Сборник работ молодых ученых МГПУ. Выпуск ХХХI

В заключение следует добавить, что изучение традиций и опыта организации парфюмерно-косметического производства на фабрике А. Сиу имеет большое значение ввиду стремления современной отечественной парфюмерно-косметической промышленности завоевать лидирующие позиции в России и успешно конкурировать с западными фирмами по производству парфюмерии и косметики.

Литература

1.Кустова М. Ароматы московской старины // Московский архив. – 1996. – Вып. I.

2.Московская губерния. Статистический комитет. Памятная книжка Московской губернии на 1909 г. – М., 1908.

3.Обзор Московской губернии за 1880 г. – М., 1881.

4.От служащих хозяевам в честь пятидесятилетия торгового дома А. Сиу и К°, 1855, 24 ноября. – 1905: Фотоочерк. – М., 1905.

5.Пищевая промышленность СССР. – М., 1967.

6.ЦИАМ. Ф. 1093. Оп. 1. Д. 3.

7.ЦИАМ. Ф. 1093. Оп. 1. Д. 122.

8.ЦИАМ. Ф. 1093. Оп. 1. Д. 123.

21

Курган А.А.

Позиция советской делегации на Потсдамской конференции по проблеме прекращения войны с Японией

На Потсдамской международной конференции (17 июля – 2 августа 1945 г.), при самом активном участии советской делегации, были приняты важнейшие решения, которые подвели итоги Второй мировой войны, развязанной империалистической фашистской Германией, но завершившейся победой коалиции

СССР, США, Великобритании и их союзников. Принятые на конференции решения стали основой послевоенного мирного устройства.

Наиболее актуальным вопросом, который обсуждался на Потсдамской конференции, являлся вопрос о скорейшем разгроме японских агрессоров. США опасались, что без помощи Советского Союза война с Японией затянется еще надолго и потребует от них больших жертв и усилий.

На первой же встрече И. В. Сталина с Г. Трумэном, накануне открытия конференции американский президент, касаясь этого вопроса, заявил, что «США ожидают помощи от Советского Союза». Глава Советского правительства ответил, что «Советский Союз будет готов вступить в действие к середине августа и что он сдержит свое слово»1.

Официально в повестке дня конференции вопрос о вступлении СССР в войну против Японии не стоял, но он продолжал затрагиваться во время неофициальных встреч.

В составе советской, американской и английской делегаций, прибывших на конференцию, находились также высшие военные деятели трех держав. Была сразу же достигнута договоренность

оих встрече для обсуждения вопросов сотрудничества воору-

1 Советский союз на международных конференциях периода Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Берлинская (Потсдамская) конференция руководителей трех союзных держав — СССР, США и Великобритании (17 июля – 2 августа 1945 г.). – М., 1980. – С. 43 (далее — Берлинская (Потсдамская) конференция).

22

женных сил трех держав в целях скорейшего разгрома японских агрессоров.

Сначала состоялись заседания англо-американского Объединенного комитета начальников штабов, подробно рассмотревшего все основные аспекты войны против Японии, в том числе с учетом появления у американцев атомной бомбы.

Утром 24 июля происходило заседание этого комитета с участием Г. Трумэна и У. Черчилля. Несмотря на произведенный атомный взрыв, сочли необходимым «поощрять вступление России в войну против Японии»1.

В середине дня состоялось первое заседание начальников штабов трех держав. На заседании рассматривался вопрос о согласовании действий вооруженных сил трех держав в войне против японских агрессоров. Начальник генерального штаба Красной Армии генерал армии А.И. Антонов информировал присутствующих, что происходит концентрация советских войск на Дальнем Востоке и к середине августа они будут готовы начать военные действия. Целью СССР на Дальнем Востоке, сказал он, является разгром японских войск в Маньчжурии и освобождение Ляондунского полуострова. После разгрома Японии советские войска будут выведены из Маньчжурии.

Дж. Маршалл сообщил о строительстве аэродромов на захваченной американцами Окинаве с целью бомбардировки территории Японии. Начата переброска войск из Европы, первые части прибыли на Филиппины. Американские сухопутные войска, уже находящиеся в бассейне Тихого океана, в основном прекратили активные действия и готовятся к очередной операции.

