Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Чтения по гражданскому праву. Том 2. Учение о вещах. Учение о юридической сделке

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

1 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 910 / 3210 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

81Учение о юридической сделке

чтобы из этой аксиомы вывести, как в геометрии, все фигуры, составляющие содержание договорного права.

Увлеченный общим течением немецкой юриспруденции, Шлоссман становится сам, очевидно, на чисто теоретическую почву, далеко не пригодную для разрешения практических проблем юриспруденции.

Шлоссман идет далее этого. Он ставит в упрек юриспруденции то именно, что составляет ее сущность, т. е. приближение норм права к действительности, к практическим проблемам, со всеми бесчисленными приноровлениями, которые общая догма терпит в применении к отдельным институтам гражданского права.

Он обличает уже собственно не юриспруденцию, а самое право в том, что оно допускает наряду с правилами исключения. Он хочет для права таких же законов, какие мы знаем для явлений физических. Если падение барометра происходит под действием атмосферного давления, то пусть раз произошло бы исключение из этого закона, самый закон перестал бы существовать.

Отсюда получается следующее заключение для права. Если основу договора составляет воля человека, то раз действие договора (сделки) поставлено вне зависимости от этой основы, как и самый принцип воли ни на что не нужен и не способен служить основанием для силы договора (сделки). Его надо откинуть и искать другого принципа, который соответствовал бы геометрическим аксиомам или физическим законам.

Юриспруденция, однако, как мы показывали выше, не есть ни физика, ни астрономия, ни физиология. Не отвергая ни одного из законов природы, она свойственным ей методом перерабатывает события и явления для своих целей, особенно для целей известности и постоянства правоотношений.

Такой переработке подвергаются не только внешние явления, но самый способ их определения, ближайшим образом, как было показано выше, способ счисления времени.

Казалось бы, не может существовать более незыблемой аксиомы, как равенство двух единиц времени, двух часов, двух дней. Между тем мы видели выше, что наряду с computatio naturalis мы имеем computatio civilis, где счет времени совсем иной, чем в астрономии. Одно счисление времени, цивильное, принято у нас как правило, а другое тоже принято, но только как исключение. Но мы знаем и еще различия в определении времени,  оно может быть сплошное (tempus continuum), где все единицы времени равны одна другой, но оно может идти с перерывами (tempus utile), где, в юридическом только, конечно, применении, дни оказываются вовсе не равными один другому. В последнем случае будут исключены, совершенно вопреки идеям г. Шлоссмана о

82 Чтения по гражданскому праву

тождестве законов физических и юридических, некоторые дни и пойдут в счет другие (dies fasti, nefasti, comitiales u non comitiales, дни праздничные, неприсутственные и проч.).

В юридическом смысле, таким образом, окажется невыдержанным, допускающим исключение, не только равенство дней, но и равенство часов, ибо и часы будут удобные для деловых операций (не ночные, sol occasus suprema tempestas esto) и неудобные, когда прекращается не только судоговорение, но и торг.

Не только время, но и место, пространство не будет сплошным, как этого хотел бы Шлоссман, по законам физики и геометрии. Не войдет в modus agrorum, а будет составлять исключение из общего правила место, изъятое из частного обладания, по расчетам, неизвестным ни физике, ни геометрии, ни астрономии, но имеющим силу в юриспруденции.

Криминалисты, коим дает Шлоссман предпочтение перед цивилистами, несомненно, идут дальше в изучении подлинных психических процессов, чем мы; но и в уголовном праве найдется немало положений, которые по своему построению далеко не будут соответствовать законам физики или физиологии (злая и добрая воля, а не просто воля как некоторый безразличный психический процесс) и еще менее геометрическим аксиомам.

