Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Новая и новейшая история стран Восточной Азии. В 2 частях. Ч.1. Учебное пособие
.pdf
«Чем строже было запрещение ввоза опиума, – говорит он, – тем
более этот яд распространялся. Это обстоятельство требует особенного
внимания, и представитель доклада осмеливается просить о тайной
поверке сказанного... В царствование Императора Киэн-лунга, был
объявлен тариф, в котором заключался и опиум. В первый год царствования Кэа-кинга, курение опиума объявлено
было преступлением и
наказываемо было колодкой, заключением, палками, ссылкой и даже
смертию; но это не воздержало быстро возростающего числа курителей.
При Имп. Киэн-лунге, опиум по осмотре таможенном выдавали
хонгам, как и всякой другой товар, и меняли на чай и прочие произведения земли. Теперь же, после строжайшего запрещения ввоза, торгов
цы покупают его тайно, на чистые и невозвратимые деньги. Прежде
один таёл серебра саици (saici) стоил 1000 качей, ныне он стоит от
1200 до 1300. Продавцы соли, получая за соль медную монету, и выменивая ее на серебро, для уплаты повинностей, подвергаются большой потере, что и имеет влияние на упадок многих отраслей промыш
ленности.
Говорят, что можно уничтожить зло с корнем, запретив торговлю с
иностранцами. Без сомнения, что Небесное государство ничего не восчувствует от потери нескольких мильонов дохода, но справедливо ли,
чтоб Португальцы и другие чужеземцы, имеющие торговые сношения с
Китаем в продолжение уже нескольких веков, потерпели за Англичан?
Иностранные суда приходили
к берегам Фо-Киэна, Чже-Кианга,
Киангана, Шантунга, с целию продавать там опиум. Они были не допущены начальством, но не менее того достоверно, что в порты этих
провинций ввезено тайно значительное количество опиума. Таким образом прекращение торговли в Кантоне не послужит средством к прекращению тайных ввозов.
Чиновникам правительства
поручено строго наблюдать за набережными; но их усердие слабо, и тайный ввоз ежегодно увеличивается;
подкупность более действует на чиновников нижнего разряда, нежели страх ответственности. Чем строже запрещение, тем более распространяется нарушение их, и тайные промышленники становятся
ухищреннее.
Народонаселение нашего обширного государства увеличивалось
год от году... но теперь,
когда несчастная привычка курить опиум распространяется повсюду, жизнь сокращается, средства жизни уменьшаются, народное богатство исчезает. Необходимо подумать о средствах к прекращению зла; и потому следует дозволить ввоз опиума, и
-
-
101
не поддерживать запрещений, которым не повинуются; но, по мнению
моему, должно наложить на чужеземных купцов пошлину за ввоз опиума, выдавать его хонгам, как статью меновую, и запретить продажу
на серебро. Вывоз этого металла должен быть строжайше воспрещен.
Следует воспретить строжайше курение опиума воинам и всем чи-
нам правительства; кто нарушит
это запрещение, строжайше наказывать; народу же дозволить покупать, продавать, и курить по желанию.
Все вообще люди знают, что кроме опиума, есть и другие пороки, которые раждают не менее гибельные последствия, и не смотря на это, во
все времена предавались им.
Когда будут менять товар на товар, правительство не
будет нести
убытков; а это главное, это должно соблюдаться с твердою настойчивостию, иначе государство подвергнется беде неисцелимой.
Представляющий доклад сей почтительно просит Ваше величие,
подвергнуть его обсуждению государственных совещателей и начальству Кантона».
Это мнение Гу-му-чжи было решительно опровергнуто ЧжуТзуном, другим членом законодательного судилища.
«– В пользу
ввоза опиума подали голос, основываясь на примерах
нарушения законных запрещений; но как будто все прочие законные
постановления не преступались. Если и постановления на счет опиума
были иногда нарушаемы, следует ли из этого необходимость их уничтожить? Если случается временная порча желудка, нужно ли совершенно отказаться от пищи?
