Актуальные проблемы современной мифопоэтики. Учебно-методическое пособие
.pdf
Практические занятия. Занятие № 4 
Вместе с тем сам роман – это область состоявшего бессмертия, воплощенная вечность, делимая на локальные пространственные миры. Мифологическая концепция пространства в «Лолите» выводит за пределы трехмерного пространства, отвечающего дискретному, линейному времени, сквозь текущее время и эмпирическое пространство просвечивают некоторые поэтические константы, неизменные, хотя обновляющиеся и варьируемые начала.
Своей страсти к нимфеткам Гумберт стремится придать статус некоторого постоянного начала, неизменной вертикали исторического бытия. Выстраивая парадигму нимфолепсии, Гумберт обращается сначала к эпохе романтизма (Э. По, Р. Шатобриан), затем к Ренессансу, мифологизируя биографические обстоятельства любви Петрарки к Лауре и Данте к Беатриче, и наконец, приходит к некоторым изначальным обстоятельствам, относимым во времена древние и архаические: «В нашу просвещенную эру мы не окружены маленькими рабами, нежными цветочками, которые можно сорвать в предбаннике, как это делалось во дни Рима; и мы не следуем примеру величавого Востока в еще более изнеженные времена и не ласкаем спереди
исзади услужливых детей, между бараниной и розовым щербетом» [152. Т. 2. С. 154]. Свой уникальный индивидуальный опыт Гумберт стремится представить как универсальный, общечеловеческий, более того, предполагает возможность утраты некоторой значимой традиции: «Все дело в том, что старое звено, соединявшее взрослый мир с миром детским, теперь оказалось разъятым новыми обычаями
изаконами» [152. Т. 2. С. 154]. Нимфолепсию Гумберт представляет, таким образом, как естественный, исторически сложившийся способ сообщения между мирами, который утрачен и заменен противоестественными, противоречащими человеческой природе отношениями. Восприятие своей мании в контексте исторической парадигмы связано для Гумберта с поисками оправдания, их он простирает
ина синхроническую область «пространственного мира единовременных явлений», вымышляя примеры ранних браков в разных штатах, и на область диахроническую. Диахроническая парадигма нимфолепсии в отличие от ее синхронической синтагмы эстетизируется, предстает как совокупность случаев поэтических и поэтому эстетически оправданных, поставленных над моралью, вынесенных
-181 -
Актуальные проблемы современной мифопоэтики
за скобки морали. Внешние время и пространство экстраполируются вовнутрь, современные события интерпретируются как воплощения архетипов, время истории трансформируется в мифологическую вечность, обретая статус части пространства. Однако, как отмечает Е. М. Мелетинский, скачок от дорефлективного архаического коллективного сознания к рефлектирующему сознанию, образующему текст романа, «обязательно сопровождается иронией и самоиронией, как средством выражения огромной дистанции, отделяющей современного человека от подлинных первобытных мифотворцев» [131. С. 297].
Мифологизм набоковской «Лолиты» реализуется как сущностное, онтологическое качество, как средство оживления, наделения плотью, телесным присутствием мира романа, который являет, создает нетолькоЛолиту,какойеевоплощаетГумберт,ноисамогоавтора-де- миурга. Ирония выступает выражением особого чувства космизма, принципиально отличного от прагматики архаического мифа, моделирующего пространственные части космоса: избирая индивидуальное сознание основой для сотворения современного мифа, даже наделяя это сознание универсальными трансисторическими чертами, мифотворец нового времени, тем не менее, созидает новый космос для себя, испытывая чувство соприкосновения с иной реальностью, иными обстоятельствами бытия, определяемыми Набоковым, как «потусторонность». Их наличие и сцепление может обнаружить и читатель, тогда космос романа состоится и для него. Читателю дана возможность состояться как демиургу, однако необязательно эта возможность будет востребована и реализована, поэтому ирония в «Лолите» выступает неотъемлемой частью романного космоса, реализуясь в избранных рассказчиком приемах повествования и способах организации пространства, поглощающего время, автором.
