Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:1814 год «Варвары Севера» имеют честь приветствовать французов
.pdf
называл Минере, «зоны оккупации» с тремя комендантами: на юге –
русские, в центре – пруссаки, на севере – австрийцы
1
. Был устроен
госпиталь для больных и раненых2.
Стинакер почти не преувеличил: все народы Европы были представлены в этом несчастном городе. Даже самые широкие улицы
Лангра запружены экипажами и повозками с багажом3. Как выразился Лефевр де Беэн, Лангр стал «временной столицей союзников»4.
Товары в местных магазинах очень быстро раскупили, цены выросли. Клэр Оберив ссылается на манускрипт, посвященный «вторжению 1814 г.», в котором, в частности, речь идет о росте в течение нескольких недель стоимости жизни для местного населения в три
раза5. В поисках продуктов питания гости города (да, видимо, и не
только гости) часто обращались к многочисленным маркитантам, которые «расположили свои повозки на улице Шамбо, продавая на вес
золота кофе, ром и водку». Цыпленок величиной с кулак продавался
за 8 франков.
Р. Брокар, ссылаясь на свидетельство П. Жакюино, отмечал:
«Поведение русских штабных офицеров было безупречно; среди них
было некоторое число французов, эмигрировавших во времена
Революции. <…> Что касается собственно войск, они были очень
разношерстные, некоторые совсем дикие, пришедшие из самых отдаленных регионов необъятной империи»6. Здесь уточняется, что «дикари» – «казаки Платова» с их «верблюдами, луками и стрелами».
П. Жакюино свидетельствует, что император Австрии искал себе
в городе профессора музыки, чтобы тот с его поваром и еще двумя
любителями-музыкантами сыграли скрипичным квартетом.
Каждому за такое выступление платили по дукату. Король же
Пруссии жил не столь утонченно: ему играл вечерами под окнами военный оркестр7. Александр I не гнушался в окружении своих генералов прогуливаться по улицам города, весьма куртуазно приветствуя
жителей. Однажды порыв ветра сорвал с его головы треуголку с плю-
1
Mignere S. Précis de l’histoire de Langres... Р. 257. То же см.: Brocard R.
Alexandre Ier, Tsar de Russie… Р. 95.
2
Казаков И.М. Поход во Францию 1814 г. … С. 528.
3
Steenackers F.-F. Op. cit. Р. 44.
4
Lefebvre de Behaine F.F.E. Le comte d’Artois… Р. 75.
5
Auberive C. Une maison de Langres et ses hôtes...
6
Brocard R. Alexandre Ier, Tsar de Russie… Р. 95.
7
Другой источник также свидетельствует о любви царственной особы
к музыке. Письмо мэра Лангра Гюйо де Сен-Мишеля Л.-М. Роуайе от 12 июля 1814 г. см.: Une maison de Langres et ses hotes…
341
мажем, и, как свидетельствует устная традиция, одна юная девушка
подняла ее и вернула владельцу, получив за такой «жест коллаборационизма» искреннюю императорскую благодарность
1
.
Делеке де Шанже также позволил себе сравнительные наблюде-
ния: австрийский император предпочитал выезжать в сопровожде-
2
нии князя Лихтенштейнского
или князя Эстерхази3. Александр I
предпочитал выезжать один. Повстречав на своем пути дам, он вежливо им кланялся и непринужденно перебрасывался парой фраз. Он
оставил несколько «следов своей гуманности и человечности».
Говорят, что несколько раз ему кричали: «Да здравствует император!». А вот присутствие прусского короля не вызвало никакой сенсации. Он был далек от того благородства, что демонстрировали два
других суверена4.
