Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Последний заказчик (к 100-летию М.И. Ненашева)
.pdf
Командир, воспитатель, отец...
21
Зимой мимо дачи Михаила Ивановича проходила
лыжня. За Сосновкой рос
красивый сосновый лес, который зимой был особенно
хорош. Погожими выходными мы с удовольствием
на лыжах с детьми гуляли
в этом лесу. До него было
чуть более километра. Этот
снимок сделан рядом с дачей
Михаила Ивановича.
Особо мое внимание привлекла банька. Она располагалась в углу участка. Была
бревенчатой, небольшой, размером четыре с половиной на
пять с половиной метров, но
очень продуманной и функциональной. Делилась на три
части перегородками из обработанного бруса.
Предбанник напоминал купе вагона. Справа от входной двери
ниша глубиной полметра заменяла шкаф для верхней одежды.
Слева – две полки-скамейки, между которыми впереди на стене
закреплена раковина для умывания. В «банном режиме» на раковину опускалась пристегнутая к стене столешница.
В центре душевой – раковина метр на метр, в углу – стиральная
машина. В противоположном в перегородку парной, примыкающей к предбаннику, вмонтирован бачок из нержавейки литров на
60-70, в котором подогревалась вода.
В парную из душевой вела дверь из толстых досок. Топка печки
располагалась в парной. Над топкой – вытяжная труба, обложенная очень крупной галькой. Вокруг трубы из медной полдюймовой
трубки накручен змеевик, который соединялся с бачком для воды.
Когда заканчивался дачный сезон, отключали летник, в этот бачок
заливалось шесть ведер воды, еще пара холодной, чтобы разбавлять горячую. Принести воду из колонки поручалось мне. Печку
топил Михаил Иванович собственноручно березовыми дровами.
22
Командир, воспитатель, отец...
Дрова были сухими, порция для следующей топки складывалась
рядом с печкой. За час-полтора баня прогревалась, и можно было
приступать.
Процедура помывки длилась часа 2-3, в предбаннике пили заранее приготовленный чай с вареньем и медом. По завершении
посещения парной на стол ставился и более крепкий напиток и
соответствующие закуски. Комфортно в бане было трем-четырем
человекам.
При первом банном сеансе меня поразила впадина на спине
Михаила Ивановича ниже левой лопатки. По его словам, после
ранения ему выпилили там два ребра.
Приглашение попариться я получал нечасто. Михаил Иванович
приезжал на электричке, возвращался тоже на электричке, иногда
по телефону вызывал машину. Наши взаимоотношения не тянули
на дружеские, скорее это были добрососедские отношения с примесью «мудрого аксакала».
Небольшой комментарий к сказанному. Михаил Иванович не
любил говорить о Великой Отечественной войне. Только иногда
у него в разговоре проскальзывали отдельные ассоциации. Он
органически не терпел малейшего разгильдяйства и распущенности, и однажды я понял, почему. Не вспомню, по какому случаю,
но командир вдруг вспылил на нерадивого подчиненного и тут
же, как бы оправдываясь, с легким нравоучением произнес: «Вы
знаете, сколько молодых и здоровых ребят погибло на войне из-за
элементарного разгильдяйства и потери бдительности? Командир
предупреждает, что на данном участке необходимо передвигаться
согнувшись, поскольку работает снайпер противника. Молодой
солдат идет согнувшись, потом ему это надоедает, он поднимается в полный рост. Раздается выстрел – и человека, молодого
бойца, нет. И таких примеров на фронте я видел массу. Вот как
приходится платить подчас за элементарное разгильдяйство».
И еще один раз он при мне вспомнил войну. Мы ехали в Главный
штаб на машине и увидели кошмарную аварию на дороге, просто
месиво из нескольких автомашин. Михаил Иванович посмотрел
на эту картину и говорит: «Почти как в декабре 41-го после нашего контрнаступления: я также ехал по дороге, и слева и справа
валялась груда покореженных немецких машин – зрелище незабываемое». Для наглядности привожу одну из фотографий сюжета
того времени.
Командир, воспитатель, отец...
Панорама разгрома немцев под Москвой
23
Человек, прошедший через горнило жесточайшей войны, получивший в ходе ее неоднократные отметины (помните выпиленные ребра?), непременно ставит задачи безопасности государства
неизмеримо выше собственного благополучия, обогащения, приобретательства и тому подобного. В этом была сущность нашего
командира, в этом была сила его воспитательного воздействия на
нас, его подчиненных, а точнее учеников. Интересно привести в
этой связи воспоминания Николая Григорьевича Рыкова: «…Но
окончательное решение о моем назначении в управление было
принято Михаилом Ивановичем Ненашевым после личной беседы.