Заключение
Мифологизм «Лолиты» выступает как ее онтологическое качество, как способ сотворения и бытия реальности книги, определенной в ней как область бессмертия. Мифологические качества набоковского текста обусловлены не наличием некоторого единичного архаического прототекста, растворенного или трансформированного
вреальность книги, хотя реминисценции из архаических источников,
-182 -
Практические занятия. Занятие № 4 
прямо заявленные в тексте «Лолиты», причем в таких значимых метатекстуальных фрагментах, как статья Гумберта о сущности времени («Мимир и Мнемозина») или в его же стихотворении – приговоре Куильти, играют принципиально важную роль для идентификации и самоидентификации персонажа.
Мифологичны в своей основе те метаморфозы пространства и времени, которые, обретая статус сущностных характеристик для названныхпараметров,сотворяюткосмоскниги.Вопрекиутверждению Ван Вина о том, что возможно вообразить время без пространства, но невозможно – пространство без времени, мир «Лолиты» – мир пространственный, в котором время выступает частью пространства или способом его идентификации. Категориальная метафора острова, инварианты которой репрезентируются и Гумбертом и Куильти, восходит к варианту – острову Quelquepart – как пространственной модели «Лолиты». Остров Келькепар репрезентирует дробное, многочастное пространство, отдельные локусы которого манифестируются по принадлежностиразнымгероям,аобъединениечастейсоставляетпрерогативу автора-демиурга. Принцип соответствия героя и мира выступает регулятивным в устройстве внутритекстуального пространства космоса «Лолиты», причем как пространственные области прочитываются и события, и ситуации, дистанцированные друг от друга хронологически, – прошлое и настоящее героев, и синхронически репрезентирующие их различные состояния – мир детей и мир взрослых (именно в таком контексте прочитывается прозрение своей вины Гумбертом, который со дна «ласковой пропасти» слышит мелодию, образованную криками играющих детей). Принцип соответствия героя и мира выступает регулятивным принципом организации пространства «Лолиты» и в аспекте взаимодействия героев, что находит выражение их взаимозаменяемости и взаимообратимости в пределах функций, сводимым к ролевым амплуа палачей и жертв. Ролевой статус персонажа, не наделенный, однако, признаками константы, напротив, текучий и меняющийся, актуализирует драматургическое начало в организации словесной ткани книги; кроме того, соотносясь с лирическими и эпическими началами в «Лолите», выступает еще одним средством идентификации героя по принципу соответствия ему мира, соотносимого с одним из трех родов литературы.
- 183 -
Актуальные проблемы современной мифопоэтики
Мы сознательно избегаем определения «роман» применительно к «Лолите», поскольку сам Набоков предпочитал обозначение сотворенного им мира как книги, которая по своему онтологическому статусу роман превосходит, являя самостоятельный, обособленный, но одновременно открытый для читательского со-творения мир. Демиургичность набоковского текста находит последовательное выражение в способах сотворения и организации единого пространства романа, которые на персонажном уровне соотносимы с последовательным мифо-ритуальным утверждением, причем материально-на- личным, бессмертия и спасения в искусстве, творимым через заклинание словом и жертвенным мифо-ритуальным преображением мира. «Лолита» – мифологически идентифицируемая реальность, заключающая в свою орбиту внешний мир, локализованный в сознании читателя и подверженный аберрации через взаимодействие с книгой. Однако этот мир построен по принципу взаимной необходимости: книга оживает, приходя во взаимодействие с читателем, но при этом выступает как более сильный и действенный участник диалога (читатель беззащитен перед текстом, который подчиняет себе его затекстовое бытие). Дьявольское обаяние Лолиты-персо- нажа экстраполируется на весь словесный космос книги, являющей Лолиту. Лолита – мономиф книги, создания бытия, этому вечному, бессмертному подчинены все способы и приемы сотворения «Лоли- ты»-книги. Чтение «Лолиты» – рискованное предприятие, опасность которого обнаруживается постепенно, по мере все более глубокого проникновения читателя в мир книги, которое связано не с утратой «Я» и превращением в персонажа, а с необратимым изменением «Я», воспринимающего мир книги и продолжающего жить в ней после того, как чтение закончено. Набоков, подчеркивая, что невозможно читать книгу, а можно только перечитывать ее, указывал тем самым, что читатель, вовлеченный в мир книги, продолжает ее в собственном бытии. Финал «Лолиты» внешне являет полную завершенность, исчерпанность событий: все персонажи мертвы, но когда читатель открывает книгу – призраки оживают, чем полнее и явственнее читатель воображает их, тем очевиднее их присутствие в мире, утрачивающем разграничения книги и действительности, вымысла и истины. Эта игра начата уже в самой «Лолите» и продолжается в реальности, первоначально не охваченной ее пространством.