Оккупация Лангра не только оказала гнетущее воздействие на
защитников соседних городов (Шомона и др.): она воодушевила
местных противников императорской власти. По приезду
Александра I местные роялисты образовали комитет, в заседаниях
которого принимали участие два адъютанта русского императора
полковники Рошешуар и Рапатель – бывшие эмигранты. Нацепив
белые кокарды как символ Бурбонов, эта небольшая группка роялистов хотела в сопровождении двух или трех русских кавалерийских
полков промаршировать в сторону Осерра или Тоннера. Александр
I пресек эту попытку. Комитет ограничился тем, что послал
Людовику ХVIII в Англию письмо с заверениями в своей преданности и лояльности5.
...В ночь с 28 на 29 января из Шомона доложили, что Наполеон
перешел в наступление. 29 января за час до рассвета Александр I покинул город и отправился в Шомон6. Перед отъездом мадам Бише де
1
Brocard R. Alexandre Ier, Tsar de Russie… Р. 96.
2
Вероятно, имеется в виду австрийский фельдмаршал князь Алоиз Гон-
зага Лихтенштейнский.
3
Австрийский фельдмаршал, князь Миклош Иосиф Эстерхази де Га-
лата.
4
Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois en 1814… Р. Брокар предположил, что интерес Александра I к Лангру был повышен из-за того, что это была родина Дидро, которого в свое время Екатерина II приглашала в Санкт-Петербург и который мог бы стать учителем Александра.
5
Brocard R. Alexandre Ier, Tsar de Russie… Р. 96.
6
Михайловский-Данилевский А.И. Описание похода во Францию… Т. 1.
С. 77; Mignere S. Précis de l’histoire de Langres... Р. 258; Brocard R. Alexandre Ier,
Tsar de Russie… Р. 98. Император Австрии покинет Лангр 3 февраля.
342
Шалансе получила от него великолепный изумруд в окружении
бриллиантов, а ее дочь – бриллиантовую заколку с рубином
1
.
Большое впечатление на французов произвели иррегулярные
вой ска союзников. Возле места под названием Бланш-Фонтен, где
любили прогуливаться горожане, писал автор «Истории Лангра»,
был разбит «лагерь тех диких орд, которые русские всегда таскали за
собой. Вид этих варваров, вооруженных луками и стрелами и восседавших на дромадерах, позволял думать, что вернулись старые времена, эпоха, когда Аттила командовал разрушением города
лингонов»2. Башкиры, казаки, калмыки, крымские татары русского
императора – все это вдруг стало составной частью повседневной
жизни Европы…
Не только город, но и вся округа Лангра была заполонена войсками союзников. До поры до времени резонансных конфликтов с местным населением не было. Князь Д.В. Голицын пишет из деревни Ла
Карт3 20 января: «…Что до жителей, то невероятно, как они нас встречают. <…> Они смотрят на нас как на освободителей и не просят ничего взамен»4.
Конечно, без эксцессов, видимо, все же не обошлось. С. Минере
упомянул, что казаки «пронеслись по деревням», а потом устроили
у городских ворот Лангра базар, на котором горожане не брезговали
скупать у казаков награбленное в соседних деревнях…5 и Минере
1
Brocard R. Alexandre Ier, Tsar de Russie… Р. 97. Это была традиция – отблагодарить так или иначе хозяйку дома за гостеприимство. В 14 км к северу
от Поррентрюи по дороге на Бельфор расположен небольшой (около 300 домов) городок Дель. 16 января сюда прибыл с генералами и штабными офицерами Александр I (плюс еще охрана – 400 пехотинцев и 2000 кавалеристов).
На следующий день, 17 января, отслужили православный молебен в здании
мэрии. Император выслушал жалобы и просьбы жителей. Хозяйка дома,
в котором ночевал Александр I, просила его за своих отправившихся на войну трех сыновей на случай, если те будут пленены. Александр I обещал свое
покровительство и просьбу свою сдержал: в ближайшее время один из сыновей этой женщины действительно был задержан, но освобожден по личному
вмешательству русского императора. См.: Heyer V. Dernières batailles
napoléoniennes dans le Haut-Rhin… Р. 108–109. Вслед за Александром I переночует в городе и император Австрии (с 22 на 23 января), а король Пруссии
проедет без остановки.
