Межотраслевой подход в юридической науке экономика. Право. Суд. Сборник материалов Международной научно-практической аспирантской конференции памяти В

Применение процедуры медиации в исполнительном производстве

- процедура, метод и инструмент, который позволяет спорящим сторонам выработать взаимовыгодное (компромиссное) решение при содействии независимого лица, обладающего соответствующими компетенциями.

Представляется, что каждый из указанных подходов может быть положительно воспринят, поскольку они акцентируют внимание на те или иные признаки, характеризующие институт медиации.

В.Ф. Яковлев отмечал, что медиация является цивилизованной формой преодоления конфликтов, и подчеркивал, что она сопрягается с такими ценностями, как свобода, справедливость и безопасность [7, с. 13].

Важной составляющей медиации является то, что она основывается на принципах добровольности, взаимоуважения и равноправия сторон спора о праве, нейтральности и беспристрастности медиатора, а также конфиденциальности медиативного процесса и, соответственно, направлена на развитие институтов гражданского общества и основ правового государства.

Решение о применении процедуры медиации для урегулирования спора может быть принято конфликтующими сторонами по собственной инициативе, а также стороны могут обратиться к данной процедуре после разъяснения компетентного органа, на которого законодательно возложена такая обязанность.

Правовое регулирование медиации в России осуществлено летом 2010 г., когда был принят Федеральный закон «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» [2] (далее – ФЗ о медиации).

ФЗ о медиации регулирует отношения, которые связаны с применением процедуры медиации по спорам, вытекающим из гражданских, административных и иных публичных правоотношений, включая осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности, а также по спорам, возникающим из трудовых и семейных правоотношений.

Согласно ФЗ о медиации альтернативная процедура урегулирования споров может применяться после возникновения споров, которые рассматриваются в порядке гражданского и административного судопроизводства, а также судопроизводства в арбитражных судах.

Полагаем, что действие ФЗ о медиации распространяется и на сферу исполнения судебных актов, вынесенных по итогам разрешения дел в рамках указанных форм судопроизводства, а также актов иных органов.

51

Баймолдина Б.Х.

Следовательно, несмотря на то, что в Федеральном законе «Об исполнительном производстве» [3] (далее – ФЗ об исполнительном производстве) не установлена возможность обращения взыскателя и должника к медиативному процессу, правовых барьеров для его применения в исполнительном производстве не имеется.

При этом следует отметить, что отсутствие прямого закрепления соответствующей нормы в ФЗ об исполнительном производстве не благоприятствует динамичному росту обращения сторон к процедуре медиации на стадии исполнения судебного акта.

Вто же время обращение к медиативному процессу в рамках исполнительного производства может быть достаточно эффективным при необходимости достижения компромисса в весьма непреодолимых на первый взгляд разногласиях, возникающих между должником и взыскателем. В рамках данной процедуры могут быть рассмотрены многие аспекты правового конфликта. В частности, это касается вопросов относительно способа, метода и порядка исполнения исполнительного документа, реализации имущества, последовательности обращения взыскания на имущество либо его передачи в счет погашения задолженности, рассрочки оплаты суммы долга и др.

Всвязи с этим многие ученые и практикующие юристы отмечают востребованность применения медиации именно в процессе исполнительного производства, поскольку данный институт способен разрешить разногласия между сторонами, особенно в случаях несогласия

свынесенным судебным актом и возможным вследствие этого уклонением должника от его исполнения.

К примеру, Г.Д. Улётова, отмечая большое значение развития непринудительных способов исполнения судебных актов и актов иных юрисдикционных органов в России, особо подчеркивает их социальную ценность [6, с. 160].

Всвязи с изложенным полагаем, что внесение соответствующих поправок в ФЗ об исполнительном производстве, устанавливающих возможность обращения сторон исполнительного производства к процедуре медиации позволит не только разрешить имеющееся между должником и взыскателем противостояние, но и будет способствовать снижению сроков исполнения актов судов и иных органов, сокращению затрат государства, взыскателя, расходов должника по совершению исполнительных действий, да и в целом будет являться основанием для прекращения исполнительных производств.

ВКазахстане Закон «О медиации» [4] (далее – ЗРК о медиации) был принят в январе 2011 г.

52

Применение процедуры медиации в исполнительном производстве

Согласно пункту 1 ст. 1 ЗРК о медиации сферой применения медиации являются споры (конфликты), возникающие из гражданских, трудовых, семейных, административных правоотношений и иных общественных отношений с участием физических и (или) юридических лиц, административных органов, должностных лиц, а также рассматриваемые в ходе производства по делам об административных правонарушениях, в ходе уголовного судопроизводства по делам об уголовных проступках, преступлениях небольшой и средней тяжести, а также тяжких преступлениях в случаях, предусмотренных частью второй ст. 68 Уголовного кодекса Республики Казахстан, если иное не установлено законами Республики Казахстан, и отношения, возникающие при исполнении исполнительного производства.