- 184 -
Практические занятия. Занятие № 4 
Пространство «Лолиты» – многомирное, многочастное, принципиально сотворенное – наделено энтропийной тенденцией к расширению, поглощению новых миров (т. е. новых частей единого мира)
всвою сферу. «Лолита» – не только явленное, состоявшееся бессмертие, это и постоянно возобновляемый способ преодоления смертности и конечности. Миф и ритуал – не просто архаические прототексты «Лолиты», а ее действенные, онтологические начала, которые действительно «заставляют» книгу жить и разрастаться не только
вотношении наращения смысловых интерпретаций и наращения смыслового объема, но и в мифологическом аспекте сотворения космоса, выступающего одновременно и вымыслом, и правдой, и способом сотворения реальности, и самой этой многочастной, «узорчатой» пространственно необъятной реальности, поглощающей и отменяющей, «опространстилевающей» время.
СНОСКИ И ПРИМЕЧАНИЯ
1.Аверинцев С. С. Аналитическая психология К.-Г. Юнга и закономерности творческой фантазии // О современной буржуазной эстетике. Вып. 3. – М., 1972.
2.Авижас А. А. О некоторых освоствах художественной реальности в романе В. Набокова «Машенька» // Филологический вестник Ростовского государственного униеврситета. 1997. № 1. С. 15–21.
3.Автономова Н. Г. Миф. Хаос. Логос // Заблуждающийся разум. – М., 1986.
4.Александров В. Е. Набоков и потусторонность. – СПб., 1999.
5.Американская философия искусства: основные концепции второй половины ХХ века – антиэссенциализм, перцептуализм, институционализм. Антология. – Екатеринбург, 1997.
6.Анастасьев Н. Феномен Набокова. – М., 1992.
7.Антошина Е. В. Философия диалога в прозе В. Набокова // Проблемы литературных жанров. Ч. 2. – Томск, 1999. С. 169–173.
8.Апресян Ю. Роман «Дар» в космосе В. Набокова // Изв. АН. Сер. лит.
ияз. Т. 54. 1995. № 3. С. 3–18.
9.Бабич Д. Каждый может выйти из зала. Театрализация зала в произведениях Набокова // Вопросы литературы. 1999. № 5. С. 142–158.
10.Байбурин А. К. Ритуал: свое и чужое // Фольклор и этнография. Проблемы реконструкции фактов традиционной культуры. – Л., 1990.
-185 -
Актуальные проблемы современной мифопоэтики
11.Барабаш Ю. Набоков и Гоголь (Мастер и гений). Заметки на полях книги Владимира Набокова «Николай Гоголь» // Москва. 1989. № 1. С. 180–193.
12.Барт Р. Избранные работы. Поэтика. Семиотика. – М., 1989.
13.Барт Р. Мифологии. – М., 1996.
14.Бахтин М. М. Лекции по истории зарубежной литературы. Античность. Средние века. – Саранск, 1999.
15.БахтинМ.М.От философии поступка к риторике поступка. – М., 1996.
16.Бахтин М. М. Вопросы литературы и эстетики. – М., 1995.
17.Башляр Г. Избранное: новый рационализм. – М. – СПб., 2000.
18.Башляр Г. Земля и грезы воли. – М., 2000.
19.Башляр Г. Психоанализ огня. – М., 1993.
20.Безродный М. Имя черта // Новое литературное обозрение. 1998. №
31.С. 276–278.
21.Белова Т. Н. В. Набоков и Э. Хемингуэй (особенности поэтики и мироощущения) // Вестник Московского государственного университета. Сер. 9. Филология. 1999. № 2. С. 55–61.
22.Белый А. Символизм как мировосприятие. – М., 1994.
23.Беовульф. Старшая Эдда. Песнь о Нибелунгах. – М., 1975.