Дж. Маршалл передал генералу А.И. Антонову в письменном виде ряд конкретных вопросов (предложений) о сотрудничестве и непосредственных контактах между советскими, американскими и британскими вооруженными силами во время предстоявших совместных действий против Японии. А.И. Антонов обещал дать на них ответы через несколько дней.2

1 Мальков В.Л. «Манхэттенский проект». – М., 1978. – С. 127.

2Берлинская (Потсдамская) конференция. – С. 30.

23

26 июля на заседании начальников штабов СССР и США А.И. Антонов дал ответы на эти вопросы. Советская сторона согласилась удовлетворить просьбу США о создании в Хабаровске

иПетропавловске американских метеорологических и радиостанций для сбора и передачи американским военно-морским

ивоенно-воздушным силам информации о погоде в Восточной Сибири. С учетом американских предложений были согласованы зоны действий военно-морских и военно-воздушных сил СССР

иСША в Японском, Охотском и Беринговом морях, а также во- енно-воздушных сил в Корее и Маньчжурии. А.И. Антонов сообщил, что главнокомандующий всеми советскими войсками на Дальнем Востоке маршал А.М. Василевский будет уполномочен решать вопросы, связанные с координацией действий вооруженных сил обеих держав в данном районе.

Советская сторона информировала, что она готова выделить порты Находка, Николаевск и Петропавловск, а также несколько аэродромов, с тем чтобы американские военно-морские и военновоздушные силы могли использовать их для ремонта своей военной техники, получения медицинской помощи и т. д. А.И. Антонов подчеркнул, что все эти договоренности войдут в силу после вступления СССР в войну против Японии, хотя конкретные подготовительные меры по некоторым вопросам могут быть приняты заранее.

Обе стороны выразили удовлетворение достигнутыми договоренностями о сотрудничестве вооруженных сил СССР и США в войне против Японии.1

Спорным является вопрос о том, изменилась ли позиция США после того, как 16 июля Г. Трумэн получил известие об успешном испытании американского ядерного оружия. С одной стороны, он отмечал в своих воспоминаниях, что он и военные деятели США не знали, какой эффект это новое оружие может оказать на японцев.Поэтомувоенныесчиталинеобходимымпродолжатьдействоватьвсоответствиисимевшимисяпланамивторжениянаяпонские острова. Такая позиция США вытекала из оценки британскими и

1 Сиполс В. Великая победа и дипломатия. – М., 2000. – С. 341.

24

американскими военными кругами стратегической обстановки на Дальнем Востоке. Япония к тому моменту еще далека была от капитуляции,онарасполагалабольшимизапасамиоружиеибоеприпасов, а также армией до пяти миллионов человек, которая была в состоянииоказатьмощноесопротивлениесоюзническимвойскам. В зарубежной историографии и некоторых работах отечественных авторов1 можно встретить утверждение, что в связи с надеждами на создание атомной бомбы представители США, отправляясь на Потсдамскуюконференцию, былиуженезаинтересованы во вступлении в войну против Японии Советского Союза. Несмотря на высказывания подобных точек зрения, президенту Г. Трумэну и большинству представителей Комитета начальников штаб США было понятно, что отказ от помощи СССР в войне с Японией являлся слишком большим риском. Япония продолжала ожесточенное сопротивление и готовилась к обороне собственно Японских островов, в то время как фактор воздействия атомной бомбы оставался неясным.2 Президент не скрывал, что одной из особо важных целей на Потсдамской конференции для него было получение согласия на вступления СССР в войну против Японии.3

С другой стороны, существовал факт, который указывал на то, что Америка намеревалась распоряжаться на Дальнем Востоке, не озираясь на Советский Союз, учитывая только свои собственные желания и цели. Видимо, основную роль в определении уверенности США в своих силах играло наличие у Америки атомного оружия. С этой позиции США более выгодно было разгромить Японию, не прибегая к помощи СССР. Дело в том, что 26 июня 1945 г. во время Потсдамской конференции от имени США, Англии и Китая была опубликована декларация, в которой Японское правительство призывалось к безоговорочной капитуляции на предъявленных в этой декларации условиях, с Советским Со-

Цусимы длиною в век. – М., 2004.