Закон Республики Казахстан «Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей» [5] (далее – ЗРК об исполнительном производстве) предусматривает право взыскателя и должника урегулировать спор в рамках медиации. В соответствии со ст. 47 ЗРК об исполнительном производстве при заключении соглашения об урегулировании спора в порядке медиации исполнительное производство прекращается.

Вместе с тем медиация не так часто применяется на стадии исполнительного производства. Одной из причин этого является отсутствие законодательного закрепления обязанности судебного исполнителя по разъяснению сторонам исполнительного производства права заключить соглашение об урегулировании спора в порядке медиации. Конечно, такой пробел в законодательном регулировании не способствует широкому применению этой процедуры на заключительной стадии гражданского процесса – стадии исполнительного производства.

В отличие от этого, в самом судебном производстве и в досудебном порядке примирительные процедуры, в том числе медиация, имеют достаточно широкое применение. Об этом свидетельствует практика казахстанских судов по применению примирительных процедур.

Так, по данным Верховного Суда РК, за 2019 г. завершено 49 000 споров по гражданским делам в связи с примирением сторон. Если сравнивать по годам начиная с 2015 г., эти показатели ежегодно существенно повышаются (2015 – 10 тыс., 2016 – 28 тыс., 2017 – 35 тыс., 2018 – 39 тыс., 2019 – 49 тыс.) [8].

Полагаем, что достаточно широкое распространение альтернативных форм разрешения споров в ходе искового производства стало возможным благодаря именно закреплению в Гражданско-процессуаль- ном кодексе Республики Казахстан (далее – ГПК РК) [1] положений,

53

Баймолдина Б.Х.

обязывающих судью разъяснять сторонам их право урегулирования споров путем применения примирительных процедур, в том числе медиации. При этом судья обязан также разъяснить сторонам правовые последствия совершения таких действий.

В связи с этим представляется целесообразным ввести в ЗРК об исполнительном производстве нормы, сходные с положениями ГПК РК, а именно установить обязанность судебного исполнителя по разъяснению взыскателю и должнику их права урегулировать спор (конфликт)

впорядке медиации или путем применения других примирительных процедур. Такое разъяснение, как нам представляется, должно содержаться в постановлении о возбуждении исполнительного производства. Это увеличило бы количество применяемых сторонами исполнительного производства медиативных и иных процедур, способствовало бы эффективности завершающей стадии гражданского процесса, а также

вцелом повысило бы информированность населения о цивилизованных формах разрешения споров и правовое сознание граждан.

Кроме того, ГПК РК предусматривает возможность осуществления медиации самим судьей, а не только лицом, привлекаемым для проведения медиативных процедур. По аналогии предлагается наделить судебных исполнителей правом проводить медиацию, что предоставит сторонам в рамках исполнительного производства возможность выбора судебного исполнителя или профессионального медиатора для оказания такого рода услуг.

Введение предлагаемых положений в ЗРК об исполнительном производстве полагаем разумным исходя из того, что в Казахстане действует частноправовая модель исполнения исполнительных документов, где частный судебный исполнитель выступает в качестве беспристрастного, независимого и компетентного профессионала, способного разрешить весьма затруднительные порой вопросы, возникающие при исполнении актов судов и иных юрисдикционных органов.

Целесообразно также установить право судебного исполнителя приостановить исполнительное производство при поступлении ходатайства о применении процедуры медиации при содействии судебного исполнителя.

Помимо этого, по аналогии с нормами ГПК РК, на наш взгляд,

вЗРК об исполнительном производстве следует закрепить правила относительно возможности замены, отвода (самоотвода) судебного исполнителя в случае, если по итогам проведенного судебным исполнителем медиативного процесса взыскатель и должник не достигли соглашения и отсутствует их согласие на продолжение исполнительного

54

Применение процедуры медиации в исполнительном производстве

производства тем же судебным исполнителем. При отсутствии согласия материалы исполнительного производства должны быть переданы для дальнейшего исполнения другому судебному исполнителю. В случае же согласия сторон исполнительное производство может оставаться в производстве судебного исполнителя, проводившего медиацию.

Одним из важных вопросов являются материальные затраты должника, связанные с оплатой деятельности частного судебного исполнителя и расходами по исполнению. На сегодняшний день казахстанским законодательством прямо предусмотрена норма о том, что исполнение должником исполнительного документа после предъявления его на принудительное исполнение, минуя частного судебного исполнителя, не освобождает его от уплаты фактически понесенных расходов по исполнению и оплаты деятельности частного судебного исполнителя (п. 2 и 3 ст. 120 ЗРК об исполнительном производстве).

