Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Новая и новейшая история стран Восточной Азии. В 2 частях. Ч.1. Учебное пособие
.pdf
человека и животных; умственных явлений во времена цивилизованные и первобытные, эмоциональный и подражательный языки у животных и человека: эволюции в культуре.
Руководства: известные сочинения Дарвина, Льюиса, Тэйлора,
Либбока, Лекки (Рационализм в Европе); Spencer, Universal Progress,
and Recent Discussions; Mill, Dissertations and Discussions.
Второй курс занимается преимущественно историей метафизики,
специально изучая произведения Декарта, Спинозы, Беркли, Юма и
Банта.
Руководства
и пособия: кроме самих названных философов, сочи-
нения Юма, Рейда, Магаффи, Ибервега и др.
2) Преподавание политической философии занимает два года,
начинаясь с третьего курса. Первые лекции посвящаются определению
социологии. При этом студент ведется к тому, чтобы смотреть на общество, как на организм сложного устройства, исполняющий соответствующие функции, знание
которых может быть вполне усвоено только при изучении их основы и происхождения. Сообщаются сведения о
необходимых основаниях практической философия; изучаются различные методы этики и политики и начинается подробное изучение
политики.
Пособия: сочинения Спенсера, Бэджгота, Моргана; Wolsey, Political
Science.
Четвертый год назначается для специалистов и ищущих ученых
степеней. Здесь политика изучается
в подробностях и первый раз говорится о теориях касательно природы государства и права граждан. Вопрос о гражданской свободе разбирается в своих теоретических и
практических видах. Различные функции правительства разбираются
подробно в свята с историей политических учреждений, между которыми обращается особенное внимание на современные конституции.
Курс оканчивается кратким обозрением
возможных и желательных
перемен, которые может претерпеть в будущем социальная организация. Студенты этого курса, специально занимающиеся политической
философией, должны представить оригинальное сочинение для получения ученой степени.
Пособия: Wolsey, Political Science; Lieber; Mill, en Liberty; Stephens,
Liberty, Eguality and Fratenity; Harrison, Order and Progress; Mill, Representative Government.
3) Преподавание политической экономии ведется в течение двух
лет, с третьего курса. Прежде всего обнимаются общие принципы
71
предмета, и главная цель преподавания заключается в том, чтобы
упражнять силы студента на разъяснении спорных вопросов.
Руководства и пособия: известные сочинения Милля, Джевонса
(Money), Кериса; Bowen, American Political Economy.
Студенты четвертого года изучают специально этот предмет для
получения ученых степеней. В конце изучения студент обязан приготовить самостоятельное исследование.
Руководства и пособия: Macleod, Theory and Practice of Banking;
Goschen, Foreign Exchanges; Walker, Money; Sumner, History of
American Currency; Мак-
Куллох; Торнтон; Бастиа и пр.
4) Курс истории — четырехгодичный. В первый год историю слу-
шают студенты всех факультетов: в первую половину года чтения посвящаются истории Англии, во вторую — истории Франции.
Руководства: The Student’s Hume; the Student’s France.
Пособия:Green’s Short History of the English People; Stubbs, Conetit-
ntional History of England; Ranke’s History of England; Lord Mahon’s History of England ete.
Во второй год студенты занимаются конституционной историей
Англия и изучением некоторых моментов философии истории.
Пособия по
конституционной истории. Stubbs’s Select Charters;
Stubbe’s Constitutional History; Hallam’s Middle Ages, Constitutional History; May’s Constitutional History и др.
По философии истории: Мэн; Спенсер; Guizot, History of Civlliza-
tion; Freeman’s Historical Essays; Bryce’s Holy Roman Empire.
На третий год студенты изучают историю Греции и Рима.
Руководства: the Student’s Greece; the Student’s Rome.
Пособия: сочинения Грота, Курциуса, Моммзена, Мериваля, Гиб-
бона и пр.
Четвертый год посвящается современной истории Европы и Азии в
связи с важными вопросами международного права.
Объем юридического и политического
просвещения в университете Токио еще лучше уяснится, если мы приведем образчики экзаменационных вопросов, за академический 1879-80 год по предметам юридическим и политическим.
Напр., по древнему праву: Объяснить древнейшие понятия о праве
и отличить их от современных понятий. Показать различие восточных
и западных кодексов, напр., римских от индусских. Значение
юридических фикций. Какие приникни архаического права? Древнее римское
право и кодекс средних веков. Об образована международного права, –
72
о положении женщины в римской семье, о влиянии христианства на
положение женщина. О форме древних контрактов. Очертить происхождение уголовного права у разных народов и т. п.
