Российские традиции охраны отечественного культурного наследия. Монография

ле«Советскаяархеология»в1954г.,вкоторойонвыразилмнение,что для архитектурного памятника существенна не только реконструкция его изначального облика, а «позднейшие искажения памятника являются порой чрезвычайно ценными показателями, документирующимиизмененияхудожественныхвзглядовпоследующихпоколений»468. В значительной степени под влиянием этой статьи с конца 1950-х гг. высказывались мнения о равнозначной ценности разновременных наслоений, обращали внимание на различные аспекты ценности памятника(наисторическом,художественном,градостроительном),подчеркивали роль научных исследований как необходимого источника достоверной реставрации.

Ноосновным,принципиальнымвметодикереставрацииэтоговременибылобликреставрируемогосооружения,аименновопрос:какой изэтаповжизнипамятникадолженбытьвосстановлен—первоначаль- ный или один из последующих? В 1961 г. в первой «Методике реставрациипамятниковархитектуры»469 былизафиксированытриосновные разновидности реставрации, применявшиеся на практике:

1.Восстановлениепервоначальногообликазданиясудалениемвсех позднейших наслоений и реставрацией утраченных или сильно искаженных древних частей.

2.Восстановление здания в том виде, в каком оно было на определенном этапе создания, с сохранением всех существовавших к тому периоду пристроек и выявлением основной части здания в том виде, в каком она была ко времени ее возведения (реставрация на «оптимальную дату»).

3.Восстановление в первоначальном виде части здания, должным образом документируемое натурой и достоверными архивными материалами, но без воссоздания утраченных частей памятника ввиду отсутствия научно обоснованных данных и с сохранением художественно ценных позднейших наслоений и пристроек (т. е. создание облика, никогда не существовавшего ранее).

В 1960-е гг., особенно под влиянием решений Венецианского конгресса реставраторов 1964 г., в среде архитекторов-реставраторов зачастую за закрытыми дверями начали ставить под вопрос «аутентичность» научных реконструкций, составивших в послевоенное время гордостьленинградскойшколыреставрации.К.Келлипривеладовольно ироничную выдержку из обращения к коллегам в декабре 1967 г. заведующего Ученым советом ГИОПа Льва Медерского по поводу

468ВоронинН.Н.Архитектурныйпамятниккакисторическийисточник//Сов. археология. 1954. № 19. С. 74.

469Методика реставрации памятников архитектуры. М.: Стройиздат, 1961.

201

идеи реконструировать на новом месте Потешный дворец Елизаветы Петровны на Средней Рогатке: «“Новодел”, как всякая копия, конечно, хуже подлинного авторского оригинала. Но “новодел”, точно повторяющий оригинал, даже утратив авторскую подлинность, т. е. мемориальность, сохраняет свое познавательное значение для изучения творчества автора и даже для увековечения памяти о зодчем. Если для познавательных целей в музеях создаются специально макеты зданий выдающихсязодчих,топочемунеследуетиспользоватьвозможность, представляемую в настоящее время, создать макет дворца в натуральнуювеличину?Логическирассуждая,представляется,чтоотказываться от такой редкой возможности нет оснований. При этом нет необходимости брать новое здание под охрану и называть его “памятником архитектуры”»470.

Более того, все большее беспокойство у некоторых ленинградских реставраторов начинал вызывать принцип «цельности». Как выбрать «оптимальную дату», если здание много раз перестраивалось? Одно дело — убрать «уродливые украшения» периода «буржуазной эклектики»,хотядажеониначиналиприобретатьценностьпомеретого,как «повышалсястатус»такназываемого«петербургскогомодерна»(вконце 1960-х здания «поздней эклектики» и «модерна» составляли большуючастьпостроек,рекомендованныхУченымсоветомквключению в списки ГИОП; другое — вернуть какой-нибудь дом, мимо которого ежедневноходилПушкин,кего«оригинальному»состоянию,возникшему задолго до жизни поэта. Решение проблемы усложнялось в еще большей степени, когда речь заходила об определении «оптимальной даты» целых районов или исторического центра в целом.

