Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:«Свои» и «Чужие» Франция перед лицом вторжения в 1814 году
.pdf
огню замок Серу. 29 марта погибло 34 жителя Венета, а общий
ущерб, как подсчитал через 50 лет новый мэр коммуны, составил
328 200 франков
1
. Убытки эти правительство Наполеона III мэру не
компенсировало. А вот в 1814 г. Людовик ХVIII разрешил жителям
Венета брать в Компьенском лесу все, что им необходимо для восстановления своих жилищ. Так деревня Венет была наказана за сопротивление и за убийство людей Гейсмара. Гусару Фиксону тогда удалось спастись.
О событиях дня мэр, не поставив о том в известность Отенена,
счел необходимым доложить военному министру. В частности, он
писал, что противник, видя, что никто не оказывает ему сопротивления, послал 50 человек в Венет, где они стали поджигать дома. Только
в час дня противник отошел2. Члены муниципалитета явно обвиняли
Отенена в бездействии. Гражданские лица еще более укрепились в
мнении, что пусть это военные сражаются между собой.
Проведя рекогносцировку, Гейсмар убедился, что без пехоты и артиллерии штурмовать Компьень невозможно. Запросив поддержку у
Бюлова, он стал бивуаком у Кювийи.
30 марта Бюлов еще только получил приказ от 29 марта. Он решил сосредоточить большую часть своих усилий на левом берегу
Уазы, куда направлены 5 батальонов пехоты под командованием генерала К. А. А. Крафта (Krafft)3. На правый же берег Уазы поддержать Гейсмара направлен из Нуайона полковник фон Зюдов (Sydow)
с несколькими эскадронами гусар и артиллерийскими орудиями.
31 марта началась осада Компьеня. Гейcмар в нетерпении с самого
утра устраивал различные демонстрации, но Отенен принял во внимание рекогносцировку Гейсмара 29 марта и, ожидая серьезной атаки, поставил часть своих войск перед мостом, на правом берегу Уазы,
контролируя дороги на Венет, Марньи-ле-Компьень, Клеруа и
Нуайон. Были прикрыты и броды через реку. Отряд Гейсмара ограничился обстрелом аванпостов французских войск; национальные
гвардейцы из департамента Нижняя Луара активно стреляли в ответ.
Под вечер прибыл отряд Зюдова: два кавалерийских полка, две роты
егерей, пехотный батальон и конная полубатарея. Гейсмар и Зюдов
мендант Отенен, который созерцал это несчастье сухим и равнодушным
взглядом и только около двух часов послал роту с двумя пушками на помощь.
Было уже поздно, несчастную деревню сожгли». См.: Caullier H. Op. cit.
P. 161.
1
Caillette de l’Hervilliers E. Op. cit. P. 69.
2
Caullier H. Op. cit. P. 161.
3
Ibid. P. 163; Reig V. Op. cit. P. 12.
281
решили подождать выступившую из Суассона 6-ю бригаду прусской
пехоты под командованием Крафта, которая была в районе КюизЛамота и планировала переправиться через Эну у Тросли-Брёя
(Trosly-Breuil), и разбили на ночь бивуаки
1
. К утру 1 апреля общее
число войск союзников под Компьенем, таким образом, насчитывало
до 8000 чел.
2
1 апреля кавалеристы Гейсмара дефилировали на высоты
Марньи-ле-Компьень, где поставили батарею из шести пушек. Левый
фланг Гейсмара опирался на прибывших накануне из Нуайона гусар,
расположившихся перед Клеруа еще с пятью пушками. К 8 часам
утра появилась колонна Крафта, которая поставила еще две батареи
из 12 и 18 пушек. Таким образом, у осаждающих было всего 41 орудие, но все они были малого калибра, и поэтому располагать их приходилось как можно ближе к городу на берегу реки3.
В то время как отряд Гейсмара, усиленный прусскими егерями,
возобновил свои атаки на город с левого берега Уазы, Крафт утром
1 апреля направил два батальона наступать на Компьень с суассонской дороги. Два других батальона Крафта, все же переправившись
через Эну, наступали со стороны Пьерфона (Pierrefonds), пятый батальон – по проспекту Бо Мон на парк Шато де Компьень. Начались
артиллерийский обстрел и оружейная перестрелка. На правом берегу союзники атаковали со стороны Марньи-ле-Компьень и Клеруа.
