Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Письма
.pdf
ПИСЬМА
всегда очаровательно и бодряще. 16 дек<абря>, перед
отъездом, я получил пересланные отсюда два томика
Байрона, а 17 дек< абря> уже здесь и Ваше письмо.
Благодарю Вас за все. Здоровье мое, к сожал<ению>,
совсем испорчено, и это меня омрачает и тяготит. Для
меня легче отвечать и писать по пунктам. Простите.
1) Какую работу может мне предоставить Союз
эст<онских> писат<елей>? Думаю – никакой. На
единовр<еменную> субсидию надежд нет: у них мало
средств, да и нет мотивов. Попробую, однако.
2) Книги все распроданы. Постараюсь найти дветри. Трудно.
3) Из примечаний к «Шильонскому узнику» выяснилось, что Вы побывали в Швейцарии. В котором году было? Я ехал через Швейцарию (Белград – Загреб – Любляна – Инсбрук – Базель – Париж) в
1931 г. В конце января. Отчего не заехали в Тойлу, как
обещали?..
4) 163 разных типа катрена – это восхитительно!
Спасибо за работу и за выяснение.
5) Ваши указания дельны и дружественны. Самое
интересное – это то, что решительно все задевали давно и меня, но вот не исправил почему-то раньше. Теперь все исправлено. Ознакомлю Вас.
6) Жаль, что в Союз советских писателей послал через Союз эст<онских> писат<елей> в прежней редакции (10 дек<абря>).
7) Очень просим Вас приехать в Усть-Нарву между
1–8 января. Я хотел бы повидаться с Вами, дорогой и
верный друг. Здоровье мое побуждает просить Вас.
91
ИГОРЬ СЕВЕРЯНИН
У нас есть один свободный диван в моей рабочей комнате. Чисто, светло, тепло.
8) Мы уезжаем в Усть-Нарву (на новог<одние> каникулы) 30 декабря. Пишите на этот адрес
(Narvalöesuu. Vabaduse, 3. ЭССР).
[Приписка на полях:] Мне очень хотелось бы иметь
какую-либо книгу о Маяковском, где, вероятно, есть
строки и обо мне: интересно, как пишут обо мне (в каком тоне, и много ли истины)? О М<аяковском>, я
наслышан, имеется целая литература.
9) Сообщаю Вам, на всякий случай, перечень книг
моих, вышедших в зарубежье:
СТИХИ
Кн. 7 – «Миррелия». 1916–1917
Кн. 9– «Соловей». 1918
Кн. 11 – «Вервена».1918–1919
Кн. 12 – «Менестрель». 1919
Кн. 14 – «Фея Eiole». 1920
Кн. 21 – «Классич<еские> розы». 1922-1930
Кн. 22 – «Адриатика». 1930–1931
ПОЭМЫ И РОМАНЫ
Кн. 16 – «Роса оранжевого часа». 1923
Кн. 17 – «Падучая стремнина». 1922
Кн. 18 – «Колокола собора чувств». 1923
Кн. 24 – «Рояль Леандра».1925
СОНЕТЫ – ХАРАКТЕРИСТИКИ ПОЭТОВ, ПИСАТЕЛЕЙ, КОМПОЗИТОРОВ. ВСЕГО 100
Кн. 23 – «Медальоны». (Сонеты – характеристики
поэтов, писателей, композиторов. Всего 100.)
92
ПИСЬМА
РУКОПИСИ:
СТИХИ
Кн. 8 – «Литавры солнца». 1922–1930
Кн. 10 – «Настройка лиры». 1896–1930 стихи
Кн. 25 – «Очаровательн<ые> разочарования»
1931-1940
Кн. 19 – «Солнечный дикарь». (Утопич<еская>
эпопея.) 1924
Кн. 20 – «Плимутрок». (Пьесы и рассказы в ямбах.)
Кн. 27 – «Теория версификации» (стилистика поэ-
тики). 56 стран<иц>.