24.Бергсон А. Собр. соч. Т. 1. Опыт о непосредственных данных сознания. Материя и память. – М., 1992.
25.БербероваН.Набоков и его «Лолита» // В. В. Набоков: Pro et Contra. – СПб., 1997.
26.Берберова Н. Курсив мой (Автобиография) // Вопросы литературы. 1989. № 11.
27.Беседа В. Набокова с Пьером Домергом // Звезда. 1996. № 11.
28.Бетея Дейвид М. Изгнание как уход в кокон: образ бабочки у Набокова и Бродского // Русская литература. 1991. № 3.
29.Битов А. Одноклассники. К 90-летию О. В. Волкова и В. В. Набокова // Новый мир. 1990. № 5. С. 224–242.
30.Бицилли П. М. Статьи: История. Культура. Литература // Русская литература. 1990. № 2. С. 134–155.
31.Боас Ф. Ум первобытного человека. – М. – Л., 1926.
32.Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. – М.,2000.
33.Борухов Б. Л. Об одной вертикальной норме в прозе Набокова: (категория половины в романе «Лолита») // Художественный текст: антология и интерпретация. – Саратов, 1992. С. 130–134.
34.Борхес Х.-Л. Коллекция. Рассказы; Эссе. Стихотворения. – СПб., 1992.
35.Букс Н. Эшафот в хрустальном дворце. О русских романах Владимира Набокова. – М., 1998.
-186 -
Практические занятия. Занятие № 4 
36.Веккер Л. М. Психика и реальность: единая теория психических процессов. – М., 2000.
37.Вермель С. Ирония и театральность // Любовь к трем апельсинам. Журнал Доктора Дапертутто. 1914. № 2.
38.Вирмо А. и О. Мэтры мирового сюрреализма. – СПб., 1996.
39.Владимир Набоков. Неизданное в России // Звезда. 1996. № 11.
40.Владимир Набоков: Pro et contra. Личность и творчество Владимира Набокова в оценке русских и зарубежных мыслителей и исследователей. Антология. – СПб., 1997.
41.Выготский Л. Психология искусства. – Спб., 2000.
42.Гаврилова Ю. Ю., Гиршман М. М. Миф – автор – художественная целостность: аспекты взаимосвязи // Филологические науки. 1993. № 3.
43.Гадамер Г.-Г. Актуальность прекрасного. – М., 1991.
44.Гайденко П. Герменевтика и кризис буржуазной культурно-истори- ческой традиции // Вопросы литературы. 1989. № 6.
45.Ганжара О. А. Игровое пространство в русской литературе первой половины ХХ века: структура, динамика, функционирование: автореферат дисс. на соискание уч. степени канд. филолог. наук. – Ставрополь, 2002.
46.Гараджа А. В. Критика метафизики в неоструктурализме (по работам Ж. Дерриды 80-х годов). – М., 1989.
47.Герменевтика: история и современность. – М., 1985.
48.Гинзбург Л. Из записей 1950–1980-х гг.: «Лолита» // Родник (Рига). 1989. № 1. С. 27.
49.Грация Э. Девушки оголяют колени везде и всюду. Закон о непристойности и подавление творческого гения. Гл.: Своими колготками, Лолита! // Иностранная литература. 1993. № 1.
50.Гринцер П. А. Эпос древнего мира // Типология и взаимодействие литератур древнего мира. – М., 1971.
51.Гуревич А. Я. «Эдда» и сага. – М., 1979.
52.Гуссерль Э. Собр. соч. T. I. Феноменология внутреннего сознания времени. – М., 1994.
53.Гуссерль Э. Философия как строгая наука // Логос. 1911. Кн. 1. С. 1–56.
54.Гуссерль Э. Деррида. Начало геометрии. – М., 1996.
55.ГюйонвархК.-Ж.,ЛеруФ.Кельтская цивилизация. – СПб. – М., 2001.
56.Дарк О. Загадка Сирина. Ранний Набоков в критике «первой волны» эмиграции // Вопросы литературы. 1990. № 3. С. 243–257.
57.Дарк О. Миф о прозе // Дружба народов. 1992. № 5–6. С. 219–234.
