Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Актуальные вопросы наследственного права
.pdf
Совместное завещание супругов по германскому законодательству
конструкции совместного завещания. Супруги могут быть уверены, что
после смерти одного из них переживший супруг не сможет изменить завещание и оставить, таким образом, кого-либо из детей без имущества.
В тексте ГГУ само понятие «совместное завещание» не раскрывается, что породило в немецкой цивилистике спор о характерных признаках совместного завещания. Выделяются три основные позиции по
данному вопросу1. Объективная теория (objektive Theorie2) видит в качестве главной сущностной характеристики совместного завещания его
воплощение в едином акте. Иными словами, решающая роль отводится внешней форме, а не воле завещателей. Большинство современных
германских авторов указанную теорию отвергают как чрезмерно формалистскую и указывают, что необходимо учитывать направленность
воли завещателей на составление именно совместного завещания. Сторонники опосредующей теории (vermittelnde Theorie) считают, что воля
завещателей должна устанавливаться на основе сделанного ими волеизъявления, в то время как сторонники субъективной теории (subjek-
tive Theorie) полагают, что достаточно, если совместность явствует из
внешних по отношению к завещанию обстоятельств3.
При разрешении споров германские суды исходят из того, что в совместном завещании волеизъявление супругов должно быть направлено на создание совместного завещания (взаимность волеизъявления),
следовательно, распоряжения одного из супругов должны быть как минимум известны второму. Более того, волеизъявление супругов должно
содержать какие-либо внешние признаки, указывающие на его совместный характер (использование местоимения «мы» в тексте, ссылки на
распоряжения другого супруга и т.п.)4. В то же время совместное завещание необязательно должно представлять собой единый акт, а распоряжения каждого из супругов могут различаться по содержанию5.
Отказ от объективной теории, требующей воплощения совместного завещания в едином акте, был продиктован стремлением по возможности снизить количество оснований для признания распоряже-
1
Анализ основных точек зрения см.: Münchener Kommentar zum Bürgerlichen Gesetzbuch. Band 9. Erbrecht. § 1922–2385, § 27–35 BeurkG / Ch. Ann, T. Gergen, W. Grunsky;
Red. G. Schlichting. München: C.H. Beck, 2010. S. 1670–1672.
2
Данная теория ранее была господствующей и поддерживалась судебной практикой
(OLG Koblenz. Beschluss vom 14.04.1954 – Az.: 2 U 353/52 // NJW 1954. 1648, 1649).
3
Münchener Kommentar zum Bürgerlichen Gesetzbuch. S. 1671.
4
OLG München. Beschluss vom 23.07.2008 – 31 Wx 34/08 // FamRZ 2008. 2234.
5
BGH. Beschluss vom 29.01.1958 – IV ZR 234/57 // NJW 1958. 547.
101
Е. Путинцева
ния на случай смерти недействительным1. Совместное завещание, как
и обычное завещание, может быть составлено в Германии в простой
письменной форме, при этом недостаточная грамотность завещателей
может повлечь за собой разные недочеты акта выражения последней
воли. Признавая первостепенное значение воли завещателя для наследственного права, судебная практика стремится учитывать ее, несмотря на незначительные недостатки формы ее изложения.
Анализируя возможность составления супругами совместных завещаний, А.В. Копьёв приходит к следующему выводу: «Поскольку завещание нескольких лиц не будет носить характер взаимного назначения наследниками, постольку в подобной сделке не возникнет необходимости. Однако если завещание двух или более граждан содержит
распоряжения взаимного назначения друг друга наследниками, то оно
утрачивает односторонний характер и превращается в договор, получивший название наследственного договора»2.
Анализируя данное высказывание, следует отметить, что интерес
супругов необязательно должен заключаться в назначении друг друга
наследниками, он может проявляться, например, в указании в качестве наследников совместных детей.
Думается, что второе утверждение автора также не соответствует
действительности. В Германии известен и широко используется такой
вид завещания, как «берлинское завещание», в котором супруги указывают друг друга в качестве первоначальных наследников3. При этом
1
Erbrecht: Ein Lehrbuch / H. Lange, K. Kuchinke. S. 433.
2
Копьёв А.В. Указ. соч. С. 41.
