Актуальные вопросы наследственного права

Конечно, такое лицо и без государственной регистрации своего пра­ва в отношениях с третьими лицами будет выступать как собственник имущества. Но следует признать, что отсутствие легитимации титула через государственную регистрацию и как следствие скрытый харак­тер публичности сведений об объекте и правах на него будут оказы­вать влияние на свободу действий такого собственника в его отноше­ниях с третьими лицами. Наиболее известным случаем возникновения прав до их регистрации является принятие наследства. В целях исклю­чения указанной неопределенности в законодательстве реализован от­ход от исключительно заявительного порядка государственной регист­рации. С 1 января 2017 г. вступает в силу Федеральный закон от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», ко­торым предусмотрено внесение записи о государственной регистрации права на недвижимое имущество в соответствующий реестр в порядке межведомственного информационного взаимодействия.

В свою очередь орган регистрации прав в срок не позднее 15 рабо­чих дней с даты поступления в порядке межведомственного инфор­мационного взаимодействия документов (содержащихся в них сведе­ний), необходимых для внесения сведений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним, вносит соот­ветствующие сведения в указанный Реестр в соответствии с порядком его ведения. При этом именно на органе регистрации прав лежит обя­занность об информировании правообладателя о проведенной госу­дарственной регистрации. Правообладатель должен быть уведомлен органом по регистрации в течение пяти рабочих дней со дня внесения соответствующих сведений в указанный Реестр.

Безусловно, новые правила внесения записи о правообладателе недвижимого имущества не только повышают уровень достоверности Единого государственного реестра, но и существенно снижают период неопределенности в отношении недвижимого имущества, полученно­го в порядке наследования.

Будет ошибкой утверждать, что ликвидация наследства характерна только для стран общего права, отказавшихся от рецепции идеи универ­сального правопреемства при наследовании. Конструкция управления наследством в качестве альтернативной существует, например, в Герма­нии. Управление наследством по Гражданскому уложению Германии (да­лее – ГГУ) допускается на основании заявления наследника (совместно­го заявления при множественности наследников) или кредитора, если последний докажет, что поведение наследника ставит удовлетворение кредиторов под угрозу (§ 2062 ГГУ). С момента введения управления на­следственная масса передается управляющему, личные кредиторы на­следника утрачивают возможность удовлетворения за счет наследства (§ 1984 ГГУ). Имущество, остающееся после удовлетворения требований известных кредиторов наследства, передается наследникам (§ 1986 ГГУ).

Г.Ф. Шершеневич полагал, что «несравненно правильнее было бы ли­квидировать каждое наследство и только оставшуюся, за удовлетворением кредиторов, ценность распределить между лицами, имеющими право на наследование»2. Проект российского Гражданского уложения предусма­тривал, что верители наследодателя в течение трех лет со времени приня­тия наследства вправе требовать отделения имущества, принадлежавшего наследодателю, от собственного имущества наследника, если имеют осно­вания опасаться вредных последствий слияния этих имуществ (ст. 1533).

Полагаем, что рассматриваемая конструкция является современным проявлением сформировавшегося при Юстиниане beneficium separationis. Потребность в сепарации понятна: кредиторы наследодателя, особен-

Значение описи русский проект ограничивал определением верхнего предела ответственности наследника. При множественности сонаследни­ки несли долевую ответственность соразмерно своей наследственной доле.

Гражданский кодекс Нидерландов также предлагает наследникам выбор между безоговорочным принятием и принятием в размере чи­стого актива (art. 4-190). Если хотя бы один из наследников принял наследство с оговоркой, происходит сепарация и ликвидация наслед­ства самими наследниками или назначенным ликвидатором (art. 4-195, 4-202). Наследник, скрывший наследство или иным способом препят­ствовавший удовлетворению требований кредиторов, несет полную ответственность (art. 4-184).

И опять мы обнаруживаем следы римского права. Beneficium inventarii как льгота, предоставляемая наследнику, появилась у римлян вследствие постепенного отхода от идеи «продолжения» наследником личности на­следодателя. Но почему же современные правопорядки сохраняют benefi-

3. Ответственность наследника перед наследственной массой. При мо- дели универсального правопреемства наследник занимает место насле­додателя в способных к преемству обязательствах. Но данное правило не должно пониматься буквально, в том смысле, что как бы ни вел себя на­следник в процессе охраны и управления наследством, размер его ответ-

Если верить СМИ, каждый третий россиянин на сегодняшний день имеет хотя бы один действующий кредит, каждый 50-й гражданин за­нимается предпринимательской деятельностью. Положения о банк­ротстве граждан вступили в действие 1 октября 2015 г., а, например, в Арбитражный суд Свердловской области по состоянию на 15 ноя­бря 2015 г. уже подано более 100 заявлений о банкротстве граждан.

В итоге кредиторы наследодателя вынуждены, во-первых, полагать­ся на добрую совесть наследника, которого они не выбирали в качестве своего должника, и, во-вторых, конкурировать с его личными кредито­рами. Банки, пользуясь неравенством переговорных позиций, заставля­ют заемщиков предоставлять обеспечение и страховать жизнь в пользу кредитора. Но не всякий кредитор может получить обеспечение или по­просить должника застраховать жизнь. Например, клиенты умершего индивидуального предпринимателя, торговавшего мобильными теле­фонами, имеют мало шансов получить удовлетворение продавцом своих гарантийных требований. Как следствие возрастают риски, увеличива­ется значение вещного обеспечения, происходит удорожание кредита. Наследнику опасения кредиторов наследодателя в лучшем случае без­различны, он рассуждает примерно так: «Пусть обращаются в суд и ждут истечения срока на принятие наследства; пусть доказывают факт при­нятия наследства, если оно принято вступлением во владение; пусть вы­являют истинный состав наследства, а там посмотрим, может, кому-то заплачу; если остальным не хватит, то и ладно».

Единственным способом отделения наследственной массы от иму­щества наследника и преодоления бремени доказывания достаточно­сти наследства является применение введенного с 1 октября 2015 г. так называемого банкротства наследства. Банкротством наследства, которое заслуживает отдельного обсуждения, кредитор, причем не каждый, может воспользоваться только в случае «неплатежеспособ­ности» наследства. Открытие наследства не приводит к акселерации требований кредитора. Но если в поликлинике работает хирург, это не означает, что терапевт уже не нужен.

Полагаем, что реформа наследственного права будет неполной, если регулирование ответственности наследников по долгам наследства оста­нется прежним. Мы можем использовать немецкий, французский, гол­ландский, наш собственный дореволюционный, еще чей-либо опыт1,

механизмы защиты интересов наследника. Так, ГГУ предоставляет на- следнику, принявшему наследство, право в течение трех месяцев не удовлетворять требования кредиторов наследства (§ 2014). Кроме того, с целью определения состава кредиторов наследник вправе в течение года с момента принятия наследства возбудить вызывное производ­ство и до его окончания вправе не удовлетворять требования кредито­ров (§ 2015). Кредиторы, пропустившие вызов, за исключением зало­говых и приравненных к ним кредиторов, получают удовлетворение из оставшегося наследственного имущества (§ 1973).