Воля и волеизъявления потому не признаются в указанном учении

за достаточное для утверждения силы договора основание

, ÷òî âîç-

Мы ограничиваемся здесь указанием отрицательных результатов работы Шлоссмана. Мы находим их характерными для современной постановки учения о сделке у немцев. Шлоссман на этом не останавливается и дает, взамен разрушенного им, как он полагает, учения об основании силы договора, свою конструкцию, которую мы совершенно отвергаем и не почитаем даже любопытной. Это его учение формулировано в разных местах Vertragа и в журнальных статьях (подробн. указания у Enneccerusà. С. 74); результат учения выражен в двух тезах (Vertrag. С. 288 и 289).

1) Тот, кому дано молчаливое или выраженное обещание, испытывает, при невыполнении его, то же чувство, что и при нанесении имущественного вреда. 2) Основание, по коему давший обещание обязан устранить испытываемую промиссаром боль (Leiden), лежит в общем и непосредственном правосознании, которое может быть выражено как не требующая доказательства аксиома в положении: кто винов- ным образом наносит обиду другому, тот обязывается возместить понесенный от этого ущерб. В этой предположительной аксиоме совершенно непонятно следующее. Каким образом я, промиссар, буду почитать себя обиженным, как при отнятии мне принадлежащей вещи, простым невыполнением обещания, åñëè âîëÿ îáå- щавшего не связана этим актом? Если же она связана обещанием, тогда в основе обязательства должна лежать воля, договор, который Шлоссман считает за juristisches Nichts. Выбросив âîëþ, добрую, из состава сделки, Шлоссман ввел ее же в свое построение вновь, но уже как злую, ибо промиттент виновным образом (schuldhafter Weise) не выполняет своего обещания. Разве вина может заключаться в том, что я

83Учение о юридической сделке

можны случаи, и мы не отвергаем этого, где воля в смысле психического процесса есть налицо, а договор или сделка вовсе не имеет силы, и точно так же есть случаи, где воля в ее нормальном процессе вовсе отсутствует, или, с другой стороны, процесс ее возникновения вовсе не исследуется, и не менее того сила сделки несомненна.

Совершенно ясно, что здесь, в учении о сделке, больше, чем в другой области права, наша задача не в том только, чтоб сосчитаться с законами физическими или психическими, а чтоб достигнуть целей специфических, важных для юриспруденции в особенности.

Немудрено поэтому, что у нас образуется в вопросах воли такая же двойственность, какую мы сейчас указали для счета времени в пра- ве. У нас будет не только правило и исключение, чего не может быть в законах физических, но мы будем наблюдать два течения. Воля, воля человека, продолжая составлять главнейший агент исторических и практических процессов осуществления и выработки права, его норм и всех его институтов, будет, в составе сделки, в составе известной категории актов, направленных на изменение конкретных гражданских правоотношений, являться нам то как простой психический процесс, обнаруживаемый в любых признаках (молчаливое согласие), то как совершенно своеобразное проявление юридического формализма, совсем непонятного с психологической точки зрения и объяснимого только в составе юридического акта по соображениям чисто цивилистическим.

Целая масса недоразумений и контроверз, занимавших немецкую юридическую литературу по вопросу о юридической сделке, ее внутреннем и внешнем строении, связана именно, как мы думаем, с со-

не выполняю ein juristisches Nichts (с. 165)?  Для силы сделок юридического лица с этим чувством обиды в конструкции едва ли будет легче, чем с волей. Воля много легче допускает технические конструктивные операции в цивилистике, чем чувство (см. выше мысли Савиньи об обидах юридическому лицу). Аксиома Шлоссмана должна быть отнесена к той же категории смелых бессмыслиц или парадоксов, как и показанная нами выше воля юридического лица, построенная (по Гирке) из ÷àñ- òåé âîëè входящих в состав союза людей. Это парадоксы, способные произвести неотразимое впечатление на бессильную мысль. Отвергая всякую цену таких аксиом и догматических построений, мы вовсе, однако, не отрицаем научного значения исторических взысканий, освещающих на почве положительных данных вопрос об отношении чувства обиды и непосредственного правосознания к вопросу о силе договоров. Заметим только, что чувство обиды может вовсе не совпадать с составом понятия деликта или виновного действия. Наконец, и самое понятие виновности есть также условное и изменчивое в истории сознания людей, как это было частью видно выше. Для истории развития договорных форм надлежит, кажется, очень присматриваться к тому, что проф. Леонтович называет групповым рядом в отличие от договорных обязательств отдельных людей.

