ГЛАВА 3

Контрольные вопросы

1.Дайте определение распределительным отношениям.

2.Какая роль отводилась ОФП в распределении общественного продукта в советское время?

3.Какие два фактора воздействуют на механизм распределения в рыночной экономике?

4.Что вам известно о политике выравнивания регионального бюджетного финансирования?

Литература к теме

1.Акназарова Ж.К. Диалектика развития распределительных от-

ношений при социализме. М., 1989.

2.Анферова Н.М. Закон распределения по труду и проблемы его

использования в сфере прикладных исследований и разработок. Л., 1985.

3.Белоусова Л.А. Отношения распределения жизненных средств: политико-экономический анализ. Л., 1990.

4.Бурак П. Региональные программы социального развития в условиях формирования рынка // Российский экономический журнал. № 8. 1996.

5.Халиков М.С. Экономическая социология: распределительные отношения. М., 2008.

3.3. Социологическое моделирование распределительных отношений в региональном социально-экономическом пространстве

В изучении типологических особенностей регионов, составляющих региональное социально-экономическое пространство, целесообразно применить метод социологического моделирования в сочетании с экспертным опросом представителей регионов. Этот метод представляет опосредованное изучение соци-

альных объектов в замещающем познавательном процессе, что позволяет получить новое знание о предмете исследований1.

Модель исследуемого объекта представляет собой систему знаковых комбинаций, которая находится в отношении подобия к объекту исследования и воспроизводит структурно-

1 См. Андрианов В.Г., Шашков С.А. Моделированииие в социологии. Энциклопедический социологический словарь / Под ред. Г.В. Осипова. Институт социально-

108 политический исследований. М., 1995. С. 412–415.

ПРАКТИКА СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЫ РЕГИОНА

функциональные, причинно-следственные и генетические связи между его элементами. В отечественной научной литературе

метод моделирования социальных систем описан Б.А. Глински, Б.С. Грязновым, Б.С. Дынным, Е.П. Никитиным, И.Б. Новиком (М., 1965); Н.М. Амосовым (Киев, 1968; 1970); Ю.Н. Гаврилецом (М., 1974); И.В. Бестужевым-Ладой, В.Н. Варыгиным, В.А. Малаховыым (М., 1979); В.К. Лукашевичем (Минск, 1983). Метод социологи-

ческого моделирования в визуальной имитации пространственновременных отношений приминительно к изучению человеческого

фактора в организациях широко используется в публикациях Ю.Д. Красовского (Организованное поведение. М.: ЮНИТИ,

2000; Сценарии организованного консультирования. М.: Новости, 2001).

В зависимости от целей и задач исследования модели могут

включаться в познавательный процесс как на эмпирическом, так и на теоретическом уровнях знания. Они выполняют, как прави-

ло, функции: а) измерительную; б) описательную; в) объяснительную; г) критериальную; д) предсказательую.1

Разновидностью социологического моделирования являются имитационные модели, на которых отрабатывается, как пра-

вило, одновременно и описательная и объяснительная и критериальная фуцнкции. Эти модели, по мнению социологов, относятся к классу наиболее многообещающих. Моделирова-

ние этого клана становится одним из важнейших способов визуального конструирования замысла и концептуальной схе-

мы исследований. Имитационные модели конструируются как

формирование пространства переменных, которое описывается в терминах модельных единиц. Гипотезы, закладываемые в те или иные имитационные модели, как правило, проигрываются в тех или иных сценариях: оптимистических, реалистических и пессимистических2.

Использование метода социологического моделирования предполагало проверку основной гипотезы в оценке характера распределительных отношений: чем более регион себя обеспечивает, тем больше у него должно быть полномочий. Теоретической предпосылкой ее проверки стало выделение четырех групп

регионов по уровню обеспеченности денежными доходами. Первая группа (1) — бедные регионы (или депрессивные), ме-

нее 1,5 прожиточных минимума в среднем на 1 человека3.

ГЛАВА 3

Вторая группа (2) — регионы малообеспеченные (дотационные), от 1,5 до 2 прожиточных минимума на человека в среднем1.

Третья группа (3) — регионы относительного благополучия (достаточные), от 2 до 3 прожиточных минимума на человека2.

