Министерство науки и высшего образования Российской Федерации

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования

«Тамбовский государственный технический университет»

И. Г. ПИРОЖКОВА, А. Г. ФАКУРДИНОВА

КВАЗИСУДЕБНОСТЬ В СИСТЕМЕ АДМИНИСТРАТИВНОЙ ЮРИСДИКЦИИ

Утверждено Учёным советом университета в качестве учебного пособия для студентов 1, 2 курсов направления подготовки 40.04.01 «Юриспруденция» всех форм обучения

Учебное электронное издание

Тамбов Издательский центр ФГБОУ ВО «ТГТУ»

2023

1

УДК 342.56 ББК 67.7

П33

Рецензенты:

Кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры «Теория и история государства и права»

Института права и национальной безопасности ФГБОУ ВО «ТГУ им. Г. Р. Державина»

А. В. Лапаева

Доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры «Теория и история государства и права»

Юридического института ФГБОУ ВО «ТГТУ»

В. Г. Баев

П33 Пирожкова, И. Г.

Квазисудебность в системе административной юрисдикции [Электронный ресурс] : учебное пособие / И. Г. Пирожкова, А. Г. Факурдинова. – Тамбов : Издательский центр ФГБОУ ВО «ТГТУ», 2023. – 1 электрон. опт. диск (CD-ROM). – Системные требования : ПК не ниже класса Pentium II ; CD-ROMдисковод- ; 16,9 Mb ; RAM ; Windows 95/98/XP ; мышь. – Загл. с экрана.

ISBN 978-5-8265-2559-3

Раскрывает теоретико-правовые, историко-правовые и законодательные основы формирования квазисудебных органов и учреждений. Снабжено заданиями и справочным аппаратом для самостоятельного изучения, примерными темами для научных работ обучающихся.

Предназначено для студентов 1, 2 курсов направления подготовки 40.04.01 «Юриспруденция» всех форм обучения.

УДК 342.56 ББК 67.7

Все права на размножение и распространение в любой форме остаются за разработчиком. Нелегальное копирование и использование данного продукта

запрещено.

2

ВВЕДЕНИЕ

Данное учебное издание является составной частью серии учебных мате-

риалов, используемых в учебном процессе в Тамбовском государственном тех-

ническом университете в ходе преподавания дисциплин, тематически объеди-

нённых рамками судебного права для магистрантов, обучающихся по направ-

лению «Юриспруденция» (по программе «Судебная власть, организация право-

охранительной деятельности, адвокатура, нотариат»).

Курсы, охватывающие тематику судебного права, предназначены для формирования ряда компетенций.

1) ПК-3 – готовность к выполнению должностных обязанностей по обеспечению законности и правопорядка, безопасности личности, общества,

государства; 2) ПК-8 – способность принимать участие в проведении юридической

экспертизы проектов нормативных правовых актов, в том числе в целях выяв-

ления в них положений, способствующих созданию условий для проявления коррупции, давать квалифицированные юридические заключения и консуль-

тации в конкретных сферах юридической деятельности; 3) ПК-10 – способность воспринимать, анализировать и реализовывать

управленческие инновации в профессиональной деятельности.

Пособие написано на основе научных исследований авторов и охватывает тематику квазисудебности в правовом поле современного государства, а также её исторические трансформации.

Материалы пособия могут быть использованы в преподавании курсов административного права, теории и истории государства и права,

конституционного права, отечественной истории.

3

1. ПРАВОВАЯ ПРИРОДА КВАЗИСУДЕБНЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ

Прояснение сущности квазисудебной юстиции требует многостороннего подхода. Необходима терминологическая определённость, лингвистическое,

смысловое, оценочное наполнение данного понятия. Необходимо определить квалифицирующие признаки квазисудебных институтов, их функциональность,

субъектный состав действующих при реализации этих функций лиц, конкретно-

исторические и современные их формы, источники происхождения.