84 Чтения по гражданскому праву

вершенно отвлеченной от живых явлений постановкой всего учения. Когда стали исследовать сделку, то считали возможным вопрос о ее природе совершенно уединить, дать сделке, т. е. отвлеченному представлению, такое положение, какое свойственно разве живому явлению, тому или другому институту юридическому, а не простой абстракции от живых явлений, состав которой входит в целый ряд инсти-

тутов

. У Эннекцеруса в первом отделе его трактата видны эти бесконечные споры о природе сделки, отношении ее к закону, отношении воли к волеизъявлению, волеизъявления к его юридическому эффекту. Эннекцерус совершенно ошибается, утверждая, что Шлоссман сражается с врагом, которого сам себе создал. Этот враг, общий для Шлоссмана и ряда других исследователей, есть, по справедливому замечанию Шлоссмана, схоластическая постановка вопроса

, но сам Шлоссман все же не справился с этим врагом, оставшись на точке зрения чисто теоретической и не коснувшись живых источников образования понятия юридической сделки, т. е. юридических институтов.

Вместе со Шлоссманом целый ряд ученых немецких юристов находит неодолимую трудность в решении вопроса, на чем держится эффект сделки. Если это не есть воля лица, говорят они, тогда это будет закон. Таким образом, сила сделки условлена не актом воли ее субъекта, а заранее указанным в законе эффектом такого или иного волеизъявления. Такие мысли поддерживают совершенно серьезные люди, как Бехман, Л¸нель, Лотмар, Кроме

. В результате некоторые приходят к упразднению различия таких очевидно различных институтов, как наследование по завещанию и по закону, ибо не только в последнем, но и в первом случае эффект сделки достигается посредством легальной нормы, а не через волеизъявление, не через тестамент.

Это очевидное смешение понятий, вызванное совершенно схолас-

тической постановкой вопроса о юридической сделке. Акты воли лю-

Здесь прием такой же схоластический, какой мы увидим позже в учении о давности. Долгое время цивилисты считали существенным трактовать давность совершенно отвлеченно от отдельных институтов, владельческой давности, usucapio, и исковой давности, praescriptio longi temporis, с такими же результатами, к коим теперь приводят отвлеченные учения о сделке. Против этой схоластики в учении о давности направлял свои усилия Савиньи.

У некоторых теперешних ученых (Regelsberger), а также в новом кодексе 18 авг. 1896 г. и его литературной обработке задача изучения сделки ставится, так сказать, на один шаг ближе к действительности, как и у Шлоссмана, т. е. в состав общих учений о сделке (в общей части системы и кодекса) вводится и общее учение или общие положения о договоре. Итак, прежде учение о договоре включало нередко, по образцу Code civ., основы общего учения о юридической сделке; теперь, как раз наоборот, общие основы учения о договоре вводят в состав учения о сделке. Мы сейчас будем иметь случай высказаться по этому вопросу.

System. Ò. I. 1900. § 79. Windscheid-Kipp. § 63 è 69, ïðèì. 1à.

85Учение о юридической сделке

дей, как мы видели, действуют и в области образования норм, особенно норм гражданского права, и в области изменения правоотношений. И тут, и там воля человека есть сила творческая в праве. Но там, где мы говорим о юридической сделке, там натурально действие нашей

воли ограничено пределом института, и юридическая сделка направляется не на изменение института, а лишь на изменение правоотношений. В указанном примере завещательного акта, так же как и в лю-

бом другом, самоопределение лица ограничено пределами института, но все же это есть самоопределение воли. И этого мало, не только действие, влияние волеизъявления на правоотношения обнаруживается в составе института и никак не иначе, но и самое волеизъявление может иметь силу только в пределах юридической дееспособности лица и в условиях известной обрядности, которая дает волеизъявлению его определенную природу.