Зюдову для успешных атак не хватало пехоты; Гейсмар, видя это,
приказывает своим кавалеристам спешиться: атаки возобновляются
силами двух отрядов. Но захватить мост и ворваться в город не удалось. Крафт на левом берегу Уазы силами двух батальонов полка
Кольберга опрокинул аванпосты противника и подошел на километр
к городу. Контратака гарнизона была остановлена прусскими егерями. До 3 часов дня, несмотря на мощную артиллерийскую поддержку, пруссаки не могли добиться решительного перелома. Затем
Крафт велел начать общий штурм. Две роты стрелков и отряд фузилеров разобрали заградительные укрепления и приблизились к
Компьенскому дворцу, но большего добиться не удалось. Не имела
успеха и атака другой прусской колонны: дойдя практически до во-
1
Weil M.-H. Op. cit. Т. 4. Р. 244. Э. Флёри писал, что 31 марта Компьень, не
знавший о событиях в Париже и упорно отклонявший предложения о капитуляции, был атакован войсками, подошедшими из Мондидье, Нуайона и войсками Бюлова. См.: Fleury É. Op. cit. Р. 309. Но собственно атака начнется все
же на следующий день.
2
Caullier H. Op. cit. P. 163; Reig V. Op. cit. P. 12.
3
Caillette de l’Hervilliers E. Op. cit. P. 71. А. Колье насчитал у союзников
только 26 пушек.
282
рот города, она вынуждена была под огнем защитников отступить в
предместье
1
.
В итоге до конца дня Компьень взять так и не сумели. Крафт от-
вел свои войска к Ламоту, Гейсмар отошел к Кювийи.
Не всем французам хватало храбрости, некоторые национальные
гвардейцы дрогнули и хотели уже пуститься в бегство: когда капитан
Пиронно (Pironneau) в назидание другим заколол одного из них
шпагой, порядок был восстановлен. Даже некоторые горожане прониклись уверенностью Отенена и принялись разносить солдатам еду,
помогать раненым или даже транспортировать боеприпасы. В течение 1 апреля с 9 утра до 4 часов дня шли интенсивные схватки между
атакующими и защищающимися в пропорции 4 к 1 на левом берегу и
8 против 1 на правом берегу. Несмотря на численный перевес, союзники не добились успеха, город выстоял. Потери сторон в этот день
составили 45 убитых и 120 раненых у французов и 53 убитых и
450 раненых у союзников. Примерно в полтретьего Отенен был ранен и через 10 часов умер. Командование взял на себя майор Гийемен
(Guillemin)2.
Первый помощник мэра А. Лере писал, что позиция майора
Гийемена вселяла тревогу. Вынужденный принять на себя командование, он колебался между продолжением сопротивления и почетной капитуляцией (к чему склонялся мэр Ланкри). Лере слышал, как
Гийемен говорил командиру батальона вольтижеров молодой гвардии Леконту (Lecont) о необходимости «спасать город». Но Леконт
ответил, что он скорее похоронит себя под руинами, чем сдастся3.
Вечером 1 апреля Ланкри срочно собрал членов муниципалитета,
нотаблей и офицеров посовещаться на предмет, что делать дальше.
Однако, как писал Эскюйе, Леконт отказался от заключения всяческих договоренностей, по крайней мере, до утра4.
Мы видим, что и среди гражданской администрации города, и
среди военных не было однозначного мнения относительно продолжения сопротивления. Да и само взаимодействие гражданской и военной администрации проходило не без трений. «Moniteur Universel»
писала о большой активности добровольных разведчиков из
Компьеня. Так, 23 марта 15 добровольцев под командованием начальника почты Бове-сына (Beauvais) напали в лесу на отряд прусса-
1
Weil M.-H. Op. cit. Т. 4. Р. 245.
2
Caullier H. Op. cit. P. 165–166.
3
Ibid. P. 170.
4
Reig V. Op. cit. P. 12.