2
Mignere S. Op. cit. Р. 258. Стинакер дословно повторил эту метафору
Минере. См.: Steenackers F.-F. Op. cit. Р. 44.
3
Примерно в 20 км по прямой из Лангра по дороге на Везуль.
4
Петерс Т. С полей сражений. 1812–1815 гг. М., 2012. С. 277.
5
Migneret S. Op. cit. Р. 258. Минере вторит Стинакер: «Казаки наведались
в соседние деревни и вывезли оттуда на своих лошадях отнятую у крестьян
343
здесь больше удивляет даже не поведение казаков, а беспринципное
поведение его соотечественников. Р. Брокар, со своей стороны, признавал, что в городе дисциплина у казаков была строгая: их наказывали кнутом, в то время как пруссаки своих провинившихся – шпицрутенами
1
. Видимо, союзники не только продавали, но и покупали.
В одном из обзоров «Археологического и исторического общества
Лангра» упоминаются гобелены и витражи из кафедрального собора
Лангра, остатки которых еще существовали в 1814 г. во время оккупации и были «проданы российским офицерам, которые увезли их
в свою страну»2.
Возможно, дисциплина ослабла после отъезда Александра I из
Лангра, а возможно, поддерживать дисциплину в отдаленных от начальства пунктах было сложнее. Но Минере уверял, что коммуны
Перансе-ле-Вьё-Мулен и Нуадан-ле-Рошё, находившиеся в 5–6 км к
востоку от Лангра, были разграблены некоторыми из «банд
казаков»3. Крестьяне из этих коммун попросили помощи в соседних
деревнях и через несколько часов образовали внушительную вооруженную толпу. Когда она прибыла в разграбленные казаками деревни, тех там уже не было, но в этот момент показался русский обоз,
направлявшийся к Перансе-ле-Вьё-Мулену и Нуадан-ле-Рошё.
Крестьяне же, полагая, что идут очередные грабители, набросились
на них и убили 15 человек, а остальных обратили в бегство в Лангр.
Это событие отмечено Минере как «Убийство русских обозных под
Нуаданом». Стинакер пересказывает этот случай, обозначив его как
«Атака одного русского отряда крестьянами у Вьё-Мулена». Он подкрепляет сноской на Минере сведения из писем П. Дардена о росте
крестьянского сопротивления: «…жители многих деревень прятались
в лесах и не боялись нападать на изолированные отряды или конвои», хотя это и вызывало опасность репрессий4.
добычу к импровизированному рынку, устроенному у городских ворот; горожане же «не боялись извлекать выгоду из такой торговли награбленным».
См.: Steenackers F.-F. Op. cit. Р. 44.
1
Brocard R. Alexandre Ier, Tsar de Russie… Р. 95.
2
Bulletin de la Société historique et archéologique de Langres. 1914. N 91.
Р. 439.
3
Migneret S. Op. cit. Р. 261.
4
Минере в своей «Истории Лангра» подтверждает это наблюдение Дарденна: «…поступки того же порядка и даже более смелые имели место и в других случаях. В различных рапортах из военного архива мы находим множество выразительных свидетельств озлобленности, которая овладела населением». См.: Migneret S. Op. cit. Р. 261. Стинакер цитирует рапорт Пире,
в котором сообщалось, что крестьяне «на десять лье в округе» объединяются
344
Вскоре из Лангра во Вьё-Мулен прискакал эскадрон австрийских
егерей с приказом арестовать всех виновных в нападении на обозных, кого найдут. В итоге «несколько стариков» были отправлены
в Лангр. Между тем русские согласились, чтобы суд над ними был
осуществлен по французским законам и в присутствии французского комиссара. После нескольких недель разбирательств этих крестьян освободили
1
.
После отступления французов в Лангр перестали поступать
французские газеты, население жило в информационной изоляции.
