Особенности квалификации отдельных видов преступлений против личности. Учебное пособие-1

При совершении похищения человека группой лиц из корыстных побуждений важно иметь в виду, что действия исполнителей квалифицируются по п. «з» ч. 2 ст. 126 УК РФ. Действия иных лиц, не принимавших непосредственного участия в похищении, но организовавших его или содействовавших похищению, квалифицируются по основной статье со ссылкой на соответствующую часть ст. 33 УК РФ. Если похищение человека совершено организованной преступной группой при сложной форме соучастия, действия всех участников данной группы квалифицируются по п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ без ссылки на ст. 33 УК РФ, независимоот фактически выполняемой роли в совершенном преступлении.

Когда в законе говорится о незаконности каких-либо действий, то подразумевается, что существует их законный порядок. Незаконным признается такое лишение свободы, которое совершено вопреки требованиям конституционных положений о неприкосновенности личности и личной свободыграждан, а такжевопреки требованиям законов и другихнормативных актов,регламентирующихданный институт.Перечень случаев, когда лицо может быть законно лишено свободы, строго ограничен:административноезадержание,госпитализация впсихиатрический стационар, меры уголовно-процессуального принуждения, уголовное наказание в виде лишения свободы. Оно состоит в лишении права на свободное передвижение и возможности определять свое местонахождение по собственному усмотрению.

К незаконному лишению свободы относятся действия по насильственному удержанию человека, ответственность за которое предусмотрена ст. 127 УК РФ. Объективную сторону незаконного лишения свободы образуют действия, состоящие в ограничении свободы передвижения человека, не связанные с его похищением. Норма по своей конструкции является отсылочной, т. е. определяет свою объективную сторону через негативный признак «не связанное с его похищением», ссылаясь на ст. 126 УК РФ. К действиям, связанным с незаконным лишением свободы, судебная практика относит вынужденное пребывание лица в каком-либо месте (например, в собственном доме) под угрозой применения насилия над ним или его близкими. Деяние окончено с момента фактического лишения свободы независимо от длительности пребывания потерпевшего в неволе. Некоторые авторы считают, что явно незначительный промежуток, в течение которого лицо было принудительно ограничено в свободе передвижения, может свидетельствовать о мало-

71

значительности деянияи не составлять преступления120.Однако, учитывая формальную конструкцию состава преступления, считаем данное мнениесомнительным, посколькувиновныйможетбыстро добитьсятой цели,ради которой потерпевший был лишен свободы, и затемосвободить его. Можноговорить омалозначительности деяния, если,например, один изсупругов лишаетсвободы другого, страдающегоалкоголизмом, вцелях ограничения возможности приобретения спиртного.

В связи с тем что ст. ст. 126 и 127 УК РФ являются смежными, отметим, что на практике часто возникают вопросы их отграничения.Вкачествесмежных рассматриваютсясоставы преступлений, нуждающиесяв разграничении и разграничивающиеся между собой по одному или нескольким признакам121. Основное отличие незаконного лишения свободы от похищения человека состоит в способе совершения преступления. Припохищениичеловекапотерпевшийизымаетсяизсвоегообычного местопребывания, перемещается в неизвестное для иных лиц место с последующим незаконным удержанием. При этомдобровольнолибопринудительно осуществлено изъятие (перемещение) человека, значения не имеет. Так, в месте незаконного лишения свободы (своя квартира, дача, дом знакомых, куда он пришел по своему желанию) потерпевший может оказаться по собственной воле122. Однако возможны случаи, когда потерпевший, введенный в заблуждениев целях похищения, добровольноприбываетв место, указанноевиновным, где его ограничиваютв свободе передвижения. В данном случаеусматривается похищение человека, хотя в месте незаконного лишения свободы потерпевший оказался по собственной воле. Такие преступления различаются и по признакам субъекта (похищение человека с 14 лет, незаконное лишение свободы с 16 лет).