Кн. 28 – «Уснувшие весны». (Критика. Мемуары.
Скитания.)
Книги 13, 15, 26, 29, 30, 31 – переводы с эстонского
(все вышли в свет).
10) Получили ли Вы в свое время «Росу оранжевого
часа»?
11) Вышлю Вам с Устья «Рояль Леандра», «Адриатику», «В оконном переплете» (Раннит), «Полевую фиалку» (Виснапу). Есть по две-три.
12) Переводите ли Вы остальные поэмы Байрона:
«Чайльд-Гарольд», «Манфред», «Каин», «ДонЖуан»? Последняя меня особо интересует из-за Суворова.
13) Не пришлете ли мне еще каких-либо своих (или
переводных) книг? Буду очень обязан.
14) Ваше послесловие показательно и доказательно.
Да, в Ваших переводах читать и можно, и даже интересно порой: они изумительны: какой русский язык!
93
ИГОРЬ СЕВЕРЯНИН
Нине Леонтьевне и Вам Вера Борисовна и я искрен-
не шлем приветы.
Всегда Ваш и с Вами Игорь.
Приписано на полях:
Не пришлете ли нам книжку стихов Нины Леон-
тьевны?
<к письму от 20.12.40>
Не пригодится ли перевод «Моего завещания»
Юлиана Словацкого? Есть еще два перевода из
Евг<ении> Масеевской. Есть с румынского, болгарского, сербского, еврейского.
Есть еще вся «Меланхолия» (5 стихов) Верлена.
…Сижу в валенках и шубе и пишу эти строки. Верочка в школе. Она так рада была, увидев мою радость,
когда Вы прислали работу. У меня, к сожал<ению>,
почти ежедн<евно> мигрени; периодически, несколько лет. Приму порошок. И сердце болит сегодня особенно: новости, волнения.
За окном 24 гр<адуса> мороза. День и ночь горит
«Грэтц». Я когда-нибудь воспою этого чудного, милого
друга!
Если бы работа стала постоянной! Мы могли бы
жить в Усть-Нарве, – это же мечта!
Только там можно работать с упоением: тепло,
светло, чисто.
94
ПИСЬМА
НАЧАЛО ЯНВАРЯ 1941 Г.
<НЕ ПОЗЖЕ 17.01.41>
В стих<отворении> «Старый Лондон» после слов
«аббатством» следует:
«подсобить разветрить флаг,
флаг, где серп, и флаг, где молот,
флаг, возникший над Невой,
флаг, который вечно молод –
бодрый, гордый, огневой»
и далее, как раньше.
После слов «британский брат» следует новая
строка: «Восстановит новый Лондон, победив, пролетариат».
Еще раз: получили ли Вы в свое время «Росу оранжевого часа»? Если нет, я имею один свободный экземпляр и могу Вам его выслать. Но все в Усть-Нарве.
В стих<отворении> «В наш праздник» десятая
строка читается: «Мы верим в свое торжество».
Не возьмете ли Вы на себя труд отстукать на машинке те стихи, которые найдете более подходящими,
и передать их в Союз Сов<етских> писат<елей>. Был
бы Вам весьма обязан, т<ак> к<ак> теперь выяснилось, что Союз Эст<онских> писат<елей> стихов не
выслал 10 дек<абря>, как собирался.
Высылаю Вам «Рояль Леандра».
За книгу Гюго большое спасибо. Я ее внимательно
прочту, совсем мало его зная.
95
ИГОРЬ СЕВЕРЯНИН
Лиля Брик, говорят, поместила интересную статью
«Маяковский и чужие стихи» в № 3 «Знамени» за
1940 г. Мои знакомые ни в Таллине, ни в Тарту, ни в
Нарве, однако, этого номера, к сож<алению>, не нашли. пришлете ли его мне? Пожалуйста, очень прошу.
И не найдется ли книга Бенедикта Лифшица «Полутораглазый стрелец»? Что было в «Литер<атурном>
обозрении» (окт<ябрь>, или ноябрь, или же
сент<ябрь>1940 г.)?