Все это ясно как день для того, кто не оставляет почвы действительности при исследовании юридических явлений, и все это способно дать повод к недоразумениям и спорам, как только рассуждения о юридических явлениях терают эту почву и уходят в область схоластических проблем или изысканий чисто теоретического свойства.

Нам остается сказать о различных видах юридических сделок и группировке их в те или другие категории по общим их признакам.

Обычные группировки сделок на односторонние и обоюдные, возмездные и безмездные или дарственные, inter vivos и mortis causa, нас здесь не интересуют, ибо все это исчерпывается в пандектных чтениях. С вопросом о сделках или, по нашей легальной терминологии, о приобретении прав на имущества дарственном или безмездном (т. Х, ч. I, рубрика разд. I) и о порядке обоюдного приобретения (там же, рубр. разд. III) мы будем иметь случай встретиться позже.  На противоположении же сделок односторонних и обоюдных или двусторонних мы остановимся коротко здесь же ввиду некоторого изменения в систематическом распределении учений в составе частей Общей и Особенной, которые находим в имперском Уложении 1896 г. и у многих толкователей этого кодекса, которые обыкновенно держатся его легальной систематики. Проект наш, Полож. общ., ст. 56, лишь мимоходом отметил эту группировку.

Учение о договоре, теснейшим образом связанное с системой обязательств, не вводилось обыкновенно в пандектных руководствах в состав Общей части как отдельное учение о сделке двусторонней в противоположность сделкам односторонним. Савиньи указал, однако, широкий смысл договора, в который входит не только обязательственный договор, но и так называемый dinglicher Vertrag (договор с вещным действием) и много других явлений двухсторонних сделок, како-

86 Чтения по гражданскому праву

вы брак, усыновление, эмансипация. Германисты знают еще применение понятия договора в области распоряжений на случай смерти (Erbvertrag). В этом широком применении понятия

легко было указать основание для перенесения общего учения о договоре в новом кодексе из области обязательств в часть Общую, куда Vertrag и был внесен в 1-м чтении проекта (IV Abschn. 3-й Titel Vertragschliessung. § 77

90). Вторая комиссия нашла, что широкий смысл понятия Vertrag не соответствует обиходной речи (Sprachgebrauch des Volkes) и заменила во многих случаях слово Vertrag словом Einigung (одиночество, см. указан. внизу ссылку на Виндшейд-Kipp, прим. к § 69. С. 271), что,

однако, по существу ничего не меняет

. Толкователи теперь действующего Имперского кодекса удерживают, согласно легальной систематике, учение о договоре, особенно заключение договора, в составе общей части.  Мы не имеем основания следовать этому образцу, ибо ни в нашей, ни (частью) в системе Code civil понятию договора нельзя давать такого широкого применения, какое ему присваивают немецкие систематики. Сверх того, нет сомнения, что задача изложения абстрактных учений в составе общей части тем больше выигрывает, чем она менее осложнена. При этом само учение о договоре несравненно рельефнее выступает при сопоставлении его с другими основаниями обязательств, особенно с односторонним обещанием, чем в той одинокой, отвлеченной и отрешенной от всякого определенного юридического эффекта постановке, какую ныне дают этому учению, вернее некоторой части этого учения, Имперский кодекс 1896 г. и его толко-

ватели

Мы не будем сейчас рассматривать и других двух категорий сделок, материальных и формальных (абстрактных), хотя это учение должно быть отнесено к общей части, по тому соображению, что ему надо предпослать некоторое разъяснение каузального момента в составе сделки, о чем мы будем иметь случай сказать впоследствии.