Смежным составом ст. ст. 126 и 127 УК РФ выступает также торговля людьми (ст. 1271 УК РФ). Они имеют не только один и тот же непосредственный объект посягательства — свободу человека, но и сходные субъективные стороны. В ряде случаев указанные статьи конкурируют между собой, что ставит вопрос о правильной квалификации действий виновного. Особое практическое значение имеет отграничение ст. 1271 УК РФ от иных посягательств на личную свободу человека, ко-

120Уголовное право. Особенная часть : учебник / под ред. А. И. Рарога. M., 1996.

С. 61.

121Тютюнник И. Г. Указ. соч. С. 26.

122Российское уголовное право. Особенная часть / под ред. В. Н. Кудрявцева,

А. В. Наумова. М., 1997. С. 83.

72

торые совершаются с корыстной целью и применением насилия. Ряд авторов считает,что насилиевыступаетконститутивным признаком любой разновидности торговли людьми, что сводит на нет применение основного состава этого преступления123. Однако подобная позиция является спорной. Не всегда торговля людьми связана с насилием. Например, так называемой секс-индустрии свойственны случаи, когда потерпевший(ая) добровольно занимается этой деятельностью и нередко соглашается выступать объектом купли-продажи. Особенно это характерно длястран с низким социальным уровнем жизни, где продажа детей и женщин из беднейших слоев населения — явление обыденное. В соответствии со ст. 3 Протокола «О предупреждении и пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за нее», дополняющего Конвенцию ООН «Против транснациональной организованной преступности», согласие жертвы торговли людьми на запланированную эксплуатациюнепринимаетсяво внимание124.Порезультатам криминологического исследования среди лиц, пострадавших от торговли людьми,проведенногомеждународнымииотечественными аналитиками,зна- чительнаячастьжертвсекс-рабстваоказаласьвовлеченнойв занятиепроституцией в результате обмана или под принуждением125. Таким образом, утверждать, что насилие — это обязательный признак торговли людьми, неверно. Такие преступления могут совершаться и без насилия над потерпевшим.

Трудности разграничения торговли людьми (ст. 1271 УК РФ) и преступлений, предусмотренных ст. ст. 126 и 127 УКРФ, связаны с тем, что

вдиспозициях ст. ст. 126 и 127 УК РФ отсутствует описание признаков данныхпреступлений. Внормахлишьназываютсяэтидеяния.Считается,что законодательнеучел этихпризнаковпотому,чтопостепеннокриминализовал различные действия против свободы126. После включения

всистему норм, закрепляющих ответственность за преступления против личной свободы человека, статьи, предусматривающей уголовную

123Иванчин А. В. Современные разновидности российской и мировой преступности: состояние, тенденции, возможности и перспективы противодействия // Сборник научных трудов / под ред. Н. А. Лопашенко. Саратов, 2005. С. 159.

124Собрание законодательства Российской Федерации. 2004. № 40, ст. 3884. С. 8774–8783.

125Буряк М. Ю. Торговля людьми и борьба с ней. Владивосток, 2006. С. 10–11.

126Лапунина Н. Н. Уголовно-правовая охрана свободы человека: реальность

иперспективы // «Черные дыры» в российском законодательстве. 2004. № 1. С. 147–148.

73

ответственностьза торговлю людьми, возникла правовая коллизиямежду нормами главы 17 УКРФ. Это произошлопотому, что отдельныеэлементы, образующие состав похищения человека и торговли людьми, могутсовпадатьпообъективнымисубъективнымпризнакам.Когдалицо похищается в целях торговли, возникает конкуренция между п. «з» ч. 2 ст. 126 и п. «е» ч. 2 ст. 1271 УК РФ, которые соотносятся между собой как общая и специальная нормы. Согласноч. 3 ст. 17 УК РФ, «если преступление предусмотренообщей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальнойнорме». Поэтомутакие действияследует квалифицировать только по п. «е» ч. 2 ст. 1271 УК РФ. Однако в тех случаях, когда лицо сначала похитило человека, а затем у него возник умысел на его продажу или иные действия в рамках торговли человеком, то квалификация содеянного должна производиться по правилам реальной совокупности преступлений (по ч. 1 ст. 126 и ч. 1 ст. 1271 УК РФ)127.

