Коммуникативные ошибки в деятельности лингвиста-переводчика и способы их предупреждения. Монография

Коммуникативные ошибки в межкультурной коммуникации

ботать передаточным звеном информации. Поэтому он должен быть одет опрятно, неброско и соответственно случаю, соблюдать общепринятые правила приличий. Нарушает он их только тогда, когда они несовместимы с его основной профессиональной ролью в ситуации, например, если ему нужно переводить во время официального обеда, тогда он ни ест, ни пьет. При кулуарном общении переводчик не может участвовать в разговоре как равноправный собеседник, иначе он исказит информацию источника и потеряет свою надежность как транслятор. Так что его задача — адаптироваться, но работать» [1, c. 12—13].

Таким образом, имидж либо удваивает, либо разрушает шансы найти работу и удержаться на ней. Игнорирование этого факта, который имеет очень большое значение для адекватной коммуникации, показывает роль не только кодовых знаний (языковых и речевых), но и внекодовых (коммуникативная компетенция). Поэтому часто приходиться сталкиваться (в случае работы молодых специалистов в качестве переводчиков, не придающих должного внимания имиджелогической культуре) с неадекватным поведением субъектов коммуникативного акта по отношению к ним, иногда таких «горе-специалистов» воспринимают как «особ легкого поведения». Мы не случайно остановились на примере, в котором собеседники, принадлежащие к разным культурам и использующие разные культурные (семиотические) коды, неадекватно воспринимают друг друга.

Далее попытаемся представить классификацию коммуникативных ошибок (КО) в МКК, что позволит нам выявить те «зоны», в которых появление КО в МКК наиболее вероятно, и те языковые знаки (так как наше внимание будет сосредоточено прежде всего на вербальном уровне коммуникации, именно он есть и остается самым главным уровнем при общении в формате межкультурного общения, любые другие коды (невербальные) являются дополнительными по отношению к вербальному), которые в силу их насыщенности культурной

81

Коммуникативные ошибки в межкультурной коммуникации

Сегодня в постструктуралисткой парадигме происходит, как это часто бывало в истории человеческой мысли, отказ от доминировавшего до этого направления и обращение к предшествовавшему ему. Во многом, по мнению Д. Б. Гудкова, этим обусловлен и на это повлиял интерес к принципам «диалогизма» М.М. Бахтина. Многими авторами признается, что коммуникация как процесс передачи от адресанта к адресату определенного количества битов статичной информации, остающейся как на выходе, так и входе, существует лишь в искусственных системах, но невозможна при реальном общении языковых личностей. Так, по мнению Ю.М. Лотмана, для того, чтобы достаточно сложное сообщение было воспринято с абсолютной идентичностью, нужны условия, в естественной ситуации практически недостижимые. Очевидно, что совпадение кодов передающего и принимающего сознания в реальности возможно лишь в некоторой весьма относительной степени. А из этого неизбежно вытекает относительность идентичности исходного и полученного текстов [53, c. 13—14].

Более того, с точки зрения психолингвистов, «коммуникация — это в первую очередь не что иное, как способ внесения той или иной коррекции в образ мира собеседника» [47, c. 272.]. Очевидно, что совпадение кодов передающего и принимающего в реальности возможно лишь в некоторой весьма относительной степени. Из этого, по мнению Ю.М. Лотмана, неизбежно вытекает относительность идентичности исходного и полученного текстов [53, c. 13—14].

Коммуникация при этом рассматривается как процесс взаимодействия и взаимокорректировки индивидуального сознания каждого из коммуникантов. Следует отметить, что в этом коммуникативном процессе, когда оба субъекта не владеют «общим для них языком», особая роль посредника и регулятора коммуникативного акта отводится переводчику.

Однако не все лингвисты разделяют эту точку зрения на язык как на денотативную систему, предназначенную для передачи информации. Ряд лингвистов признает, что язык не денотативен, а скорее коннотативен и его основная функция

83

Коммуникативные ошибки в межкультурной коммуникации

— информационно-кодовая; инференционная; интеракционная) [56, c. 22—27]. По мнению других исследователей, эти три типа коммуникации редко проявляются в чистом виде и, как правило, выступают в комплексе с доминантой того или другого из них. Условно их можно назвать «ритуальная коммуникация», «монологическая коммуникация» и «диалогическая коммуникация. Хотя вслед за А.А. Брудным отметим, что подобная классификация является одной из возможных (т. е. могут существовать и другие и, вероятно, существуют) [17, c. 86—98].

Взяв за основу классификацию коммуникации Д.Б. Гудкова, мы хотим рассмотреть их последовательно.