Четвертая группа (4) — регионы высокой обеспеченности населения (доноры), от 3 до 5 и более прожиточных уровней в среднем на человека. В эту группу вошли 4 субъекта федерации: Мо-

сква, Тюменская область, Ханты-Мансийский и Ямало-Нецкий автономный округа3. Заметим, что группировки изменились. Одна-

ко с большей уверенностью можно говорить о составе наиболее богатых регионов-доноров4.

Эта поляризация российского экономического пространства стала одной из причин последующего разделения субъектов РФ на доноров для федерального бюджета и тех, кто нуждается в бюд-

жетных дотациях. Так, в федеральном бюджете на 1997 г. финансовая поддержка была предусмотрена 79 дотационным регионам из

89 субъектов федерации. Что же касается остальных десяти субъектов, то им была предписана донорская позиция. Это Москва,

Нижегородская, Липецкая, Самарская и Свердловская области, Красноярский край, республики Башкортостан, Татарстан, Ханты-

Мансийск и Ямало-Ненецкий автономные округа. Дифференциация регионов по уровню обеспеченности насе-

ления свидетельствует о разных потенциальных возможностях их

экономического развития и, соответственно, о разных объемах внутреннего регионального продукта, который может так или ина-

че перераспределяться.

Изучение характера экономической поляризации регионов стало основой для понимания отношений «федеральный центр–реги- он». Оно проводилось на основе экспертного опроса представите-

1 В эту группу входят: Калининградская; Ленинградская, Псковская, Тверская, Брянская, Курская, Воронежская, Астраханская, Волгоградская, Саратовская, Тамбовская, Пензенская, Нижегородская, Рязанская, Московская, Владимирская, Ивановская, Костромская, Архангельская, Челябинская, Курганская, Новосибирская, Амурская, Магаданская, Камчатская области; республики: Северная Осетия, Мордовия, Чувашия, Алтай, Саха (Якутия), Приморский, Хабаровский, Красноярский края, Корякский, Ненецкий автономные округа (35 субъектов федерации) = 44,3 %.

2 К этой группе относятся: Мурманская, Вологодская, Ярославская, Новгородская, Смоленская, Калужская, Тульская, Липецкая, Орловская, Белгородская, Ростовская, Кировская, Пермская, Екатеринбургская, Омская, Томская, Кемеровская, Иркутская области; Красноярский, Ставропольский края, республики Карелия, Коми, Санкт-Петербург; Эвенкский, Таймырский, Коми-Пермский АО (всего 26 субъектов федерации) = 32,3 %.

3 См. Игнатов В.Г., Бутов В.И. Регионоведение. Ростов н/Д.,1998. С. 267–268. 4 Их состав на 2001 год следующий: Ямало-Нецкий АО, Ханты-Мансийский АО, Ненецкий АО, Корякский АО, Республика соха, Москва, Чукотский АО, Коми,

Магаданская область, Мурманская область, Самарская область, Санкт-Петербург, Пермская область, Татарстан, Тюменская область, Свердловская область, Липецкая

110 область (16–20,2 %). См. Итоги. 30 октября 2000 г. С. 26.

ПРАКТИКА СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЫ РЕГИОНА

лей властных административных структур из регионов. Процедура изучения мнения экспертов состояла из трех этапов. На первом эта-

пе применялся визуальный экспресс-метод графического моделирования с параллельным обсуждением результатов визуализации (методика профессора Ю.Д. Красовского). Это позволило охарактеризовать происходящие в регионах социально-экономические процессы. На втором этапе эксперты отрабатывали свое виденье этого

процесса, фиксируя это на графических моделях. В итоге возникала своеобразная конфигурация этого видения, которая позволяла

выявить суть исследуемой проблемы. На третьем этапе проводился их балансовый опрос по тем показателям, которые были заложе-

ны в матричных таблицах. Примененный экспресс-метод изучения социально-экономического состояния регионов позволил получить графическую модель распределительного процесса. Они представле-

ны визуальной моделью, в которой графически изображены четыре региональных типа по четырем критериям: депрессивные, дотацион-

ные, самодостаточные и донорские регионы.

Графическое моделирование дало возможность определить

социально-экономический статус каждого из 4 типов регионов в системе координат.

В процессе визуального экспресс опроса было выявлено, что депрессивные регионы находятся в полной и прямой зависимости от поступлений средств из федерального бюджета (в виде транс-

фертов, дотаций, субвенций). На графике положение депрессивных регионов позиционировано в виде «вытянутого прямоуголь-

ника», устремленного по оси координат к федеральному бюджету.