Незаконное лишение свободы часто бывает сопряжено с вымогательством,самоуправством (ст. 330 УКРФ),изнасилованием (ст. 131УК РФ), грабежом (ст. 161 УК РФ) или угоном автомобиля (ст. 166 УК РФ). В этих преступлениях незаконное лишение свободы нередко выступает элементом объективной стороны. Суды прирассмотрении подобных дел в одних случаях квалифицируют такие действия по совокупности со ст. 127 УК РФ, в других — только по одной из этих статей, мотивируя тем,чтодействия, связанныесограничением свободы, являютсясоставной частью способа совершения деяния128. Юридическая оценка указанных преступлений представляет определенную сложность, поскольку незаконное лишение свободы в данных случаях направлено на облегчение совершения основного преступления. Оно выполняет своего рода вспомогательную функцию в достижении главной цели. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» говорится, что под насилием,неопаснымдляжизнииздоровья,применительнокч. 2ст. 161 УКРФпонимается, помимопричиненияпобоевлибоиныхнасильственных действий, причиняющих физическую боль, и ограничение свободы: связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом

127Ивашкин Д. В. Отграничение торговли людьми от смежных составов преступлений [Электронный ресурс] // Рос. следователь. 2010. № 20. Доступ из справ.- правовой системы «КонсультантПлюс»; Тютюнник И. Г. Указ. соч. С. 31.

128Архив Ленинского районного суда г. Омска за 1997 г. Уголовное дело № 1-111.

74

помещении и др.129 Целесообразно использовать данное положение и в отношении других составов преступлений, в которых незаконное лишение свободы выступает составной частью способа их совершения. Поэтому в преступлениях, где незаконное лишение свободы выступает составнойчастьюспособасовершенияосновногопреступления(ст. ст. 131, 161, 163 и 330 УК РФ), квалификации действий виновных по совокупности отмеченных статей со ст. 127 УК РФ не требуется. Однако подобное положение должно распространяться только на те случаи, когда ограничение свободы имеет непродолжительный характер и является необходимымв рамкахспособасовершенияпреступления. Чрезмернодлительныесроки удержаниядолжны подлежатьдополнительной квалификации по ст. 127 УК РФ130.

Установление определенных сроков, которые послужат основанием для признания ограничения свободы самостоятельным составом, выходящим за рамки способа совершения основного состава преступления, законом не урегулировано. Они изучаются правоприменителями индивидуально в каждом конкретном случае. В сходных ситуациях суды различных регионов России подходят к решению данного вопроса неодинаково.Так, НижневартовскийгородскойсудХанты-Мансийскогоав- тономного округа признал Ш. виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 127 УК РФ, когда незаконное лишение свободы потерпевшей было сопряжено с длительным удержанием (10 суток), втечениекоторогопроисходилиееизнасилованияинасильственныедействия сексуального характера131. Несогласованность времени незаконного ограничения свободы ведет к неодинаковой судебной практике. Поэтомунеобходимоопределитьвременные критерии, позволяющие разграничивать незаконное лишение свободы как самостоятельное преступление и, соответственно, как способ совершения другого преступления.

Анализ уголовных дел показал, что наименьший составообразующий промежуток незаконного лишения свободы представил восемь часов. Можно считать, что такая продолжительность ограничения свободы будет минимально достаточной для наличия в деянии признаков самостоятельногосостава преступления,закрепленногост. 127УКРФ,при совершении преступлений, где незаконное лишение свободы входит в

129Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2003. № 2.

