Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Современные тенденции в управлении социально-экономическими системами. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 45 / 115 6 7 8 9 10 11 > Следующая >>>

порт») / Т.Н. Балина, С.О. Гализина. – Текст : непосредственный //

Век качества. – 2021. – № 3. – С.161–175.

10. Маслоу А. Мотивация и личность / А. Маслоу. – Санкт-Петербург:

Питер, 2002. – 480 с. – Текст : непосредственный.

11. Бабаева Т.Б. и др. Нравственные ориентиры управления развитием

профессиональной компетентности персонала / Т.Б. Бабаева,

И.А. Егорова, Н.А.Савченко. – Текст : непосредственный // Бизнес.

Образование. Право. – 2021. – №1(54). – С.174–178. – DOI

10.25683/VOLBI.2021.54.165.

12. Егорова И.А. Анализ ценностей профессиональной деятельности /

И.А. Егорова // Модернизация российского общества и образования:

новые экономические ориентиры, стратегии управления, вопросы

правоприменения и подготовки кадров: материалы ХХII Националь-

ной научной конференции (c международным участием), Таганрог,

17 апреля 2021 года. – Таганрог: ТИУиЭ, 2021. – С. 333–336. – Текст

: непосредственный.

13. Балина Т.Н. Анализ профессионально важных качеств руководителя

в структуре акмеологического потенциала / Т.Н. Балина. – Текст :

непосредственный // Вестник Таганрогского института управления

и экономики. – 2021. – №2(34). – С.79–83.

ГЛАВА 3. НЕГАТИВНЫЕ ДЕМОГРАФИЧЕСКИЕ ТЕНДЕНЦИИ

В СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ: СМЫСЛОВОЙ

АСПЕКТ

Понятие социально-экономической системы может распространяться на системы разного масштаба: от народонаселения всего мира до отдельно взятого государства, от административной единицы страны до конкретного коллектива какой-либо организации. В рамках данной работы обозначим пределы социально-экономической системы границами России. Демографический фактор в стране остается основным показателем благополучности ее развития. От состояния демографической ситуации зависят решение важнейших социальных вопросов, касающихся развития социально-экономической системы, е жизнеспособность и национальная безопасность. Актуальными направлениями улучшения демографической ситуации являются увеличение продолжительности жизни людей, сокращение уровня смертности, рост рождаемости, сохранение и укрепление здоровья населения. При положительном движении в развитии данных направлений демографического фактора сохраняется негативная тенденция в демографии России – это вымирание населения, его старение. Актуальны и сопряженные с этим возникающие проблемы социально-трудового, интеллектуального потенциала развития страны.

Существенным фактором, оказывающим негативное влияние на демографическую ситуацию в стране, является распространение искусственного прерывания беременности (аборта). Убийство человека на этапе его внутриутробного развития не только наносит колоссальный демографический урон государству, но и вызывает опасные отрицательные медицинские, социальные, психологические и духовные последствия для женщины (как единственного участника вынашивания и рождения ребенка) и семьи (как базовой основы благополучного развития рожденного ребенка). Искусственный аборт является ярким проявлением смысловой проблемы нашего общества. Напрямую данный вопрос связан с духовно-нравственным состоянием современного человечества, доминирующими моделями поведения и мыслей людей, размыванием в их сознании категорий добра и зла.

Необходимо отметить, что активная популяризация абортов в нашей стране началась в XX веке. СССР – первая страна в мире, которая в 1920 году на официальном уровне разрешила искусственно прерывать беременность. Начало XX века знаменуется масштабным ценностным сдвигом в обществе в мировых масштабах, в том числе и в России. В социально-экономической, культурной, политической, ценностно-

духовной и других сферах жизнедеятельности человека фиксируются принципиальные изменения: рушатся империи, полыхают революции, бушуют масштабные войны, совершаются массовые убийства людей. Именно в XX веке христианские ценности, постулируемые как приоритетные и желанные для воплощения в жизни общества, смещаются, освобождая простор для творческой, философской и научной мысли. В общемировом распространении права на искусственное прерывание беременности по желанию человека проявляется столкновение христианских и нарождающихся так называемых либеральных ценностей, наблюдается ситуация, когда откровенное зло (убийство зародившегося человека), прикрываясь благими намерениями и псевдонаучными обоснованиями, активно процветает в обществе. Последствия данного ценностного сдвига, произошедшего в нашей стране в начале ХХ в., еще достаточно не оценены и не осознаны в плане развития поколений людей, которые живут уже в 20-е годы XXI века.