283
ков и убили четырех из них
1
. Но публикации в наполеоновской прессе имели четкую пропагандистскую цель: воодушевить население на
сопротивление путем соответствующих примеров. По факту же массовой записи в партизанские отряды, предусмотренной указом
Наполеона от 4 января, не произошло: отряд «Добровольных разведчиков Компьеня» насчитывал максимум 20 чел. Новый указ
Наполеона о наборе в армию от 5 марта также не нашел отклика в
департаменте Уаза2. По рапорту префекта Уазы министру внутренних дел от 28 марта, округ Компьень должен был набрать 1000 чел. в
армию, а удалось набрать только от 150 до 200 чел., которые к тому
же тут же дезертировали3. Во время сражения 1 апреля жители города напрямую в схватках не участвовали. Положение, выдвинутое
Анри Колье, что взаимодействие военных и гражданских стало одним из факторов успеха 1 апреля, выглядит несколько натянутым.
2 апреля осаждающие опять предложили компьенцам, потерявшим своего бравого командира майора Отенена4, капитуляцию, но
французы, не поверившие в падение Парижа, отказались5. 3 апреля
парламентер принес известие о сдаче 31 марта Парижа, и только
4 апреля гарнизон принял условия капитуляции и сдался.
На этом рейд отряда Гейсмара, собственно, и закончился. Из
Компьеня отряд Гейсмара совершил переход под Париж: он был расквартирован в Сен-Жермен-ан-Ле, где находилось тогда кавалерийское военное училище. Здесь Гейсмару придали дополнительно два
батальона пехоты и поставили задачу наблюдать за порядком в департаменте Уаза. Для этого 9 апреля Гейсмар переместился в Сен-
1
Moniteur Universel. 1814. 27 Mars. № 86. Р. 1–146.
2
Reig V. Op. cit. Р. 10.
3
Ibid. P. 12.
4
Ставший комендантом города в силу стечения обстоятельств командир
депо полка не нашел общего языка ни с супрефектом, ни с мэром, которые в
прошлом также были офицерами. С наступлением режима Реставрации о поведении Отенена вообще лучше было бы не говорить. Да и насколько его позиция соответствовала интересам и настроениям горожан? Но со временем в
глазах французских историков Отенен стал подлинным героем обороны
Компьеня. Любой другой имперский нарратив точно так же бы изображал
любого другого человека, до самого конца боровшегося с превосходящими
силами врага. Во времена Наполеона III одну из улиц города назовут именем
Отенена.
5
Новости о капитуляции Парижа запаздывали. Например, в Амьене
1 апреля очень волновались: почтовый дилижанс из Парижа в обычное время не прибыл, а прибывшие поздно вечером газеты сообщали лишь о новых
боях. Ни 2, ни 3 апреля не было ни одного курьера! Почта со свежими новостями из столицы пришла лишь 4 апреля.
284
Дени. 19 апреля отряд Гейсмара прибыл в Компьень, где был расформирован
1
. После заключения Парижского мира 30 мая 1814 г. Гейсмар
назначен командиром Чугуевского уланского полка, с которым в
1815 г. вернулся в Россию2.
* * *
Вообще говоря, рейд полковника Гейсмара за Рейном был действительно, как тогда выражались, «дерзновенный»3. Как писала о
Гейсмаре еще при его жизни одна энциклопедия, «он с большим рвением взялся за решение этой задачи, проникнув на территорию
Франции и не тревожась, что оставил у себя за спиной врагов, бился
с изолированными частями и вооруженными крестьянами, освободил много военнопленных, поставил в армию более 2000 повозок с
провиантом и взял город Сен-Кантен»4. В биографии Гейсмара, составленной его сыном, военный путь полковника по территории
Франции до Сен-Кантена описан пунктиром, но с акцентом на вклад
отца в общую победу над Наполеоном: «Беспрестанно двигаясь все
далее и далее вглубь Франции, последовательно занял с боя города:
Больбольи, Манкаселли, Сенполь, Цитадель, Дулана, Роа, Ноион,
Монтидье, крепость Сенкантен и, наконец, С. Жермен. <…> Гейсмар
лихими кавалерийскими наездами страшно обессилил французские
войска, и не дал вновь образуемым отрядам вполне сформироваться.
Уничтожая в тылу отступавшей армии телеграфы, мосты, ловя неприятельских курьеров и проч., он всевозможными средствами старался задержать противника на каждом шагу и таким образом дал
союзникам полнее довершить Лейпцигский погром великой армии»5.
