Городская свадебная обрядность русских. Учебное пособие

Итак, семья является одним из важных институтов любого общества. Зарождение и развитие семьи неразрывно связано с историей общества. Еще на ранних этапах исторического развития сложились нормы брачно-семейных отношений, которые включали в себя языческие дохристианские нормы [156, с. 216]. Следует отметить, что законода- тельно-правовое регулирование семейных отношений носило несколько формальный характер в повседневной жизни семьи. На первый план в закреплении брачного союза выходят традиции, обычаи, где главную роль играет обряд (церковный или народный). Обряд представляет собой целостно-символическое действие, оформленное художественными средствами, которое ознаменовывает важное событие для участников, связанное с трудовой и общественной деятельностью [107, с. 6].

Возникновению семей предшествуют определенные брачные отношения. В понятие брачных отношений входят мотивы и характер добрачного общения людей, мотивы заключения брака, брачные ориентации. Брак совершается в определенном круге знакомств, имеет свой возраст, различные формы заключения брачных союзов. Он подразумевает не только правовую основу, но и отношения духовно-психо- логического, морального, экономического, этнокультурного характера [110, с. 419]. Вольтер в свое время писал, что «…брак и его узы или величайшее добро, или величайшее зло: середины нет. Брак самое дорогое сокровище людей, когда согласие душ и сердец, чувств, вкусов и характеров стягивает его узы, созданные природой, связанные любовью и благороженные честью» [30, с. 55].

Свадьба придает символическую форму социальному событию. В биологическом же отношении свадьба освящает половой акт и лишение невинности, которые обретают особое значение, поскольку их вписывают в социальный, экономический и идеологический контекст общества. При этом акт творения становится также актом оплодотворения [60, с. 192]. Поэтому свадьба, как обрядовое действие, несет двойную нагрузку: во-первых, смена социального статуса члена сообщества, и, во-вторых, переход члена сообщества из одной возрастной категории в другую (из молодежи во взрослых). В свою очередь, родители новобрачных тоже совершают переход в старшую возрастную категорию.

В сибирской крестьянской среде брачные отношения определялись их нравственными воззрениями, считалось, что семья – первое и важное

71

условие благосостояния. Функции семьи, в таком случае, обеспечивали преемственность многовековых знаний, опыта, народной культуры для последующих поколений. Крестьянская семья являлась основной производственной единицей, поэтому она нуждалась в подрастающих детях. Каждый крестьянин знал, что семья – священный союз, через который человек поднимается до духовного единения к таким его «формам, как Родина и Государство», четко понимая, что «семья – первооснова Родины», и если «поражена семья, …то наступает духовный кризис и в народе». Семья составляла внутреннюю сущность крестьянского общества, именно в ней возникали узы духовного народного единения, народной памяти и общей его судьбы [151, с. 120].

Следует отметить, что брак для сибирских крестьян был не только залогом благосостояния, веса в обществе, но и моральным долгом [146, с. 66]. В формировании такого взгляда на семью, немалую роль сыграла церковь. Чтобы добиться возможности контролировать государство, церковь контролировала, в первую очередь, семью. Священники делали все, чтобы закрепить семейную иерархию: женам глава – муж, мужу – царь, царю – Бог. Царь представал перед своими подданными как Божий избранник. Поэтому муж и жена – от Бога. Брак, не освященный в церкви, – греховный брак. В семье сибиряков строго соблюдался пост и отмечались церковные праздники. Не только старшие родственники следили, чтобы молодежь не пропускала особенно важные богослужения, но и вся община наблюдала за этим. Соседи выговаривали матери, если сын был «ленив ходить к обедне». Молодые люди, желающие узаконить свои брачные отношения, постоянно находились в поле зрения всего сельского общества, и зачастую их судьбу решало общественное мнение. Только семейные люди имели право голоса на сельских сходках, могли получить надел земли, завести самостоятельное хозяйство.