3
В Германии существуют понятия первоначального и последующего наследников
(Vor- und Nacherbe (§ 2100–2146 ГГУ)). Согласно § 2100 ГГУ наследодатель может
назначить наследника таким образом, что он будет наследником только после того,
как первоначально ставшее наследником другое лицо перестает им быть. При этом
в завещании можно предусмотреть, что первоначальный наследник будет оставаться
наследником до своей смерти или до наступления определенного момента или события
(в частности, до вступления первоначального наследника в брак или до достижения
определенного возраста последующим наследником (§ 2103, 2106 ГГУ)). В России
для обозначения указанного распоряжения в юридической литературе используется
термин «фидеикомиссарная субституция» (см., например: Абраменков М.С., Чугунов П.В.
Свобода завещания в российском наследственном праве // СПС «КонсультантПлюс»;
Кирилловых А.А. Указ. соч. С. 57. В то же время, как отмечал Б.Н. Чичерин, в соответствии
с германским правом завещатель вправе определить «будущий порядок наследования,
однако не на вечные времена, как в фидеикоммиссах, а только в пределах живущих
поколений и до совершеннолетия имеющего родиться наследника» (Чичерин Б.Н.
Собственность и государство / Подготовка текста, вступ. ст. и коммент. И.И. Евлампиева.
СПб.: Изд-во РХГА, 2005. С. 213)).
102
Совместное завещание супругов по германскому законодательству
немецкие цивилисты рассматривают берлинское завещание именно
как завещание, а не как договор1.
Сущность совместного завещания супругов не позволяет рассма-
тривать его в качестве двусторонней сделки по следующим причинам.
Составляя совместное завещание, супруги согласовывают свою
волю, вырабатывают единый взгляд на вопросы наследственного правопреемства, однако представляется, что одного факта согласования
воли недостаточно для того, чтобы признать совместное завещание
двусторонней сделкой.
Связь, которая устанавливается между распоряжениями супругов,
не носит обязательственно-правовой характер прежде всего потому,
что в результате составления совместного завещания между супругами
не возникает каких-либо взаимных прав и обязанностей, не возникает
какого-либо обязательства, в котором каждая из сторон обязуется совершать или не совершать определенные действия. Указанное обстоятельство объясняется прежде всего тем, что совместное завещание, как
и обычное завещание, составленное от имени одного лица, приобретает
юридическую силу и способность оказывать влияние на наследственные правоотношения только после открытия наследства.
С момента составления завещания и до вступления его в силу обычно проходит значительный период времени, вследствие чего увеличивается – вероятность возникновения каких-либо обстоятельств, препятствующих исполнению распоряжения на случай смерти либо меняющих
взгляды завещателей (или одного из них) на желаемый порядок наследования. Отношения между завещателями и назначенными наследниками,
а также между самими завещателями с течением времени могут претерпеть
серьезные изменения. По указанным причинам вопрос о возможности
отмены совместного завещания представляется немаловажным.
До вступления завещания в силу, т.е. до смерти одного из супругов,
сохраняется принципиальная возможность отзыва своих распоряжений
каждым из супругов в одностороннем порядке с соблюдением определенных правил, что является проявлением принципа свободы завещания. В то же время, поскольку между распоряжениями супругов, составивших совместное завещание, все же устанавливается определенная
связь, предполагается и некоторая стабильность его содержания. Несмотря на то что указанная связь не носит обязательственно-правовой
1
См.: Weirich H.-A. Erben und Vererben: Handbuch des Erbrechts und der vorweggenom-
menen Vermögensnachfolge. Herne; Berlin: Neue Wirtschafts-Briefe, 2004. S. 189; Back-
haus B. Op. cit. S. 95.
103
Е. Путинцева
характер, суть совместного завещания заключается в предоставлении
одному из супругов некоторой возможности быть уверенным в распоряжениях второго супруга и соблюдении достигнутой между ними договоренности. Баланс между стабильностью совместного завещания
и возможностью его отмены достигается в германском законодательстве за счет выделения в содержании совместного завещания взаимосвязанных и невзаимосвязанных распоряжений.