Единственные новости – пленные французы, которые стали прибывать после сражений при Бар-сюр-Обе, Бриенне, Ла-Ротьере. Среди
прочих здесь оказался и представитель знаменитого рода, давшего
Франции много видных маршалов, генералов и пэров, граф
Эммануэль де Косе Бриссак. Циркулировали многочисленные слухи: 29 января откуда-то стало известно, что якобы Платов был уже
под Орлеаном (но то был отряд под командованием А.Н. Сеславина);
20 февраля об этом снова говорили. Как-то в город прибыла некая
«мадам Платова» (Mme Platow), которая квартировала в доме у сборщика налогов г-на Бертона, где и разрешилась бременем2. Делеке де
Шанже в своих мемуарах также упомянул, как у него останавливался генеральный интендант русской армии и будущий министр финансов России Е.Ф. Канкрин: «человек по своим манерам очень простой, но умный», даром, что немец3.
Когда стало известно о неудаче союзников под Ножаном
и Монтро, это вызвало не радость, а лишь новые опасения: повсюду
мы видим людей, пишет Делеке де Шанже, которые предвидят отступление союзнических войск и, как следствие, новые несчастия для
в отряды и наказывают врага за посеянный им террор: в Бурбоне, Нёфшато,
Бассиньи, Барруа царит «дух брожения», отовсюду приходят люди и просят
оружия, боеприпасов, офицеров. См.: Steenackers F.-F. Op. cit. Р. 168–169. Все
это, возможно, было и так, но рапорт Пире датирован не январем, а 28 марта,
когда была уже совсем другая обстановка. Упоминаемый Стинакером арест
у стен Лангра патрулем союзников двоих крестьян, вооруженных пистолетом и палкой, произведен в соответствии с приказом Шварценберга от
10 марта.
1
Migneret S. Op. cit. Р. 262.
2
5 февраля она приедет в Нёфшато, где пробудет до 23 марта. Ни в одном
из списков рождения или смерти из архива муниципалитета Лангра о рождении кого-либо у «мадам Платовой» нет ни намека. Хотя случаи смерти иностранных солдат фиксировались; например, запись от 17 января свидетельствует о смерти 25 солдат из разных полков союзников и испанских заключенных, 26 января – новая запись о смерти еще 11 испанских заключенных.
3
Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois en 1814…
345
города
1
. Чувства патриотизма (там, где они были) и самосохранения
вступили в противоречие: никто не хотел видеть в городе отступающих голодных и злых солдат союзников. Ожидали несчастий еще
больших, чем при первом их появлении. 26 февраля вокруг Шанже
разбили бивуаки части Барклая де Толля и Милорадовича: запасы
продовольствия были израсходованы за два дня. 2 марта русская кавалерия квартировала в Шарме: сгорела местная мельница…
«Горожане старались вечерами не отходить далеко от дома из опасения быть принятыми патрульными солдатами за разведчиков. <…>
Только к середине марта ситуация в городе стала относительно комфортной и допускала вечерние променады»3.
П. Жакюино рассказывает еще одну историю с супругой одного
из адъютантов Александра I генерал-лейтенанта графа К.О. Ламберта,
которая прибыла из Шомона в Лангр в момент временного отступления союзников. Будучи беременной, она привезла с собой из Шомона
акушерку. После родов акушерка была отблагодарена 30 дукатами,
ей выделили экипаж для возвращения домой. Но в Шомон из Лангра
она не вернулась. Муж ее начал розыски и обнаружил, что две русские служанки, видя щедрость своей хозяйки по отношению к акушерке, коварно убили ее по дороге домой, дукаты забрали себе, а тело сбросили в Марну. Преступницы в кандалах были отправлены
в Россию для наказания4.