Значение рейда летучего отряда Гейсмара в кампании 1814 г. отмечали и некоторые историки, акцентируя, впрочем, не столько личные заслуги Гейсмара, сколько объективное положение вещей и недостатки наполеоновской администрации. Бовиле, в частности, в
своей «Истории Мондидье» писал, что дезорганизация, которая царила в стране, была такой, что этой горстки казаков было достаточно,
чтобы в течение месяца держать департамент в шоке. Они проезжали
деревни, маленькие городки, приводили в расстройство общественные службы и требовали таких реквизиций, каких даже при доброй
1
Дыбов С. В. Указ. соч. С. 119–120.
2
Гейсмар В. Указ. соч. С. 730.
3
Там же.
4
[C. L.] Geismar // Encyclopédie des gens du monde... Т. 12. Р. 242.
5
Цитируется, сохраняя орфографию и пунктуацию. См.: Гейсмар В. Указ.
соч. С. 730.
285
воле не всегда возможно было обеспечить
1
. И, пожалуй, только специально занимавшийся изучением действий легкой кавалерии в
1814 г. Вейль не поскупился на комплименты в адрес барона. Как
считал этот историк, за исключением неудачи в Касселе, рейд
Гейсмара благодаря быстроте переходов, отваге и энергии можно
считать образцовым2. Повсюду, где проходил его отряд, Гейсмар производил реквизиции от имени Бюлова и каждый раз, как появлялась
возможность, отправлял реквизированное в 3-й корпус. Как писал
Вейль, один этот отряд доставлял в Силезскую армию продовольствия и фуража больше, чем все армейские функционеры с их приказами и ордерами. И вообще корпус Бюлова многим обязан уму и
энергии кавалеристов Гейсмара3.
Высоко оценил действия Гейсмара и Лануар. Обращая внимание
на небольшую численность отряда Гейсмара, этот историк полагал,
что задачи перед этим русско-немецким отрядом, тем не менее, стояли весьма важные: «разделить прикрывавшие Лилль войска генерала
Мезона от войск, защищавших столицу, поддерживать роялистское
восстание и облегчить в некоторой степени параллельным движением марш прусского корпуса Блюхера». Чтобы добиться в этом деле
успеха, нужно было действовать очень быстро. И мы видим, что, по
крайней мере, во время первой части своего рейда Гейсмар двигался с
удивительной скоростью4.
Что касается вклада в успех рейда отряда Гейсмара «идейного роялиста» Луи Фрюшара, то Фошиль был склонен его несколько преувеличивать (как и влияние на ход событий роялистов вообще).
А тот же Лануар оценивал роль Фрюшара как «более гротескную,
1
Beauvillé V. Op. cit. Р. 435.
2
Weil M.-H. Op. cit. T. 4. Р. 452.
3
Ibid. T. 3. P. 300. О значении продовольственной проблемы для союзных
войск и недостатках работы «армейских функционеров» писали многие авторы, в частности А. И. Михайловский-Данилевский: «Союзные армии не имели за собой ни магазинов, ни надежных переправ через Рейн. <…> Нам надлежало бороться не с одними неприятельскими войсками, но и нуждами,
преимущественно же с недостатком продовольствия, в котором встречали
тем больше затруднения, что распоряжения на этот счет начальств, принадлежащих различным Державам, нередко противоречили одни другим». См.:
Михайловский-Данилевский А. И. Указ. соч. Т. 1. С. 14–15.
4
Lanoire E. Op. cit. Р. 280. За сутки приходилось преодолевать до 65 км
при радиусе действия казачьих дозоров до 20 км. Ср.: Дыбов С. В. Указ. соч.
С. 119.
286
чем возвышенную», и полагал, что в военном отношении Гейсмар и
без него сделал бы все то, что он сделал
1
.
По всей видимости, Фрюшар еще до штурма Компьеня оставил
кампанию Гейсмара и вернулся в свой родной регион2. По крайней
мере, о присутствии Фрюшара под Компьенем ничего не известно.
Флери писал, что 3 апреля Фрюшар совершенно точно уже был в
родных краях, в Стенворде (Компьень – в 75 км от Парижа, а
Стенворд – в 259 км), и есть все основания полагать, что Гейсмар с
Фрюшаром до Компьеня уже расстались3.
Как писал Фошиль, вернувшийся в родные края Фрюшар мог бы
быть доволен увиденным в департаментах Норд и Па-де-Кале. Здесь
царил триумф анархии. Мятежники, как и раньше, нападали на обозы, грабили чиновников, жгли официальные бумаги4.
Когда Наполеон в 1815 г. вернет себе на сто дней власть во
Франции, появятся различные рапорты, составленные с надеждой на
компенсацию потерь от грабежей весны 1814 г.