Социально-экономические отношения определяли и брачный возраст людей. Так, молодые браки были на юге и востоке России, такая же картина наблюдалась в сельскохозяйственных губерниях. На севере и в промышленных районах, наоборот, браки были более поздними [27, с. 112]. В Сибири брачный возраст у женщин наступал в 16–22 года,

у мужчин – в 22–26 лет [51, с. 16].

72

У сибиряков существовали обычаи и запреты, связанные с браком. Было запрещено вступать в брак с близкими родственниками. Соблюдался обычай старшинства в браке: младшие дети не имели право жениться (выходить замуж) раньше старших. Осуждались смешанные браки в сословном и этническом отношении. Чаще всего смешанные браки были у переселенцев. Они вынуждены были связывать свои отношения с коренным населением. Русские переселенцы в Сибири брали в жены якуток, монголок, тунгусок, остячек [3, с. 18]. В течение четырех веков миграций из Западных губерний России на востоке страны сформировалось многочисленное постоянное русское население, издавна называемое сибиряками. Это название стало своеобразным этнонимом. Само проникновение в смысл этого уже позволяет судить о роли народных традиций и об их особенностях в Сибири. В понятии «сибиряк» аккумулируется представление о человеке, осознающим свою потомственную принадлежность к определенной территории, знающем богатства

исложности природной среды, умеющем в ее трудных условиях вести хозяйство, и, наконец, осознающего свою этническую принадлежность

крусским и вместе с тем особенность своего положения. Исследователь М. Б. Абсалямов так характеризует сибирских переселенцев: «…они воплощали в себе черты невозмутимого, верного данному слову, немного неуклюжего, но сильного и сообразительного человека. Этот тип складывался в приспособлении к суровой сибирской деятельности, в тяжелом труде и в холодном климате» [1, с. 18].

Русские при расселении в различные природные зоны Сибири вступали в контакты с местным коренным населением, имевшим уже сложившиеся типы хозяйственной деятельности [4, с. 18]. Создавались местные территориальные разноотраслевые комплексы, регионы со сме- шанно-этническим населением, имевшие общую хозяйственную и экономическую направленность. В процессе межэтнических контактов укрепились также личностные взаимоотношения, которые утверждались

ив сфере производства, и в семейно-бытовой среде.

Межсословные и межэтнические браки в Сибири являлись редкостью не только в деревнях, но и в городах. У купцов, дворян и духовенства такие браки были единичны и заключались в случае выгоды с экономической точки зрения [48, с. 98].

73

В крестьянской семье Сибири, согласно обычаю, возглавлял семейный клан старший по возрасту мужчина, который управлял не только хозяйством, но и всей жизнью семьи. Главе семьи не смели перечить, за ним было последнее решающее слово. Во время трапезы глава семьи первый принимался за еду. Старшие сыновья пользовались большими правами по сравнению с другими детьми в семье, так как являлись будущими главами семей. Случалось так, что в отсутствии главы старший сын, достигший совершеннолетия, исполнял его обязанности.

В сибирских крестьянских семьях существовало строгое половозрастное разделение труда. Мужчины выполняли тяжелую основную работу, включавшую все полевые работы, ухаживали за рабочим скотом, делали заготовки дров, корма для скотины, занимались строительством. Женщины занимались домашним хозяйством, воспитывали детей. Дети помогали по хозяйству, проводили уборку по дому, выполняли огородные работы. Уже с шести лет дети присматривают за младшими, девочки моют посуду, метут пол. Мальчики рубят дрова, щепят лучину, ходят за скотиной, вывозят навоз. Также они помогают и в поле, погоняют волов, участвуют в молотьбе, с 12-ти лет разгребают сено. Осенью мальчики и девочки сторожат просо, чтобы воробьи не расклевали урожай. Одно из основных занятий ребенка, начиная с 6–7 лет, – пасти скот. Младшие дети пасут гусей, свиней, телят. Более старшие – овец и коров. Старшим подросткам поручают пасти лошадей.