25 марта в Лангре становится известно, что Шомон занят французским авангардом генерала И.-М.-Г. Пирэ. Союзники же распускали слух, что Наполеон разбит под Арси-сюр-Обом, и это только один
небольшой отряд его армии вошел в Шомон. Но одновременно с такими успокоительными заверениями гарнизон союзников, состоящий тогда из двух батальонов ландвера5, заблокировался в городе,
2
1
Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois en 1814…
2
В 7 км к северо-северо-востоку от Лангра, на берегу озера Шарме. Кох
писал, что еще 18 января штаб-квартира Барклая де Толли была установлена
в Фейл-Бийо, а его войска расположились между этой коммуной и Портсюр-Соном. Последующие дни были посвящены маршам и контрмаршам,
чтобы установить линию корпуса между Фейл-Бийо и Рансоньере, что в
19 км к северу от Фейл-Бийо. См.: Koch Fr. Op. cit. Р. 103.
3
Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois en 1814…
4
Brocard R. Alexandre Ier, Tsar de Russie… Р. 99.
5
Ими командовал князь Кевенхуллер. Отношения с этим командиром
ландвера у местной администрации сложились весьма дружеские. Квартировал принц Кевенхюллер у г-на Шамблэ. После окончания службы, вернувшись к себе домой, он отправил в Лангр хозяину своей квартиры и мэру города ящик с фазанами, о которых и через 25 лет мемуарист вспоминал, как об
346
закрыв ворота и ужесточив пропускной режим: 27 и 28 марта потребовалось специальное разрешение, чтобы похоронить на кладбище за
пределами города капитана Шарля де Ливе, который лечился здесь
от тифа, да так и не вылечился
1
.
Между тем «в конце марта деревни в округе Лангра начали восставать. Жители Ла Карта и Прессини2 укрылись в лесах, откуда выходили на дорогу и грабили экипажи, принадлежавшие императору
Францу3. И не надо полагать, что другие экипажи они не грабили…
Впрочем, уже 29 марта стало известно, что французы Шомон
оставили, ситуация стала проясняться: звезда Наполеона померкла. 7 апреля вечером стало официально известно о капитуляции
Парижа, 6 июня опубликовали условия мира, а 15 июня в Лангр вернулись французские войска – 23-й полк пехоты. Никаких проблем
у них с австрийским гарнизоном не было. Комендантом Лангра был
назначен барон Бише де Шалансе, Берто вернули функции супрефекта. Последние иностранные солдаты, в том числе русский майор
барон Болен со своим адъютантом, покинули Лангр 26 июня 1814 г.:
165 дней оккупации закончились4.
4.2. Сатана и его подручные у костра в Шомоне
В присутствии царственных особ
В 230 км к западу от Парижа, на реке Марна, расположился административный центр департамента Верхняя Марна Шомон, который
в последние годы наполеоновской Империи насчитывал около
6000 жителей. В ходе кампании 1814 года город находился на периферии юго-восточного театра военных действий, каких-либо разрушений не испытал, но был оккупирован, и за месяцы оккупации шомонцы увидят много чего интересного и испытают массу эмоций.
Они будут, в частности, лицезреть на улицах своего города и знаме-
«очень хороших». См.: Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois
en 1814…
1
Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois en 1814… с 17 января по 24 июня 1814 г. в городе умер 431 человек. Эта цифра уже сама по
себе позволяет говорить о степени распространения инфекционных заболеваний, а также о тяжести условий, в которых выживало население. Анализ
статистики отказа от детей также подтверждает эту ежедневную нищету.
2
Прессини была расположена в 4 км к юго-западу от Ла Карта по другую
сторону дороги Лангр-Везуль, на опушке леса.
3
Delecey de Changey Ch. Souvenirs d’un notable Langrois en 1814…
4
Brocard R. Alexandre Ier, Tsar de Russie… Р. 99.
347
нитых казаков, и суверенов России, Австрии и Пруссии, которые
пробудут здесь с небольшими перерывами с 29 января по 14 марта
Шомону довелось стать местом подписания одного из главных дипломатических документов эпохи – «Шомонского трактата».