Для депрессивных регионов характерно минимальное использование внутренних ресурсов региона, низкий уровень жизни населения, неэффективная экономика, они не стремятся к разделению полномочий, у них преобладают иждивенческие настроения и центростремительные силы (таковых примерно 17 % от общего числа субъектов федерации).

Группа дотационных регионов (их около 44 %); позиционирование несколько ниже по вертикальной оси координат и представляет собой форму прямоугольника. Позиция дотационных регионов несколько лучше по сравнению с депрессивными, они не только

ждут поступлений из федерального Центра, но и пытаются использовать экономический потенциал региона. При этом существуют позитивные факторы социально-экономического роста регионов. На некоторые из них указали эксперты: проведение грамотной социально-экономической политики; улучшение инвестиционного климата; эффективная распределительная политика; использование внутренних социально-экономических ресурсов территории.

К негативным факторам, препятствующим экономическому росту регионов, были отнесены: стагнация банковской системы; 111

ГЛАВА 3

Финансовые поступления из Федерального бюджета

+10

9

8

4

5

6

7

8

9

-10

Использование регионального бюджета

Рис. 1. Четырехмерная графическая модель распределительных отношений в региональном социально-экономическом пространстве.

отсутствие программы экономического развития региона; криминализация экономики.

Положение самодостаточных регионов с устойчивым средним

достатком: имеют форму квадрата и на оси координат позиционируются равно удаленными от центра. Таковых приблизительно 30–32 %. Самодостаточные регионы, как правило, имеют устойчивую экономику, средний уровень жизни по сравнению с общероссийским, среднюю бюджетную обеспеченность. Их доля поступлений из федерального бюджета составляет от 15 до 25 %.1

Наконец, группа регионов-доноров с высокой бюджетной самообеспеченностью и низкой долей (менее 5,0 %) поступлений из федерального бюджета, позиционируются большей частью на нижней вертикали координат, имеет форму прямоугольника. Крайние точки координат по горизонтали характеризуют эффективность

экономики региона и развитый уровень жизни населения. Если в 1997 г. доля регионов с высокой обеспеченностью составляла около 5,0 %, то к 2001 г. количество выросло до 20 %.

Основой социально-экономического развития регионов является такой процесс, который включает воспроизводство всех видов ресурсов региона — от трудовых, финансовых и природных

ПРАКТИКА СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЫ РЕГИОНА

до интеллектуальных и духовно-культурных. Но чтобы воспроизводственный процесс осуществлялся полноценно, важно своевре-

менно решать проблемы в регионах, а это наталкивается на необходимость корректного распределения полномочий «федеральный центр-регион».

Как показал опрос региональных экспертов, во всех регионах, в том числе благополучных, существуют проблемы, которые ре-

шаются или не решаются. К решаемым проблемам были отнесены проблемы социальной сферы, жилищное и дорожное строитель-

ство, безработица. Были названы проблемы, которые по разным причинам не решаются: износ оборудования муниципальной соб-

ственности, медицинское обслуживание, устаревшие транспортные средства. Однако, помимо названных, существуют проблемы, которые в силу своей неразрешимости «загоняются во внутрь»: это

социально-демографические проблемы народов Севера и Восточной Сибири (низкая рождаемость), проблемы энергоснабжения и

коррупция в органах местной власти.

Разрешение вышеназванных проблем зависит как от феде-

рального центра, так от региональной власти. Кто и в какой мере должно решать эти проблемы, определяется законодательным пу-

тем через разграничение полномочий между центром и регионами. Руководствуясь Европейской хартией местного самоуправления и федеральным законодательством Российской Федерации,

необходимо четко разграничить полномочия, за которые отвечают местные органы власти и федеральные. Это предполагает опреде-

ление трех функциональных позиций: кто разграничивает полно-

мочия, кто их финансирует и кто управляет. В некоторых странах эти функциональные позиции находятся в ведении федерального органа власти, а в некоторых — децентрализованы.

Так, распределение финансовых ресурсов по территориальному принципу ведет к неравенству распределения и перераспределения средств. Однако во многих странах децентрализации средств мешают политические факторы, там срабатывает принцип: кто осуществляет компенсацию, тот ее и обеспечивает, а кто управляет, тот и должен финансировать расходы.