Предлагают дозволить ввоз
опиума, как статью меновую, наложить
пошлину и запретить продажу на серебро, для предупреждения вывоза
этого металла. Но возможно ли, не нарушив правительственного достоинства, открыть пристани, после всех мер против тайного ввоза?...
Если в наших силах воздержать вывоз серебра, от чего же не можем
воздержать ввоз опиума? Достигнув до того
и другого, мы прекратим
вдруг два зла вместо одного.
...Гибельное влияние опиума на Китайский народ составляет предмет важнейших соображений; потому что народ есть сущность государства. На достоянии основывается благосостояние народа; недостатки могут пополняться; обедневший народ можно возвратить к
благосостоянию; но нет средств снасти народ расслабленный роскошью.
Ввозя в Китай опиум, Англичане имеют целию ослабить Срединное царство. Если мы не восчувствуем угрожающей нам опасности,
то скоро дойдем до окончательной эпохи распадения. Благоговейно
102
читая священные наставления вашего предка, Государь, добродетельного Канги, я встретил в них следующее замечание: «Надо опасаться,
чтоб чрез несколько сот или тысячу лет, Китай не подвергнулся бедам
от различных западных народов, которые посылают в него свои корабли...» – Не более как через два века после этого предсказания, мы уже
видим
начало этой беды. Хотя не возможно вдруг прекратить торговли, но по крайней мере необходимо, предвидеть опасность и предупредить ее.
Необходимо учредить строжайшее наблюдение над пристанями
разных провинций, и в благотворное предостережение, наказать некоторых.
Со времени восшествия вашего, Государь, на престол, припоминалось правило предков вашего блистательного рода,
что кавалерия и
стрельцы составляют прочную его опору. Но если привычка к опиуму
распространится между воинами, руки их будут дрожать, ноги подгибаться, то каким образом образуется из них сильное и страшное войско?
Предлагают запретить употребление опиума чиновникам, ученым п
военным, а дозволить народу: но откуда же исходят чины государства
и
воины, как не из среды народа? Не пополняются ли отделы войск
новобранцами из того же народа?
В настоящее время, по всему пространству царства, дух народа
подвержен величайшей опасности. Слабейшие духом, соблазняемые
различными учениями, впадают в смуту суеверий, от которых не могут
избавиться. Головы умнейших, помраченные употреблением опиума,
кружатся как вихрь,
и их не приведешь к рассудку. Тщетно искал я целебного средства против этих зол. – Но, если законы царства будут
поддержаны, простыл и честным поселянам внушится, чего им должно
опасаться, – и они будут отклонены от всего зловредного; если образованные и умные поймут зло, – они воздержатся от него. Если же за
-
прещение снимется, и тот поступок, который правительство признавало преступным, вдруг разрешится, то каким образом простой,
неведающий ничего народ поймет, что в самом этом поступке заключается зло?
Опиум будут курить посреди белого дня, без стыда и опасения,
привыкнут к нему, как к пище и питью; но когда добродушие и
страх
исчезнут, последствия, нарушившие благочестие и дух народный, будут ужасны...»
Этот доклад Чжу-тзу имел большое влияние на решительное запре-
щение торговли опиумом, и на строжайшие меры против виновных. –
103
В 1837 году, императорским указом, повелено неотлагаемо удалиться
от берегов Китая всем, иностранным судам, нагруженным опиумом.
Здесь начинается и предлог войны Англичан с Китайцами. Теперь
запретительный закон ввоза опиума не уничтожен; но он стал мертвой
буквой. Сами мандарины способствуют козням. Теперь употребление
опиума не составляет уже и роскоши; это уже просто необходимость
Бедные и нищенствующие также стараются добывать себе этого ядовитого лакомства, чтоб хоть минуту поблаженствовать в упоительном
дыму и забыть печальную существенность. Начиная с мандарина с
красной запонкой, до полунагого кули, все курят теперь опиум.