В одном таком рапорте указано, что 8 марта во Вьё-Беркене налоговый инспектор, направлявшийся в Мёрвиль, был атакован бандой
мятежных конскритов, которые отобрали у него 194 франка 79 су.
Подтверждением служили сертификат мэра и протокол, составленный налоговым инспектором и подписанный мэром, его заместителем и несколькими гражданами, подтверждающий факт насилия над
чиновником. Контролер налогов и супрефект ходатайствовали, чтобы означенная сумма была возмещена налоговому инспектору из
Вьё-Беркена. В резолюции по этому рапорту факт насилия сам по себе не опровергается, но указано, что в предоставленных бумагах не
названы мотивы, по которым инспектор с означенной сумой в кармане направился из Вьё-Беркена в Мёрвиль, вместо того чтобы запереть деньги в своей кассе. Поэтому его запрос на компенсацию не может быть удовлетворен5.
Лануар это происшествие 8 марта описал несколько иначе. По его
версии, утром того дня сборщик налогов в сопровождении 25 жан-
1
Lanoire E. Op. cit. Р. 269.
2
С. В. Дыбов пишет, что отряд повстанцев Фрюшара «отделили» от отряда Гейсмара только 19 апреля в Компьене, а в другом месте, что Фрюшар
«вступил в Париж вместе с победоносной русской армией». См.: Дыбов С. В.
Указ. соч. С. 120, 145.
3
Fleury É. Op. cit. Р. 308.
4
Fauchille P. Оp. cit. Р. 309.
5
A.D.N. Ser. 8. R 5. В этой же папке хранится свидетельство мэра, подтверждающее факт ограбления бандой призывников-уклонистов 8 марта во
Вьё-Беркене налогового инспектора на сумму 194 франка 79 су.
287
дармов отправился во Вьё-Беркен. Все прошло мирно, и к обеду жандармы уехали. Но сборщик налогов не успел покинуть коммуну, как
его окружила толпа в 200 чел., среди которых было много людей призывного возраста. Только что собранные налоги – около 200 франков – у чиновника отобрали, а ему самому велели больше не появляться в этой коммуне
1
.
Выступления против сборщиков налогов имели место и в других
коммунах. В коммуне Стенворд, где в 20-х числах февраля переночевала партия Пюклера-Мускау и которая была расположена в 20 км к
северу от родной Фрюшару коммуны Мёрвиль, 13 марта местные
жители собрались под окнами сборщика налогов Фукара (Foucart) и
исполнили фламандскую песню, заканчивающуюся припевом:
«Бегите, бегите, негодяи»2. Но Фукар этому совету не внял. 3 апреля
население коммуны Стенворд снова отправилось к Фукару: на сей
раз тот предпочел бежать. Протестующие вошли в дом сборщика налогов, поломали мебель, побили посуду, стащили одежду, обругали
жену. Только вмешательство мэра, который укрыл семью Фукара у
себя дома, восстановило порядок3.
Ближе к вечеру 3 апреля в коммуне появился Фрюшар в сопровождении 100 сподвижников. Он именовал теперь себя «генералом
призывников», действующим совместно с казаками. Жителям было
объявлено, что бояться им нечего, мэрия была обыскана, реквизированы городские барабаны, и утром отряд отбыл в направлении
Касселя4. Без остановки пройдя Сен-Сильвестр-Каппель (SaintSylvestre-Cappel) и Тердегем (Тerdeghem), в 3 часа пополудни под
бой барабанов он вступил в некогда не сдавшийся ему с Гейсмаром
Кассель. Здесь он представился как «Людовик XVII, защитник дела
Бурбонов». На все рассуждения помощников мэра Фрюшар отвечал
угрозами. С наступлением темноты он призывает горожан на центральную площадь и объявляет в присутствии своих сподвижников
на французском и фламандском, что буржуа ничто не угрожает и любой из его воинства, уличенный в насилии, будет наказан. Заявлено
также было, что скоро к нему прибудут около тысячи мятежников из
других коммун и партия казаков. Ночь прошла спокойно, никаких
подкреплений не было видно. Как писал в своем отчете от 5 апреля
генеральный секретарь префектуры Норда Боттен (Bottin), Фрюшар
больше походил на «деревенского дурачка», а его адъютант («пре-
1
Lanoire E. Op. cit. Р. 273.