3Новое время. – 1970. – № 36. – С. 7.

25

юзом же этот шаг согласован не был. И.В. Сталин резко прореагировал на факт создания этой декларации, указав на недопустимость предоставления недостаточной информации союзниками Советского Союза по вопросу о Японии.1 Когда с советской стороны на конференции было выражено пожелание отложить опубликование декларации, американские руководители ответили, что декларация передана представителям печати и выполнить советскую просьбу якобы уже невозможно. На самом деле, как свидетельствует А. Гарриман, сделано это было умышленно. «Этого хотел Бирнс, — пишет он в мемуарах. — Он предпочитал закончить войну по возможности без русских»2. Основываясь на этих данных, можно сделать вывод о двойной игре американского правительства: с одной стороны, четко осознавалась необходимость участие в войне против Японии советских войск, с другой — политические лидеры США не оставляли надежду закрепиться на Дальнем Востоке без помощи СССР, с помощью хитрой дипломатической игры.

Совершенно иначе поступало советское правительство, согласовывая свои шаги по отношению к Японии с англо-амери­ канскими союзниками. И.В. Сталин оповестил и Г. Трумэна, и К. Эттли о том, что японское руководство пыталось вести с советским правительством переговоры о прекращении войны. И посовещавшись, лидеры союзнических держав дали совместный ответ на послания японского императора. Советское правительство эти шагом показало, что оно будет выполнять обязательства по договорам со своими союзниками. Хотя у И.В. Сталина была реальная возможность изменить положение дел на Дальнем Востоке.

Американское правительство оказалось серьезно встревожено тем, что Япония пыталась завязать при посредничестве советского правительства переговоры о прекращении войны. Американским спецслужбам удалось раскрыть дипломатические шифры Японии, и они внимательно следили за перепиской между ми-

ны. – М., 1959. – С. 439.

26

нистерством иностранных дел Японии и японским посольством в Москве. Американцы опасались капитуляции Японии перед Советским Союзом или через советское посредничество. Это означало бы, что победа прошла мимо США.

На четвертый день после окончания Потсдамской конференции, 6 августа, американцы сбросили на японский город Хиросиму атомную бомбу. Они торопились, так как лелеяли надежду заставить Японию капитулировать еще до вступления войну против нее Советского Союза. Три дня спустя жертвой имевшихся у них бомб стал Нагасаки.

Применение атомного оружия преследовало двоякую цель — с одной стороны, показать Японии, что ее ожидает в случае продолжения войны, а с другой — продемонстрировать американскую мощь перед Советским Союзом, что могло побудить его согласиться с американской точкой зрения по широкому кругу международных вопросов. Тем не менее в ответственных кругах Вашингтона по-прежнему считали, что разгром Японии необходимо довершить при помощи Красной Армии. Как отмечает Л.В. Поздеева, «западные политики не смогли ни отказаться от привлечения СССР к участию в военном разгроме Японии, ни произвести на советское правительство давление с помощью «атомной дипломатии»1.

Итак, в вопросе окончания войны с милитаристской Японией США все же вынуждены были прибегнуть к помощи Советского Союза, что в свою очередь способствовало укреплению позиций

СССР на Дальнем Востоке.

Литература

1.Бережков В. М. Страницы дипломатической истории. – М.,

1982.

2.Бережков В.М. Рядом со Сталиным. – М., 1998

3.Дипломатический вестник. – М., 1983.

1 Поздеева Л.В. Берлинская (Потсдамская) конференция. Великая Отечественная война 1941–1945. Иллюстрированная энциклопедия. – М., 2005. –

С. 67.

27

4.Исраэлян В. Л. Дипломатическая история Великой Отечественной войны. – М., 1959.

5.Кошкин А.А. Японский фронт Маршала Сталина: Тень Цусимы длиною в век. – М., 2004.

6.Мальков В.Л. «Манхэттенский проект». – М., 1978.

7.Новое время. – 1970. – № 36.