В настоящее время формируется новая парадигма региональ-

ного саморазвития, к которой тяготеют самодостаточные регионы. Они заинтересованы в ускорении социально-экономического развития своих территорий при условии передачи им необходимых для этого средств, а это в свою очередь требует существенной корректировки бюджетного и налогового законодательства. Стремление к перераспределению пропорций налоговых поступлений особенно отчетливо проявляется в результате проведенного экс-

пертного опроса. Так, 31,2 % из числа опрошенных экспертов считают, что в федеральном бюджете должно остаться 30 % поступле- 113

ГЛАВА 3

ний, а в региональном — 70 %; другие считают, что федеральному центру следует оставить 40 %, а регионам — 60 % налоговых посту-

плений. Эксперты назвали три основных условия способствующие саморазвитию регионов: распределение полномочий по сырьевым ресурсам региона, финансовая самостоятельность и законодательная инициатива.

Таким образом, визуальный экспресс-метод графического мо-

делирования позволил выявить уровни социально-экономического развития регионов, провести их типологию (депрессионные, дота-

ционные, самодостаточные и доноры) и самое главное, используя демонстрационную методику, удалось воссоздать визуальную мо-

дель распределительного процесса в регионе, которая основывается на новом понимании социально-экономического развития регионов. Речь идет об инверсионной концепции многоэтапного развития

регионов.

Это новое понимание предполагает разработку такой кон-

цепции, которая могла бы объяснить и описать, каким образом мутантная экономика способна трансформироваться в рыноч-

ную экономику цивильного типа. Такая инверсационная концепция многоэтапного социально-экономического развития ре-

гионов требует особого исследовательского инструментария, где методы визуализации оказываются исходными в понимании той или иной социально-экономической позиции конкрет-

ного региона. Эта концепция включает разработку конкретных региональных проектов, которые должны стать инвестиционно

привлекательными. Ее методологической основой оказывается

определенный вектор развития, моделируемый на предложенных экспертам графиках.

Исследование характера экономической поляризации регионов стало основой для понимания отношений «федеральный центр–регион». Хотя оно проводилось в 2001 г., а прогнозы делались на 2010 г. , полученные данные визуализации и рекомендации экспертов остаются актуальными и по сей день.

Социологическое исследование строилось на основе экспертного опроса представителей властных административных структур из регионов.

В экспертном опросе это оказалось визуально выражено на модели, где ее критерии были изменены экспертами так, чтобы можно было изобразить в сравнении равное социально-экономическое состояние региона и то желаемое его состояние, достижение которого могло быть возможно на основе реализации прогнозируемой социально-экономической программы. Экспертный опрос был сконструирован в определенной последовательности: а) депрес-

сивные регионы; б) дотационные регионы; в) самодостаточные ре- 114 гионы; г) донорские регионы.

ПРАКТИКА СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЫ РЕГИОНА

А. Депрессивный регион республика Ингушетия

Социально-экономическая развитость региона

10

10

Удовлетворение потребностей региона

Рис. 2. Графическая модель сравнительного позиционирования республики Ингушетия.

– реальное социально-экономическое состояние

– желаемое социально-экономическое состояние

– проблемное поле прогнозируемой социально-экономи­ ческой программы до 2010г.

Ресурсы прогнозируемой социально-экономической программы.

ПРАКТИКА СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЫ РЕГИОНА

В. Самодостаточный регион Оренбургская область.

Социально-экономическая развитость региона

10

10

Удовлетворение потребностей региона

Рис. 4. Графическая модель сравнительного позиционирования Оренбургской области.

– реальное социально-экономическое состояние

– желаемое социально-экономическое состояние

– проблемное поле прогнозируемой социально-экономи­ ческой программы до 2010г.

Ресурсы прогнозируемой социально-экономической программы

ГЛАВА 3

Г. Донорский Ямало-Ненецкий автономный округ

Социально-экономическая развитость региона

10

10

Удовлетворение потребностей региона

Рис. 5. Графическая модель сравнительного позиционирования ЯмалоНенецкого автономного округа

– реальное социально-экономическое состояние

– желаемое социально-экономическое состояние

– проблемное поле прогнозируемой социально-экономи­ ческой программы до 2010 г.

Ресурсы прогнозируемой социально-экономической программы

В Ямало-Ненецком автономном округе, богатом полезными ископаемыми, социально-экономическое развитие возможно в результате роста самостоятельности, который может быть обеспечен

только в результате распределения полномочий между федераль- 118 ной властью и властью региональной.