Вопроса по собственности, уголовному праву, контрактам, логике,
философии, политической философии, политической экономия, истории – извлечения из указанных выше руководств и пособий.
Обращает на себя
внимание особенно программа политической
философии для третьего и четвертого года филологов. Прежде всего,
разбирается принцип Милля (on Liberty) с точки зрения эволюции, затем показывается различие в теории и практике между французским и
английским идеалом свобода; указываются рациональные основания
представительного управления, значение термина «конституционное
самоуправление», его удобства, неудобства и опасности, задача конституционного самоуправления. Далее, говорится о верховенстве закона, о практических требованиях его содержания, о преимуществах суда
присяжных, о пригодности суда присяжных для Япония. Говорится о
внутреннем противоречии коммунизма и социализма, и о сравнении их
с естественным нравом всеобщей подачи голосов.
Указывается на преимущества древней греческой городской демократии, на дурные тенденции
, постоянно проявляющиеся в современных демократических государствах, на разницу между Staatenbund
und Bundesstaat; за три формы союза, которые прошли американские
колонии.
Рассматривается современное правление Соединенных Штатов,
права центрального правительства, система управления, отношение
государства к религии.
Разрешается вопрос: при каком государственном устройстве может
быть осуществлена временная или постоянная религиозная свобода?
Излагается значение системы Бентама
.
В заключение разрешаются следующие вопросы: Почему нация не
имели непрерывной жизни в прошлом? Есть ли национальный упадок
неизбежное явление? Каким образом можно его избегнуть в будущем?
Студенты третьего курса начинают свое изучение политической
философии определением социологии, причем им объясняется трудность и важность «первой ступени» в социальной эволюции. За сим,
сообщатся сведения о социологических взглядах Спенсера, Моргана;
об аналогии Спенсера между биологическим и социальным развитием;
о том каким образом нравственность делается связующей нитью между религией и правом; о теоретической необходимости философии, как
73
прибавления к другим специальным наукам; о четырех ступенях, чрез
которые прошло развитие самосознания, о замеченных в книге Спенсера фундаментальных ошибках вследствие особенности его метода.
Программа по философии начинается с разрешения вопроса о степени преобладания между современными европейскими мыслителями
априорного («субъективного») метода и о значении этого метода. Затем указывается
на различие кантовского «критического идеализма» от
идеализма Декарта, который называется «скептическим идеализмом»,
и от идеализма Беркли, который называется «догматическим идеализмом*; на употребление Бантом выражений: Anschauung, Vorstellung и
Gegenstand, и разбираются в подробности приемы его философии.
Далее, объясняются вопросы практической жизни людей с точки
зрения эволюции (как-то: о добре, зле, удовольствия, пользе
, эгоизме,
альтруизме и т. д., словом то, что составляет содержание моральной
философии).
Студенты филологического факультета, до слушания лекций по
политической философии, занимаются философией истории (на вто-
ром курсе) и историей философии.
В философии истории изъясняется закон органического развития
по Спенсеру (гомогенизма и гетерогенизма), описываются важнейшие
теории средних веков, объясняется «Возрождение
» и его влияние на
европейскую историю; разрешается вопрос: есть ли основательные
данные ожидать японцам золотого века в будущем, о котором говорят,
что он был в древности?
История философии, после кратких общих замечаний, начинает с
изложения философии Декарта, Спинозы, эмпирической философии.
Говорится о Локке, об его отношении в Юму; излагаются системы
Лейбница, Банта, Фихте, Шеллинга, Гегеля, философские принципы
Спенсера и их отношение к философии Гегеля. В заключение показывается возможность и абсолютная необходимость (теоретическая и
практическая) выяснения человеческой природы в истории и т. д.