Лингвистическое объяснение приставки «квази» объединяет похожие смыслы: данная приставка к существительному означает смысловое искажение,

ложность, мнимость основы, следующей после приставки. Квазисуд – это про-

цесс, действо, орган, институт, обладающий внешней похожестью, подобием,

близостью к определяющему явлению. Синонимами смысла, заложенного в данной части слова, является «как бы», «почти», «как будто», «словно», «псев-

до», «якобы», «лже». Причём данная приставка в многообразии синонимов мо-

жет по контексту содержать как отрицательные коннотации («лже», «псевдо»),

подчеркивая «ненастоящий», поддельный характер чего-то (так, термин «пат-

риотизм», например, имеет модификацию «квазипатриотизм», содержащий негативные коннотации), так и оцениваться нейтрально или положительно

(смысл «как будто, словно»). Словари русского языка приводят многочислен-

ные примеры со словообразовательной единицей «квази», которые почти все-

гда несут именно отрицательные смыслы (например: квазигерой, квазиискусст-

во, квазинаука и др.), подчёркивая ложность или мнимость сущности, обозна-

чаемой образованным словом.

Термин «квазисудебная юстиция» не содержит ярко выраженных оценоч-

ных характеристик, это совокупность механизмов, позволяющих реализовывать

4

ряд важных для общества функций. Некоторые негативные коннотации приме-

нительно к квазисудебным органам власти могут содержаться в научных рабо-

тах, анализирующих внесудебную репрессивную юстицию, например, имев-

шую место в сталинском СССР. В данном контексте приставка «вне»-судебный имеет явно отрицательный характер.

В настоящий момент ассоциировать квазисудебную юстицию с негатив-

ным опытом внесудебных репрессий или формализмом товарищеских судов совершенно невозможно, так как, во-первых, логически обществу в целом не-

принципиально чьими ресурсами (судебных или квазисудебных органов и ин-

ститутов) пользуется государство для осуществления репрессий. Во-вторых,

общественная их полезность признана, и ряд правоотношений условием их воз-

никновения ставит возможность использовать третейское, внегосударственное и внесудебное разбирательство. Так, например, «образование несудебного ор-

гана для разрешения спора … предусмотрено Уставом международной органи-

зации. Например, ст. 29 Устава Организации Черноморского экономического сотрудничества предусмотрено, что в случае разногласий между двумя или бо-

лее государствами-членами, касающихся толкования или применения положе-

ний настоящего Устава, заинтересованные Стороны проводят консультации и при необходимости передают данное разногласие в Совет для рассмотрения и принятия соответствующих мер»1. Такая же природа так называемой «арбит-

ражной оговорки», т.е. оговоренного сторонами согласия при заключении ком-

мерческого контракта, которая устанавливает возможность переноса возни-

кающих споров в коммерческий арбитраж.

1 Орлова, И. А. «Квазисудебные» и судебные органы в рамках международных организаций / И. А. Орлова // Международное и национальное правосудие: Теория, история, практика : матер. Междунар. науч.-практ. конф. 20 мая 2010 г. / под общ. ред. С. К. Дряхлова. – Санкт-Петербург : Издательский дом «Петрополис», 2010. – С. 227 – 233.

5

Термин «квазисудебный», несмотря на редкость, всё же присутствует в официальных документах. Так, в Постановлении Конституционного Суда Рос-

сийской Федерации (по частному, не относящемуся к тематике квазисудебно-

сти вопросу) упоминается, что «… при этом в процедуре отзыва, который с точ-

ки зрения московского областного законодателя используется как мера ответ-

ственности депутата, не предусматривается какое-либо судебное или хотя бы квазисудебное установление фактов, подтверждающих совершение наруше-

ния…» 2.

Таким образом, устами высшего суда квазисудебность однозначно трак-

туется как вспомогательное судебным механизмам явление.

Юридический смысл данного понятия в обнаруженных общелингвисти-

ческих словарях, не посвящённых специальной лексике, в пример не приводит-

ся. Профильные словари трактуют данное понятие либо узко, односторонне,

либо избегают его. Так, большой юридический энциклопедический словарь3

вовсе не упоминает термина «квазисудебный», содержит в себе не родственный по смыслу, но родственный по механизму словообразования, термин «квази-

государство», объясняя его через примеры субъектов международного права,

чьи интересы при наличии внешних признаков государственности представля-

ют либо международные органы, либо иные государства («вольные города»),

либо через анализ признаков конкретного образования (Ватикан, Мальтийский орден), т.е. также педалирует идею «мнимости» признаков того или иного пра-

вового явления (в данном случае «государственности»), саму единицу «квази» определяет переводом с латыни («мнимый», «ненастоящий», «почти»).