К примеру, на сайте De Facto [9] размещены сведения об обжаловании должником постановления частного судебного исполнителя об утверждении суммы оплаты его деятельности. Из материалов дела следует, что частным судебным исполнителем было возбуждено исполнительное производство о взыскании суммы задолженности в размере 10 000 000 тенге и судебных расходов в сумме 100 000 тенге с должника

впользу взыскателя. В рамках исполнительного производства частным судебным исполнителем произведены исполнительные действия и приняты меры принудительного исполнения, предусмотренные ЗРК об исполнительном производстве, в том числе направлены запросы в банки второго уровня о наличии счетов, в регистрирующие органы о наличии имущества, а также наложен арест на имущество должника.

Всвязи с тем что стороны пришли к медиативному соглашению, исполнительное производство было прекращено в соответствии с требованиями ЗРК об исполнительном производстве. Одновременно с прекращением производства частный судебный исполнитель вынес постановление об утверждении суммы оплаты своей деятельности

вразмере 1 млн тенге.

Однако должник не согласился с данным постановлением, мотивировав тем, что исполнительное производство прекращено не в результате принудительного исполнения, а по причине заключения между сторонами медиативного соглашения.

Данное дело было рассмотрено судами первой и апелляционной инстанций, актами которых требования должника были удовлетворены. В последующем судебные акты были обжалованы судебным исполнителем в кассационном порядке. По итогам рассмотрения

55

Баймолдина Б.Х.

жалобы судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РК пришла к выводу, что прекращение исполнительного производства на основании соглашения сторон об урегулировании в порядке медиации не освобождает должника от оплаты услуг деятельности частного судебного исполнителя. В результате коллегия постановила отменить решения местных судов и вынести по делу новое решение об отказе в удовлетворении жалобы должника на действия частного судебного исполнителя.

В связи с этим полагаем справедливым в случае наделения частного судебного исполнителя правом выступать в качестве медиатора предусмотреть соответствующие размеры оплаты деятельности в сторону их снижения, а также установить дифференцированный подход к оплате деятельности частного судебного исполнителя в зависимости от того, на каком этапе исполнительного производства сторонами заключено медиативное соглашение и какие меры принудительного исполнения приняты судебным исполнителем. Указанное стимулировало бы стороны к использованию процедуры медиации и развитию данного института в исполнительном производстве

Следует отметить, что данные предложения по совершенствованию законодательства о применении медиации в исполнительном производстве весьма актуальны и для российского законодательства, поскольку на сегодняшний день достаточно активно обсуждается вопрос о переходе от государственной к смешанной системе принудительного исполнения. Во всяком случае, Министерство финансов РФ выразило мнение о целесообразности поэтапного введения элементов частного исполнения судебных решений [10].

Подводя итог вышесказанному, хотелось бы вновь подчеркнуть перспективность внедрения института медиации в исполнительном производстве как эффективного средства устранения конфликта (спора) между взыскателем и должником, что будет способствовать прекращению исполнительного производства и, соответственно, снижению нагрузки на судебных исполнителей.

Библиографический список

1. Гражданский процессуальный кодекс Республики Казахстан от 31.10.2015 № 377-V (с изменениями и дополнениями по состоянию на 01.08.2022). – URL: https://online.zakon.kz/Document/?doc_ id=34329053.

56

Беспалова Вероника Руслановна,

аспирант Саратовской государственной юридической академии

ПРОБЛЕМЫ ЭФФЕКТИВНОСТИ СУДЕБНОГО КОНТРОЛЯ В ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Аннотация: реализация обязанности суда содействовать мирному урегулированию возникающих споров невозможна без осуществления контрольной функции, в процессе исполнения которой предметом проверки являются не только условия мирового соглашения, но и соблюдение определенного процессуального порядка его заключения. В этой связи особый интерес возникает относительно вопроса заключения мирового соглашения в делах о защите прав и законных интересов группы лиц. Автором рассмотрены некоторые проблемы реализации распорядительного права на заключение мирового соглашения по данной категории дел.

Защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов субъектов правоотношений является первостепенной целью гражданского судопроизводства. Вместе с тем необходимо учитывать

ииные цели гражданского судопроизводства, например способствование мирному урегулированию споров.

Некоторые ученые называют данную задачу «факультативной целью» [2], но невозможно в полной мере согласиться с представленным утверждением, поскольку надлежащая реализация основной защитной функции суда напрямую зависит от соблюдения всех целей судопроизводства в их совокупности.