130Михаль О., Блажнов А. О некоторых вопросах применения ст. 127 УК РФ // Уголовное право. 2005. № 2. С. 50.

131Архив Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа Тюменской области за 2003 г. Уголовное дело № 1-387.

75

их способ132. Подобная временная граница могла бы служить верхним пределом для предлагаемого временного критерия разграничения незаконного лишения свободы как способа совершения преступления и самостоятельногопреступления,закрепленноговст. 127УКРФ. Такиесроки должны быть не более промежутка, охватываемого простым составом (ч. 1 ст. 127 УК РФ). Этологичноследует изтого, чтостепеньобщественной опасности незаконного лишения свободы должна возрастать в зависимостиотегопродолжительности.Так,менееобщественноопаснымбудет незаконное лишение свободы, поглощаемое способом совершения преступления. Более длительное деяние должно рассматриваться в рамках ч. 1 ст. 127 УКРФ. Самыедлительныесрокинезаконноголишениясвободы должны квалифицироваться по ч. 2 ст. 127 УК РФ133.

Какпоказываетсудебнаяпрактика,распространенной границейсрока лишения свободы между временем, предусмотренным основным составом, и временем в составе с отягчающими обстоятельствами являетсяоднанеделя. Вомногихзарубежныхуголовных законодательствахсрок больше одной недели предполагает повышенную ответственность. При заимствованииданногоопыта возможнотрактоватьегокакверхнийпредел срока незаконного лишения свободы для преступлений, где ограничение свободы входит в способ их совершения. Установив конкретный временной предел, при его превышении можно будетсчитать чрезмерно длительным срок ограничения свободы, выходящий за рамки способа совершенияосновногосоставапреступленияи требующийдополнительной квалификации по ст. 127 УК РФ. Этот временной критерий необходим только для отграничения незаконного лишения свободы как самостоятельного состава от ограничения свободы как вида насилия в рамках способа совершения иных преступлений.

В случаях, когда незаконное лишение свободы является самостоятельным составом преступления, минимально достаточный срок остается оценочной категорией. Можно решить указанную проблему в рамках разъяснений в постановлении Пленума Верховного Суда РФ, где следует закрепить для каждого вида преступления срок ограничения свободы, который будетсоставной частью способа совершения преступления (грабеж, разбой, вымогательство, изнасилование, угон, самоуправство и т. д.), а также индивидуальный срок, достаточный для допол-

132Михаль О., Блажнов А. Указ. соч. С. 50.

133Михаль О. Вопросы квалификации незаконного лишения свободы, похищения человека и захвата заложников // Уголовное право. 2003. № 4. С. 50.

76

нительной квалификации по ст. 127 УК РФ. Предлагается ввести единый срок для всех преступлений. Представляет практический интерес мнение, что оптимальные сроки необходимо рассматривать в пределах от восьми часов до одной недели. Это позволит исключить неоднозначностьподхода припринятии решенийв сходныхситуациях134.Учитывая спорность предлагаемого 8-часового критерия, важно на законодательном уровне установить максимально возможный срок незаконного лишения свободы, поглощаемый способом совершения другого преступления. На данный момент по УК РФ продолжительность ограничения свободы при незаконном ее лишении принимается во внимание лишь в рамках судебного усмотрения при назначении наказания.

В действующем уголовном законодательстве норма «захват заложника» (ст. 206 УК РФ) расположена в главе 24 УК РФ «Преступления против общественной безопасности». Федеральный закон «О противодействии терроризму»135 относит захват заложника не только к преступлениям террористического характера, но и к международным преступлениям,таккакборьба сним ведетсяна основеМеждународной конвенции о захвате заложников, принятой Генеральной Ассамблеей ООН в 1979 г. Общественная безопасность как родовой объект захвата заложника является сложной социальной категорией. Правовое положение безопасности закреплено в Федеральном законе от 28 декабря 2010 г. № 390-ФЗ «О безопасности»136. В Законе указываются виды безопасности, но не дается ее определения. В ранее действующем Законе Российской Федерации от 5 марта 1992 г. № 2446-1 «О безопасности» под безопасностьюпонималось состояниезащищенностижизненноважныхинтересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз. Дополнительным объектом при захвате заложника выступает физическая свобода лица, которая в похищении человека является непосредственным объектом.