Монологическая коммуникация — это коммуникация, при которой взаимокоррекция когнитивных пространств коммуникантов не происходит, каждый из них озабочен лишь тем, чтобы заявить о своей позиции, совершенно не думая каким-либо образом воздействовать на сознание собеседника. Диалог (бывает, что это и полилог) происходит лишь формально, диалога в том смысле, которое вкладывал в это слово М.М. Бахтин, не получается.

Следует отметить, что переводчику как транслятору и регулятору процесса межличностного и межкультурного общения приходится очень сложно, ибо часто речевое поведение одного из коммуникантов в этом случае может носить агрессивный характер. Классическим примером в русской литературе подобной коммуникации являются споры Е. Базарова с П.П. Кирсановым.

Диалогическая коммуникация представляет собой то, что принято называть «нормальным человеческим общением»; настоящий диалог (полилог), при котором его участники стараются учитывать индивидуальные особенности друг друга и соответствующим образом «трансформировать» собственное сознание.

Автокоммуникация — это производная от диалогической коммуникации. Языковое сознание личности, наличие которого делает возможным и автокоммуникацию, формируется в дискурсе, обязательно включающем в себя тот тип общения, кото-

85

Коммуникативные ошибки в межкультурной коммуникации

процесс перевода носит практически всегда эвристический характер (кстати, именно этим, на наш взгляд, объясняется необходимость применения принципов эвристической дидактики при обучению переводу как специальности).

Однако эта свобода выбора не абсолютна, она зависит от многих факторов: языковая норма как ЯП (язык, с которого делается перевод), так ПЯ (язык, на котором перекодируется сообщение); грамматический строй языков, их лексический потенциал (лексическая система), различные возможности передачи в переводе актуального членения предложений (в зависимости от грамматического строя языков); выбор переводной единицы часто зависит от контекста, времени создания текста и т. д.; наконец, границы выбора могут быть разными в зависимости от вида и задач перевода (принадлежность текста

копределенному функциональному стилю: инструкция, газетная статья, авторское эссе и т. п.; в письменном тексте перевода требования при подборе соответствий более высокие, в то время как в устном переводе, в обстановке дефицита времени, когда переводчик вдобавок не знает последующего контекста, часто достаточно любого пришедшего на ум варианта, адекватно передающего семантику сообщения).

Иначе говоря, перевод — это деятельность, которая заключается в вариативном перевыражении, перекодировании текста, порожденного на одном языке, в текст на другом языке, осуществляемая переводчиком, который творчески выбирает вариант в зависимости от вариативных ресурсов языка, вида перевода, задач перевода, типа текста и под воздействием собственной индивидуальности.

Таким образом, в этой профессии как ни в какой другой очень важен личностный фактор: «языковая» индивидуальность переводчика, заключающаяся, по нашему глубокому убеждению, в степени развитости его «языковых сознаний — как первичного, так и вторичного», в степени приобщения его

кмировой и национальным культурам, в его профессио-

87

Коммуникативные ошибки в межкультурной коммуникации

усилиям которых мы можем читать и изучать Библию, Коран, Кабалу и другие произведения.

Мы не совсем согласны с мнением И.С. Алексеевой о том, что «тенденция к глобализации, которая наблюдается на рубеже ХХ-ХХI вв., подготовлена самоотверженной деятельностью переводчиков, а сама глобализация возможна только при условии хорошо организованного переводческого процесса» [1, c. 8].

Так, на одной из международных конференций, состоявшейся в Калининградском университете, иностранными участниками было заявлено, что «глобализация — это негативный процесс, который заключается в подчинении национальных экономик и культур финансовым интересам транснациональных компаний и группировок, международных организаций в угоду сравнительно небольшой группы, подчиняющей себе этот процесс, а вот процесс интернационализации и МКК

— это положительный фактор развития современного мироустройства». Исходя из этого мы переформулируем эту мысль, заменив термин «глобализация» на «интернационализация». Таким образом, труд переводчиков способствует открытости современного мирового общества. Как отмечают специалисты, в наши дни самая большая потребность в переводчиках наблюдается в технических областях, где трудится более 70 % переводчиков в мире. По данным «London Computer Integrated Translation GmbH», объем перевода в мире в год составляет 2 млн страниц, и потребность в нем возрастает на 15 % в год. Самый большой объем переводимых текстов составляет деловая корреспонденция, за ней следует потребительские информационные тексты разного рода (инструкции, аннотации, проспекты и т. п.).

В последнее время человечество особенно ясно осознало «преодолевающую» функцию перевода, помогающую людям, принадлежащим к разным национально-культурным сообществам, сблизиться. При этом преодолеваются не только языковые, но культурные барьеры, существующие потому, что че-

89