Во время беседы Михаил Иванович ознакомился с прохождением
моей службы до академии. Особый интерес у него вызвала моя
работа на 464-м заводе (г. Долгопрудный) в составе специального военного представительства Третьего главного управления
Министерства среднего машиностроения по приемке 205, 207,
217 зенитных управляемых ракет для системы ПВО г. Москвы
(С-25). Упомянул я и об окончании в 1952 году Тульского оружейно-технического училища. После этого упоминания на лице
Михаила Ивановича появилась улыбка и он начал вспоминать
те далекие довоенные годы, когда и он учился в этом училище.
До этого разговора я об этом не знал. И дальше уже шла очень
доброжелательная беседа как бы со своим сотрудником управления.
24
Командир, воспитатель, отец...
М.И. Ненашев и его заместитель Н.И. Петров с офицерами
одного из отделов управления
Вспоминая о стрелковом оружии того времени, Михаил Иванович вспомнил и о войне. Изменилось его лицо, когда он начал
рассказывать о тяжелых боях под Москвой, а когда он вспомнил о
своем ранении в районе Перхушково, у него перехватило дыхание
и заблестели глаза. Вот так вспоминают пережитое участники тяжелых боев за нашу столицу. Позже, когда я уже проходил службу
в 4-м ГУМО, вместе с Михаилом Ивановичем мы были в Главном
штабе РВСН, где уточняли возможный вариант размещения
системы ПРО С-375 на одном из позиционных районов РВСН.
Обратный маршрут Михаил Иванович выбрал по местам, где он
был в годы войны. Отъехав недалеко от Перхушково по лесной
извилистой дороге, он остановил машину и привел меня к месту
его ранения.
Да, жизнь – не те дни, что прошли, а те, что запомнились».
Маленький штрих, свидетельствующий о скромности, вернее,
об отсутствии у генерала стремления ко всякого рода излишествам
и гигантомании, которые сегодня наблюдаются повсеместно. Посмотрите на забор, мимо которого проходит лыжница, – яркое
свидетельство удивительной, но вполне нормальной для того
Командир, воспитатель, отец...
25
времени скромности человека, обличенного гигантской ответственностью за судьбы не только нашей страны, но и мира. Для
того чтобы более глубоко понять истинный патриотизм и ответственность за судьбы людей поколения Михаила Ивановича,
посмотрите на дворцовое строительство в округе его дачи, которое
сегодня ведут люди, не отягощенные ни ответственностью перед
народом, ни патриотизмом. Перед поколением наших родителей
и наших учителей, к коим, без сомнения, принадлежит Михаил
Иванович Ненашев, мы должны снять шляпы и низко им поклониться!
Не можем не привести характернейший пример удивитель-
ной скромности командира, который он демонстрировал при
написании собственной автобиографии. Михаил Иванович
страсть как не любил говорить о себе и поэтому в своей автобиографической анкете, написанной собственноручно, избрал
весьма оригинальный способ изложения основных вех жизненного пути – от имени своего начальника генерал-полковника
Леонова Л.М. Эти слова Леонид Михайлович произнес при чествовании 50-летия службы в Советской Армии М.И. Ненашева.
Чтобы убедиться в том, что это именно так, в книге помещена
первая страница этой автобиографии, написанная рукой Михаила Ивановича. Вот эта речь Леонида Михайловича, записанная
М.И. Ненашевым.
Генералы: Леонов Л.М. и Ненашев М.И. на параде Победы
26
Командир, воспитатель, отец...
«Мы приветствуем генерал-лейтенанта Ненашева, Героя Социалистического Труда, лауреата Государственной премии, награжденного девятью орденами и тринадцатью медалями. Его
служебный путь поистине является подвигом. Родившийся в
крестьянской семье села Стежки Сосновского района Тамбовской области, он с раннего детства познал труд. В семье было
пять детей. Несмотря на трудное детство, бедность, он успешно
заканчивает начальную школу, а затем за семь километров ходит
пешком в школу крестьянской молодежи и отлично заканчивает
ее в 1934 году. Приезжает в Москву и работает на строительстве гостиницы «Москва», а вечером учится на рабфаке при
архитектурном институте. В 1936 году направляется на учебу в
Тульское оружейно-техническое училище, которое заканчивает
в 1938 году. Приказом Министра обороны от 10 января 1939 г. он
назначается младшим оружейным техником 223-го стрелкового
полка.