2
Ibid.
3
Ibid. Р. 275.
4
Fauchille P. Оp. cit. Р. 310.
288
мьер-министр» – язвит чиновник) шумел еще больше «короля», но
казался не более опасным. Большинство из воинства Фрюшара больше походили на «потерянных детей», которых враги общественного
порядка соблазнили покинуть свои дома и следовать за королем.
Боттену показалось, что это войско можно «легко рассеять», но якобы лишь отсутствие информации о происходящем в Париже и страх
новой оккупации Касселя вынудили представителей власти «сдерживать негодование» и «терпеть оскорбления этого жалкого
канальи»
1
. Что же местные власти могли в той ситуации реально
противопоставить сотне мятежников, кроме сарказма и язвительности, умалчивается.
После того как стало известно об отречении Наполеона, Фрюшар
направился в Париж. Фошиль, описывая дальнейшую судьбу
Фрюшара, упомянул, что 25 апреля он появился в Париже якобы «в
сопровождении своего товарища по борьбе Гейсмара». Покинул же
Фрюшар Париж 7 июня, увозя с собой полученный накануне серебряный орден Лилии. Украшенный этой наградой, он и появился
11 июня 1814 г. в родном Мёрвиле2. Фрюшар приступил к поискам в
округе более большой фермы, чем та, что была у его семьи. Он успел
только купить ферму своей мечты под Сент-Омером, но не успел туда переселиться, как стало известно о бегстве Наполеона с Эльбы и
его продвижении к Парижу.
Новоиспеченный обладатель серебряных Флер-де-Лис отправился со своими товарищами в Лилль, чтобы предложить свои услуги
королевскому правительству. Но и императорские власти не забыли
Фрюшара. Генерал Вандам, чей дом обыскивали подручные
Фрюшара и Гейсмара, направил 40 жандармов для его поимки.
Ферму Фрюшаров несколько раз обыскали, разместили там в засаде
28 солдат, угнали скот, вывезли мебель... Фрюшар за несколько часов
до прибытия жандармов получил письмо от Людовика ХVIII с приглашением присоединиться к нему в Генте. И он не стал медлить.
В Генте он был представлен графу д’Артуа, затем направлен к герцогу Беррийскому в Алст, затем под Армантьер (Armentières), в
20 км от Мёрвиля, чтобы проводить здесь разведку, распространять
прокламации, агитировать в пользу Бурбонов. 10 июня 1815 г. (за неделю до сражения при Ватерлоо) ему поручили сформировать роту
«королевских добровольцев». В новой кампании ему помогали его
братья Селестен и Бенуа. Его отряд действовал в округе Эстэра,
Байёля, Мёрвиля, Сен-Венана, Бетюна. 27 августа 1815 г. его востор-
1
Ibid. Р. 313.
2
Ibid.
289
женные поклонники под крики «Да здравствует король!» вручили
ему в замке Ассиньи (Assignies) картину, на которой были изображены четыре всадника: Людовик ХVIII и братья Фрюшары1.
Вернувшись на трон, Людовик ХVIII вызвал Фрюшара в Париж.
Ему возместили убытки, понесенные его хозяйством, и назначили
ренту в 1800 франков. Известие об этом было даже напечатано в
«Journal du département du Nord» от 24 марта 1816 г.2 Но на этом милости не кончились. 9 ноября 1816 г. Фрюшар награжден орденом
Почетного легиона. В 1822 г. он стал капитаном роты королевской
охраны3. Уволен был из армии только по приказу Луи-Филиппа
Орлеанского. Умер Луи Фрюшар 8 января 1851 г. в Лестреме
(Lestrem), в доме у своей сестры Катерины4.
Такова судьба Фрюшара – то ли «идейного и потомственного роялиста», то ли «опасного и даже кровожадного бандита, который в любое другое время мог бы оказаться на эшафоте, а оказался награжденным орденами Лилии и Почетного легиона»5.
1
Fauchille P. Оp. cit. Р. 316–318.
2
Journal du département du Nord. 1816. N 84. 1816. 24 Mars. Р. 1.
3
Harrau (l’abbé). Оp. cit. Р. 501; Fauchille P. Оp. cit. Р. 319.
4
Fauchille P. Оp. cit. Р. 46.
5
Lanoire E. Op. cit. Р. 261.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]