В последующие годы стали расширяться работы с использованием приемов фрагментарной реставрации и художественной консервации, а целостные реставрации осуществлялись уже в меньшем количестве. Но все же утвердить консервацию как основной вид реставрационных работ не удалось по нескольким причинам. Во-первых, как неоднократно отмечалось на совещании по вопросам консервации каменной кладки, широко распространить на практике всевозможные инженерно-технические приемы консервации оказалось сложно. Эти приемыбылинедостаточноэффективны,частонеудовлетворялиэсте- тическимтребованиям.Во-вторых,сталивозникатьсложностисорга- низациейхудожественно-эстетическойэкспозициируинированногопа- мятника, особенно если он оказывался в городской среде. В-третьих, оказалосьтрудноприспособитьруинированныепамятникиксовременномуиспользованию,значительнопрощеэтипроблемырешалисьвот-

470 Келли К. Указ. соч.

202

ношении новодела или целостной реставрации. В-четвертых, консервация оказалась невыгодной для реставрационного производства: она имеланизкиестроительныерасценкипосравнениюсдругимиреставрационнымиработами.Всеэтопривелонетолькокснижениюпрестижаконсервации,несколькоукрепившейсвоипозициипослеВенецианского конгресса, но и к сокращению фрагментарной реставрации. И с середины70-хгг.вреставрационнойпрактикевновьпроизошелкренв сторонупреобладанияцелостныхреставраций,хотяпослевоенныепоиски в области методики привели к тому, что в реставрационной теориикэтомувремениужебылидоказаныпреимуществаконсервациии фрагментарнойреставрацииинаучнообоснованыусловияприменения целостнойреставрации471.Внастоящеевремяустановлено,чтоконсервацияифрагментарнаяреставрациякакхудожественныйприемимеют еще не использованные резервы и должны шире применяться в сохранении памятников. Относительно целостной реставрации Е. В. Михайловский писал в 1981 г.: «Вопрос о законченности, о цельности внешнего облика памятника после его реставрации нельзя трактовать слишком примитивно... При умелой реставрации, в том числе и при фрагментарнойреставрации,эстетическаяцельностьвнешнегооблика памятника может быть достигнута и без восстановления тех или иных разрушенных или сильно поврежденных частей его»472.

Следует особо подчеркнуть, что в центре внимания законодательных актов, касающихся совершенствования деятельности по охране памятников истории и культуры конца 50-х — начала 60-х гг. XX в., были не только проблемы защиты и сохранения недвижимых памятников, но и движимых, особенно тех, которые находились в коллекциях музеев СССР. О понимании этого свидетельствовал и тот факт, что для повышения эффективности руководства музейной работой в рамках Министерства культуры в 1957 г. было создано Управление музеев и охраны памятников. Правда, перестройка руководства практическинекасаласьсодержаниямузейнойработы.Продолжалисьперепрофилирование и переэкспозиции музеев в связи с известными решениями ХХ съезда КПСС о преодолении культа личности Сталина и его последствий. Так, Вологодский музей И. В. Сталина преобразовали в Музей Вологодской ссылки, Музей И. В. Сталина в Красноярске — в Музей истории Красноярской организации КПСС и т. д. Открылись ранее не доступные для широкого обозрения музеи, например, Мо-

471Методика и практика сохранения памятников архитектуры. М.: Стройиз-

дат, 1974.

472Михайловский Е. В. Реставрация памятников архитектуры // Восстановление памятников культуры. М.: Искусство, 1981. С. 31—32.

203

сковский Кремль (1961), Музей К. Маркса и Ф. Энгельса (1962). Однако музеи по-прежнему рассматривались, главным образом, как пропагандистыпреимуществасоветскогосоциалистическогострояиидей марксизма-ленинизма,аужезатемкакхранителинаследия.Этонемог- лонесказатьсянакомплектованиимузейныхфондов,вкоторыхдоминировали материалы по советскому периоду.