2 По делу о проверке конституционности Закона Московской области от 28.04.1995 г. «О порядке отзыва депутата Московской областной Думы» в связи с запросом Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, город Москва 24.12.1996 г. : Постановление Конституционного Суда РФ от 24.12.1996 г. № 21-П // Собрание законодательства РФ. – 1997. – № 2. – Ст. 348.

3 Барихин, А. Б. Большой юридический энциклопедический словарь / А. Б. Барихин. – Москва : Книжный мир, 2004. – 720 с.

6

Термина «квазисудебный» словари не дают в качестве отдельной статьи,

но он употребляется для определения органов конституционного контроля

(надзора) в формате Совета, Комитета, которые не являются по своей природе судебными (в таких странах, как, например, Франция), для характеристики ад-

министративной юстиции, для характеристики чрезвычайных судебных орга-

нов (трибуналов). Также терминология квазисудебности применяется в рамках так называемой электоральной юстиции, т.е. органов, предназначенных для рассмотрения и разрешения споров, связанных с избирательными кампаниями и выборами в государственные органы.

Конструкции «квазисудебный орган», «квазисудебный институт», «ква-

зисудебная юстиция», «квазисудебная юрисдикция» в правовом языке массово употребляется для характеристики современного правового поля, определяю-

щего роль суда в целом, наиболее частотным значением рассматриваемого тер-

мина является смысл, связанный с сущностью административной юстиции4, что связывается нами с модернизацией судебной системы в этой области и введе-

нием в действие Кодекса административного судопроизводства в 2015 г.

На втором месте по частотности употребления таких понятий оказывают-

ся научные работы, анализирующие историю и правовую природу третейских судов5. Весьма редкими работами, содержащими оригинальную идею наполне-

ния квазисудебности, являются публикации о квазисудебных функциях монар-

ха (главы государства), исторических ведомственных органах (приказах), об-

4 Громова, Н. В. Административная юстиция: История и современность : автореф. … канд. юрид. наук / Н. В. Громова. – Москва, 2002. – 21 с.; Смирнова, Е. В. Становление и развитие административной юстиции в Российской Федерации : автореф. … канд. юрид. наук / Е. В. Смирнова. – Москва, 2007. – 26 с.

5 Васильев, В. А. Товарищеские суды: история, перспективы деятельности в условиях рынка / В. А. Васильев // Трудовое право. – 2008. – № 1. – URL : http://www.toppersonal.ru/workinglaw.html?1 (дата обращения: 17.02.2022); Скворцов, О. Ю. Третейское раз-

бирательство предпринимательских споров в России: проблемы, тенденции, перспективы /

О. Ю. Скворцов. – Москва : Волтерс Клувер, 2005. – URL : http://for-expert.ru/ treteiskoerazbiratelstvo/index.shtml (дата обращения: 17.02.2022).

7

щинных органах самоуправления, корпоративных организациях, выполнявших в том числе и судебные функции. Тексты историко-правового характера содер-

жат упоминания о более разнообразных по своему правовому характеру инсти-

тутах. Так, историки права, исследуя нормативные акты периода империи, ес-

тественным образом употребляют их легальные дефиниции: коммерческие су-

ды, третейские суды, государственный арбитраж, дисциплинарные суды, суды чести, суды главы государства.