Приведенных сведений о состоянии преподавания юридических и
политических наук в университете в Токио, кажется, достаточно, чтоб
судить
о пределах и направлении юридического и политического образования, как оно поставлено в высшей японской школе. Как видим, в
Японии, не смотря на позднее развитие высшего просвещения (какойнибудь десяток лет) изучение государственных наук стоит вовсе не так
низко, как думает об этом деле большинство просвещенных европейцев. Если считать семидесятые
годы годами первоначального образо-
74
вания университета в Токио, то должно только удивляться, каким образом в такое короткое время японцы успели собрать столько научных
средств и так поставить научное дело. (Несомненно, что здесь деятельность иностранных профессоров и предприимчивость японских ученых месте с своим правительством играли самую видную роль). Университет обладает теперь пятьюдесятью
-тремя преподавателями (из
них иностранцев 11 человек и японцев 42 чел.) (Хотя в прошлом столетии были и другие времена, однако, не лишне сообщить, что при основании московского университета (1765 г.), было предположено ка
трех факультетах (юридическом, медицинском и философском) только
10 профессоров (трем на юридич., трем на медиц. и четырем на фило
софском). См. Шевырева, История московского университета, стр. 13):
на юридическом факультете 9 (У нас долгое время после основания
московского университета, весь юридический факультет представлял
один профессор Дильтей, которого выписали Вены), на естественноматематическом 30, на филологическом 14 проф. Число всех студентов
университета в 1880–1881 академическом году равнялось 205 человекам. Сверх того послано за границу 15 человек, 10
в Англию, 4 во
Францию и 1 в Германию. Развитие юридического и политического
образования в Японии поставлено в весьма благоприятные условия.
Основные понятия о праве и государственных науках приобретаются
японцами на основании лучших научных трудов современной Европы.
Японское образование миновало ту эпоху схоластики в правоведении и
естествоведении, с которой началось юридическое и политическое
об-
разование, напр., у нас в России.
При взгляде на преподавание права в университете в Токио бросается в глаза английское практическое стремление приурочить изучение
права к непосредственному применению его к жизни. Изучению действующего права (преимущественно английского и французского) посвящается самое большое количество времени. Теория права изучается
по
Остену, но, как видно из программы, в весьма несовершенном виде.
Так как и у самих англичан общая теория права не имеет широкого
развития, и юридическое образование у них преимущественно практическое, то естественно, что они и в Японии не могли внести в этом
случае ничего нового (В Англии до последнего времени
не было строго научных систем права, основанных на высших началах (после старых трудов Кока, Блекстона, Смита, Брума). Только в последнее время в научном направления английских юристов произошел переворот,
вследствие которого равнодушие и отвращение к иностранному образу
-
75
мыслей не может уже считаться национальною характеристикою английских юристов. Этому перевороту содействовало частью восстановление изучения римского права, частью знакомство с континентальной литературой, частью открытие новых юридических идей,
благодаря исследованиям Мэна, а главным образом вследствие творений Бэнтама и Остена.Последнему англичане много обязаны идеею
об юридическом методе. «Province of Jurisprudence Determined»
есть
книга, которую каждый прочтет с пользою. Вот эту юриспруденцию и
изучают специально в токийском университете, хотя в современной
английской литературе есть уже более систематичные сочинения по
общей теории права, чем сочинение Остена. Можно указать при этом
на весьма солидное сочинение Markby's Elements of Law considered
with reference to principes of general jurisprudence, Oxford, 1874; ’s The
Elements of jurisprudence, Oxford, 1870 и др.).
Правда, студенты в Японии могли
бы почерпнуть не мало данных
для решения общих вопросов права и государства из лекций по политической философии; но политическая философия (т. е. социология и
основы государствоведения), в том виде, как она преподается в Токио
дает мало пособия юристу в изучении общей теории права и государства, как по своему объему
, так и по своему изложению (не на юридическом факультете, а на филологическом). Дополнением к политической философии служат философия истории и история философии; но
и эти науки излагаются пока весьма кратко я не полно (что, вероятно,
объясняется умственными средствами студентов).
При взгляде на предметы преподавания в университете Токио,
нельзя
не заметить еще следующие особенности: 1) совершенное отсутствие изучения древних классических языков; 2) широкое развитие
естественно-математического образования и 3) особенное внимание в
философии. Первое можно объяснить практическими тенденциями руководителей японского просвещения, которые, на первых порах стремятся удовлетворить самым насущным потребностям страны. Широкое развитие естественно-математического образования определяется
желанием поднять
экономический и промышленный, быт Японии. Что
же касается особенного внимания к философии, которая обязательна
для студентов первого курса всех факультетов, то это объясняется тем
высоким взглядом на значение философии для жизни, какой господствует между учеными и правительством в Японии.