ГЛАВА 3

ческие успехи страны в целом. Федеративный характер государственного устройства и его многонациональность накладывают до-

полнительный отпечаток на процедуру решения данной проблемы. Проблемы финансового выравнивания или устранения межрегиональных финансовых диспаритетов, как правило, могут рассматриваться в двух аспектах.

Первый связан с ликвидацией или хотя бы сокращением дис-

паритетов в краткосрочном аспекте, под которым обычно понимается текущий финансовый год. Речь идет о перераспределении ча-

сти валового внутреннего продукта через федеральный бюджет в бюджеты низкодоходных регионов с целью повышения уровня го-

сударственного потребления в этих регионах на приемлемом для страны уровне.

Второй аспект проблемы ликвидации межрегиональных диспа-

ритетов предполагает задействование в рамках межбюджетных отношений моделей и механизмов, нацеленных на активизацию эко-

номического развития в отсталых регионах, на стимулирование администрации регионов к активным действиям по экономическо-

му и социальному развитию территории, на привлечение дополнительных инвестиций на эти территории.

Существующая практика позволяет выделить основные схемы движения централизованных бюджетных средств на финансирование названных программ: через центральные министерства

и ведомства, их территориальные подразделения; через правительственные корпорации, которые полностью отвечают за вы-

полнение программы и сочетают функции управления с непо-

средственной хозяйственной деятельностью по осуществлению программных работ.

Финансовое выравнивание в российских условиях должно представлять собой не непосредственное выравнивание доходов бюджетов субъектов Российской Федерации, а выравнивание финансовых возможностей субъектов федерации предоставлять жителям этих регионов примерно равный спектр и уровень государственных услуг. Поскольку Россия — это единое государство, именно оно в лице Федерального правительства должно гарантировать всем гражданам Российской Федерации независимо от

того, в каком именно регионе они проживают, примерно равный уровень государственных услуг при сравнительно равном уровне налогообложения.

Сложившаяся многоканальность распределения финансов делает крайне сложным учет территориального аспекта в обеспечении принципа бюджетного равенства и справедливости. Не секрет, что действующая система трансфертов в региональные бюджеты

вызывает немало нареканий со стороны органов региональной 120 власти.

ПРАКТИКА СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЫ РЕГИОНА

Принцип бюджетного выравнивания продолжает оставаться одним из наиболее действенных, хотя механизм его реализации не всег-

да бывает совершенным. Так, к примеру, регионы-реципиенты хронически находятся в состоянии неопределенности, поскольку бывает трудно определить, какую именно долю доходов того или иного регионального бюджета реально составит трансферт. Тот факт, что принцип выравнивания неукоснительно соблюдается, свидетельствует о

том, что механизм бюджетного выравнивания «работает» и система трансфертных платежей действует в прямой пропорциональной за-

висимости от экономико-финансового положения региона.

Налогиисборы,какизвестно,составляютосновуналоговойбазы

региона и формируют региональный бюджет. Поэтому механизм налогообложения в распределительном процессе играет большую роль. Налоги — это рычаги перераспределения внутреннего регионально-

го продукта. Поэтому, когда встает вопрос о разграничении полномочий между федеральным центром и регионами, то он касается преж­

де всего содержания и пропорций налоговых отчислений.

Вопрос о том какие налоги и сколько средств оставить региону,

а сколько направить в центр — это вопрос, жизненно важный для регионов; от этого зависит, будут ли регионы находиться в состоя-

нии стагнации, либо они будут развиваться.

В этой связи результаты экспертных опросов показали, что трансферты и налоговые платежи — это главные механизмы рас-

пределения общественного продукта на региональном уровне, и их функционирование имеет свою региональную особенность.

Концептуальный подход к социально-экономическому разви-

тию регионов предполагает прежде всего формирование инвестиционного климата, благоприятного как для зарубежных, так и для российских инвесторов.

Инвестиционный климат, как известно, включает объективные возможности страны или региона (инвестиционный потенциал) и условия деятельности инвестора (инвестиционный риск). Поэтому для принятия деловых предложений совершенно недостаточно рассматривать лишь один потенциал или только риски. Регион может быть привлекательным с точки зрения потенциала (наличие сырьевых и интеллектуальных ресурсов), но если нестабильна

политическая обстановка или неудовлетворительна окружающая среда, то инвестиционный риск возрастает и соответственно становится под вопросом само решение инвестировать средства в этот регион. Инвестиционный потенциал, таким образом, складывается как сумма объективных предпосылок для инвестиций, зависящая как от наличия и разнообразия сфер и объектов инвестирования, так и от экономического здоровья. Потенциал региона в основе сво-