Важным направлением была работа по созданию историкоархитектурных заповедников. Такая работа началась с 1959 г. Музеизаповедники были созданы в Новгороде, Костроме, Горьком (Нижний Новгород),Владимире,Ярославле.Музеи-заповедникисталиопорны- ми пунктами туристических маршрутов. А. А. Формозов вспоминал, что в 1960-х гг. один из Ротшильдов посетил Суздаль. «Увидев почти нетронутый средневековый город, он бросил слова: «Вы по золоту ходите».Этодошлодоначальства,ионосообразило,чтоархитектурные заповедники могут привлечь иностранных туристов, а это даст казне приток валюты. Был разработан маршрут “Золотое кольцо”»473. В разработке маршрута принимал участие Н. Н. Воронин. Он подсказывал, какие памятники следует включить в маршрут, какие из них следует отреставрировать.Нореставрациячастопроводиласьбезопорынанаучныеизыскания.Иногдаэтоприводилопростокчудовищнымрезультатам. После такой неудачной реставрации Пскова Воронин говорил, что он больше не может туда ездить, т. к. город превратили в сплошной Ярославский вокзал474.

Главной сложностью музеев-заповедников было наличие значительных природных комплексов, нуждавшихся в охране и защите не меньше, чем памятники истории и культуры. При создании многих таких музеев не были решены природоохранные задачи, отсутствовали нормативные документы. Это относилось к деятельности Соловецкого историко-архитектурного и природного музея-заповедника, Кижей, Валаама и др. С 1964 г. внимание государственных, партийных, общественных структур было привлечено к гибели из-за близко расположенныхпромышленныхпредприятийзеленыхнасажденийЯснойПоляны. Но, несмотря на множество партийных постановлений, спасти практически ничего не удалось.

В 1957 г. был проведен первый смотр музейной работы, посвященный 40-летию Великой Октябрьской социалистической революции, в которомпринялоучастие270музеев.Вдальнейшемпроведениетаких

473Формозов А. А. Роль Н. Н. Воронина в защите памятников культуры России // Рос. археология. 2004. № 2. С. 179.

474Там же.

204

смотров в связи со значимыми юбилейными революционными и мемориальными датами стало традицией. Поначалу смотры активизировали работу музеев, особенно экспозиционную и собирательскую, по комплектованию фондов, но со временем приобретали все более формальный характер.

Празднование 40-летия Великой Октябрьской социалистической революции дало толчок еще одной важной инициативе в музейном деле—возникновениюобщественныхмузеев.Первыетакиемузеивоз- никли в Пермской области, в городах Лысьва, Кизел и Очера. Министерство культуры в 1959 г. рекомендовало распространить этот опыт, в результате чего сеть общественных музеев в 1966 г. достигла 300, в 1972 г. — 601, а в 1974 г. — 1074 единиц475.

Вконце1950-х—начале1960-хгг.начинаютсоздаватьсяпервыему- зеинародногозодчестваподоткрытымнебомвЭстонии,Латвии,Литве. Старые,частообветшавшиепостройкиперевозятсяиустанавливаются на новых местах. Хотя основным способом реставрации деревянных изб, хат, мельниц, часовен и т. д. считалась консервация, из-за недолговечностииветхостидеревапроцентпоновлениябылзначительным. Но так как структура и характер новых частей не должны были отличаться от подлинных, к сожалению, доминировал эффект «новодела».

Начиная с 60-х гг. ХХ в. активно стали образовываться филиалы крупных музеев на местах. Дело в том, что для создания филиалов требовалось значительно меньше согласований, в том числе и с партийными органами, а головной музей выделял для своих филиалов к тому же еще и часть своих финансовых средств. Министерство культуры было обеспокоено появлением массы «маломощных» музеев и потребовало в 1977 г. впредь согласовывать с ним открытие новых государственных музеев и филиалов.

Созданные филиалы крупных музеев стремились в ходе своего дальнейшегоразвитиякобретениюсамостоятельности,поэтомусконца 60-х гг. начался обратный процесс превращения филиалов в музеи.

Вцеломжевразвитиимузейнойсетив1960—1980-хгг.доминиро- валиузкопрофильныемузеи,аколичествокраеведческихсокращалось. Если в 1965 г. краеведческие музеи составляли 50% от общего числа, то в 1985 г. — 36,5%476. Значительной частью узкопрофильных музеев были художественные галереи, многие из которых образовывались за

475Поправко Е. А. Музееведение [Электронный ресурс]. URL: http://abc.vvsu. ru/Books/muzeebed/page0004.asp (дата обращения: 23.02.2011).