Для страны, которая дремала тысячелетия, необходимо дать обра-
зованных деятелей,
которые опирались бы в своей деятельности на
76
твердые научные начала. А такие начала в состоянии дать только строго научное, философское образование. Шатание умов в обществе может предотвратить только философское образование. Без такого образования из университета выходили бы верхогляды, юношество
блуждало бы между теориями мыслителей, а принимая их без научной
критики (которой нельзя выработать без философии
), питалось бы
ложными, но обольстительными для юношества и идеями. Оспоривать
значение строго философского образования для студентов всех специальностей может только человек не дорожащий успехами науки и благом страны. Японцы это поняли и открыли поэтому широкий доступ
философии в свою высшую школу (К сожалению, следует заметить,
что у нас
в России, даже в настоящее время философское образование
не получило надлежащего развития, и в некоторых университет,
кафедра философии по несколько лет остается без представители).
Наконец, в японском университете весьма сильны требования знания
новейших европейских языков. Изучение языков английского и французского обязательно для всех студентов, а для натуралистов и немецкого
(И здесь, к прискорбию, надо заметить, что в России знание новых языков между студентами весьма неразвито. Наши классики не
только затрудняются чтением латинского и греческого языка, но бывает, что люди, заканчивающие университетский курс со степенью кандидата, не умеют читать ни на одном из европейских языков, кроме
русского).
Усвоение знания между студентами поставлено под точный контроль со стороны профессоров. Каждый студент, кроме третных работ,
подвергается три раза в год испытанию. Насколько эта мера целесообразна в педагогическом отношении, предоставляем судить тем, которые близко стоят в университетскому просвещению. Одно только
можно при этом сказать, что кто был в
университете, тому хорошо известно, что делают, например, наши студенты в течение года, сколько
времени они употребляют на изучение каждого предмета, почему апрель и май месяцы у нас, на академическом диалекте, называются «лихорадочными» месяцами и т. д.
77
Патриотические прокламации Пинъинтуаней –
«Отрядов усмирения англичан» (июнь 1841 г.)
14
Агрессия Англии в Китае, поражение китайских войск на фронтах
первой «опиумной» войны и капитулянтская политика Цинов привели
к подъему патриотического движения в стране. Наиболее массовой и
организованной патриотическая борьба была на юге страны, в провинции Гуандун. Здесь в конце мая 1841 г. родились первые массовые
народные организации сопротивления иностранной агрессии,
получившие впоследствии название «пинъинтуань» – «отряды усмирения
англичан». Самым значительным было вооруженное выступление
пинъинтуаней против английских войск 30–31 мая 1841 г. близ дер.
Саньюаньли.
Вскоре после этого события патриотически настроенные гуандунцы выпустили ряд прокламаций, адресованных англичанам, или, как
их тогда называли, объявления англичанам.
В данной статье мы остановимся на разборе шести прокламаций
гуандунцев, объявлявших войну врагу, вторгшемуся в их провинцию:
1) *** «Бранные слова жителей Саньюаньли, обращенные к дьяволам»;
2) *** «Объявление цзиньци Саньюаньли и других деревень»;
3) прокламация без заглавия; 4) *** «Объявление английским варва-
рам, выпушенное патриотами всего Гуандуна, вставшими на защиту
родины»; 5) *** «Объявление сельских жителей по поводу борьбы
против английских варваров»; 6) *** «Объявление [английским варварам
], выпущенное сельским населением Гуандуна и наклеенное у входа на территорию тринадцати иностранных факторий».
Перечисленные шесть прокламаций не единственные документы,
составленные гуандунцами и адресованные англичанам. Однако выделение их в особую группу, на наш взгляд, правомерно, так как все они,
как будет показано ниже, выпушены почти одновременно, в связи с
одними и теми же событиями, и близки по содержанию. Остальные
документы были составлены либо позднее, либо по поводу других событий.
14
«Материалы по истории борьбы народных масс против англичан в де-
ревне Саньюаньли». – Пекин, 1959. – С. 18 (пер. А.С. Ипатовой). Текст воспроизведен по изданию: Патриотические прокламации пинъинтуаней – «отрядов усмирения англичан» (июнь 1841 г.) // Письменные памятники Востока.
1971. – М.: Наука, 1974, см. также: http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/
China/XIX/1840-1860/Pinyintuan/frametext.htm
78
Наиболее известными в Китае были прокламации № 1, 4 и 6, о чем
можно судить хотя бы по тому, что копии их воспроизведены в ряде
источников того времени, а впоследствии они неоднократно переиздавались.