Экзамены в Китае16
Надобно сознаться, что во всех государствах Христианской Европы, науки и литература хотя и составляют украшение и славу народов,
не имеют однако прямого влияния на силу и действия Правительств. У
Китайцев же общественное поприще решительно преграждено всякому, кто не литератор в известной степени. Чиновником здесь можно
быть только тогда,
когда приобретешь первую степень, а каждый шаг в
чиноначалии ознаменован новою литературною степенью более возвышенною, на которую надобно держать новый экзамен. Ни один Китаец не может занимать высших государственных должностей, если не
был испытуем назначенными от Правительства, экзаменаторами, которые сами выбраны исключительно из литераторов. По этой причине, все
министры, все великие и сильные талантами и саном люди в Китае держали литературный экзамен. Обыкновенно они происходят из простого
звания, и достигают высшей степени долголетним трудом и учением.
Строгие экзамены, определенные сводом особых законов, установлены в Китае с тою целию, чтобы иметь верные сведения об истинно
даровитых людях,
и потом замещать ими правительственные должности. Экзамены сии, для всех открытые, кроме слуг, ликторов, актеров и
жрецов, служат оценкою тех, которые могут возвыситься до почестей,
и тех, которые должны остаться в своем темном звании, жить и умереть в неизвестности.
16
Текст воспроизведен по изданию: Экзамены в Китае // Журнал для чте-
ния воспитанникам военно-учебных заведений. – Том 60. – № 239. 1846, см.
также: http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/China/XIX/1840-1860/ZCVVUZ/
ekzameny_kitaj_1846.htm
.
104
Экзамены на высшие литературные степени происходят в Пекине,
через каждые три года; кроме их бывают и другие, по особому соизволению Императора. Отличнейшие ученики стекаются изо всех областей государства, но попасть на главный экзамен не легко: нужно употребить много чрезвычайных стараний, чтоб быть представленным
пред грозный трибунал, хотя бы
по предварительным частным экзаменам кандидат и был признан достойным явиться на окончательный.
Частные экзамены бывают в главном городе каждой провинции.
Охотников держать экзамен очень много: это начало всех законных
честолюбий, это столбовая дорога, ведущая к богатству и почестям.
Два экзаминатора избираются в Пекине, под непосредственным ве-
дением Императора, из
почетнейших сановников. К двум главным
экзаминаторам прикомандировывают еще десять из областных
чиновников; сии последние находятся под председательством губернатора-наместника. Кроме того есть еще разные низшего разряда чиновники, исправляющие в сих случаях должности инспекторов, смотрителей, и т. п.
Число всех сих лиц, вместе с кандидатами и их родственниками,
доходит
до десяти тысяч. Они собираются в Кунг-Иене, огромном здании, исключительно для того определенном. Это здание заключает в
себе множество каморок, так чтобы каждый кандидат не имел сообщения с прочими соискателями. Каждая каморка обозначена нумером.
Здесь запирают кандидата; мебель ограничивается столом, стулом... и
гением, если таковый окажется.
Кандидаты,
их родные и знакомые, собравшиеся в Кантоне, проживают здесь по нескольку недель, и увеличивают в это время движение и деятельность города. Кандидаты вообще молодые люди с достоинствами, достигшие до настоящего звания усилиями ума: их
называют сев-тсэ (нечто в роде баккалавра), но они разделяются на
многие классы; к
одному классу, наименее уважаемому, принадлежат
богатые молодые люди, выдержавшие первые экзамены при помощи
денег.
Кандидаты собираются в осьмую луну (осьмой месяц); но никто не
может явиться на экзамен, если не был предварительно внесен в списки литературного канцлера своей провинции; в этих списках обозначаются лета, приметы, место жительства, звание
каждого кандидата, а
копия с примет отсылается еще в канцелярию губернатора-наместника.