В Эстонии, увы, ничего купить попросту нельзя, а
читаю только «Правду», «Огонек», иногда «Октябрь»,
«Вокруг света», «Вожатый», «Наша страна».
Вообще, если Вы иногда пошлете нам какую-либо
книгу, мы с Верочкой будем в восторге, ибо, повторяю,
здесь ничего не достанешь. М<ожет> б<ыть>, можно
наложенным платежом? Иначе стыдно беспокоить.
Прилагаемые стих<отворения> Веры Бор<исовны>,
может быть, дадите в какой-нибудь журнал, если представится случай.
Фото вышлю из дома: здесь, к сожал<ению>, нет.
Пишу воспоминания о Маяковском. Около 500 строк
уже есть. Больше, пожалуй, и не будет: все запечатлено.
PAIDE, 17.1.41 Г.
Дорогой Георгий Аркадьевич, сегодня получил Ваше письмо, а третьего дня мы вернулись сюда из дома.
Жизнь наша грустна и тягостна, дорогой друг, ибо мы
должны жить в жутких условиях общежития, в комна-
96
ПИСЬМА
те ледяной и сырой, оторванные от условий, в которых
я мог дышать, творить и мыслить. Климат Paide ужасен: всегда сырость болотная, удушающая и давящая.
Даже при 20 гр<адусах> морозов ясно ощущается сырость! Ни одного знакомого человека, ни театра, ни
радио, ни книг, ни доктора, которому можно довериться. У В<еры> Б<орисовны> слабые легкие, она
вообще хрупче хрупкого, вся из Метерлинка, а я еще
года нет, как перенес воспал<ение> левого легкого, а с
октября приобрел болезнь сердца. Можете себе представить, как «хорошо» мы себя чувствуем. Школа совершенно убивает моего друга: 4–5 уроков ежедневно,
да работа дома, да тетради, да подготовка, да постоянные заседания, так что она в тень на моих глазах (а это
очень ведь тяжко!) превратилась. И я ничем-ничем могу ей помочь, ибо с июля заработал всего, дико вымолвить, 12 р<ублей> 50 к<опеек>!.. Минутами я чувствую, что не вынесу безработицы, что никогда не
оправлюсь в этом климате, в этой комнате, вообще – в
этих условиях. Душа тянется к живому труду, дающему право на культурный отдых. Последние силы иссякают в неопределенности, в сознании своей ненужности. А я мог бы, мне кажется, еще быть во многом
полезен своей обновленной родине! И нельзя жить без
музыки, без стихов, без общения с тонкими и проникновенными людьми. А здесь – пустыня, непосильный
труд подруги и наше общее угасание. Изо дня в день.
Простите за этот вопль, за эти страшные строки: я давно хотел сказать (хоть сказать!) Вам это. Моя нечеловеческая бодрость, выдержка и жизнерадостность всег-
97
ИГОРЬ СЕВЕРЯНИН
дашняя порою (и часто-часто) мне стали изменять,
Я жду труда, дающего свои деньги, и отдыха заслуженного, а не бессмысленного.
Любящий Вас Игорь.
Р. S. Несколько слов по поводу стихов, переданных
Вами в редакцию «30 дней». Я был бы крайне заинтересован в их помещении и в оплате, т<ак> к<ак>, прямо
скажу, весьма тяжко не иметь своего заработка. Вообще, отдавайте стихи куда только возможным найдете.
В<ера> Б<орисовна> напрягает последние силы, но
большая часть ее жалованья уходит на уплату давнишних долгов. Еще раз скажу: если бы я поскорее мог получить постоянную работу! Болезнь моя более чем серьезна, но я часто стараюсь ее убавить, чтобы не разорять
друга на лекарства, доктор же у меня в Усть-Нарве давнишний приятель и денег за совет не берет. Но здесь, в
Пайде, я к врачам не обращаюсь. Безработица – одна из
главных причин моих сердечных припадков.