-187 -
Актуальные проблемы современной мифопоэтики
58.Дашевская О. А. Мифологема рая в лирике В. Набокова // Русская литература в ХХ веке: имена, проблемы, культурный диалог. Вып. 2. В. Набоков в контексте русской литературы ХХ века. – Томск, 2000.
59.Долинин А. Загадка недописанного романа // Звезда. 1997. № 12. С. 215–223.
60.Долинин А. «Двойное время» у Набокова (От «Дара» к «Лолите») // Пути и миражи русской кудьтуры. – СПб., 1994. С. 283–322.
61.Долинин А. Поглядим на арлекинов. Штирихи к портрету В. Набокова // Литературное обозрение. 1988. № 9. С. 15–20.
62.Долинин А. После Сирина // Набоков В. Романы. – М., 1991. С. 5–14.
63.Долинин А. Цветная спираль Набокова // Набоков В. Рассказы. Приглашение на казнь. Эссе, интервью, резенции. – М., 1989. С. 438–469.
64.Делез Ж. Логика смысла. – М., 1995.
65.Деррида Ж. Шпоры: стили Ницше // Философские науки. 1991. № 1. С. 118–129.
66.Деррида Ж. Голос и феномен и другие работы по теории знака Э. Гуссерля. – СПб., 1999.
67.Деррида Ж. Письмо японскому другу // Вопросы философии. 1982.
№4. С. 53–57.
68.Джонг Э. «Лолите» исполняется тринадцать // Диапозон. 1994. № 1. С. 6–13.
69.Дильтей В. Описательная психология. – СПб., 1996.
70.Дьяконов И. М. Архаические мифы Востока и Запада. – М., 1990.
71.Евреинов Н. Н. Театр как таковой. Основания театральности в смысле положительного начала сценического искусства и жизни. – М., 1923.
72.Евреинов Н. Н. Театр для себя. Ч. 1. – СПб., 1915.
73.Егорова Л. П. Герменевтика и феноменология как арсенал современного литературоведения // Textus. Принципы и методы исследования в филологии. Конец ХХ века. – СПб., 2001. С. 78–87.
74.Ерофеев В. Русский метароман В. Набокова, или В поисках потерянного рая // Вопросы литературы. 1988. № 10. С. 125–160.
75.Зарубежная эстетика и теория литературы ХIХ–ХХ вв.: трактаты, статьи, эссе. – М., 1987.
76.Землянова Л. М. Современное литературоведение в США. – М., 1985.
77.Зенкин С. Н. Введение в литературоведение. Теория литературы. – М., 2000.
78.Злочевская А. В. Роман В. Набокова «Ада» в контексте русской литературной традиции // Вестник Московского университета. Сер. 9. Филология. 2001. № 2. С. 34–46.
-188 -
Практические занятия. Занятие № 4 
79.Злочевская А. В. Поэтика Владимира Набокова: новации и традиции.
//Русская литература. 2000. № 1. С. 40–61.
80.Злочевская А. В. Традиции Ф. М. Достоевского в романе В. Набокова «Приглашение на казнь» // Филологические науки. 1995. № 2. С. 3–12.
81.ЗлочевскаяА.В.Парадоксы «игровой» поэтики Владимира Набокова (на материале повести «Отчаяние») // Научные доклады высшей школы. Филологические науки. 1997. № 5. С. 3–12.
82.Злочевская А. В. В. Набоков и М. Е. Салтыков-Щедрин // Научные доклады высшей школы. Филологические науки. 1999. № 5. С. 3–12.
83.Злочевская А. В. Эстетические новации Владимира Набокова в контексте традиций русской классической литературы // Вестник Московского государственного университета. Сер. 9. Филология. 1997. № 4. С. 9–19.
84.ЗлочевскаяА.В.В.НабоковиН.Гоголь//ВестникМосковскогогосударственного униеврситета. Сер. 9. Филология. 1999. № 2. С. 30–46.
85.Злочевская А. В. Влияние идей русской литературной критики ХIХХХ вв. на эстетическую концепцию Владимира Набокова // Научные доклады высшей школы. Филологические науки. 2001. № 3. С. 3–12.
86.Зотов С. Н. Художественное пространство – мир Лермонтова. – Таганрог, 2001.