В соответствии с § 2270, 2271 ГГУ взаимосвязанными считаются те
распоряжения, в отношении которых можно предположить, что распоряжения одного супруга не были бы сделаны без распоряжений другого. Иными словами, взаимосвязанность означает установление зависимости действительности одних распоряжений от действительности
других, а следовательно, недействительность или отмена одного взаимосвязанного распоряжения влечет недействительность другого (абз. 1
§ 2270 ГГУ). Указанная норма исходит из предположения, что взаимосвязанный характер должны приобретать только те распоряжения, которые имеют исключительно важное значение для завещателей и которые один из супругов сделал в надежде, что другой супруг примет их.
Например, жена завещала все свое имущество племяннику супруга только потому, что супруг обещал в свою очередь завещать ей жилой дом.
Презумпция, установленная в абз. 1 § 2270 ГГУ, действует только
в отношении таких распоряжений, как назначение наследников, завещательные отказы и возложения, выбор применимого права (абз. 3
§ 2270 ГГУ), и только в том случае, если супруги прямо не оговорили
в совместном завещании характер сделанных распоряжений. Придание
взаимосвязанного характера тем или иным распоряжениям принципиально зависит от воли супругов, поэтому теоретически все распоряжения могут быть взаимосвязанными или, наоборот, невзаимосвязанными1. Взаимосвязанность распоряжений также предполагается, если супруги назначили друг друга в качестве наследников или если один из
супругов сделал какое-либо имущественное предоставление в пользу
другого, и на случай, если последний окажется пережившим, сделано
распоряжение в пользу родственника или иного близкого лица первого
супруга (абз. 2 § 2270 ГГУ). Данную норму можно пояснить на примере: муж и жена имеют детей от предыдущих браков, а совместных детей
1
Чтобы избежать сомнений в том, какие распоряжения являются взаимосвязанными, а какие нет, немецкие юристы рекомендуют указывать это непосредственно в завещании (см.: Weirich H.-A. Erben und Vererben: Handbuch des Erbrechts und der
vorweggenommenen Vermögensnachfolg. S. 192).
104
Совместное завещание супругов по германскому законодательству
у них нет. Муж передал по завещательному отказу жене квартиру, приобретенную до брака, а жена на случай, если она окажется пережившей,
завещает эту квартиру ребенку мужа от первого брака.
Аналогичное правило действует в том случае, если супруги назначили
в завещании друг друга первоначальными наследниками, а окончательными наследниками пережившего супруга указали совместных детей1.
Все остальные распоряжения – например, о разделе имущества, назначении исполнителей завещания, лишении обязательной доли в наследстве и прочие являются по общему правилу полностью односторонними, на них не распространяются правила § 2271 ГГУ, и соответственно каждый из завещателей может самостоятельно изменить или
отменить их, даже если они зафиксированы в совместном завещании.
Они могут быть также изменены пережившим супругом.
Указанные нормы ГГУ позволили выделить в теории три основных
вида совместных завещаний: 1) одновременное совместное завещание
(das gleichzeitige oder äußerlich gemeinschaftliche Testament), содержание ко-
торого составляют распоряжения завещателей, не согласованные между собой; 2) взаимное совместное завещание (das gegenseitige (reziproke)
gemeinschaftliche Testament), распоряжения которого носят взаимный характер (т.е. сделаны в пользу друг друга), но могут быть свободно изменены каждым из супругов; 3) взаимозависимое совместное завещание (das
wechselbezügliche (korrespektive) gemeinschaftliche Testament), распоряжения
которого носят взаимный характер и действительность распоряжений одного из супругов зависит от действительности распоряжений другого)2.
Поскольку совместное завещание содержит в себе волю двух субъектов, то, следовательно, его отмена как целого акта (в том числе путем составления последующего завещания) одним лицом признается
недопустимой, но в то же время в силу одностороннего характера распоряжений каждого из супругов их односторонний отзыв до открытия наследства является возможным при соблюдении определенных
условий (абз. 1 § 2271, абз. 2 § 2296 ГГУ). Отзыв означает разрыв юридической связи между распоряжениями супругов. Из-за такого действия взаимосвязанные распоряжения другого супруга также становятся недействительными, в результате чего он приобретает способность свободно распоряжаться своим имуществом.