476Там же.

205

счетвыделенияизфондовкраеведческихмузеевхудожественныхколлекций. Появились и передвижные музеи. В 1963 г. их было около 30.

Однако, начиная с 70-х гг. проявилась тенденция к формированию музейныхсистемиобъединений.Так,в1974г.Владимиро-Суздальский музей-заповедник был реорганизован в Государственный историкоархитектурный и художественный музей-заповедник с включением в него пяти краеведческих, двух художественных и двух мемориальных музеев. Опыт сочли удачным и рекомендовали к повсеместному внедрению. На 1 января 1985 г. таких объединений было 25, они охватывали 27% музейной сети РСФСР477. Против создания объединений выступили Академия художеств СССР и Союзы художников СССР и РСФСР, т. к. в разнопрофильных объединениях художественные музеи теряли самостоятельность. Министерство культуры учло позицию Академии художеств СССР и Союзов художников СССР и РСФСР и принялорешениеневключатьхудожественныемузеивразнопрофильные объединения, а если и объединять их, то только в рамках своей профильной группы. В 1982—1985 гг. НИИ культуры было проведено обследование подобных музейных объединений, которое показало, что если для работы подобных объединений не было создано необходимых условий, то работа в них велась ничем не лучше, чем до объединения, а иногда и хуже.

В1950—1960-егг.расширялисьмеждународныесвязимузеев.Это быловызванотем,чтов1956г.СССРприсоединилсякКонвенцииозащитекультурныхценностейвслучаевооруженногоконфликта,подпи-

санной в Гааге в 1954 г. (Hague Convention for the Protection of Cultural Propert in the Event of Armed Conflict. he Hague, 15 Ma 1954). Тем самым Советский Союз включился в международную систему охраны памятников культуры. В 1957 г. во исполнение приказа Министерства культуры СССР был образован Советский комитет ICOM (Международный совет музеев, 1946 г.). В 1957—1964 гг. его возглавлял А. И. Замошкин — член-корреспондент Академии художеств СССР, директор ГМИИ им. А. С. Пушкина. Среди задач ICOM — широкое содействие всестороннему обмену опытом между российскими музеями, мероприятиях по охране памятников и произведений искусства, развитие новых научных методов исследования, реставрации, консервации и хранения и т. д., распространение опыта зарубежных музеев в

477 Поправко Е. А. Музееведение [Электронный ресурс]...

206

СССР, предоставление информации о международных контактах советских музеев478.

Изучение музейного дела в СССР позволяет заключить, что оно развивалосьврамкахглавныхмеждународныхтенденций.В1970-егг. в музеях СССР, как и повсеместно в мире, началась деятельность по оцифровкехранящегосявмузеяхнаследия.Так,былисозданыкомпьютерные базы данных: электронные каталоги в Третьяковской галерее (18 тыс. изображений), в Музее «Московский Кремль» (60 тыс. описаний предметов из коллекций иконописи, оружия, прикладного искусства, нумизматики, археологии) и др.

СвидетельствомуспеховразвитиямузейногоделавСССРсталопринятие Постановления Совета министров СССР № 428 от 02.06.1965 г. «О музейном фонде Союза ССР» и «Положения о музейном фонде

СССР»479.ВпервыевводилосьпонятиемузейногофондаСССРкаксовокупностипамятниковестественнойистории,материальнойидуховнойкультурывстране(независимоотвремениихпроисхождения,местанахождения,материалаитехникиизготовления),имеющихнаучное, политическое, историческое или художественное значение. Такое понимание музейного фонда повышало роль музеев именно как хранителей и трансляторов культурного наследия.

Однако в развитии музейного дела было не все благополучно. Сокращение финансирования сферы образования и культуры не могло не затронуть и музеи. Немаловажное значение имело и то, что к концу 1950-х гг. действовавшая система подготовки музейных кадров была ликвидирована.Следствиемэтогосталикаксокращениесамоймузейной сети, так и штатов музейных работников. К 1962 г. закрылись 45 музеев(срединихмемориальныемузеиМолотова,Ворошиловаидругих сподвижников Сталина), 23 музея были реорганизованы или перепрофилированы.На1января1965г.музейнаясетьМинистерствакультуры РСФСР состояла из 368 музеев (без филиалов), большая часть из них (233) были краеведческими. Только с конца 1960-х гг. начался рост музейной сети.