Посягательство на объект происходит посредством воздействия на потерпевшего. В некоторых составах признаки потерпевшего отражают особенности объекта посягательства (например, беременность женщины) применительно кпохищению человека. Особенность потерпевшего при захвате заложника заключается в том, что в этом качестве может

134Михаль О., Блажнов А. Указ. соч. С. 50–51.

135О противодействии терроризму : федеральный закон от 6 марта 2006 г.

№35-ФЗ : в ред. Федерального закона от 2 ноября 2013 г. № 302-ФЗ // Рос. газета. 2006. 10 марта ; 2013. 6 нояб.

136Рос. газета. 2010. 29 дек.

77

оказаться любой человек, независимо ни от каких виктимологических признаков. Вся его «вина» в том, что он был не в то время и не в том месте. Заложниками оказываются лица, находящиеся на месте преступления, например служащие или клиенты организации. Потерпевшие в этом случае не имеют никаких отношений с преступником137. Они используютсявкачествесредствадавлениядлядостижения результатаили выступают в роли так называемогоживого щита, чтобы избежать задержания полицией. Слово «заложник» означает физическое лицо, захваченное и (или) удерживаемое в целях понуждения государства, организации или отдельных лиц совершить какое-либо действие или воздержаться от его совершения138.

Объективная сторона деяния выражается в захвате заложника, под которым понимается неправомерное физическое ограничение свободы человека, где условием освобождения выступает выполнение требований субъекта, обращенных к государству, организации, физическим и юридическим лицам. Захват может осуществляться открыто или тайно, без насилияили снасилием, неопасным (ч. 1 ст. 206 УК РФ) либоопасным (ч. 2 ст. 206 УК РФ) для жизни или здоровья. Сам же захват или удержание заложника являются лишь средством достижения основной цели. Виновного интересует в первую очередь возможность использования удерживаемого лица как средства достижения цели, а не его личности. Характерным признаком объективной стороны захвата заложников выступаютобстановка иместопреступления. Этопроявляетсяв том, что потерпевший находится в известном месте, которое ему не позволяют покинуть. При совершении деяния с помощью угона самолета, теплохода или другого транспортного средства место преступления нестатично, поскольку потерпевшие могутперемещаться в другое место, также известное правоохранительным органам.

Дляправильной квалификациидеяния,предусмотренногост. 206УК РФ, необходимо подчеркнуть особенности, разграничивающие составы похищения человека и захвата заложника. Они практически не поддаются точному отграничению, что вызвано недостаточно определенными формулировками признаков таких преступлений в диспозициях составов преступлений139. Разграничение смежных составов проводится

137Овчинникова Г. В. Захват заложника. М., 2004. С. 89.

138Большой юридический словарь. М., 2001. С. 65.

139Гаухман Л., Максимов С., Сауляк С. Об ответственности за захват заложника

ипохищение человека // Законность. 1994. № 10. С. 44.

78

по элементам состава преступления. По объектузахват заложника отличается от похищения человека тем, что главной сферой этого посягательствавыступаетобщественнаябезопасность,апри похищении —фи- зическая свобода человека. Различие имеется и в признаках потерпевшего. Часто сотрудники правоохранительных органов ставят знак тождествамеждутерминами«похищенный»и «заложник». Однако роль потерпевшего в этих деяниях различна. При захвате заложника целью виновных лиц является не сам захват потерпевшего, а выполнение определенных действий со стороны государства, организации или гражданина. При похищении человека целью захвата выступает конкретное лицо.