Однако невозможно не согласиться с мнением Т.В. Соловьевой, отмечавшей, что, исходя из буквального толкования ст. 2 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ), будет некорректным относить мирное урегулирование спора к задачам гражданского судопроизводства [3, с. 10].

Действительно, наиболее конкретно в ст. 2 ГПК РФ закреплена только одна задача – правильное и своевременное рассмотрение

иразрешение гражданских дел, а относительно содействия мирному

58

Проблемы эффективности судебного контроля в гражданском судопроизводстве

урегулированию споров законодатель использует формулировку «гражданское судопроизводство должно…».

Вместе с тем содействие мирному урегулированию споров (вне зависимости от его правовой «квалификации» и отнесения к той или иной категории) приобретает существенное значение в современном гражданском судопроизводстве, поскольку фактически возлагает на суд обязанность предложить сторонам урегулировать спорную ситуацию путем переговоров, а также проконтролировать законность условий мирового соглашения.

Особый интерес содействие мирному урегулированию споров приобретает при рассмотрении вопроса о реализации распорядительного права на заключение мирового соглашения в делах, связанных с защитой прав и законных интересов группы лиц. Данная категория дел – абсолютная новелла гражданского процессуального законодательства, введенная Федеральным законом от 18.07.2019 № 191-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» [1].

Рассматривая данный вопрос более детально, можно предположить, что полномочием по заключению мирового соглашения обладает лицо, которое ведет дело в интересах группы лиц. Такой вывод подтверждают положения ч. 2 ст. 244.22 ГПК РФ в которой указано, что лицо, которое ведет дело в интересах группы лиц, пользуется всеми процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца, в том числе обязанность по уплате судебных расходов (если иное не предусмотрено соглашением о порядке осуществления прав и обязанностей группы лиц).

Вэтой связи следует учитывать, что лицо, которое ведет дело

винтересах группы лиц, может являться членом этой группы (ч. 3 ст. 244.20 ГПК РФ), но в предусмотренных федеральным законом случаях это правило может быть нарушено (ч. 4 ст. 244.20 ГПК РФ). Одним из самых распространенных примеров в данном случае является обращение территориальных органов Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека в суд за защитой интересов группы лиц.

Вместе с тем представляется, что данные положения во взаимосвязи противоречат общепринятым теоретическим подходам, поскольку, как известно, лица, которые обращаются за защитой «чужого» интереса, не имеют субъективной материальной заинтересованности в исходе дела и, как следствие, не обладают правом на заключение мирового соглашения.

Необходимо констатировать, что вследствие процессуальной реформы и введения института групповых исков возникли существенные

59

Беспалова В.Р.

противоречия между положениями главы 22.3 ГПК РФ и общими положениями о лицах, участвующих в деле, и других участниках процесса (глава 5 ГПК РФ).

Вчастности, статьей 46 ГПК РФ предусмотрено право организаций

играждан обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц. Особого внимания заслуживают положения данной статьи о том, что лица, подавшие заявление в защиту законных интересов других лиц, пользуются всеми процессуальными правами

инесут все процессуальные обязанности истца, за исключением права на заключение мирового соглашения и обязанности по уплате судебных расходов.

Положения специальных норм главы 22.3 ГПК РФ, наоборот, наделяют организации и граждан (обратившихся в суд в защиту «чужого» интереса в предусмотренных федеральным законом случаях), не являющихся членами защищаемой группы, всеми процессуальными правами истца, подразумевая при этом наличие права на заключение мирового соглашения (ч. 2 ст. 244.27 ГПК РФ).

Таким образом, действующее законодательство имеет существенные противоречия. Можно предположить, что в данном случае идет конкуренция общей и специальной нормы, но вместе с тем это представляется не совсем корректным, поскольку имеет место существенная коллизия как между нормами права, так и между нормами права и общепринятыми теоретическими воззрениями относительно заинтересованности лиц, участвующих в деле.

Дополнительно следует отметить, что действующее законодательство не содержит конкретного порядка реализации распорядительного права на заключение мирового соглашение при производстве по делам, связанным с защитой прав и законных интересов группы лиц. Возникают вопросы: требуется ли одобрение условий мирового соглашения защищаемой группы лиц (предполагаем, что требуется); если требуется, то в какой форме (письменно, устно и т.д.); одобрение должно быть принято относительным большинством или абсолютным; должны ли участвовать в одобрении условий мирового соглашения лица, которые не присоединились к исковому заявлению?

Таким образом, можно сделать вывод, что если законодателем не предусмотрен конкретный механизм реализации такого распорядительного права по данной категории дел, то правоприменитель не сможет в должной мере реализовать контрольную функцию за соблюдением всех императивных условий, необходимых для утверждения мирового соглашения.

60