ей — это характеристика количественная, учитывающая основные макроэкономические показатели, такие как насыщенность терри- 121

ГЛАВА 3

тории факторами производства (природные ресурсы, рабочая сила, основные фонды, инфраструктура и т. д.), потребительский спрос

населения и др. Инвестиционный риск характеризует вероятность потери инвестиций и дохода от них. Риск — характеристика качественная и зависит от политической, социальной, экономической, экологической, криминальной ситуации. Поэтому, когда встает вопрос о рейтингах инвестиционной привлекательности региона, то

они рассчитываются на основании интегральных показателей. К показателям инвестиционного потенциала относятся:

–ресурсно-сырьевой (средневзвешенная обеспеченность балансовыми запасами основных видов природных ресурсов);

–производственный (совокупный результат хозяйственной деятельности населения в регионе);

–потребительский (совокупная покупательная способность

населения региона);

–инфраструктура (экономико-географическое положение

региона);

–интеллектуальная (образовательный уровень населения);

–институционная (степень развития ведущих институтов рыночной экономики);

–инновационный (уровень внедрения достижений технического прогресса в регионе).

Показатели, характеризующие инвестиционный риск:

–экономический (тенденции в экономическом развитии регионов);

–политический (поляризация политических симпатий насе-

ления по результатам выборов);

–социальный (уровень загрязнения окружающей среды);

–криминальный (уровень преступности в регионе).

В целом Россия относится к числу стран с довольно высоким уровнем инвестиционного риска, что, соответственно, снижает ее общий рейтинг. Если большинство наименее рисковых регионов сосредоточено в почти непрерывной узкой полосе от СанктПетербурга до Екатеринбурга, то большинство наиболее рисковых занимают почти всю Восточную Сибирь и Дальний Восток.

Российской экономике сегодня крайне необходимы инвести-

ции. Однако инвестиционный рейтинг России на международном уровне весьма низок и занимает место в начале второй сотни в «очереди» за инвестициями.

Это связано с тем, что Россия — страна резких межрегиональных экономических, социальных и политических контрастов, что не вполне устраивает зарубежных инвесторов, ориентированных на минимизацию инвестиционных рисков. Такое положение возникает, как

нам представляется, еще из-за законодательного несовершенства в 122 области инвестиционной деятельности. Из анализа инвестиционного

ПРАКТИКА СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЫ РЕГИОНА

законодательства следует, что оно имеет важное значение для зарубежных инвесторов, но не решающее. В регионах, где созданы наибо-

лее благоприятные законодательные условия инвестирования, предпочтение отдается все-таки иностранным инвесторам.

Исследования показали, что иностранные инвестиции в большей мере согласуются с уровнем инвестиционного риска, в то время как российские следуют за инвестиционным потенциалом.

Иностранные инвесторы более осторожны и стараются действовать наверняка, а российские либо недорассчитывают риски,

либо сознательно идут на избыточный риск, преодолевая угрозу потери инвестиций чисто российскими способами. Значительная

часть инвестиционных интересов сосредоточена в старых, освоенных регионах с наиболее высоким и разнообразным инвестиционным потенциалом на северо-западе, в Центральной и Южной Рос-

сии, а также в Новосибирской области.

Говоря об инвестиционной деятельности иностранных и оте-

чественных инвесторов, следует отметить, что и тех, и других объединяет стремление извлечь прибыль, используя так называемые

конкурентные преимущества низкого порядка, связанное с использованием дешевой рабочей силы, сырья и энергии (это регионы Ура-

ла, Мурманской области и северные территории).

Панельное исследование (экспертный опрос представителей регионов, проведенный в 2001 г.)1 показал, что даже самодостаточ-

ные регионы в настоящее время остро нуждаются в инвестиционных потоках, без которых невозможно достичь экономической

стабильности и тем более экономического роста. Отсюда инвести-

ционная привлекательность региона является одним из важных показателей социально-экономического развития региона. Для того чтобы сформировать более благоприятный инвестиционный климат, региональной власти необходимо обратить внимание на три основных направления этой деятельности.

Во-первых, формирование законодательной базы, создание стабильных правовых условий для деятельности инвесторов. Отсутствие гарантий равных прав и условий участникам инвестиционной деятельности, как правило, отпугивает как зарубежных, так и отечественных инвесторов.