У женщин тоже существовала своеобразная иерархия. В семье была старшая женщина, которой были подчинены все остальные. В ее обязанности входило распределение работы: старшие женщины занимались по хозяйству, младшие – присматривали за детьми. Одним из важных этапов в семейной жизни женщины являлись роды. Присутствие повитухи, особенно на первых родах, обязательно. Акушерское искусство повитухи направлено на то, чтобы всеми способами помочь раскрыться рожающему телу. Среди многочисленных магических средств, способствующих нормальному процессу родов, основное место занимали действия, совершавшиеся по принципу подражательной магии. С самого начала схваток роженица снимает с себя кольца и серьги, распускает волосы, развязывает, растегивает все застежки, разувается. Все эти магические действия направлены на то, чтобы тело роженицы легче открылось. Также должен поступить муж и все, кто случайно окажется рядом

74

во время схваток. В доме открывают замки, сундуки, вынимают из печи заслонку, распахивают окна и двери. Женское чрево откроется лишь при условии раскрытия всего космоса, в том числе и небесной сферы.

Голосу, слову повитухи приписывается больше значения, чем ее мануальному вмешательству. От повитухи ждут знание молитв (канонических и народных). Кроме «Отче наш» и «Сна Богородицы», она, как правило, владеет и заговорами, в которых Богородице, главной покровительнице рожениц, отводится центральное место.

Тема раскрывающего тела может развиваться иначе: из плена грешного тела освобождается не материя, не новое тело, а душа, и не одна, а целых две. Такая картина сходна с представлениями о смерти: все заботы семьи направлены на то, чтобы облегчить выход души. Роды в некотором смысле тоже смерть. Беременная женщина, носительница двух душ, умирает, дав жизнь двум новым самостоятельным существам: матери и ребенку. Подобная смерть повторяется при каждых родах, так что мать, по сути, проживает за свою жизнь несколько жизней и несколько смертей. Чтобы вернуть тело в изначальное состояние, необходимо «поставить на место» все потревоженные силы. И опять повитуха действует словом.

Иногда роды проходили в присутствии мужа, который символически помогал жене, он сам по себе изображал родовые муки. По мнению исследовательницы Г. И. Кабаковой, такие «роды вдвоем» должны, на первое время, защитить ребенка, не вполне интегрированного в человеческое сообщество, от грозящих ему опасностей, от подмены (родители испытывают постоянный страх перед нечистой силой и завистью людей). Отцовские «роды» гарантируют законность ребенка, а биологическое родство подтверждаются ритуалом [60, с. 69]. Родившегося младенца обмывают и заворачивают в одежду родителей. Как правило, мальчика пеленают в одежду отца, а девочку – в одежду матери. Такой выбор обеспечивают ребенку правильное наследование семейных ценностей и сексуальных ролей. Нарушение этого правила ведет к искажению ролевого поведения. Одежда, в которую заворачивают новорожденного, непременно должна быть поношенной и нестиранной, поскольку одежда, не несущая на себе следов пота и прочих выделений, не поможет новорожденному (проявление контактной магии). Новая вещь, никогда не бывшая в контакте с человеком, но «одушевленная» его присутстви-

75

ем, воспринимается как нейтральная, значит, непригодная в магии. Напротив, любая старая вещь расценивается как эффективное средство от сглаза. Считалось, что одежда должна защищать тело человека не только от холода, но, по существовавшим представлениям, и от злых сил, которые при недосмотре могут принести много вреда [38, с. 205]. А так как все действия повитухи и матери направлены на защиту ребенка от нечистой силы и сглаза, то с пеленками (родительской одеждой), первым защитным покровом младенца, к которым крепится оберег (будь то нож, иголка, уголек и т. д.), ребенок не будет расставаться ни на миг, особенно до момента Крещения. При Крещении ребенок получает окончательный социальный статус. Пока ребенок не подрастет

ине окрепнет, дополнительным апотропейным приемом будет выступать рубашечка, вывернутая наизнанку. Если все используемые предосторожности не помогают, то «испорченного» ребенка лечат с помощью той же родительской одежды. Мальчика протирают юбкой, а девочку – мужскими штанами.