Историческое осмысления 100-летнего периода существования легализованного аборта показывает подмену понятий «добро–зло». В России до начала XX века отношение к искусственному аборту было определено как преступление (убийство младенца в утробе матери – это грех, т.е. зло). С момента легализации аборта в 1920 году до настоящего времени оно рассматривается как медицинская процедура наравне с принятием родов, т.е. убийство младенца в утробе матери перестает быть злом в сознании людей.

В целом отношение к искусственному аборту можно рассматривать на нескольких уровнях: обычного человека, научного сообщества, религиозного сообщества и государственной власти. На каждом из этих уровней существует сво отношение к аборту, требующее отдельного изучения. Явным образом отношение к искусственному аборту выражается в законодательных инициативах государства, т.к. они, с одной стороны, выражают ценностную устремленность большей части общества, а с другой – задают эту устремленность.

В новой России 1990-х гг. законодательство в отношении абортов называют самым либеральным по сравнению со странами западного мира. Постановлением Правительства Российской Федерации от 8 мая 1996 г. №567 был установлен перечень социальных показаний к аборту (большая часть данного перечня перенесена из законодательства советского времени). В перечень социальных показаний входили [12]:

1) наличие инвалидности I–II группы у мужа;

2) смерть мужа во время беременности;

3) пребывание женщины или ее мужа в местах лишения свободы;

4) женщина или ее муж признаны в установленном порядке безработ-

ными;

5) наличие решения суда о лишении или ограничении родительских

прав;

6) женщина, не состоящая в браке;

7) расторжение брака во время беременности;

8) беременность в результате изнасилования;

9) отсутствие жилья, проживание в общежитии, на частной квартире;

10) женщина, имеющая статус беженца или вынужденного переселенца;

11) многодетность (число детей 3 и более);

12) наличие в семье ребенка-инвалида;

13) доход на 1 члена семьи менее прожиточного минимума, установлен-

ного для данного региона.

Осмысляя данные показания, можно констатировать, что либеральные законодатели 1990-х гг. сводили шансы сохранить жизнь ребенка на территории России к минимуму, можно даже сказать, откровенно провоцировали женщин убивать своих детей. За период с 1992 по 2005 г. ежегодно прерывали беременность 63% российских женщин, 70% абортов приходилось на самую благоприятную для деторождения возрастную группу – 20–34 года.

В 2003 г. выходят новые законодательные инициативы, которые направлены на изменение ситуации, связанные с выходом 11 августа 2003 г. Постановления Правительства РФ №485, утвердившего пять оснований для прерывания беременности в более поздние сроки [13]:

1) наличие инвалидности I–II группы у мужа;

2) смерть мужа во время беременности;

3) пребывание женщины в местах лишения свободы;

4) наличие решения суда о лишении или об ограничении родительских прав;

5) беременность в результате изнасилования.

В Постановлении Правительства РФ от 6 февраля 2012 г. №98 «О социальном показании для искусственного прерывания беременности» остается одно показание – беременность в результате изнасилования [14]. Существенное сокращение социальных показаний к искусственному аборту привело к снижению количества абортов. Уменьшению числа абортов способствует и комплекс мер социальной поддержки женщин, реализуемых после 2003 г. государством, благотворительными, некоммерческими организациями, просветительская антиабортная деятельность общественных НКО, появление кабинетов доабортного консультирования в женских консультациях, усложнение (хотя бы формальное) возможности совершить аборт до 12 недель и т.д. Данные

законодательные тенденции свидетельствуют об изменении отношения к аборту по сравнению с советским периодом и с 1990-ми годами.