Тот факт, что перечисленное названо квазисудебным, требует своего про-

яснения. Актуален, на наш взгляд, вопрос, возможно ли вообще понятие квази-

судебности в правовом поле государства, не имеющего в своём механизме принципа разделения властей вообще, и в частности, самостоятельной или хотя бы выделенной судебной власти как её ветви. Судебная власть в России в док-

трине права в тот момент, когда её выделение происходило, расценивала её су-

ществование как дополнительное, выполняющее обслуживающую правоохра-

нительную функцию по отношению к двум другим ветвям. Советская модель государственности, заложенная после революции 1917 г., также не предполага-

ла разделения властей, соответственно на раннем этапе не выделяла сущест-

венные признаки именно судебных органов, а соответственно и квазисудеб-

ность в этих исторических условиях не представляется возможным определить.

С этой точки зрения теоретически систему квазисудебных органов возможно определить только в условиях реализованного принципа разделения властей.

Однако такой конкретно-исторический подход, замыкающий понятие квазисудебности на родовое понятие суда, на наш взгляд, узок, так как правовая доктрина не формируется совершенно изолированно в рамках одного государ-

ства. В то время когда в российском правовом поле обсуждали возможность и необходимость отделения суда от администрации (несколько исторических по-

пыток XVIII – первой половины XIX в.), в других странах относительно само-

8

стоятельная судебная власть уже существовала, следовательно, её признаки и функции, через которые мы характеризуем и квазисудебную юстицию, были определены. С этой точки зрения судебное действие несудебных органов (на-

пример, таких, как монарх, Приказы Московского государства) вполне могут быть названы квазисудебными. Мы опираемся именно на эту точку зрения.

Используя современные формализированные источники, также необхо-

димо определить поле квазисудебности. Принимая во внимание постулат пра-

вового государства об осуществлении правосудия только судом, зафиксирован-

ный в Конституции РФ, необходимо отметить, что сам термин «правосудие» неформализирован. Так, под правосудием в самом широком смысле понимают правый суд, восстановивший справедливость, истину, в более узком и прагма-

тичном смысле: правоохранительная деятельность государства, реализуемая как судами, так и в досудебном порядке, включающая также и послесудебное исполнение решений судебных органов. Конституционные же нормы (а также норма ст. 4 ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации») сужают этот термин, сводя его только к деятельности судов.

Таким образом, правовая природа квазисудебных органов определяется несколькими обстоятельствами, среди которых выделяются сущностные (мате-

риальные) и формальные признаки.

К сущностным критериям определения квазисудебной юстиции мы отно-

сим в первую очередь назначение, функции, которые выполняются судебными органами власти в классическом их понимании в рамках конституционной док-

трины и исторически сложившейся модели судопроизводства. Смыслом суще-

ствования судебной власти в рамках концепции разделения властей является достижение, восстановление справедливости, урегулирование споров, сглажи-

вание конфликтов на основе экспертного мнения судьи, базирующегося на пра-

вовых началах.

9

На наш взгляд, явно выделяются признаки сущностного характера, кото-

рые отделяют судебные органы от квазисудебных, заложенные в современном законодательстве (исторически они не абсолютны): принципиальная оспари-

ваемость их решений в судебном органе власти соответствующей подведомст-

венности и в некоторых случаях добровольность обращения сторон, которые хотят разрешить конфликт (не распространяется на административную юстицию).

Второе обстоятельство, характеризующее природу квазисудебной юсти-

ции и отраженное в приставке «квази», это тот факт, что в специальном право-

вом, нормативном значении, формально, институты и органы, осуществляющие функции квазисуда, судебными органами государственной власти не являются.

При этом именно такое «негативное» их определение (определение через то, чем они не являются) в сложившейся ситуации мы считаем наиболее вер-

ным. Такой подход проистекает из огромного многообразия существовавших и существующих квазисудебных институтов и органов, чья правовая природа са-

ма по себе крайне пестра. Так, квазисудебные функции главы государства

(в том числе и в современной модели построения государства с разделением властей), органов административной юстиции очень отличаются от квазисудеб-

ных моделей, основанных на «суде равных», на добровольных началах: третей-

ском судопроизводстве, коммерческом арбитраже, или от «общественно-

государственной», «наказательной юстиции» товарищеских судов, «судов чес-

ти», действовавших в СССР.