Наконец, новые систематики вводят еще группировку сделок, по одному общему для многих из них признаку, который прежние цивилисты проходили без внимания. Весьма пристальное изучение разнообразного состава сделок, которое было вызвано в особенности кодификационной работой молодой империи, дало такой результат. Есть волеизъявления и правомерные деяния, особенно в цикле односторон-

Savigny. System. III. § 140 (Vertrag). § 141 (продолжение). Ни у Вангерова, ни

у Виндшейда этого нет, кроме последнего изд. Kippа, где в приложении издателя к

§ 69 (с. 271) читатель найдет любопытные указания к вопросу.

Dernburg. D. bürg. R. I. B. (1902). С. 334, конец и примеч. 7.

Мы уже держались этого порядка при разработке Пособия, часть особен.

Âûï. II.

87Учение о юридической сделке

них актов воли, влияющие на изменения правоотношений, которых юридический эффект не зависит от того, обращены они к кому-либо èëè íåò. Юридический эффект других категорий сделок, в особенности договорных, более или менее полно связан именно с таким обращением волеизъявления к кому-либо. В работах немецких кодификационных комиссий, участниками коих были цивилисты, практики и ученые, первейшего разбора, есть много следов тщательнейшего изучения этого различия, которому они придавали большое значение. Art. 130, 131, 132, в особенности в составе общей части Bürg. Gesetzbuch, и ряд статей части Особой этого кодекса разработан ввиду этого наблюдения. Называли ту и другую категорию волеизъявлений adressierte und nichtadressierte Willenserklärungen. Цительман в трактате Die Rechtsgeschäfte im Entwurfe (изд. Bekker u. Fischer) предложил новый

в цивилистике термин для этого явления

. Для обращенных к комулибо волеизъявлений empfangsbedürftigen, для противоположной категории nichtempfangsbedürftigen Willenserklärungen. Новый термин скоро стал общим достоянием литературы, даже учебников; и читатель встретит его у Дернбурга, Козака, Кроме и в самом распространенном учебнике Эндемана (8-е изд.). Даже старый противник Цительмана, профессор Леонгард, нашел его совершенно подходящим. Мало того, его передал на французский язык Saleilles так: для 1-х impliquant réception, для 2-х non impliquant. По-русски, быть может, было бы удоб-

но передать это словами: включающая восприятие сделка или нет

, íî

терминология  дело трудное, и мы охотно оставляем пока вопрос

открытым

Óêàç. ñî÷. Ò. I. Ñ. 22 è 23 (Terminologisches).

Цительман требует для термина 2-х свойств, он должен быть kurz u. durch sich selbst klar. Эти качества есть налицо в его термине. Что означает русский термин (включающая восприятие сделка или волеизъявление), это легко уяснит себе всякий юрист; включающая, в своем составе, конечно, восприятие сделка. Ñî- став юридической сделки, фактический состав волеизъявления, это  собственно corpus negotii, необходимые элементы, без наличности коих нет понятия сделки такой-то, или волеизъявлений такой-то категории. Для краткости мы выпускаем из термина слово состав. Термин corpus negotii (состав сделки) аналогичен с термином corpus delicti, состав преступлений, употребляемым криминалистами, и ныне mutatis mutandis совершенно ходячий в цивилистике, особенно немецкой.  Сочинение Леонгарда, указанное в тексте, есть Der allgemeine Theil d. Bürgerl. Ges. Buch.

1900. Ñ. 268. Saleilles. De la déclaration de volonté дает обширный экскурс к art. 130, 131, 132 Bürg. Ges. Buch, см. особ. § 1 к art. 130, 3 (с. 129) и многие другие места.