Экзамены продолжаются несколько дней, в течение которых кандидат выдерживает различные испытания. Первое испытание происхо-
105
дит в девятый день луны, второе в двенадцатый, третье в пятнадцатый.
В первый день им предлагают три темы, выбранные из четырех книг, и
они должны объяснить их содержание и смысл. В этот же день им дают четвертую тему, на которую они должны написать небольшую поэму в стихах.
На второй
день дают по теме из пяти классиков, а на третий кандидаты обязаны решить пять вопросов из отечественной истории или политической экономии. Темы должны быть поучительные, и иметь значение ясное и глубокое. Вопросы уже разрешенные не предлагаются.
Темы на стихи должны быть сериозные и важные. В темах из
политической экономии, главные вопросы должны касаться предметов действительно полезных, точных, очевидных, верных.
Бумага, на которой кандидаты пишут темы и ответы, приготовляется на сей предмет нарочно, и она должна быть рассмотрена в канцелярии казначея или главного сборщика провинции. Бумага эта должна
быть крепкая и толстая, и цена ее
определяется от казны. На другой
писать не позволено. Строки, написанные кандидатами, должны быть
прямые, и все буквы правильные и красивые. В конце каждого листа,
содержащего стихотворения или ответы на вопросы, кандидат обязан
объявить, сколько слов он зачеркнул или переменил на этом листе, и
ежели число таких слов превышает сто, ученик
объявляется тси-чу:
это значит, что его имя будет выставлено над дверями залы, как имя
виновного в нарушении правила экзаменов, и он удаляется от экзамена
на этот год. Вообще бывает до ста кандидатов, прогоняемых с Кантонских экзаменов за нарушение каких либо правил.
Во все продолжение экзаменов, студентам, запрещено гулять и
буянить; между экзаминаторами и родственниками кандидатов не могут
существовать в это время ни дружеские отношения, ни переписка, ни
приглашения на обеды. Входя в первую дверь Кунг-Иена, кандидат
вписывает свое имя в особый список, и ежели в последствии заметят,
что имя написано ложно, то чиновника, заведующего сим списком,
немедленно
требуют в суд к допросу. Если же будет открыто, что кандидат представил вместо своих, чужие сочинения, и т. п., то его тотчас
же берут под арест с соумышленником, предают суду, и жестоко наказывают.
Мало этого: при входе в Куиг-Иен, кандидата обыскивают, и если
найдут у него заранее приготовленные
темы, или какую нибудь миниатюрную копию с классиков, на него надевают деревянную колодку или
ошейник, лишают звания сев-тсэ (баккалавра), и навсегда объявляют
106
недостойным к соисканию литературных почестей: даже отец и опекун
подвергаются наказанию.
Из нескольких тысяч кандидатов, собравшихся в Кантоне на экзамен, только семьдесят один могут быть удостоены степени кей-джина.
Имена удостоенных объявляются в прокламации в десятый день девятой луны, через двадцать пять дней после экзамена; в этот промежуток
времени
экзаминаторы занимаются росписанием удостоенных кандидатов. Когда прокламация скреплена надлежащими подписями, ее выставляют в канцелярии губернатора, а в назначенный час раздаются
три пушечные выстрела: в ту же минуту губернатор выходит из своего
дома, держа прокламацию в руке; приближается к собравшимся кандидатам, читает имена удостоенных литературной степени кей-тжина,
то есть произведенного, или повышенного, приветствует каждого из
них при трех новых выстрелах, и затем удаляется опять при громе трех
выстрелов.
В честь удостоенных бывает большой банкет, под председательством главного экзаминатора и губернатора; счастливцев осыпают похвалами, а их имена, темы и разные ответы посылаются Императору.
В Кантоне происходят еще
другие экзамены, два раза в три года;
эти экзамены имеют целию приготовить студентов к главным испытаниям, бывающим через три года.