1
Graf H.L., Firsching K. Nachlaßrecht: Handbuch der Rechtspraxis. 8. Aufl. München:
C.H. Beck´sche Verlagsbuchhandlung, 2000. S. 85.
2
Erbrecht: Ein Lehrbuch / H. Lange, K. Kuchinke. S. 338; Münchener Kommentar zum
Bürgerlichen Gesetzbuch. S. 1674.
105
Е. Путинцева
При этом нельзя сказать, что факт отзыва завещательных распоряжений одним из супругов абсолютно безразличен другому. Несмотря на то что супруги, составившие совместное завещание, не связаны
взаимными правами и обязанностями, тем не менее, совершая данный юридический акт, они, безусловно, преследовали определенные
цели. В совместном завещании воплощены их надежды и ожидания,
определенные интересы, поэтому предусматривается, что отзыв возможен только посредством нотариально удостоверенного заявления,
сделанного второму супругу (абз. 2 § 2296 ГГУ). Уведомление второго
супруга об отзыве распоряжений предоставляет ему возможность для
своевременного реагирования на изменившиеся фактические обстоятельства и для составления нового распоряжения на случай смерти.
Супруги, как правило, проживают совместно или по крайней мере
одному супругу известно, где проживает другой, в связи с чем доставка уведомления об отзыве не должна вызывать затруднений. Если же
отношения между супругами прекратились путем развода, то совместное завещание утрачивает силу, как и любое другое распоряжение, сделанное в пользу бывшего супруга (§ 2077, 2268 ГГУ).
Взаимосвязанный характер отдельных распоряжений является главной особенностью совместного завещания, позволяющей отграничить его
от двух обычных завещаний супругов. В связи с указанным обстоятельством понимание сущности взаимосвязанности распоряжений имеет ключевое значение для раскрытия самого понятия совместного завещания.
В немецкой литературе можно встретить разные объяснения данного правового явления. Так, в отдельных источниках указывается,
что сущность взаимосвязанности распоряжений супругов заключается
только в связи мотивов1. При этом взаимосвязанность распоряжений
ни в коей мере не означает изменения правовой природы распоряжений в совместном завещании, не придает односторонним волеизъявлениям супругов договорный характер. Взаимосвязанность является
особым установленным на основании закона свойством отдельных
распоряжений совместного завещания, в результате возникновения
которого недействительность одного распоряжения влечет за собой
недействительность другого распоряжения2.
1
KG 1972 // NJW 1972. 2133–2137, см. также: Pfeiffer T. Das gemeinschaftliche Ehegatten-
testament – Konzept, Bindungsgrund und Bindungswirkungen // FamRZ. 1993. S. 1266–1282.
2
Buchholz St. Zur Verbindung von Ehevertag, Erbvertrag und gemeinschaftlichem Testament // Recht als Erbe und Aufgabe: Heinz Holzhauer zum 21. April 2005. Berlin: Erich Schmidt
Verlag GmbH & Co, 2005. S. 436–437.
106
Совместное завещание супругов по германскому законодательству
Изложенная позиция подверглась критике со стороны доктора Ганса Меркеля, с точки зрения которого указание на взаимосвязь мотивов
не позволяет в полной мере объяснить особенность совместного завещания. Совместные распоряжения обоих супругов являются существенным элементом совместного завещания, и последнее действительно только тогда, когда действительны все его существенные элементы.
Взаимосвязанные распоряжения формируют совместное завещание как
единый акт. При отпадении одного существенного элемента совместное
завещание, как и любая другая правовая форма, становится ничтожным1.
Несмотря на разницу в понимании вопроса о том, что послужило основой взаимосвязанности, можно с уверенностью сказать, что установление зависимости между некоторыми положениями совместного завещания основывается не на наличии договорной связи, а на представлении о необходимости защиты доверия (Vertrauensschutz) второго супруга.
В результате составления совместного завещания обязательство между
супругами не возникает, однако, безусловно, формирование воли одного
завещателя произошло под влиянием другого завещателя и с учетом сделанного им волеизъявления. Изменение или отмена второго волеизъявления будет означать изменение тех обстоятельств, из которых исходил
завещатель при подписании совместного завещания. Можно предположить, что если бы завещатель знал, что его супруг отменит или изменит
свое волеизъявление, то и он бы не стал принимать соответствующие распоряжения на случай смерти или сформулировал бы их иным образом.