8.Поздеева Л.В. Берлинская (Потсдамская) конференция. Великая Отечественная война 1941–1945. Иллюстрированная энциклопедия. – М., 2005.

9.Сиполс В. Великая победа и дипломатия. – М. 2000.

10.Советский союз на международных конференциях периода Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Берлинская (Потсдамская­ ) конференция руководителей трех союзных держав — СССР, США и Великобритании (17 июля – 2 августа 1945 г.). – М., 1980.

28

Набокина М.Е.

Публицистическая деятельность Н.А. Бердяева по формированию общественно-политических взглядов российской интеллигенции на революционный процесс

в России и ее роль в Первой мировой войне

Николай Александрович Бердяев — известный религиозный философ, оставивший богатое публицистическое наследие, активный член Московского Религиозно-философского общества памяти Владимира Соловьева. В период с 1905 по 1918 год он опубликовал ряд работ, направленных на формирование обще- ственно-политических взглядов отечественной интеллигенции. Среди проблем, рассматриваемых мыслителем, были различные аспекты первой русской революции, Первой мировой войны, революционного процесса 1917 года, перспектив послереволюционного развития России.

В период революции 1905–1907 годов Н. А. Бердяев стремился сформировать в самосознании отечественной интеллигенции представление о том, что ее роль в общественно-политической жизни России заключается в объединении освободительного движения, осознающего изжитость самодержавного строя, в противостоянии развитию классового подхода и атеистического социализма в России, в формировании идеала безгосударственного общественного устройства, в предотвращении прихода к власти в России РСДРП. Н.А. Бердяев, выступая яростным противником смертной казни, в развитии революционного движения однозначно винил царское правительство, которое своими репрессивными мерами против революционеров, по его словам, только подпитывало «огонь революционной романтики», героизацию образа революционера-страдальца. Философ не отрицал, что всякое революционное потрясение есть зло, однако оно, по мнению мыслителя, стало ответом на насилие со стороны самодержавной власти, причем для любого государства, по мысли Н.А. Бердяева, характерно формирование аппарата принуждения, охраняющего господство меньшинства над большинством.

29

После революции 1905–1907 годов Николай Александрович Бердяев стремился сформировать в сознании отечественной интеллигенции убеждение о том, что первая революция в России продемонстрировала, с одной стороны, невозможность возвращения к старому порядку, с другой — бесперспективность и антирелигиозностьсоциальнойреволюции,необходимостьпреодоления революционных настроений в обществе. Мыслитель утверждал о том, что социальной базой, «душой» русской революции стала та часть разночинной интеллигенции так называемого третьего элемента, в которую входят «не только статистики, земские служащие, но и газетные литераторы, студенты, бегающие с урока на общественные собрания, девушки с зубоврачебных и акушерских курсов, начинающие адвокаты, мелкие служащие в управлениях железных дорог и т. п.» [1: c. 52]. Эта публика состоит из «людей с растрепанными чувствами, в массе своей полукультурных и полуобразованных, без определенных занятий, обреченных властью скитаться по заграничным колониям и ссылкам…» [1: c. 54]. Общественный деятель предупреждал о том, что реализация идей революционного захвата власти приведет к «массовому безумию», которое сможет остановить лишь «новый военный диктатор» [1: c. 58]. Н.А. Бердяев убеждал отечественную интеллигенцию в том, что социальная революция как всенародное восстание, как насильственная смена власти — явление сугубо отрицательное, поскольку новая власть будет другой лишь внешне, а внутренне — останется с тем же старым мировоззрением.

Будущий же исторический путь России Н.А. Бердяев представлял себе состоящим из двух стадий: конституционной монархии, для становления которой необходим достаточно долгий период, и «свободной теократии», при которой Церковь стояла бы выше государства; не имея непосредственных управленческих и экономических функций, она выполняла бы нормообразующую роль. Церковь, как убеждал мыслитель, должна была стать не союзником или противником государства, а духовным арбитром его деятельности, ограничителем его произвола. Со временем, как полагал Н.А. Бердяев, Церковь полностью заменит государство, однако это — перспектива далекого будущего.

30