Думается, что установить характерные черты квазисудебных институтов возможно только на основе сравнительного анализа ряда смежных, похожих,

выполняющих аналогичные функции институтов: «судов государственных» и «судов частных»; государственного и частного арбитража; общественных кор-

поративных образований и государственных органов власти и управления. Та-

кое сравнение нами проведено в табл. 1.1.

10

1.1. Формы квазисудебных институтов

11

Учитывая, что квазисудебная юстиция реализуется во многих формах,

имеет очень разный субъектный состав, возникает вопрос: В чём отличие госу-

дарственных и частных институтов, выполняющих её роль? Возможно ли сло-

восочетание «частный суд» или оно является оксюмороном. С точки зрения формального подхода – это словосочетание лишено правового смысла. Учиты-

вая материальное наполнение деятельности квазисудебных органов, «частными судами» можно считать третейские суды, коммерческий арбитраж, в историче-

ском смысле – коммерческие торговые суды.

Суммируя сказанное и применяя для описания квазисудебных институтов восходящую к классической Аристотелевской схеме описания явлений через

«четыре причины бытия» через четыре начала, то возможна следующая дефи-

ниция явления:

− «то, что», форма явления – общественно-частные, общественно-

государственные, огосударствленные модели разрешения конфликтов в адми-

нистративных органах власти и общественных структурах, легализованных с разной степенью императивности применения;

− «то, из чего» сущность явления – разрешение конфликтов по вопро-

сам, урегулированным правом;

− «то, чем» приводится в движение – развитием общественных отноше-

ний, связанных с усложнением социально-экономических связей, унификацией международно-правовых и национальных стандартов разрешения конфликтов;

− «то, ради чего», цель существования явления – в снижении объёма со-

циальных конфликтов, которое происходит в плановом, оговорённом заранее или зачастую добровольно, разгрузка судебной системы, воспитание правовой культуры, связанной с умением вести переговоры и выходить из конфликта.

12

Таким образом, предлагаем определение квазисудебности применительно к правовым отношениям в следующей форме:

Квазисудебная юстиция – совокупность социально-правовых механизмов,

выполняющих функции разрешения общественных конфликтов посредством внесудебных процедур, исторически и сущностно связанных с правосудием как правоохранительной деятельностью.

13

2. ИСТОРИЧЕСКАЯ ЭВОЛЮЦИЯ

КВАЗИСУДЕБНЫХ ОРГАНОВ

2.1. ЗАРОЖДЕНИЕ И ФОРМИРОВАНИЕ

КВАЗИСУДЕБНЫХ ИНСТИТУТОВ

СОЦИАЛЬНОГО КОНТРОЛЯ

Квазисудебные институты в истории форм социального контроля были широко распространены.

Древние системы правосудия зачастую были основаны на общинном суде, суде равных, старейшин, выборных членов, вотчинном суде, церковном суде, суде веча. Суд равных означал проведение суда по одинаковому социаль-

ному статусу, данный суд можно сравнить с шариатскими судами.

В ведении церковного суда находились дела о семейных отношениях, де-

ла духовенства и монахов.

Также в источниках Древней Руси указано на существование выборных торговых судов. Так, к примеру, в начале XII в. в Новгороде имелся суд ива-

новского купечества.

С момента принятия Русской Правды Ярослава Мудрого правосудие осуществлял князь, который выступал основным административно-судебным органом на Руси6. Русская Правда включалась во все юридические сборники вплоть до XVI в.

6 Русская правда // Библиотека литературы Древней Руси. В 20 т. Т. 4. – СанктПетербург : Наука, 1997. – 679 с.

14

Основные нормативные акты XV в. – это законы Золотой Орды, в частно-

сти Ханская грамота7, Двинская грамота8, Белозерская уставная грамота

1488 г.9.

Первым кодексом права, где подробно освещался процесс ведения след-

ствия и суда по гражданским и уголовным делам, являлся Судебник Ивана III 1497 г., состоящий из 68 статей.

В содержание «Судебника» входили постановления о центральном и ме-

стном судах, постановления по материальному, гражданскому и уголовному праву.