Его энергия, техническая подготовка и хорошая работоспособность за два года службы в Харьковском, а затем Киевском особом
военном округе дали возможность выдвинуть его на должность
помначальника артснабжения дивизии и начальника артснабжения гаубичного артполка. В 1940 году он поступает в артакадемию
им. Дзержинского.
В июне 1941 года он направляется на фронт. Участвуя в тяжелых
боях в составе 248-й стрелковой дивизии, был ранен. При обороне
города Москвы в 1941–1942 гг. в составе 32-й стрелковой дивизии
был ранен во второй раз. После выздоровления выдвигается на
повышение в новые формирования. В апреле 1942 года назначается начальником артснабжения бригады в 1-м танковом корпусе.
В составе 3-го мехкорпуса Калининского фронта участвует в боях
и получает тяжелое ранение в третий раз. После излечения назначается в оргплановое управление ГАУ. В 1946 году поступает в
артакадемию снова и заканчивает ее в 1948 году…».
Почти 30 лет Михаил Иванович Ненашев проработал в 4-м ГУМО
из них более 25 лет – в должности начальника управления по разработке и созданию систем и средств предупреждения о ракетном
нападении, контроля космического пространства, противоракетной и противокосмической обороны.
Жизнь подтвердила, что чутье Михаила Ивановича не подвело. Это был его звездный час. Наверное, трудно найти среди
,
Командир, воспитатель, отец...
27
заказчиков вооружения человека, который сделал бы больше или
хотя бы столько же, как он.
Смелость, новизна и нестандартность решений, умение аргументированно отстаивать позицию заказчика и нести ответственность
за результаты практической реализации этих решений – важнейшие
качества, проявившиеся у Михаила Ивановича при создании уникальных объектов РКО. При этом в течение длительного времени
сами идеи типа «стрелять ракетой по ракете» или «обнаруживать
старт БР с космических аппаратов, находящихся на геостационарных орбитах», вызывали массу насмешек и противодействие
со стороны многих военных и государственных руководителей,
видных ученых и конструкторов. Но результаты огромной работы
разветвленной кооперации организаций и предприятий оборонных
отраслей промышленности, военных представительств, воинских
частей и полигонов доказали правоту принятых под руководством
и при непосредственном участии М.И. Ненашева решений.
Подтверждением этому являются десятки успешно работающих
уникальной важности и сложности объектов РКО, сотни организованных исследований и разработок, использующих различные
физические принципы создания и функционирования систем и
средств вооружения и нашедших применение в различных сферах
науки, техники и технологий: от далекого космоса до микротехнологий мирового уровня.
Эрудиция, талант и огромные организаторские способности
Михаила Ивановича общепризнанны. Его авторитет среди генеральных и главных конструкторов, военачальников, руководителей оборонных отраслей промышленности, ученых и всех
поколений военнослужащих, которые несли и продолжают нести
нелегкую службу на объектах ракетно-космической обороны,
созданных под руководством и при непосредственном участии
Михаила Ивановича Ненашева, непререкаем.
Сегодня его вклад в дело укрепления обороноспособности
страны и обеспечения стабильности в мире трудно переоценить.
Бывший начальник управления 45 ЦНИИ МО полковник Кононенко Г.В. в книге «Сорок пять сорок пятому» так пишет: «Вклад
Ненашева М.И. в развитие и становление системы ПРН трудно
переоценить. Он пользовался непререкаемым авторитетом и в ВПК,
и у министров, и у военного руководства. Всегда улыбчивый, доброжелательный, он умел «наверху» положительно решать многие во-
28
Командир, воспитатель, отец...
просы, которые были жизненно важны для быстрейшего развития
системы. Мне даже представляется, что лично Ненашев М.И. внес
в создание системы ПРН не меньший вклад, чем ее разработчики».
Труд Михаила Ивановича отмечен высшими государственными
наградами. Ему присвоено высшее звание Родины – Герой Социалистического труда, он награжден орденами Боевого и Трудового
Красного Знамени, Отечественной войны, Красной Звезды, «За
службу Родине в Вооруженных Силах СССР» и многими медалями. Он лауреат Государственной премии, имел воинское звание
генерал-лейтенанта.