87.Ибсен Г. Собр. соч.: в 4-х т. – М., 1956.
88.Иванов В. В. О некоторых принципах современной науки и их приложении к семиотике малых (коротких) текстов // Этнолингвистика текста. Семиотика малых форм фольклора. – М., 1988.
89.Иванова Евг. Владимир Набоков: выломавшее себя звено // Литературная учеба. 1989. № 6. С. 153–161.
90.Ильин И. П. Постмодернизм. Словарь терминов. – М., 2001.
91.Ильин И. П. Постструктурализм и диалог культур. – М., 1989.
92.Ильин И. П. Некоторые концепции искусства постмодернизма в современных зарубежных исследованиях. – М., 1988.
93.Ильин И. П. Между структурой и читателем: Теоретические аспекты коммуникативного изучения литературы.// Теории, школы, концепции: (критические анализы). Художественная рецепция и герменевтика. – М., 1985.
94.Ильин И. П. Некоторые концепции искусства постмодернизма в современных зарубежных исследованиях. – М., 1988.
95.Ильин И. П. Между структурой и читателем: теоретические аспекты коммуникативного изучения литературы // Теории, школы, концепции: (критические анализы). Художественная рецепция и герменевтика. – М., 1985.
-189 -
Актуальные проблемы современной мифопоэтики
96.Ильин И. П. Стилистика интертекстуальности. Теоретические аспекты // Проблемы современной стилистики. – М., 1989. С. 186–207.
97.Ингерден Р. Исследования по эстетике. – М., 1962.
98.Исландскиесаги.Ирландскийэпос/сост.М.И.Стеблин-Каменский. – М., 1973.
99.Классик без ретуши. Литературный мир о творчестве Владимира Набокова / отв. Ред. Н. Г. Мельников. – М., 2000.
100.Карпович И. Е. Сборник рассказов В. В. Набокова «Весна в Фиальте»: поэтика целого, иинтертекстуальные связи: автореферат на дисс. на соиск. уч. степени канд. фил. наук. – Барнаул, 2000.
101.КлехИ.О писателях – двуязычном и безъязычном // Вопросы литературы. 2001. № 1. С. 172–183.
102.Кормин Н. А. Диаграмма времени – сознания и феномен художественного восприятия // Феноменология искусства. – М., 1996. С. 54–89.
103.Красавченко Т. Н. Защита Набокова // Русское литературное зарубежье. Вып. 1. – М., 1991.
104.Красавченко Т. Н. В. В. Набоков о Ходасевиче // Русское литературное зарубежье. Вып. 1. – М., 1991.
105.Кретьен де Труа. Рыцарь Льва // Зарубежная литература средних веков. Латинская, кельтская, скандинавская, провансальская, французская литературы / сост. Б. И. Пуришев. – М., 1974.
106.Кузнецов П. Утопия одиночества. Владимир Набоков и метафизика // Новый мир. 1992. № 1. С. 243–250.
107.Кэмпбелл Дж. Герой с тысячью лицами. – М., 1997.
108.Лакан Ж. Функция и поле речи и языка в психоанализе. – М., 1995.
109.Лебедев А. К приглашению Набокова // Знамя. 1989. № 10. С. 203–213.
110.Левин Ю. Повествовательная структура как генератор смысла: текст
втексте в новеллах Х.-Л. Борхеса // Текст в тексте. – Тарту, 1984.
111.Левин Ю. Избранные труды. Поэтика. Семиотика. – М., 1998.
112.Леви-Стросс К. Структурная антропология. – М., 1983.
113.Леви-Стросс К. Структура и форма // Семиотика-83. – М., 1983.
114.Леви-Стросс К. Мифологики: сырое и вареное. – М., 2000.
115.Леденев А. В. Ритмический «сбой» как маркер аллюзии в романе В. В. Набокова «Лолита» // Вестник московского университета. Сер. 9. Филология. № 2. С. 47–55.
116.Лем С.Лолита, или Ставрогин и Беатриче // Литературное обозрение. 1992. № 1. С. 75–78.
117.ЛикиИрландии.Книгасказаний/пер.,сост.,коммент.С.Шабалова.– М. – СПб., 2001.
-190 -