После смерти одного из супругов начинает формироваться юридический состав наследственного правоотношения, в результате чего совместное завещание приобретает юридическую силу и характер одного из юридических фактов. Указанное обстоятельство влечет за собой ограничения
по отзыву завещательных распоряжений пережившим супругом. Обоснованием данного положения является представление о том, что возможность изменить свои распоряжения на случай смерти после смерти супруга при одновременном сохранении возможности получить имущество,
причитающееся по совместному завещанию, означает сознательное допущение недобросовестных действий со стороны пережившего супруга.
В сущности в описанной ситуации происходит получение выгоды одним
лицом за счет другого лица без какого-либо встречного предоставления,
при этом с нарушением воли последнего. Поскольку германское законодательство исходит из необходимости защиты доверия ранее умершего
1
Merkel H. Das gemeinschaftliche Testament. Augsburg: Schwäbische Verlagsdruckerei
G.m.b.H., 1930. S. 54–56.
107
Е. Путинцева
завещателя, то после его смерти взаимосвязанные распоряжения супругов приобретают обязательную силу, что в свою очередь влечет за собой
существенное ограничение свободы завещания пережившего супруга.
Для того чтобы снова получить возможность составлять распоряжения на случай смерти в отношении своего имущества, переживший супруг должен отказаться от всего, что причиталось ему по совместному
завещанию. Вместе с отказом свою обязательную силу теряют и взаимосвязанные распоряжения, после чего возможно составление нового
завещания с любым содержанием (абз. 2 § 2271 ГГУ). В этом случае недействительными становятся и взаимосвязанные распоряжения ранее
умершего супруга, что влечет за собой переход прав на его имущество
к наследникам по закону. В то же время изменение завещания в части
невзаимосвязанных распоряжений, например назначения исполнителя завещания, осуществляется свободно в любое время.
Сам по себе факт возникновения после смерти одного из супругов
обязательной силы у отдельных распоряжений, содержащихся в совместном завещании, не позволяет говорить о трансформации совместного завещания как одностороннего акта в договор. В указанной ситуации между супругами не возникает какого-либо обязательства или правоотношения, поскольку один из субъектов совместного
завещания к этому моменту умер.
Диспозитивный характер германского наследственного права проявляется и при определении характера сделанных супругами распоряжений и возможности включения в текст завещания различных условий и оговорок. Семейные отношения характеризуются высокой степенью индивидуальности, они с трудом поддаются типизации, поэтому
только сами супруги могут решить, какие распоряжения имеют для них
важное значение, а какие нет и какое именно содержание совместного завещания отвечает их интересам.
Несмотря на факт составления совместного завещания, каждый из
супругов может сохранить полную свободу распоряжения имуществом
на случай смерти, если они укажут в завещании, что ни одно из распоряжений не носит взаимосвязанный характер. В этом случае любой из супругов после смерти другого может полностью либо частично отменить
или изменить свои распоряжения на случай смерти. Нетрудно представить, что такая свобода действий может повлечь ущемление интересов
ранее умершего супруга, нарушение его ожиданий и надежд, особенно
если переживший супруг вступит в новый брак и это обстоятельство изменит его взгляды на жизнь. Однако в немецкой юридической практике были выработаны способы решения данной проблемы.
108
Совместное завещание супругов по германскому законодательству
В частности, описанных негативных последствий позволяет избежать специальная оговорка в завещании, согласно которой в случае повторного брака переживший супруг полностью или частично возвращает все наследство умершего супруга третьему лицу, указанному в завещании (чаще всего это дети). Возможность составления завещания
под отлагательным или отменительным условием прямо предусмотрена
в § 2074–2076 ГГУ. Возможна также оговорка, согласно которой переживший супруг в случае своего нового брака должен будет выплатить
определенную денежную сумму третьему лицу1.