Всех, кто сталкивался с М.И. Ненашевым, покоряли его оптимизм, жизнелюбие, колоссальная жизненная мудрость, готовность
прийти на помощь и помочь в трудную минуту. При этом для своих
подчиненных он всегда оставался требовательным и справедливым командиром, заботливым, как отец. Столь же заботлив он был
и по отношению к своей семье – супруге Анне Петровне, дочерям
Светлане и Наташе, к своим внукам. Справедливость и забота –
это чрезвычайно важно для любого человека, а для руководителя
такого уровня – особенно.
Несколько штрихов из моих личных наблюдений, свидетельствующих, что за кажущейся простотой облика Михаила Ивановича на самом деле жила и действовала неординарная личность
большого масштаба. Отсюда потрясающая интуиция при принятии столь масштабных и столь же рискованных решений по вопросам развития стратегических систем вооружения И в то же время
колоссальный авторитет и узнаваемость без преувеличения среди
огромного числа людей самого разного статуса и положения. Мне
иногда казалось, что его знает весь Советский Союз. Хотелось бы
привести несколько сюжетов, которые подтверждают сказанное.
Первый заместитель начальника Главного управления вооружения (преемник 4-го ГУМО) Геннадий Иванович Хлынин на свое
шестидесятилетие пригласил более полусотни гостей. Торжество
происходило в доме приемов Министерства обороны в районе
Ленинских гор. Душой всей нашей многочисленной кампании
был Михаил Иванович. Для меня, как, наверное, и для многих
других, было откровением его удивительно, я бы сказал, изящное
владение ситуацией, умение управлять ей без всякой пошлости,
интеллигентно, с таким искрометным чувством юмора, что наступило полное раскрепощение всех без исключения присутству-
Слово Михаилу Ивановичу
ющих. Михаил Иванович демонстрировал потрясающее знание
творчества Омара Хайяма (для меня было откровение, что он любит
этого поэта-мудреца), читал наизусть стихи и приводил многочисленные высказывания, причем именно в нужное время и в нужном
месте. Скажу откровенно: эта сторона Михаила Ивановича для
меня оказалась столь неожиданной, что я стал видеть по-другому
за внешней суровостью суть личности моего начальника.
Следующий сюжет, чуть не окончившийся для меня драматически, высветил Михаила Ивановича совсем с иной стороны.
В 1985 году меня представили к присвоению воинского звания
«генерал-майор». Сами понимаете, это для каждого человека
эпохальное событие, а для офицера, прослужившего более двадцати пяти лет в рядах вооруженных сил, и подавно. Пройдены все
многочисленные инстанции, подготовлен проект постановления
ЦК КПСС и Совета Министров СССР, приходит информация, что
постановление Генеральным секретарем ЦК КПСС и Председателем Правительства подписано. Получаем выписку из постановления, а моей фамилии там нет. Михаил Иванович пришел буквально
в бешенство, таким разъяренным мы его ни разу не видели. Он
мгновенно вычислил, рук каких чиновников правительства и
министерства обороны это дело, и по телефону так их «размазал»,
что, как мне казалось, они, оправдываясь, стояли перед ним на
коленях и умоляли о прощении, гарантируя, что в следующем постановлении исправят этот «грех». Действительно, в следующем
постановлении моя фамилия была. Но я понял и убедился, что
мой командир стоит за подчиненных горой и никогда не даст их
в обиду ни при каких обстоятельствах. Это качество настоящего
командира и начальника, которое в полной мере было присуще
Михаилу Ивановичу Ненашеву. А теперь
29
Слово Михаилу Ивановичу
Предоставим ему самому рассказать о той поистине гигантской
работе, которая была проведена в Советском Союзе большой
кооперацией оборонного комплекса, военной науки и военных
строителей практически под его руководством. Представляется
интересным начать этот рассказ с той школы, которую прошел
Михаил Иванович в процессе создания противовоздушной обороны города Москвы – системы С-25.
30
Слово Михаилу Ивановичу
Ракета и радиолокатор системы С-25
Небольшая справка. Первая система ПВО была создана на
базе зенитно-ракетных комплексов для защиты столицы СССР от
вражеской авиации. Создание этой системы было крайне необходимо, поскольку самолеты-разведчики иностранных государств
вольготно летали практически над всей территорией Советского
Союза, в том числе Москвы.
На фотографии ниже – одни из основных разработчиков системы С-25.
Понимая стратегическую задачу защиты столицы, правительство приняло решение в первоочередном порядке в кратчайший
срок создать эффективную оборону города на базе зенитноракетного вооружения, поскольку зенитная артиллерия по высотным целям была крайне неэффективна. Почти за четыре года
такая система была создана и поставлена на боевое дежурство.
Бункин Б.В. Грушин П.Д. Минц А.Л.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]