Во-вторых, инвестиционный процесс ускоряет и делает необратимым наличие инвестиционной программы, в частности «Регио­ нальная инициатива».

В-третьих, направление, непосредственно вытекающее из предыдущего, — формирование структур, способствующих прямому диалогу с инвесторами, например, создание регионального Со-

ГЛАВА 3

вета по иностранным инвестициям, в который вошли бы представители практически всех иностранных компаний, имеющих свое

производство на данной территории. Все это, как нам представляется, будет способствовать повышению рейтинга, а значит, и улучшению экономической ситуации в регионе.

Следующим критерием оценки самодостаточности региона является специальный минимум и минимальная заработная плата.

Основой достижения социального стандарта являются стандарты ресурсной обеспеченности отраслей, финансируемых из

бюджета.

Выделенные стандарты ложатся в основу оценки экономиче-

ской самодостаточности регионов в целом. Разработка и введение системы этих социальных стандартов проводится в Татарстане в рамках системы индикативного управления, которая могла бы быть

полезной в управлении другими регионами.

Все эти наработки и практические рекомендации крайне важ-

ны для разработки системы оценки деятельности регионов. Такая система необходима, прежде всего, федеральному центру, чтобы

сравнить эффективность хозяйственного и социального управления в том или ином регионе. Так, например, об эффективности хо-

зяйствования можно судить по использованию земельного фонда в регионе, по показателям энергоснабжения, по выполнению тех же социальных стандартов и т. д.

Между тем сегодня рассматриваются и другие направления социально-экономического развития регионов. Речь идет о новой

парадигме развития регионов, которая может привести к экономи-

ческому подъему страны, изложенная в концепции государственной политики по разграничению полномочий между уровнями власти и предложенная президентом Татарстана М.Ш. Шаймиевым для всенародного обсуждения.

Сильными сторонами этого концептуального подхода является его опора на Конституцию РФ. Все федеральные и региональные законы должны отвечать требованиям Конституции РФ. Обращается внимание на то, что центральная власть при всем к ней уважении не должна забывать о конституциональных правах ее субъектов. Подчеркивается, что власть должна быть приспособлена к

особенностям каждого региона.

Разделяя в целом концептуальный подход, предложенный президентом Татарстана (хотя можно всегда найти его уязвимые места),необходимообратитьвниманиенато,чтоконцепциявомногом отражает интересы сильных самодостаточных регионов, готовых к саморазвитию, которое сдерживается рядом несовершенных, недоработанных законодательных актов.

Следует подчеркнуть, что бюджетные реформы во многом 124 улучшили ситуацию во взаимоотношениях центра и регионов, од-

ПРАКТИКА СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЫ РЕГИОНА

нако продолжают еще действовать старые схемы: доходы собираются по максимуму и стекаются в центр, а затем перераспределя-

ются в регионы. В федеральный бюджет поступает большая часть доходов, а меньшая остается в регионах. По мнению многих региональных лидеров такая распределительная политика не имеет перспективы. Не имеет смысла оголять регионы и ставить их в полную зависимость от центральной власти, тем более, что регионы сегод-

ня находятся в сложном социально-экономическом положении. Если до кризиса, по мнению экспертов, благосостояние людей

стало понемногу расти, что выражалось в росте денежных доходов населения (54,2 %), в покупке товаров и оплате услуг (58,3 %), в по-

купке валюты (70,8 %), в приросте денег на руках (56,3 %), то в момент кризиса резко сократились покупка товаров (на это указало 70 % опрошенных экспертов) и прирост денег на руках (60,4 %), а пос­

ле кризиса наметилась тенденция снижения доходов населения и, соответственно, уменьшение потребительского спроса (см. табл­. 1).

Таким образом, и предприятия, и население территориальных образований после кризиса 1998 г. испытывали трудности, которые

усугубились еще и тем, что в регионах была оставлена рисковая налоговая база (налог на прибыль и подоходный налог). В условиях,

когда предприятия только встают «на ноги», а тарифы на электроэнергию растут, трудно рассчитывать на рентабельность предприятий, а, значит, и на повышение, соответственно, заработной платы

не приходится рассчитывать и на поступления налогов, особенно подоходного и налога на прибыль, которые, кстати, составляют основ-