Однако число абортов по-прежнему остается высоким. Только в г. Таганроге официально в год убивают от 1000 до 1800 детей. По официальной переписи населения в РФ на 2020 год насчитывается 1112 городов. Простой математический подсчет показывает, что количество убитых детей в год по России может составлять миллионы и это при существующих на законодательном уровне ограничениях возможности сделать аборт. Причиной этого служит фиксация права женщины прервать беременность по любому поводу на сроке до 12 недель, согласно ст. 56 ФЗ от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 10.04.2022) [17]. Можно констатировать, что при существенном сужении рамок возможности убийства ребенка на этапе его пренатального развития право на убийство невинного человека распределено между прямыми и косвенными участниками процесса воспроизводства населения: государством (общество) – врачом – женщиной. Женщина вправе самостоятельно убить ребенка до 12 недель беременности по своему свободному желанию, до 22 недель убийство позволяет сделать государство по социальным показаниям (в случае беременности в результате изнасилования), а в более поздние сроки убивать детей могут только по показаниям врачей.

Е.Г. Руновская приводит данные о том, какую позицию занимают женщины в отношении значимых для них людей при принятии решения об аборте [15]:

1) 41%: «Я сама решила, ни с кем не советовалась» или «я даже

никому не говорила об этом»;

2) 21% женщин обсуждали этот вопрос только с биологическим отцом

ребенка, который почти в половине случаев занимал нейтральную

позицию, в 15% (по этой группе ответов) был за сохранение бере-

менности, а в остальных случаях (39%) советовал прервать беремен-

ность;

3) 32% женщин советовались со всеми: с отцом ребенка, своими

родственниками и друзьями, которые занимали разные позиции.

Позиция друзей и родственников больше характеризуется как

нейтральная или как готовность поддержать женщину в случае

сохранения беременности, а вот позиция биологического отца в

половине случаев отмечается как нейтральная, и только 11% (по

этой группе ответов) выступали за сохранение беременности, в 37%

отец был против рождения ребенка. И все же несмотря на

возможную поддержку со стороны этих людей, женщина принимала

решение о проведении аборта.

Отдельно выделена группа случаев, когда женщины советовались только со своими родителями (4%) или друзьями (2%), которые занимали нейтральную позицию или поддерживали решение о сохранении беременности.

Стоит обратить внимание на то, что женщины принимают полностью самостоятельное решение об аборте в 41% случаев, а в 59% случаев они, советуясь с близкими людьми и даже получив от них поддержку на сохранение ребенка, совершают аборт. Таким образом, можно констатировать, что решение совершить или не совершить искусственный аборт – это полностью свободный выбор женщины. Налицо активное исполнение закрепленного на законодательном уровне права женщины принимать решение о жизни и смерти ребенка. Со смысловых позиций выбор, который делает женщина, служит показателем ее духовно-нравственного уровня, пополняет ее смысловой опыт, фиксирует его в ценностно-смысловую реальность, которую она избирает и утверждает в своей жизни. В этом смысле женщина выбирает зло и утверждает его в своей личности.

Необходимо отметить отношение социально-экономической системы к аборту и связь данных отношений с выбором женщины.

Последний масштабный социологический опрос, касающийся темы аборта, проводился в апреле–сентябре 2018 г. АНО «За жизнь» [11]. Как показывают результаты данного исследования, ответы обычных людей неоднозначны: 57% опрошенных считают, что жизнь человека начинается с момента зачатия, 80% соглашаются с тем, что аборт – это убийство, но при этом только 48% указывают на то, что зачатую жизнь необходимо защищать на законодательном уровне. Как видим, отношение людей к ситуации противоречиво: с одной стороны, они понимают, что зачатый человек – это человек, а аборт – это зло, с другой – это понимание не порождает инициативы остановить данное злодеяние.