Как отмечалось выше, воспитанием детей в основном занимались женщины. Мужчина принимал участие в процессе воспитания только тогда, когда дети подрастали, и их можно было обучить какому-либо ремеслу. В процессе воспитания детей приобщали не только к труду, но и к своему духовному опыту, уделяли внимание каждому ребенку, воспитывая в нем личный характер. Передача детям культурной информации, трудового опыта, жизненной мудрости и народных знаний, заключающихся в наблюдениях за природой, за поведением животных

иптиц, за погодой (что находило отражение в пословицах и поговорках), происходила в процессе совместной работы с родителями. В зависимости от социального положения крестьянской семьи эта передача происходила в разное время, в разном объеме и с разной степенью интенсивности. Традиционные формы устного народного творчества передавались детям косвенно, во время перерывов в работе или при общении

сними в домашних условиях. Дети могли воспринимать нравы и обычаи

икак зрители, и как участники событий. Все эти знания, в основном, передавались в игровой форме, а также через стихи, песни, сказки и т. д.

Чтобы заставить «малого и глупого» окольным путем делать то, чего напрямик добиться от него было бы намного труднее, ребенка запу-

76

гивали при помощи поверий, тем самым, с раннего детства учили элементарным нормам поведения. Например, чтобы сформировать качества бережливости, существовали предписания: не сорить, не ронять ни одной крошки хлеба, иначе будет голод и неурожай; другими словами: хлеб дорог, нужно его беречь и уважать, как нужный нам Божий дар. Или еще, «скорлупу от выеденных яиц должно давить на мелкие части, иначе, если она попадет на воду, то русалки построят себе из нее кораблик и будут плавать на зло и смех крещеным людям; а если скорлупа останется на дороге и в ней накопится дождевая вода, да сорока напьется, то у того, кто выкинул скорлупу, лихорадка будет. Сущность дела, вероятно, в том, что скорлупа, выкинутая целиком, поважает собак таскать яйца и даже учит кур и уток наклевывать и выпивать их. Кто, не разбирая постов, ест скоромное, у того будет рябая невеста; почитая большим грехом не соблюдать постов, старики выдумали отстрастку эту для легкомысленных ребят» [43, с. 81].

Можно с большой уверенностью утверждать, что пословицы и поговорки служили средством воспитания и образования подрастающего поколения, через них доступным языком и в образной форме передавались результаты опыта или какие-либо жизненные правила, что, в свою очередь, легко запечатлевалось в детской памяти [37, с. 85].

Бабушки и дедушки, зачастую больше, чем родители, передавали семейные традиции и опыт внукам. Опираясь на обычаи и пример предков, прививали любовь и уважение к старшим, учили приличному поведению в семье и обществе, давали нравственное воспитание. Наиболее полноценным воспитание считалось тогда, когда в семье присутствовало несколько поколений. В такой семье есть с кого брать пример, есть за кого отвечать, есть наставники и подопечные.

Старшее поколение стремилось передать молодежи любовь к труду

итрудящемуся человеку. От стариков передавались и трудовые традиции. Во время совместной работы молодежь перенимала опыт и практику у пожилых людей. Старались делать так же, как «делали их деды

иотцы» [40, с. 318].

Старики выступали в роли хранителей традиций в быту. Писатель С. Турбин, побывавший в деревне Плетневой, в которой жили переселившиеся в Сибирь в 30-х гг. XIX вв. курские крестьяне и их потомки,

77

заметил, что «…старые сохранили курский наряд: красную шерстяную юбку, а молодыя были уже одеты по-сибирски, т. е. в ситцевыя платья и сарафаны…» [144, с. 194].