ной ресурс региона. Поэтому абсолютно прав Шаймиев, говоря о

том, что надо делать ставку на интересы регионов, потому что Россия — это прежде всего регионы. В проекте концепции заложена идея сохранения и развития региональной составляющей экономики страны. Однако эта идея не подкреплена идеологией социальноэкономического развития Федерации через соблюдение интересов регионов. Идеологическое обоснование концептуального подхода должно идти от обеспечения регионального развития к развитию федерации. В этом и проявляется инверсионное понимание предложенной концепции. На основе этой концепции успех социальноэкономического развития федеративного государства ставится в

прямую зависимость от развития отдельных его субъектов. Разграничение полномочий предполагает также и разграниче-

ние прав собственности, налогов и сборов, определение пропорций, распределение доходов между федеральными и региональными уровнями власти. В настоящее время появилась ясность по налоговой базе, хотя и существуют некоторые трудности в их сборе. Опрос экспертов показал, что общие интересы центра и регио-

нов требуют, чтобы в регионах остался налог на прибыль (31,3 %), подоходный налог (31,3 %), налог на имущество физических лиц 125

ПРАКТИКА СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СФЕРЫ РЕГИОНА

(37,5 %), налог на рекламу (31,3 %), налог на содержание жилого фонда (41,7 %). К федеральным налогам эксперты отнесли: НДС

(54,2 %), акцизы (66,7 %), налог на имущество предприятий (35,4 %) и некоторые другие налоги.

Опрос также показал, что в настоящее время существует противоречие в межбюджетных отношениях различных уровней.

При реформировании систем межбюджетных отношений в

последнее время постоянно наблюдаются перекосы в перераспределении доходных источников между уровнями бюджетной систе-

мы, и эта проблема сегодня не разрешена. Собственные доходы местных бюджетных органов постоянно сокращаются, а расходы

на содержание социальной сферы увеличиваются. Беда в том, что в Бюджетном кодексе не определены ни механизмы распределения данных расходных полномочий, ни доходные источники их получа-

теля. А поскольку определение налогооблагаемой базы, размеров и ставок налогов и счет по ним является функцией федеральных ор-

ганов власти, то местным органам остается лишь балансировать налогами по раздельным ставкам.

В ст. 48 Бюджетного кодекса указано, что распределение налоговых доходов для консолидированных бюджетов субъектов Фе-

дерации производятся в размере не менее 50 % от суммы консолидированного бюджета РФ. Вопреки существующему Закону, в 2001 г. установлено 70 % доходов в пользу федерального бюджета.

А если учесть рост цен и тарифов, особенно на энергоносители, что автоматически увеличивает объем расходов бюджета, то в конеч-

ном итоге это может привести к дефицитности бюджета объектов

федерации. Однако материалы проведенного экспертного опроса показывают, что большинство представителей регионов склонны распределить доходы между федеральным и региональным бюджетами как 40 % к 60 % и это, на их взгляд, будет способствовать скорейшему подъему экономики страны.

Полученные экспертные оценки, таким образом, совпадают с положениями концепции, разработанной в Госсовете РФ (март 2001 г.).

Резюмируя вышесказанное, подчеркнем, что в новых условиях хозяйствования происходит переплетение различных принци-

пов распределения:

–по результатам хозяйствования, отражающих взаимосвязь общественных, коллективных и индивидуальных затрат труда,

–по созданной стоимости,

–по стоимости рабочей силы.

Принцип справедливости в распределении в новых экономических условиях сводится к распределительной справедливости, кото-

рая состоит в том, что человек получает материальные и духовные ценности адекватно и пропорционально созданным им самим цен- 127

3 ГЛАВА

ГЛАВА 3

3.Каков механизм бюджетного выравнивания финансовых диспропорций ?

4.Что такое «социологическое моделирование» и его роль в региональном развитии?

Литература к теме

1.Гликман Н. Экономический анализ региональных систем. М.,

1980.

2.Изард У. Методы регионального анализа / Пер. с англ. М., 1966.

3.Кондратьев Н.Д. Большие циклы конъюнктуры // Н.Д. Кондратьев. Избранные сочинения. М., 1993.

4.Воллерстейн И. Общественное развитие или развитие мировой

системы // Вопросы социологии. 1992. Т. 1.

5.Андрианов В.Г., Шашков С.А. Моделированииие в социологии.

Энциклопедисческий социологический словарь / Под ред. Г.В. Осипова. Институт социально-политический исследова-

ний. М., 1995. С. 412–415.

6.Халиков М.С. Экономическая социология:распределительные

отношения. М., 2008.