Трактат этот прославил город больше, чем его защитники. Историкам
наполеоновских войн хорошо известен пассаж мэтра французской
историографии Анри Уссэ, в котором тот жалуется на покорность
и инертность духа французов в 1814 г. и в качестве примера среди
прочих городов упоминает Шомон, сдавшийся только одному вюртембергскому офицеру!
2
Еще более прославили город с точки зрения мемуаристики кампании 1814 года письма одного из его жителей – Пьера Дарденна
(1768–1857). Выходец из скромной семьи ремесленников и торговцев Тулузы, он стал священником, затем главным редактором умеренно якобинской газеты в том же городе, потом профессором в центральной школе в Арьеже. В 1811 г. Дарденн был назначен в Шомон,
где через 45 лет и умрет. В местном колледже он занимался математикой, физическими и естественными науками. С 1815 г. работал библиотекарем. Республиканец Дарденн в серии писем (64 письма)
своему старому приятелю фармацевту, проживавшему на юго-востоке Франции в Арьеже, описал оккупацию Шомона начиная с 19 января по 21 апреля 1814 г., день за днем, почти час за часом3.
Впервые сочинение Дарденна было опубликовано отдельными
письмами в 1832–1833 гг. на страницах местного издания Le citoyen
de la Haute-Marne. Затем в 1835 г. под заголовком «Исторические
письма, написанные в 1814 в Шомоне» небольшим тиражом вышла
отдельная брошюра в 112 страниц4.
С 1830-х гг. письма Дарденна стали хорошо известны современникам и историкам. Они достаточно обильно цитировались различными авторами во второй половине ХIХ – начале ХХ в. и легли в основу всех работ, так или иначе касающихся истории оккупации
Верхней Марны в 1814 г.
1
.
1
В целом же первая оккупация Шомона длилась до 17 июня с небольшим перерывом: 25 марта французы на несколько дней вернут себе город, но
уже 28 марта союзники вновь войдут в Шомон и оставят здесь до окончания
военных действий небольшой гарнизон.
2
Houssaye H. Op. cit. Р. 15.
3
Steenackers F.-F. Op. cit. Р. 189.
4
Lettres historiques écrites en 1814, de Chaumont, chef-lieu du département
de la Haute-Marne, lors de l’occupation de cette ville par les troupes allies.
Chaumont, 1835.
348
Их использовали и С. Минере
1
, и К.Э. Жолибуа2, и Ж. Карнанде3.
Особенно охотно ссылался на Дарденна Франсуа Фредерик
Стинакер4. Их упоминал также известный исследователь и публикатор разнообразных мемуаров Этьен Лоредан-Ларше
6
некоторые пассажи из них и А. Уссе
, который, впрочем, цитировал
5
. Воспроизводит
их исключительно по книге Ф. Стинакера. Затем о них вне рамок локальной истории подзабыли (возможно, из-за того, что издание стало библиографической редкостью).
Возрождение интереса к сочинению Дарденна связано с его переизданием в 2008 г., осуществленном Ж. Антрэ7. Антрэ полагает, что
забвение этого источника несправедливо. По его мнению, письма
Дарденна занимают совершенно особое место среди других мемуаров эпохи: они написаны гражданским, а не военным, как в большинстве случаев, и не чиновником, который всегда будет оправдываться,
ссылаться на коллегиальные решения. Свидетельства гражданских
лиц, не являющихся при этом представителями наполеоновской администрации, о военных событиях той эпохи достаточно редки.
Конечно, записки Дарденна о повседневной жизни шомонцев времен
оккупации – это мнения лишь одного отдельно взятого профессора
местного колледжа, но других свидетельств подобного плана
неизвестно8.
1
Migneret S. Op. cit.
2
В «Истории города Шомона» Жолибуа вторая глава специально посвя-
щена вторжениям 1814 и 1815 гг. См.: Jolibois Cl.É. Histoire de la ville de
Chaumont. Paris, 1856. См. также: Jolibois Cl.É. La Haute-Marne ancienne et
moderne. Paris, 1858.