По объективной стороне отграничение рассматриваемых составов также затруднительно. И захват заложника, и похищение человека заключаются в насильственном или ненасильственном завладении человеком, изъятии его из привычной микросреды, лишении или ограничении свободы и предъявлении определенных требований киным субъектам с условием освобождения похищенного (захваченного) после их выполнения140. Момент окончания указанных преступлений отличается. Как захватзаложника,так инасильственноепохищениечеловека — этопреступления с формальным составом. Захват заложника считается оконченным с момента фактического лишения свободы потерпевшего (захвата), еслипри этом виновныйпреследовалцель принудитьсоответствующих лиц выполнить определенные требования как условие освобождения заложника. Похищение человека окончено с момента перемещения потерпевшего хотя бы на некоторое время в другое место141.

Субъективная сторона похищения человека и захвата заложника характеризуется виной в форме прямого умысла. Они различаются по интеллектуальному моменту. При захвате заложника сознанием виновного охватывается определенная совокупность противоправных действий, направленныхна причинениевредаобщественным отношениям, регламентирующим безопасные условия жизни общества. При похищении человека интеллектуальный момент прямого умысла характеризуется осознанием виновным того, что, совершая преступление, он лишает другого человека свободы. Существенное отличие между похищени-

140Бриллиантов А. В. Похищение человека или захват заложника [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «Гарант».

141Ушакова Е. В. Отграничение похищения человека от захвата заложника — вопросы согласования и рассогласования // Рос. следователь. 2010. № 9. С. 22.

79

ем человека и захватом заложников заключается в особенности их целей. По своей сути цель похищения не представляет обязательного признака этого состава. Цель может быть различной, например месть, корысть, другие низменные цели, понуждение потерпевшего к выполне- ниюкаких-либообязательствпередвиновным и т. д.При захватезаложника виновный осознает, что незаконно захватывает другого человека в целях понуждения государства,организацииили гражданинасовершить какое-либо действие или воздержаться от совершения какого-либо действия, и желает этого. Такая специальная цель является обязательным признакомсубъективнойстороны, вотличиеотпохищениячеловека.При похищении человека требования выдвигаются к самому похищенному либо к третьим лицам. Кроме того, состав ст. 126 УК РФ не связывает факт захвата и удержания потерпевшего с афишированием предъявляемых требований. Согласно буквальному толкованию ст. 206 УК РФ требованиеклюбым гражданам (в том числеи близкимпотерпевшего), выступающееусловием освобождениязахваченного,должносчитатьсязахватом заложника. Поэтому нельзя назвать похищением человека факт удержания незаконно лишенного свободы, если требование предъявляется близким родственникам, коллегам по работе, друзьям.

Мотивы рассматриваемых преступлений могут быть самыми разными, напримеркорысть, совершениепреступленийпонайму. Если захват человека совершается из корыстных побуждений, когда мотивом совершения этого преступления явилось получениематериальной выгоды для виновного или других лиц, то в этом деянии еще сложнее отграничить захват заложника от похищения человека (например, стремление получитьвыкуп запохищенного).Здесьвозникает проблема квалификации в зависимости от того, кем предъявляются требования по выкупу. Так, если требование повыкупу третьим лицам исходитот самогопохищенного(например, он звонитродственникам спросьбой овыкупе) или требование озвучивается самому незаконно удерживаемому, то нельзя рассматривать это как захват заложника, поскольку заложник не может быть «заложен» сам у себя. Если жетребование по выкупу предъявляется похитителем третьим лицам, речь идет о «перерастании» похищения человека из корыстных побуждений в захват заложника из корыстных побуждений, посколькув этом случаеприсутствуют всепризнаки состава преступления, предусмотренного ст. 206 УК РФ142. В то же время в ст. 206 УК РФ не указано, что выдвижение требования как условие ос-

142 Михаль О. Указ. соч. С. 49.

80