В Судебнике 1497 г. было чётко определено право на подачу жалобы: «А каков жалобник к боярину приидёт, и ему жалобников от себя не отсылати,

а давати всем жалобником управа в всемъ, которымъ пригоже. А которого жа-

лобника а непригоже управити, и то сказати великому князю, или к тому его послати, которому некоторые люди приказаны ведати»10. Источниками форми-

рования Судебника явились: Русская Правда, Уставные и Судные грамоты.

Юридическая техника при составлении Судебника слабая, что и характерно для того времени. Данный акт фактически даёт начало административной юстиции.

В дальнейшем появился Судебник 1550 г.11, который закрепил право на подачу жалобы. Фактически было введено понятие «необоснованная жалоба».

7Смирнов, Д. В. Крынско-Ханские грамоты / Д. В. Смирнов. – Симферополь, 1913.

8Двинская уставная грамота // Российское законодательство X – XX веков. Т. 2. – Москва : Юридическая литература, 1985. – С. 181–182.

9Алексеев, Ю. Г. Белоозерская Уставная Грамота 1488 г. – закон Русского государства о местном управлении / Ю. Г. Алексеев // Вестник Санкт-Петербургского университета. – 1998. – № 9, Сер. 2, Вып. 2. – С. 3 – 17.

10Судебник 1497 г. – URL : http://www.studfiles.ru/preview/6267304/p age:2/

11Поляк, А. Г. Судебник 1550 года / А. Г. Поляк // Комментарии в кн. : Памятники русского права. Вып. 4 / под ред. Л. В. Черепнина. – Москва : Гос. изд-во юридической литературы, 1956.

15

Появившийся Судебник 1589 г.12 не нашёл своего законодательного за-

крепления, в его основу был положен Судебник 1550 г. Данный Судебник уровнял право наследования между сыновьями и дочерями.

Во время Московского царствования к числу квазисудебных процедур можно отнести старинное право подачи лично царю челобитной, просьба о ми-

лости, в том числе жалоба на необоснованное судебное решение. Для рассмот-

рения жалоб существовал Челобитный приказ, который в настоящее время,

применяя современную терминологию, можно отнести к органам администра-

тивной юстиции. Приказ выполнял функции секретариата царя, его личной канцелярии13.

Суть данного приказа состоит в том, что челобитные жалобы подавались на имя царя, но через начальника приказа, который определял сущность жало-

бы, её сроки, а также из её рассмотрения делал вывод – подавать ли её царю или нет. Жалобы на сами приказы подавались непосредственно царю. Началь-

ник выносил по жалобе одно из двух решений: отказать, либо подписывал жа-

лобу и направлял её в соответствующий приказ. Частные лица вносили жалобы на приказы в Боярскую Думу, которая фактически являлась апелляционной ин-

станцией того времени. В состав Боярской думы входили: думные бояре, дьяки,

дворяне и окольничие, которые избирались из аристократии. Вся деятельность Боярской Думы от начала её существования основывалась только на обычном праве. Боярская Дума не отделялась от царской власти и была полностью со-

поставима с указами царя. Однако бывали и исключения, когда царь выносил свои указы, без вмешательства бояр.

12Мазурин, Ф. Ф. Судебник царя Федора Иоанновича 1589 г. / Ф. Ф. Мазурин. – Мо-

сква : Тип. Г. Лисснера и А. Гешеля, 1900. – 103 с. – URL : https://biblioclub.ru/index.php? page=book&id=64219 (дата обращения: 17.02.2022).

13Ерошкин, Н. П. История государственных учреждений дореволюционной России : учебник / Н. П. Ерошкин. – Москва : Высшая школа, 1983. – 352 с.

16

Кроме того, нельзя забывать, что до середины XVII в. на Руси ни один за-

кон никогда полностью не выполнялся.

Дальнейшим важным законодательным актом, появившемся в 1649 г.,

является Соборное уложение, которое закрепляло на законодательном уровне ответственность должностных лиц за нарушение порядка рассмотрения жало-

бы. Соборное уложение 1649 г. впервые на законодательном уровне закрепило силу третейского решения, т.е. решения, исходящего от лица, которому обе стороны доверяют и готовы подчиниться, такое решение приравняло его к го-

сударственному решению. В статье 98 Соборного уложения указано: «А кото-

рые будут дела новые, а в сем судебнике не написаны, и как те дела с государе-

ва докладу и со всех бояр приговору вершатся, – и те дела в сем судебнике при-

писывати»14.