Роман свой я Вам вышлю только через несколько
дней.
«Мазепу» Гюго нахожу гениальным произведением.
Еще раз спасибо за книгу.
Если встретите Пастернака и Асеева, передайте и
мой искр<енний> привет.
Видитесь ли с А. Н. Толстым, В. Каменским и Бриками? Если видитесь, пожалуйста, приветствуйте и их.
Давно я не видел Толстого (с Берлина!). Постарел ли
он? Мы так дружно тогда и весело проводили время с
ним и покойным Маяковским.
98
ПИСЬМА
PAIDE, 22 ЯНВ<АРЯ> 1941 Г.
Дорогой мой Георгий Аркадьевич, в добавлении к
своему письму от 17 янв<аря> я хочу в кратких словах описать Вам Усть-Нарову и ее окрестности, чтобы
Вы с исчерпывающей ясностью представили себе наше душевное состояние и поняли, как нам безумно тяжело было лишиться моря, рек, озера, дивного воздуха
и уюта сухой и солнечной квартирки. Усть-Нарова –
маленький изящный городок, расположена при впадении широкой и многоводной Наровы в Финский залив. Напротив наших окон впадает в нее Россонь, река
тоже достаточно большая, извилистая, с живописными берегами. Вытекает она из реки Луги (редкий случай, не правда ли?). В 2, 5 кил<ометрах> от городка на
правом берегу Россони, в лесах хвойных, находится деревушка Саркуль, где в маленькой избушке (кухня и
комнатка) мы прожили со 2 апр<еля> 1938 г. по
1 апр<еля> 1939 г. – ровно год. Это было чудесно, и
жаль, что из-за лавок и почты пришлось все же переехать оттуда, но опыт показал, что в бурю, метель или
осенние дожди мы буквально были отрезаны от хлеба,
папирос и прочего. Купить же или занять в деревне
было немыслимо. В хорошую погоду мы ездили в лавки на лодке, и это было большим удовольствием. Если
бы мы, конечно, были богаче, мы могли бы запасаться
тогда и табаком, и мукой, но в том-то и беда, что при
капиталистическом строе мы всегда очень нуждались
и доставали деньги по мелочам. Да и B<epa>
Б<орисовна> 2 1/3 года была лишена службы (из-за
99
ИГОРЬ СЕВЕРЯНИН
плохого здоровья). И вот 1.IV. 1939 г. нам пришлось
переехать в городок, где удалось подыскать на берегу
Наровы прелестную, крохотную, очень теплую и сухую
квартирку, похожую на каюту, по очень дешевой цене
(8 р<ублей:> 75 к<опеек> в месяц). Мы, люди бедные,
ее любовно и по нашим грошовым получкам тогдашним ее омеблировали, причем большинство вещей было сделано по моим рисункам саркульским столяромлюбителем, крестьянином Петром Ивановичем. Все
это обошлось крайне недорого, но выполнено было изящно и чисто. Красил вещи я сам. Когда наконец был
создан элементарный уют, я целиком мог отдаться
творчеству. Все эти годы мы мечтали обзавестись радио, но, увы, достичь этого не смогли из-за неимения
средств, и это тем печальнее, что мы обожаем серьезную музыку. В<ера> Б<орисовна> – человек музыкальный и прелестно играет на пианино, которого,
кстати сказать, у нас тоже нет… Итак, откинув музыку,
перечислю достоинства Усть-Наровы:
1. Прекрасный морской, бодрящий климат.
2. Очаровательные реки, тихое озеро, леса, поля, лу-
га, море.
3. Лавка, почта, аптека, доктор.
4. Уют и тепло помещения.
Всего этого мы абсолютно лишены в нашем болоте
(во всех смыслах!) – в Пайде. Как же нам не печалиться, что не удалось Вере Бор<исовне> получить место
учительницы в Усть-Нарве или хотя бы в красивой Нарве, куда могла бы ездить ежедневно на службу? Езды
ведь всего 25 минут.
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]