Надобно заметить, что на все экзамены имеют право являться люди
всякого возраста. Уважение, любовь Китайцев к литературным почестям так велики, что нередко почтенный восьмидесятилетний кандидат, поддерживаемый сыном
и внуком, приносит на экзамен свою дол-
говременную опытность и юношеские познания.
Устав ихэтуаней
17
(Указом от 22 июня 1900 г. цинское правительство назначило сановников Цзай Сюня и Ган И командующими ихэтуаней. Сановники
подготовили устав ихэтуаней, регламентирующий деятельность повстанцев, который был утвержден ихэтуанями, судя по печати на до-
17
Текст воспроизведен по изданию: Восстание ихэтуаней. Документы и
материалы. – M. Наука. 1968 (пер. Ду И-Сина, Н.М. Калюжной, В.С. Таскина),
см. также: http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/China/XIX/1880-1900/Ihetuan/
index.htm.
107
кументе, 27 июля 1900 г. Вырабатывая устав, цинские сановники преследовали цель подчинить деятельность ихэтуаней своему контролю и
контролю местных властей, направить их борьбу исключительно против иностранцев и местных христиан.)
Настоящий устав передан ихэтуаням князьями-сановниками, высочайше назначенными для руководства ихэтуанями. Как известно, после получения императорского повеления о взятии руководства
ихэтуанями мы неоднократно обсуждали дела с братьями-ихэтуанями и
убедились, что они преданны, отважны и пылают гневом к врагу. Однако не все люди одинаковы, и, возможно, среди них есть такие, которые еще плохо знакомы с принципами ихэтуаней, поэтому они могут
допустить ошибки в своих действиях. Вот почему
в соответствии с
буддийскими законами и по согласованию с братьями-ихэтуанями был
выработан устав, который надлежит соблюдать рядовым братьямихэтуаням и старшим братьям-ихэтуаням. Ниже излагаем устав, включающий десять пунктов.
1. Ихэтуани, выполняя волю неба и почитая буддизм, убивают иностранцев и истребляют местных христиан, чтобы защитить государство и
установить спокойствие для добропорядочных людей. Кроме
этого, ничто не должно существовать для ихэтуаней, искренне борющихся за справедливость и мир. Надеемся, что старшие братья различных отрядов ихэтуаней будут строго следовать этому, не станут доверяться неправильному толкованию или заниматься вымогательством,
что может вызвать осложнения. Если появятся люди, которые будут
сеять
смуту, то за легкий проступок их следует изгонять из рядов
ихэтуаней, а за тяжелый – наказывать в соответствии с буддийскими
законами.
2. Ихэтуани справедливы и бескорыстны. Все старшие братья
должны быть безупречно честными, строго соблюдать буддийские законы. Если случится неподчинение уставу, корыстная поддержка коголибо, преднамеренные беспорядки, очернение добропорядочных людей
или месть в корыстных целях либо намеренный шантаж, умышленные поджоги, убийства, грабежи, то, поскольку все это – разбойничьи приемы, они навлекут гнев святых и возмущение людей. Тем более
это противоречит буддийским законам и вызовет наше глубокое негодование. Если после расследования факт совершения проступка будет
доказан или будет подан
именной донос, то об этом следует доклады-
вать в главный отряд («Главный отряд». По-видимому, подразумевается
108
тот отряд, руководители которого утвердили данный устав. У ихэтуаней не было единого штаба для руководства движением, все отряды
были на равном положении, у каждого был свой предводитель. Видимо, перед нами попытка сановников ввести какое-то единоначалие,
чтобы легче осуществлять контроль над деятельностью ихэтуаней.);
преступников арестовывать с помощью ихэтуаней и
наказывать, как
разбойников. При сопротивлении убивать без предупреждения, но не
допускать произвола.