Как уже отмечалось, немецкие правоведы выделяют среди совместных завещаний супругов в особую категорию так называемые берлинские завещания. О «берлинском завещании» говорят, когда супруги
указывают в завещании друг друга в качестве первоначальных наследников, а последующим наследником пережившего супруга – третье
лицо (чаще всего детей). Это завещание получило свое название, поскольку ранее было особенно распространено в Берлине.
При этом существуют два возможных варианта оформления наследственного правопреемства2:
1) в соответствии с принципом разделения наследственной массы;
2) в соответствии с принципом единства наследственной массы.
В первом варианте используется конструкция первоначальных и последующих наследников (Vor- und Nacherbe): переживший супруг назна-
чается первоначальным наследником, а дети – последующими наследниками; таким образом, дети получают право наследовать имущество только
после смерти пережившего супруга. При этом наследственная масса ранее умершего супруга не сливается с имуществом пережившего супруга.
Первоначальный наследник ограничен в праве распоряжения обособленной наследственной массой и связан определенными обязательствами.
Второй вариант: переживший супруг становится полноправным наследником, т.е. собственником имущества ранее умершего супруга, и может свободно распоряжаться им, а дети наследуют в обычном порядке после смерти второго супруга наследственное имущество как единое целое.
Очевидно, что определенный супругами порядок наследования может быть нарушен, если кто-либо из наследников реализует после смерти
первого супруга право на получение обязательной доли. Подобные риски
нивелируются в значительной степени специальными штрафными ого-
1
Meier-Kraut A. Zur Wiederverheiratungsklausel in gemeinschaftlichen Testamenten mit
Einheitslösung // NJW 1992. Heft 3. S. 143.
2
Graf H.L., Firsching K. Op. cit. S. 89.
109
Е. Путинцева
ворками. В частности, достаточно распространенным является условие,
в силу которого наследник, указанный в завещании в качестве окончательного и потребовавший обязательную долю после смерти первого супруга, исключается из числа наследников по закону и по завещанию, а следовательно, уже не будет иметь право претендовать на наследство после
смерти второго супруга (если только он не будет относиться к числу обязательных наследников второго супруга)1. Данная оговорка также представляет собой наглядный пример завещания с отменительным условием.
В соответствии с германским правом совместное завещание супругов может быть составлено в нотариальной или простой письменной
форме. При нотариальном удостоверении подобного завещания никаких принципиальных особенностей нет. Единственное отличие от простого завещания состоит в том, что в совместном завещании содержится воля двух лиц, поэтому при удостоверении необходимо одновременное присутствие обоих супругов. Совместное завещание составляется
в форме единого документа и подписывается обоими завещателями.
Если совместное завещание составляется без участия нотариуса, то
необходимо, чтобы один супруг написал завещание собственноручно,
а другой собственноручно подписал его с указанием времени и места проставления своей подписи (§ 2267 ГГУ). При этом составитель завещания
должен быть еще жив. Два отдельных завещания с идентичным содержанием, но не содержащие явно выраженных ссылок друг на друга, свидетельствующих о том, что распоряжения одного из супругов были сделаны с учетом распоряжений другого супруга и по согласованию с ним,
по общему правилу не рассматриваются в качестве совместного завещания. Однако в качестве объединяющего момента, позволяющего говорить
о совместном завещании, может выступать документ об изменении ранее
составленных отдельных завещаний, подписанный обоими супругами2.
Возможность составления совместного завещания супругов в простой
письменной форме подвергается в немецкой литературе вполне обоснованной критике, поскольку «минимальные требования к форме, установленные § 2267 ГГУ, и максимальные последствия касательно связанности
1
Если супруги в нотариально удостоверенном совместном завещании назначили
совместных детей в качестве окончательных наследников и это назначение связали
с оговоркой об обязательной доле, то при внесении в поземельную книгу (в государственный реестр прав на недвижимость) записи о правах окончательных наследников отрицательный факт незаявления ими своих прав на обязательную долю может
подтверждаться путем принесения ими присяги, удостоверенной нотариально (OLG
Frankfurt am Main. Beschluss vom 07.02.2013 – Az. 20 W 8/13 // OpenJur 2013. 33342).
2
OLG München. Beschluss vom 23.07.2008 – 31 Wx 34/08 // FamRZ 2008. 2234.
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]