Насколько трудно ладить, особенно в мало дисциплинированном кругу специалистов, в этих вопросах, показывают не раз поразительные недоразумения, которые оказываются в работах Редакционной комиссии по Гражд. уложению. Мы скоро будем иметь случай объясниться по вопросу о выброшенном и ничем не за-

88 Чтения по гражданскому праву

Явление сделок, не включающих восприятия, очень частое в цивилистике. Их множество. Таково прекращение владения, обещание награды, креация предъявленной бумаги, признание происхождения детей от известного родителя, волеизъявления на случай смерти, принятие или отречение от наследства. Когда-либо эти волеизъявления или правомерные деяния (прекращение владельческого состояния) будут восприняты заинтересованным. Но для строения сделки характерно то, что юридический эффект их в момент волеизъявления вовсе не стоит в зависимости от этого последующего восприятия. Они сильны сами собой, как nichtempfangsbedürftige Willenserklärungen. Акты эти не суть ни выжидательные, ни условленные наступлением последующего события, какими обыкновенно бывают сделки двусторонние (договор), когда до времени развернута лишь одна сторона целого состава сделки. Эти акты суть сами по себе цельные, решительные и бесповоротные с места и тут же связанные со всем свойственным данной сделке составом ее юридических последствий.

Не включающие восприятия волеизъявления могут, однако, для своего состава требовать обращения их к должностному лицу или установлению. Итак, для отречения от права собственности на недвижимость волеизъявление имеет быть сделано перед ипотечным установлением. Это не значит, что сила его поставлена в зависимость от восприятия или принятия

стороной. По отношению к заинтересован-

мененном термине дееспособность (Handlungsfähigkeit), который и немцы не находили точным, но заменили его более точным Geschäftsfähigkeit, способность совер- шения сделки, а не менее точным и совершенно непригодным Rechtsfähigkeit, ïðà- воспособность, имеющими совсем другой смысл, как это случилось у нас. Тот же курьез в применении понятия права вотчинного к разным явлениям и, между прочим, к праву авторскому, которое составляет в системе книги третьей раздел VII (этому трудно поверить, и мы приглашаем читателя убедиться в этом посредством справки с печатным подлинником проекта книги 3-й. 1902, где все это окажется как в оглавлении, так и в тексте. С. 90), именно Вотчинное право. Неожиданность побудила нас пересмотреть терминологию книги второй проекта, Семейственное право, чтоб видеть, как там обошлись с правами отца по отношению к детям, тоже отчими, с отчеством детей, которые только говором, а не этимологичеки отличны от отчины или вотчины. Что же и здесь та же связь отчины с правом авторским, как в книге 3-й проекта? К радости, оказалось, что редакторы не имели мужества последовательности и удержали старый термин родительской власти. Такое же терминологическое недоразумение произошло и с термином условие, óñ- ловная сделка, которая, как мы сейчас покажем, по проекту будет налицо там, где нет никакого условия.

Мы употребляем термин восприятие. Это собственно Vernehmung. Цительман и многие писатели говорят не о восприятии, а просто о принятии, Empfang. Разница может быть уяснена только в связи с учением о договоре. Здесь она несущественна.

89Учение о юридической сделке

ному волеизъявление для своей силы вовсе не требует его соучастия, восприятия или принятия им этого изъявления. Ввиду этого Цительман различает две категории восприятия сделок, которые характеризует их юридическое построение, это  amtsempfangsbedürftige è parteiempfangsbedürftige Rechtsgeschäfte, т. е. сделки, для состава коих все же не нужно восприятие волеизъявления другой стороны, которые, стало быть, совершаются односторонне (не требуют восприятия в этом смысле), но при том, однако, с непременным требованием явки, уведомления, оповещения их по начальству, без чего они не имеют юридического эффекта (amtsempfangsbedürftige). Немецкие систематики (Цительман) составляют целые каталоги сделок по новому кодексу, зачисляя их в ту или другую категорию. Это очень ценная для изучения юридической природы сделок, при этом нередко трудная и далеко не бесспорная операция.

Мы ограничиваемся здесь признаком строения сделки той или другой категории, без приложения к действующему праву и к проекту, хотя, вне всякого сомнения, этот анализ, однако, приложим к юридическим сделкам немецкого, французского (Saleilles), нашего и вообще любого права. Детали, как они ни интересны, не могут войти в границы общего курса и общего учения о юридической сделке.