3. Ихэтуани могут вселять в себя духов, поэтому сразу могут определить, является ли человек бандитом-христианином (человека подводили к алтарю и возжигали курения, чтобы выяснить, христианин он
или нет. «Старший брат» ихэтуаней по ему одному известным признакам решал судьбу человека.), но не убивают людей безрассудно. Однако не все об этом знают, поэтому во избежание излишних толков задержанного бандита-христианина следует привести к алтарю, где
показать, честный он человек или нет. Когда станет ясно, что он бандит-христианин и сам не отрицает этого, взять
его под стражу и доложить в главный отряд для решения вопроса о наказании в зависимости
от степени вины. Если кто-либо из христиан искренне раскается и в
этом убедятся духи и люди, разрешается взять выкуп за прежние проступки и привести в главный отряд, чтобы определить наказание в соответствии
с буддийскими законами.
4. Следуя велению Неба и почитая буддийские законы, ихэтуани
защищают государство и тем самым охраняют себя и семьи. При
встрече с противником они должны вступить с ним в бой и доблестно
уничтожать врага. Нельзя проявлять трусость и отступать. С правительственными войсками следует быть одной семьей и не
допускать
сепаратизма, вредящего делу. До тех пор пока ихэтуани верно служат
государству, их обязательно охраняют духи и им нечего думать об опасностях. Если же они будут трусить перед врагом или же действовать
сепаратно, нарушая законы Будды, то духи перестанут охранять их.
5. Братья-ихэтуани, выступая в поход, обязаны строго соблюдать
приказы и не оставаться посторонними наблюдателями. Нарушившие
эту заповедь являются нарушителями законов Будды и наказываются
согласно буддийским законам.
6. Взяв в Пекине в плен иностранца или бандита-христианина, состоящего на государственной службе, братья-ихэтуани должны передать их князьям-сановникам, а на местах – провинциальным властям
109
для расследования и определения наказания в зависимости от обстоятельств.
7. В случае захвата оружия противника братья-ихэтуани обязаны доложить об этом местным властям и поступать согласно их указаниям.
8. После расправы с бандитами-христианами братья-ихэтуани
должны установить, чьей собственностью являются постройки. Если
это собственность бандитов-христиан, то ее следует
опечатать и передать властям, сжигать нельзя. Весь домашний инвентарь нужно переписать и передать властям для реализации и пополнения общественных средств. Нельзя подстрекать к грабежу. Если окажется, что
имущество принадлежит другим людям, то следует проявлять великодушие и не производить дознания.
9. Братья-ихэтуани должны поддерживать взаимное согласие с
солдатами и полицией, как члены единой семьи. Они должны общими
усилиями уничтожать врага, чтобы защитить государство. Мелкие
обиды не следует накапливать в душе. Если солдаты будут притеснять
ихэтуаней, об этой следует докладывать в Пекин командующим сановникам, а на местах – главным чиновникам, которые передадут дела
соответствующему командованию для определения наказания.
Нельзя
затевать самоуправно распри, могущие привести к внутренним раздорам и повредить общей ситуации. Наши ихэтуани должны поддерживать связь с солдатами и полицией. Если произойдут случаи взаимных
убийств и ранений, то за это следует строжайше наказывать.
10. Братья-ихэтуани независимо от названия отряда – единая семья
и обязаны поддерживать мир. В
случае необходимости объединенных
действий они должны в полном согласии обсудить план. Нельзя проявлять сепаратизм, который ведет к раздорам. В каждом деле необходимы справедливость и бескорыстие. Нельзя искажать истину. В случае несоблюдения [этих правил] человек лишается имени ихэтуаня, его
изгоняют, а старший брат отряда ихэтуаней налагает наказание согласно
буддийским законам.
Утвержден старшим отрядом ихэтуаней уезда Цаосянь области
Цаочжоу провинции Шаньдун.
2-е число 7-й луны 26 года правления Гуансюй (27 июля 1900 г.).
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]