекс вступает в мир высоких технологий
245
начали работу над этим проектом еще в Тусоне,
продолжили в Медийной лаборатории. Мы тренировали Алекса произносить фонемы, но не потому,
что хотели научить его читать таким же образом,
как это делал человек. Мы хотели разобраться в
том, понимает ли Алекс, что слова, которые он
учит, состоят из звуков, которые можно сочетать
различным образом и создавать новые. Мы знали,
что он порой бормотал что-то наедине с самим
собой, произносил нечто вроде «green», «cheen»,
«bean», «keen». Эти наблюдения давали нам основания полагать, что он действительно понимал,
что «слова» состоят из некоторых частей, которые
могут быть использованы по-разному. Но, как и
всегда, нам требовались более веские научные доводы.
Мы использовали пластиковые магнитные
буквы (которые обычно крепятся на холодильник),
каждая буква была определенного цвета. Мы
учили его звукам, соотносящимся с различными
буквами или комбинациями букв. Например,
мы спрашивали Алекса: «What color is ‘ch’?» (‘Какого цвета буква, обозначающая звук «ч»?’), «What
sound is purple?» (‘Какой звук передает буква фиолетового цвета?’). Он весьма успешно отвечал на
вопросы.
У нас было немного времени для записи «демоверсии». Спонсоры обязательно хотели увидеть,
как Алекс делает все эти вещи, демонстрирует свои
умения. Я показала Алексу поднос, на котором лежали буквы. Я спросила: «Alex, what sound is blue?»
(‘Алекс, какой звук обозначает голубой цвет?’). Он
ответил: «Ссс». Он дал правильный ответ, и я по-
Глава 7
246
хвалила его: «Хорошая птичка Алекс, молодец».
Он же ответил мне на это: «Хочу орех». Поскольку
у нас было не так много времени на съемки, я не
хотела тратить его на то, чтобы кормить Алекса
орехами. Я сказала ему, что нужно подождать, и
задала следующий вопрос: «What sound is green?»
(‘Какой звук обозначает зеленый цвет?’). Он ответил: «Шшш» — и снова оказался прав, я снова похвалила его, сказав: «Молодец, хороший попугай».
И снова услышала на это «хочу орех». «Алекс, подожди, — сказала я. — What color is «or» (‘Какого
цвета звук «о»’?). «Оранжевый» (‘Orange’), — услышала я в ответ. Снова похвалила Алекса. «Хочу
ОРЕХ», — сказал он. Было очевидно, что он немного разочарован тем, что не получает желаемого. В конце концов он прищурился и внимательно посмотрел на меня, это всегда что-нибудь
предвещало. И вот он посмотрел на меня и произнес медленно, по слогам: «Хочу орех... о-рех».
Я была ошеломлена. Это всё равно если бы
он сказал: «Эй, ты, глупая женщина, мне что, по
слогам повторить, чего я хочу?» Еще более показательным и важным было то, с каким рвением он
вел себя во время наших тренировок. Мы обучали
его произносить отдельные фонемы, мы произносили слово по частям, лишь отдельные части слова.
Возможно, тем рвением, с которым он занимался,
Алекс хотел сказать нам: «Я знаю, к чему вы клоните, я знаю, какая цель у нашей работы сейчас,
давайте будем заниматься целыми словами!» Этот
момент в нашей работе изумил меня. И он таил в
себе все умения, которые Алекс мог продемонстрировать в следующие годы совместной работы.
Алекс вступает в мир высоких технологий
247
Через несколько месяцев, когда стало известно, что я могу остаться в Медийной лаборатории еще на некоторое время (сверх тех двух лет,
что я там провела), будущее начало казаться еще
более многообещающим. Было еще много вещей,
которые предстояло решить: например, получу ли я
ставку профессора или со мной подпишут контракт
на длительный срок как с ученым-исследователем.
Для меня это время было весьма непростым. Я ведь
должна была знать до конца 2001 года, когда закончится мой отпуск и мне нужно будет вернуться
в Тусон. Поэтому на август я уже договорилась
об аренде двух грузовиков для переезда. С одним
была договоренность в Бостоне на случай, если мне
придется везти вещи назад в Тусон, а с другим —
в Тусоне, если мне придется остаться в Бостоне и
мне там потребуются мои вещи.
В конце концов со мной как с ученымисследователем подписали долгосрочный договор
на пять лет, я получила финансирование моего
проекта в той мере, в которой мне требовалось.
Действительно, вышло так, что мне пришлось отказаться от работы в штате и стать фрилансером. Но
о лучшем нельзя было даже мечтать. У меня были
все возможности продолжить свои исследования
когнитивных способностей животных, которыми
я занималась на протяжении многих лет, а также
я могла открыть для себя и привлечь новейшие
технологии для своих опытов. И мне совершенно
не нужно было беспокоиться о финансировании.
И мы с Алексом будем вместе!
Через три месяца, в середине декабря
2001 года, я узнала, что оказалась среди тридцати
Глава 7
248
человек, которые остались без работы: их проекты в Медийной лаборатории были закрыты.
Уже давно сгущались тучи и нависала угроза над
финансированием лаборатории. Год назад индекс
развития тяжелых технологий (NASDAQ index)
достиг своего максимума, а затем стал катастрофически снижаться, предвещая крах «пузыря»,
созданного за счет усиленного использования dot
com-технологий. Потом случилось 11 сентября
2001 года*, еще больше усугубившее экономические проблемы. Корпоративные спонсоры больше
не могли оказывать лаборатории ту поддержку, что
раньше.
Когда два года назад я приехала в лабораторию, она была на пике своих финансовых и технологических возможностей. Будущее виделось
мне полным безграничных возможностей для исследований. А отныне у меня вообще не было работы и негде было продолжать исследования с
Алексом и его друзьями.
Задолго до того, как я узнала, что остаюсь
без работы, уже возникали проблемы с размещением моих птиц. В сентябре я перевезла Алекса
и Гриффина в Ньютон, пригород Бостона, чтобы
они могли жить в доме Марго Кантор (Margo
Cantor). Сын Марго был одним из тренеров
Алекса в Медийной лаборатории, Марго любезно
согласилась присмотреть за птицами, пока мы ре-
*
11 сентября 2001 г. террористы взорвали Международный торговый центр, размещавшийся в НьюЙорке в башнях-близнецах, что привело (в том числе) и
к ухудшению финансирования науки.
Алекс вступает в мир высоких технологий
249
шали вопросы с размещением. Варт же переехал в
Нью-Йорк и жил в квартире моей подруги Мэгги
Райт (Maggie Wright). Предполагалось, что такое
размещение моих питомцев будет временным и
продлится не больше нескольких недель, прежде
чем мы найдем для них новое место. А сейчас у
меня не было ни малейшего представления, когда
и куда их перевезти, где найти деньги на наши
исследования и на что жить мне самой.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]