Немного ранее, в 2014 г., Е.Г. Руновская, изучая ценностно-смысловые детерминанты отношения женщины к аборту, выделила четыре типа отношения женщин фертильного возраста к аборту, которые определяют особенности их ценностно-смысловой сферы [15]:

1) эмоциональное непринятие. В основе отношения женщины к аборту

«эмоциональное непринятие» лежит желание признания другими

разных сторон ее «Я» (женственность, материнство, интеллект –

возможно, в профессиональной деятельности), а также страх

осуждения, общественного порицания за проведенный аборт;

2) непринятие на смысловом уровне. В основе отношения «непринятие

на смысловом уровне» лежит чувство «чистоты внутри и снаружи»,

жизненная позиция – все должно быть надежно, честно и чисто, в

т.ч. и в отношениях;

3) рациональное отношение. В основе рационального отношения к

аборту лежит стремление женщины жить осознанно и удовлет-

ворять свои желания;

4) отношение к аборту как к медицинской процедуре, которое

формируют:

− атеистическая жизненная позиция и стремление женщины к

интересной жизни, сопряженной с риском и приключениями;

− стремление женщины к независимости, самостоятельности и

самореализации при базовом сохранении ценности семьи;

− стремление женщины к достижению поставленных целей,

основанное на независимости и равноправии.

На рис. 3.1 представлено распределение в выборке групп отношения к аборту по результатам исследования Е.Г. Руновской.

Рис. 3.1. Распределение типов отношения к аборту у женщин

Как видим, большее совместное распределение получают отношения «непринятие на смысловом уровне» и «эмоциональное непринятие». Остальные типы отношения обладают практически одинаковой меньшей представленностью. В целом результаты исследования Е.Г. Руновской подтверждаются общероссийским опросом 2018 года, где большинство респондентов относятся к аборту негативно. Естественный вопрос, который может возникнуть: если к феномену аборта доминирует отрицательное отношение, то почему он совершается? Необходимо обратиться к анализу причин абортов.

Отношение женщин фертильного возраста к аборту основывается на смысле, которым они наделяют аборт. Е.Г. Руновская отмечает, что

отношение к аборту у женщин может меняться по мере приобретения социального опыта, взросления, изменения жизненной ситуации. Среди значимых факторов, влияющих на решение женщины о сохранении/прерывании беременности, можно выделить: опыт материнства, опыт прерывания беременности, религиозность, характер отношений с отцом ребенка и значимыми близкими, материально-финансовую базу, необходимую для обеспечения ухода и воспитания ребенка [15]. Также в данном исследовании выделены факторы, значимо влияющие на отношение к аборту у женщин фертильнoгo возраста: вероисповедание, семейное положение, наличие и количество детей, опыт аборта, опыт выкидыша, образование, социальный статус, жилищные условия. Установлено, что возраст и материальное положение не влияют на тип отношения к аборту.

Важно отметить, что причины аборта носят не социально-экономический, а психологический характер [2; 15]. Е.Г. Руновская отмечает, что около 75% указанных в исследовании причин аборта носят психологический характер [15]:

− нестабильность отношений с отцом ребенка, сомнение в поддержке

близких людей, нет уверенности в будущем;

− женщина не хочет детей или считает, что у нее уже достаточное

количество детей;

− женщина не верит в свои силы, испытывает страхи (родов,

потолстеть и др.) или у нее другие приоритеты на момент принятия

решения об искусственном прерывании жизни;

− возраст (слишком юный или слишком зрелый) женщинами

рассматривается как с физиологической точки зрения (неготовность

организма к родам в «молодости» или неспособность в «старости»,

страх осложнений для матери и/или ребенка, порожденный этой

причиной), так и с психологической («не готова быть матерью, т.к.

сама еще ребенок» или «слишком большой разрыв в годах, разные

поколения», «неспособна буду понять ребенка, т.к. я буду уже

совсем старая, а он еще очень маленький», «...не хочу маленького

ребенка рано оставлять сиротой»).

В целом в данный момент общество относится к абортам противоречиво: с одной стороны, аборт – это плохо, а с другой – у женщины есть право его делать. Результаты доабортного консультирования показывают, что женщины активно пользуются этим правом и мало обращают внимание на то, что это плохо [2]. Какие-то моральные установки оказываются несущественными при наличии закрепленного на государственном уровне права совершать аборт.

Необходимо отметить, что для оправдания убийства ребенка в XXI в. пытаются вести псевдонаучные дискуссии об этапе пренаталь- ного развития человека. И здесь важны два момента:

1) понимание того, что представляет собой эмбрион, кто может им

распоряжаться, грубо говоря, он чья-то собственность: государства,

женщины, корпораций, народа или еще кого-то. Или же это

самостоятельное существо, которое обладает такими же правами на

жизнь, как все люди;

2) аспект, который не находит пока своего должного осмысления, это

понятие «нежелательная беременность», по сути, «нежелательный

человек».