В 1667 году по Новоторговому уставу были введены в действие таможен-

ные суды как один из квазисудебных органов15.

При правлении Петра I прекратила своё существование Боярская Дума,

и был учреждён Сенат, куда приносились жалобы на губернаторов. Также в пе-

риод царствования Петра I была образована Коммерц-коллегия, в юрисдикцию которой входили торговые и вексельные дела, появился Главный магистрат,

рассматривающий торговые дела, в том числе налоговые и таможенные.

Главным магистратом был определён состав словесного суда, который способствовал примирению спорящих сторон. Словесный суд рассматривал де-

ла, связанные с уплатой торговых пошлин. Ещё одной разновидностью корпо-

ративных торговых инстанций был Купеческий суд. Таким образом, в период правления Петра I и его преемников появлялись различные квазисудебные ор-

ганы, в частности экономического направления.

14Соборное Уложение 1649 г. / под ред. М. Н. Тихомирова, П. П. Епифанова. – Моск-

ва : Изд-во Моск. ун-та, 1961. – URL : http://krotov.info/acts/17/2/ulozhe n1.html

15Новоторговый Устав. – URL : http://www.hist.msu.ru/ER/Etext/novotorg. html

17

В эпоху Екатерины II существовал феномен «совестного суда» (1775).

Для уголовного судопроизводства они были задействованы в ситуации, когда требовалось снисхождение к преступнику по его малолетству, бедственному состоянию, для гражданского судопроизводства они играли роль третейского разбирательства, т.е. несли в себе черты квазисудебности.

Екатериной II был реорганизован Сенат и поделён на шесть департамен-

тов, каждый из которых обладал определёнными полномочиями. Основными функциями был наделён первый департамент, в ведении которого находились вопросы финансов, промышленности, торговли, обнародования законов, надзор за сенатской Тайной экспедицией и Канцелярией конфискаций. Целью реорга-

низации Сената является ослабление его роли, а также лишение законодатель-

ной инициативы. Екатериной II был введён в действие «Наказ»16, включающий в себя 506 статей, в данном документе впервые была разработана юридическая техника. В 1785 году появилась Жалованная грамота городам17, которая поде-

лила горожан по имущественным и социальным признакам. Городовые магист-

раты являлись судебными органами в городах, для дворян избирались отдель-

ные дворянские суды.

В 1775 году Екатериной II была проведена судебная реформа, где был об-

разован суд для каждого отдельного сословия (табл. 2.1), а также введён зако-

нодательный акт «Учреждения для управления губерний всероссийской импе-

рии»18.

16Наказ императрицы Екатерины II, данный Комиссии о сочинении проекта нового Уложения / под ред. Н. Д. Чечулина // Памятники русского законодательства 1649 – 1832 гг., издаваемые императорской Академией Наук. – Санкт-Петербург, 1907.

17Шмелев, Г. Н. Акты царствования Екатерины II: Учреждения для управления губерний и жалованные грамоты дворянству и городам / Г. Н. Шмелев. – Москва : Книга по Требованию, 2012. – 162 c.

18Учреждения для управления губерний Всероссийской империи от 7 ноября 1775 г. //

ПСЗ. – Собр. 2-е. – Т. ХХ, № 14392.

18

На каждом из уровней создавались два департамента: уголовный и граж-

данский. Крестьяне судились Крестьянским судом, а крепостные крестьяне су-

дились напрямую помещиком. Суды губернского типа были одновременно и гражданскими и уголовными судами, а также в роли апелляционного суда. Су-

ды уездного типа выступали только как суды инстанцией 1-го уровня, т.е. рас-

сматривали уголовные и гражданские дела.

В 1782 году появился «Устав благочиния или полицейский», который регламентировал правовой статус полицейских органов и включал в себя

14 глав и 274 статьи.