Заметим здесь, что и односторонние волеизъявления, напр., предупреждение должника о наступлении срока (interpellatio, Mahnung) или извещение кредитором должника о последовавшей уступке (цессии) требования (denuntiatio), должны быть отнесены к категории empfangsbedürftige Willenserklärungen.

Что касается сделок двусторонних, договоров, то натуральный состав их необходимо предполагает принятие или восприятие одним контрагентом волеизъявления, обращенного к нему со стороны другого. Контракт есть по своему составу принятая оферта. Это, стало быть, необходимо parteiempfangsbedürftige Willenserklдrung. Волеизъявление, которое ни к кому не обращено, нельзя назвать предложением, офертой. Оферта представляет собой необходимо выжидательную позицию оферента, до известной поры в принципе допускающую отказ, которым может разрешиться эта начальная стадия образования договора. Новый состав сделки, имеющей в своей основе договор, наступит с момента встречного волеизъявления, с наличностью акцепта. Очевидно, что для образования этого состава сделки необходима способность совершения сделки не только со стороны оферента, но также и со стороны акцептанта. Если бы ее не имел акцептант, то волизъявление оферента должно быть обращено к компетентному лицу или установлению, и это лицо принимает его или отказывает не в качестве только должностного (как было замечено выше для amtsempfangsbedürftige

90 Чтения по гражданскому праву

Willenserklärungen), а в качестве заместителя сторон, стало быть, сделка остается по своему строению parteiempfangsbedürftig

Дальнейшее изложение учения о юридической сделке мы расчленим на следующие главные разделы. А. Учение о внутреннем строе-

нии сделки, или о внутреннем ее формализме. В. Учение о внешней сто- роне сделки, о волеизъявлении или обрядности в совершении сделок.

Так как в массе случаев акты волеизъявления совершаются ныне не самим субъектом сделки, а с содействием другого лица, и этот вопрос касается как внутренней, так и внешней стороны сделки, то вслед за этими двумя отделами мы укажем здесь же Ñ. Основы учения î ïðåä- ставительстве в гражданском праве и D. Связанные с теми или другими пороками сделки явления ее бессилия и общие правила толкова- íèÿ волеизъявлений в гражданском праве.

Наше законодательство заключает в себе, в состоянии зародышном, несомненно правильную систематику понятий, которые нас здесь занимают. Раздел 3 книги второй носит титул: О порядке приобрете- ния и укрепления прав вообще. Несмотря на это широкое заглавие, в этом разделе отдельные главы касаются не прав вообще, а лишь прав по имуществам. Мы будем в учении о сделке ставить нашу задачу шире, ибо юридическая сделка направляется не только на приобретение, но и вообще на изменение, в самом обширном смысле, гражданских правоотношений, притом не одних имущественных, а также семейных (брак, узаконение, усыновление, назначение опекуна, завещание, отречение от наследства и проч.). Книга третья трактует уже не о приобретении и укреплении прав на имущества вообще, а о приобретении и укреплении прав на имущества в особенности, т. е. о юридичес- ких сделках в составе того или другого отдельного института.

Здесь нас касается, очевидно, только 3-й раздел второй книги.

Положения этого раздела обнимают обе стороны взятого нами учения о сделке, внутреннюю и внешнюю. Сторона внешняя или обрядная (раздел В) развита несравненно шире, чем внутренняя. Для последней мы имеем почти все содержание трех последних глав этого раздела (гл. III, IV и V) об укреплении прав на имущество и о совершении актов любого рода, о чем трактуют частью т. Х, ч. I (ст. 707933, с обширным приложением к ст. 708), частью Нотариальное положение и Устав гражданского судопроизводства.

Для внутренней стороны все содержание гл. I и II этого раздела ограничивается пятью-шестью, частью карательными, статьями с очень

Положение art. 151, первая половина, не составляет исключения, как думает Endeman (с. 316), ибо предполагает или заранее данное согласие принять, или установившийся между сторонами порядок деловых сношений именно в этом смысле.

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 910 / 3210 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]