Основополагающим при понимании эмбриона является мировоззрение человека. Если признать, что эмбрион с момента зачатия – личность, то искусственный аборт – это убийство человека. Если не признавать, что эмбрион с момента зачатия – это человек, то искусственный аборт – это просто медицинская процедура. Это мировоззренческий выбор и показатель качества нравственно-духовного уровня человека.

Начало XX века ознаменовалось сломом христианского мировоззрения как центрального в отношении к человеку в целом и к эмбриону в частности. Человек – это уже не Образ Божий, не Господь дает жизнь. Жизнь человека – это просто плод физического контакта лиц противоположного пола. Формируется принцип безбожного восприятия человека. В христианстве было, есть и будет четкое отношение к аборту как к убийству человека [10]. Библейская традиция постулирует базис, на котором должна строиться личность человека. В Евангелии от Марка Господь Иисус Христос прямо указывает на верное основание иерархии ценностей: «Один из книжников... подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею, – вот первая заповедь! Вторая подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. Иной большей сих заповеди нет» [Мк. 12:28–34] [4]. В христианском мировоззрении любовь к самому себе распространяется на ближних людей и реализует формулу «поступай с другими так, как ты хочешь, чтобы поступали с тобой». А в антихристианском мировоззрении выделяются разные манипуляции, которые призваны убийство оправдать, потому что данное мировоззрение не распространяет любовь к себе на ближних.

Н.Д. Антипова считает отношение к аборту этической проблемой и выделяет в отношении к аборту две позиции: тpадициoнaлиcтcкую (opтoдoкcaльную) позицию, которая тесно связана с религиозными конфессиями, и либеральную [1]. Обратимся к пониманию либеральной позиции. Эта альтернатива является новинкой в теме восприятия пренатального развития человека для XX–XXI вв. и представляет собой пример манипуляций, призванных оправдать убийство человека.

Как отмечает Н.Д. Антипова, либеральное оправдание аборта базируется на двух принципах [1]:

1) женщина имеет право распоряжаться своим телом;

2) плод не имеет личностного статуса (в крайней форме – вплоть до

момента рождения, в смягченном варианте – вплоть до определен-

ного этапа внутриутробного развития).

Уровень развития эмбриона может быть охарактеризован и определен как с точки зрения биологической унификации клеточного материала в процессе его становления (естественно-научный), так и с точки зрения философского осмысления человеческого достоинства этого эмбриона (философский).

Как отмечает автор, «сторонники аборта так же, как и его противники, согласны, что зародыш – человеческое существо. Но при этом они предлагают задуматься над тем, что нельзя все-таки не видеть различия между зародышем человека и собственно человеком» [1, с. 111]. Вот здесь сторонники либерального взгляда и находят место для своего манипуляционного удара – разницы между зародышем и собственно человеком. Эта выпяченная разница позволяет найти повод для оправдания убийства: «Желудь и дуб – не одно и то же. Пыльца растений развеяна по всему свету, летает в воздухе, миллионы семян падают в почву, но далеко не из каждого вырастает взрослая особь» [1, с.111]. Путм этой манипуляции создается возможность обезличить человека на этапе его пренатального развития. В ХХ в. делалась и другая масштабная попытка обезличить человека, следствием которой стала сеть концлагерей в Европе. В основе этой манипуляции лежали нацистские взгляды, согласно которым не все люди – это люди, есть некоторые «untermensch», на которых не распространяется отношение человечности. Эта манипуляция-обезличивание дает возможность существовать той минимальной границе, когда преступление (убийство человека) не считается преступлением.

Хотелось бы утвердить манипулятивность постановки вопроса о «различиях между зародышем человека и собственно человеком». В утробе матери зарождается живой организм, который несет в себе человеческие функции только в развитии. Спекуляции в данном вопро-

<<< < Предыдущая 1 2 3 45 / 115 6 7 8 9 10 11 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]