2.1. Вид суда для каждого отдельного сословия

Учитывая разнообразный административный статус многочисленных на-

циональных территорий Российской империи, которые во многом сохраняли обычаи и законодательство, не унифицированное полностью, элементы негосу-

дарственного арбитража можно увидеть в Положениях, определявших систему власти и управления в землях Войска Донского. Кочевые народы Кавказа (но-

гайцы) в 1827 г. получили право разрешать тяжбы по их обычаям через ислам-

ских посредников и старшин19.

19 Лиджиева, И. В. «Устав для управления ногайцами и другими магометанами, кочующими в Кавказской области» как источник по истории кочевых инородцев степного предкавказья / И. В. Лиджиева // Magna adsurgit: historia studiorum. – 2017. – № 1. – URL : http://kigiran.com/pubs/index.php/history/article/view/1038/1351

19

После произведённой систематизации права в первой трети XIX в. был создан Устав торгового судопроизводства, на основе которого действовали коммерческие суды, отстаивавшие купеческие интересы. Первый российский Коммерческий суд был основан в Одессе в 1808 г., затем появились во всех крупных ярмарочных, портовых городах. По правовой природе коммерческие суды были своего рода судебными гибридами, поскольку организовывались на смешанных началах.

Лишь в период правления Александра II произошло реформирование су-

да. Появился открытый гласный суд, строящийся на состязательности сторон,

был учреждён институт мировых судей и общие суды. Однако форма не затро-

нула военный и военно-морской суд, церковный суд, коммерческий суд. После отмены крепостного права и освобождения крестьян появился волостной суд,

рассматривающий незначительные иски и провинности. Данный суд действо-

вал на основе местных обычаев, законодательство в суде не применялось.

По свидетельству очевидцев реформы «Волостной суд был послушным оруди-

ем в руках старосты, полицейского урядника, «самодурствующего» мира, зем-

левладельца, трактирщика, еврея»20.

Дела инородцев разбирали низшие инородческие суды, компетенция ко-

торых примерно совпадала с крестьянскими судами.

Так же ряд жалоб, к примеру, на должностных лиц, полицию, подлежал рассмотрению ни в суде, если они не образовывали уголовное преследование,

а в межведомственных комиссиях на губернском уровне, и на общегосударст-

венном уровне – в 1-м и 2-м департаментах Сената, которые являлись внесу-

дебными учреждениями.

20 Верещагина, А. В. Способы ограничения самостоятельности судебной власти в дореволюционном законодательстве / А. В. Верещагина // Право и политика. – 2014. –

№ 7(175). – URL : http://www.nbpublish.com/library_g et_pdf.php?id=29955 (дата обращения: 17.02.2022).

20

Итогом судебной реформы Александра II было появление нового суда,

отличавшегося от предыдущих тем, что все граждане, участвовавшие в суде были на равных условиях – на сословных. Основным документом судебной ре-

формы являлись Судебные уставы 1864 г.

Административная юстиция как комплекс судебных и квазисудебных процедур теоретически начала рассматриваться в отечественной правовой мыс-

ли в первой половине XIX в.

Основными тенденциями, которые вызревали в ходе формирования су-

дебной системы России, были:

− отделение различных направлений юрисдикции от общего процесса судопроизводства: в первую очередь с вызреванием понятия «преступление»,

отделения его от древнерусского понятия «обида», формированием представ-

лений о публично-правовой и частно-правовой реальности – гражданский и уголовный судебный процесс;

− постепенное вызревание военной юстиции, связанной в первую оче-

редь с процессом становления империи и рождением регулярной армии в эпоху Петра I;

− развитие и длительное устойчивое существование церковной юрис-

дикции, охватывающее в первую очередь брачно-семейные дела и церковное каноническое право;

− устойчивое существование общинных элементов судопроизводства,

составивших основу судебного права, опиравшуюся на традицию, распростра-

нявшее своё регулирующее влияние на крестьянское население;

− вызревание судопроизводства в рамках решения дел, связанных с коммерцией, в первую очередь в исторической ситуации, когда активизирова-

лась торговля, рыночные отношения или хотя бы их элементы.

21