Процесс восстановления государственной системы охраны памятников не был ни гладким, ни непрерывным. Расширение масштабов восстановительных и реставрационных работ, усиление внимания государства и общественности к памятникам свидетельствовали о на-

478Об ИКОМ России [Электронный ресурс]. URL: http://www.icom.org.ru/get. asp?id=A50 (дата обращения: 27.02.2011).

479О музейном фонде Союза ССР: Постановление Совета Министров СССР

от 02.06.1965 г. Положение о Государственном фонде СССР. М., 1965. 6 с.

207

мерении исправить допущенные в прошлом ошибки по отношению к историко-культурному наследию. Однако в конце 1950-х — начале 1960-х гг. вновь стало проявляться небрежное отношение к историческому прошлому, выражавшееся в неоправданном сносе архитектурныхпамятниковвходеновойзастройки,разрушенииархеологических памятников на новостройках, в забвении могил участников Гражданской и Великой Отечественной войн. Резко сократились ассигнования напамятникоохранительныеиреставрационныемероприятия.Список памятниковархитектуры,стоящихподгосударственнойохраной,значительно сократился. Особенно резко ухудшилось положение с охраной памятников после выступления Н. С. Хрущева на январском Пленуме ЦК КПСС в 1961 г. В нем прозвучала оскорбительная критика в адрес защитниковисторико-культурногонаследия480.Расходынареставраци- онные работы были названы «безобразием» и разбазариванием народных средств. Как следствие его выступления в вузах была прекращена подготовка специалистов по музейному делу и охране памятников. Резко усилилось давление на церковь. В стране были закрыты 15 тыс. церквей, 70 из 90 сохранившихся монастырей, пять из восьми семинарий. Оставшиеся без хозяина и присмотра культовые строения ветшали и разрушались, деревянные, как правило, погибали от пожаров481.

Представители общественности и, прежде всего, видные ученые, писатели, деятели культуры противопоставили этим антиисторическим нигилистическим тенденциям, исходящим от руководителей государства и КПСС.

В1959г.академикГ.Я.Тарлевыступилвжурнале«ИсторияСССР»

сидеейонеобходимостисозданиямузеевтрудовойславынапромышленных предприятиях, которая возникла еще в 1920-е гг. среди рабочих и в свое время была активно поддержана А. М. Горьким. Разговор, завязавшийся на страницах журнала «История СССР», перерос в дискуссию о памятниках. В 1961 г. журнал «Вопросы истории» по инициативе академика М. Н. Тихомирова вновь поднял вопрос о необходимости бережного отношения к письменным памятникам. Н. Н. Воронин в опубликованной книге «Любите и сохраняйте памятники древнерусского искусства» показал неоправданность нигилистического подхода к национальному культурному достоянию. В 1961 г. академик

480ХрущевН.С.РечьнаянварскомПленумеЦККПСС1961г.//ПленумЦентрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза (10—18 января

1961 г.): стеногр. отчет. М., 1961. С. 601—602.

481Кулемзин А. М. Охрана памятников России как историко-культурное явление: дис. ... д-ра культурол. наук. Томск, 2001. С. 220.

208

Д. С. Лихачев поддержал в журнале «История СССР» идею С. Т. Коненкова и Н. Н. Воронина о необходимости создания добровольного республиканского общества по охране памятников РСФСР482.

Однако прогрессивные выступления о необходимости бережного отношения к памятникам подвергались резкой критике. Отношение

кпамятникам стало улучшаться после октябрьского (1964 г.) Пленума ЦК КПСС, на котором были осуждены субъективистские оценки и волевые решения в вопросах культуры, градостроительства и охраны памятников. Но ущерб, нанесенный делу сохранения культурного наследия, а главное, высказанные первым лицом государства сомнения в целесообразности этого важного дела, ощущались в течение долгого времени. Рецидивы антиисторического, нигилистического подхода

кисторико-культурному наследию среди административных и хозяйственных работников не изжиты до настоящего времени.