3
Carnandet J. Géographie historique, industrielle et statistique de la Haute-
Marne. Chaumont, 1860.
4
Steenackers F.-F. Op. cit. Р. 187 et suiv. Стинакер первым и вознес хвалу
Дарденну: «Мы говорили о проницательности Дарденна, мы могли бы говорить и о его политическом чутье». См.: Ibid. P. 195 и др.
5
Loredan-Larchey E. Bibliothèque des mémoires du dix-neuvième siècle. Série
de 1789 à 1815. Paris, 1871. P. 77–99.
6
Houssaye H. Op. cit.
7
Dardenne Р. Le récit d’un civil dans la campagne de France de 1814. Les
«Lettres historiques» de Pierre Dardenne, 1768–1857. Chaumont; Paris, 2008.
Рецензию Анни Крепэн на это переиздание см.: Crépin A. «Le récit d’un civil
dans la campagne de France de 1814. Les “Lettres historiques“ de Pierre Dardenne
(1768–1857)» // Annales historiques de la Révolution française. 2009. N 356.
8
Николя Луэ также оставил свои воспоминания о пребывании в Шомоне с 26 августа по 3 ноября. Но эти заметки посвящены в большей степени
политическим аспектам, нежели повседневной жизни.
349
Как выразился Ж. Антрэ в предисловии к письмам Дарденна, работы профессора из Шомона, скорее, «ближе к науке, чем к простой
эрудиции»
1
. Дарденн принадлежал к интеллектуалам, имел склонность к анализу и рефлексии, он стремился не просто зафиксировать
события, а размышлял вообще о мире, войне, насилии, об отношениях с оккупантами, о восприятии «Другого» и т. п. «Исторические
письма» Дарденна, которые он писал другу фармацевту, жившему на
юго-востоке Франции, по форме – нечто пограничное между личной
перепиской и литературно-философским эссе. Они представляют
собой очень интересный с точки зрения исторической, социальной
или культурной антропологии войны источник, написанный выверенным и точным стилем, дающий пищу для размышлений.
Подчеркивая важность данного источника, Антрэ возлагает большую надежду на «научную привычку наблюдать факты», которую
он весьма априорно обнаруживает у Дарденна. Акцентируя «ученость» Дарденна (надо полагать, «объективность» его показаний),
Антрэ упоминает, что тот был членом многих научных кружков, наладил связи со многими знаменитыми учеными своего времени,
а также имел доступ к библиотеке колледжа, где читал научные обзоры разных путешественников, книги о казаках, и обладал подзорной трубой, чтобы следить за перемещениями войск. Писал он «как
энциклопедист», а на мир смотрел «немного сквозь призму
античности»2.
В то же время, обращает внимание Ж. Антрэ, Дарденн готовил
свою публикацию в первые годы Июльской монархии, в то время,
когда внешнеполитическая ситуация Франции была не самая безоблачная, и не исключено, что Дарденн надеялся, что его сочинение
возбудит в соотечественниках патриотические чувства3. Однако этот
«пылкий патриот» боялся репрессий и никогда не призывал к открытому сопротивлению интервентам. Он считал императора деспотом,
но в 1814 г. уже видел в нем защитника родины и своеобразную реинкарнацию национального чувства.
После публикации Ж. Антрэ Дарденна охотно цитируют (часто
не критически) и Жан-Луи Пюдон, и Мари-Пьер Рей и другие совре-
1
Dardenne Р. Op. cit. Р. XIX.
2
Hantraye J. Pierre Dardenne et l’écriture de la guerre au début du
XIXesiècle // Revue de l’Institut Napoléon. 2010. N 201. Р. 99. Заметим, что отношения между оккупированными и оккупантами освещены у Дарденна
весьма слабо: возможно, по политическим соображениям он пропускает подробности коллаборационизма шомонцев.
3
Ibid. Р. 89.
350
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]