Так, прокламация № 1 была опубликована в различных сборниках
документов, а также в журн. «Шиляо сюнькань».
Факсимиле, сделанное с копии прокламации
№ 1, хранящейся в
Пекинском историческом музее, опубликовано в 1958 г.
Прокламация № 2 тоже была включена в подборку материалов в
журн. «Шиляо сюнькань»
7
. Текст третьей, не имеющей заглавия прокламации, издавался дважды. Эти три документа под общим заглавием
«Бранные слова жителей Саньюаньли, обращенные к дьяволам»,
включены в сб. «Материалы».
Прокламация № 4 встречается во многих источниках и под разными названиями: «Объявление английским варварам, выпущенное патриотами всего Гуандуна, вставшими на защиту родины»; «Объявление
английским варварам, сделанное патриотами Гуандуна»; «Прокламация патриотов всего Гуандуна, вставших на защиту родины, обращенная к английским варварам»; «Объявление сельских жителей Гуандуна
английским варварам». Текст прокламации № 4 был приложен к докладу императору наместника пров. Цзянсу Лян Чжан-цюя от 19 августа 1841 г. и впоследствии вместе с докладом вошел
в многотомное
издание материалов по истории внешней политики цинского Китая под
заглавием «Объявление английским варварам, выпущенное патриотами всего Гуандуна».
В тех же сборниках документов и журналах опубликованы прокла-
мация № 5 и прокламация № 6.
Три из перечисленных выше прокламаций переведены на русский
язык (№ 1, 4, 6).
В 1965 г. в Японии вышел сборник документов
по «опиумной»
войне. К сожалению, мы не имели возможности познакомиться с данной публикацией материалов и не можем установить, включены ли в
нее интересующие нас прокламации.
Мы не располагаем всеми перечисленными выше источниками и
сборниками материалов, и, следовательно, не можем выяснить, имеем
ли мы дело с многочисленными вариантами прокламаций гуандунцев,
или это одни и те же тексты документов, воспроизведенные в различных источниках.
При сверке текстов прокламаций было обнаружено значительное
количество иероглифических разночтений, характерных для всех
79
документов. Однако эти разночтения, как правило, не имеют принципиального значения, не меняют общего содержания и тона прокламаций, и, без сомнения, могут быть отнесены к категории бессознательных ошибок, описок, пропусков, допущенных при многократном
механическом копировании текстов.
Первоначально прокламации распространялись в рукописных
списках, и вполне возможно, что в процессе переписки
происходили
неизбежные отклонения от подлинника. Лишь прокламация № 4 содержит существенные текстовые расхождения. Так, в копии прокламации, включенной в ИУШМ, есть фраза, прославляющая гуманизм и
благородство цинской династии и отсутствующая в тексте документа,
помещенного в «Записках об усмирении варваров». Эта часть текста,
дословно повторяя начало предыдущей фразы (один лишь
дополнительный иероглиф), имеющейся в обоих источниках, звучит навязчиво
и создает впечатление более поздней дописки. В то же время из
ИУШМ выпал довольно большой фрагмент, содержащийся в тексте
прокламации, взятой из «Записок об усмирении варваров» и перечисляющий небесные кары, которым подвергались англичане в Китае на
протяжении многих лет.
В настоящее
время, пожалуй, невозможно установить, кем и когда
были дописаны или исключены эти места прокламации. Тут возможны
только предположения. Вполне допустимо что наместник Лян Чжанцюй или кто-либо из его чиновников при включении прокламации в
доклад императору сознательно дописал один и исключил другой
фрагмент, как не имевший, с его точки
зрения, большого значения.
Предположение о позднейших намеренных вставках и пропусках вряд
ли заслуживает внимания, так как наличие или отсутствие данных частей прокламации не влияет на общее идейное содержание документа
и, на наш взгляд, лишено особого смысла. Не имея возможности проделать подобную работу с текстами прокламации № 4, содержащимися
в других
источниках, трудно установить, сколько вариантов данного
документа дошло до нашего времени и как сильно они отличаются
друг от друга.
Определить первоначальный текст прокламации № 4 также не
представляется возможным. Не исключено, что с самого начала существовало несколько списков данной прокламации и что перед нами два
варианта одного и того же
документа. Известно только, что наиболее
распространенным в Китае был вариант, вошедший в «Записки об
усмирении варваров».
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]