Темнеменееименноксередине1960-хгг.намеждународномуров- не начинает формироваться идея общечеловеческой ответственности за сохранение и передачу будущим поколениям объектов культурного наследия. Это вело к углублению международного сотрудничества в деле сохранения памятников истории и культуры, освоению зарубежногоопыта,повышалоинтерескосмыслениюнациональногокультурногонаследия,отечественнойистории.Нафонеэтогосоветскоеобществовсеболеенастоятельноощущалопотребностьвдейственномпроявлении патриотизма.

Именно в этих условиях происходит завершение перестройки государственной системы охраны памятников истории и культуры в послевоенноевремя.24мая1966г.вышлоПостановлениеСоветаМинистровРСФСР«Осостоянииимерахулучшенияохраныпамятников истории и культуры в РСФСР»483. В отличие от всех предыдущих подобных постановлений союзного или республиканского уровня данное Постановление признало государственную политику в этой сференеудовлетворительной.Длявыходаизсложившейсяситуациибыло предложеновтомчислеиусилениеконтрольныхфункцийцентра.Для этого в 1966 г. была создана Государственная инспекция по охране памятниковисторииикультуры,преобразованнаяв1977г.вУправление. Ворганахместногосамоуправлениябыливведеныдолжностиинспек-

482Лихачев Д. С. Памятники культуры — всенародное достояние // История

СССР. 1961. № 3. С. 3—15.

483О состоянии и мерах улучшения охраны памятников истории и культуры

вРСФСР: Постановление Совета Министров РСФСР от 24 мая 1966 г., № 473 // Охрана памятников истории и культуры в России... С. 150—153.

209

торов по охране памятников. В их ведении оказались прежде всего недвижимые памятники, такие как, например, архитектурные сооружения, монументальная скульптура и т. д.

В конце 1960-х гг. было принято Положение о Министерстве культуры СССР484, в котором были определены структура и функции министерства. На его базе вскоре было принято и Положение о Министерстве культуры РСФСР485.

Работа по сохранению культурного наследия в рамках Министерства культуры велась тремя управлениями. Управление по охране памятников истории и культуры занималось недвижимыми памятниками. Движимыми памятниками, находившимися в музейных коллекциях, ведало Управление по делам музеев. Третьим было Управление по делам библиотек. Следует заметить, что охрана культурного наследия страны была одной из составляющих объектов внимания Министерствакультуры.Наличиежетрехуправлений,которыезанималисьохранойпамятниковисторииикультуры,зачастуюприводилолибокотсутствию координации в их практической деятельности, либо к дублированию работы, приводило к распылению сил и средств. Однако следует особо подчеркнуть, что и вне Министерства культуры было немало ему неподчиненных ведомств, которые также занимались охраной памятников. С сохранением документальных памятников была связана деятельность Главного архивного управления, которое до 1960 г. находилось в составе Министерства внутренних дел СССР. Главное архивноеуправлениебылопереподчиненонепосредственноСоветуМинистров СССР.

13 апреля 1972 г. коллегия Министерства культуры РСФСР утвердилаПоложениеоГосударственнойинспекции,всоответствиискоторым на него возлагалось решение многообразных задач: выявление и учетпамятниковнаместах,составлениеохранныхсписков;руководство работойместныхорганизаций;проведениенаучно-исследовательской деятельности;согласованиепроектовпланировкиизастройкигородов, имеющихисторическиепамятники;предоставлениеразрешенийнареставрационные работы; принятие мер для привлечения к ответственности виновных в разрушении или порче памятников.

Деятельностьинспекциисосредоточиваласьвтрехотделах—охра- ны и использования памятников; учета и пропаганды памятников; реставрациипамятников.Отделучетаипропагандыпамятниковпроводил

484Собрание постановлений и распоряжений Совета Министров СССР (СП

СССР). 1969. № 2.

485Свод постановлений и распоряжений Совета Министров РСФСР (СП РСФСР). 1971. № 1.

210