Для сибирского крестьянина семья имела исключительное значение. От нее зависело экономическое состояние и духовно-культурное благополучие всех членов семьи. Поэтому создание семьи, вступление в брак было одним из наиболее важных событий в жизни. Оно же во многом определяло поведение и отношения между молодежью. Тема брака постоянно присутствовала и проявлялась в жизни подрастающего поколения. По существу, вся добрачная жизнь девушки была подготовкой к замужеству.

До выделения из отцовской семьи в самостоятельное хозяйство взрослые дети должны были подчиняться родителям во всех делах (хозяйственных и личных). При этом делами сыновей занимался преимущественно отец, а дочерей – мать. На дочерей безусловная родительская власть распространялась до выхода замуж. Отец решал вопросы об отдачи сына в ученье, в наем, об отправке на сторону на заработки. Сын, а тем более дочь, не могли оставить отчий дом произвольно. Браки заключались по воле родителей, иногда даже по принуждению, но большей частью обоюдное согласие молодых должно было непременно сопровождаться одобрением и благословением родителей. Степень подчинения детей родителям резко менялась с выделением сына или выходом замуж дочери. В этом случае, по крестьянским представлениям, отец и мать практически теряли власть над ними. Вот тут-то и выступала уже в чистом виде нравственная основа отношений детей – уважение, любовь, забота, стремление поддержать и обеспечить старшее поколение.

Помимо родителей, за молодым поколением внимательно следила община. Общиной был накоплен огромный практический опыт сочетания общественных интересов с индивидуальными. Этот опыт, на который община опиралась в своих повседневных делах, содержал подходы к решению хозяйственных и самоуправленческих проблем в непосредственной связи с проблемами этическими (нравственными). Мир (община. – К. О.) осуществлял социальный контроль за поведением его членов, за выполнением ими принятых моральных норм. Община была носителем этических традиций, сохранение и развитие которых она регулиро-

78

вала через специальный социально-психологический механизм, воздействовавший буквально на каждого крестьянина [39, с. 114].

Особо следует отметить, что главную роль в жизни неженатой молодежи Сибири играли съезжие праздники. Будучи своего рода волостными ярмарками невест, они создавали благоприятные условия для знакомства и общения жителей разных селений и, тем самым, существенно расширяли возможности выбора брачного партнера, что имело немаловажное значение для сибиряков. Благодаря насыщенности деревень родственными связями, объяснявшейся своеобразием заселения Сибири, довольно широко была распространена деревенская экзогамия – обычай брать невест из других селений [75, с. 45].

Съезжие праздники выполняли важные социальные функции. Они способствовали расширению и упрочнению не только междеревенских, но и межволостных связей (родственных, хозяйственных, дружеских, торговых и т. д.), что отвечало жизненным потребностям сибиряков.

Нередко знакомства, завязывавшиеся на таких праздниках, заканчивались свадьбой в ближайший мясоед, а иногда и распространенным в Сибири браком – побегом прямо с праздника.

Итак, весь добрачный период был своеобразным университетом для деревенской молодежи. За работами и увеселениями шел постоянный процесс передачи трудового и духовного опыта. Молодежь усваивала традиционные этические представления и нормы поведения. Незаметно, но постоянно крестьянская община формировала своих будущих членов, готовила их ко взрослой семейной и общественной жизни.

Таким образом, семья является одним из важных институтов любого общества. Зарождение и развитие семьи неразрывно связано с историей общества, где законодательно-правовое регулирование семейных отношений носило несколько формальный характер в повседневной жизни семьи. На первый план в закреплении брачного союза выходят традиции, обычаи, где главную роль играет свадебный обряд, который придает символическую форму социальному событию.

Следует особо отметить, что долгое время ученые-этнографы не уделяли достаточного внимания изучению культуры населения, живущего в городе. Прежде всего, это связано с ошибочным мнением, что городская культура не имеет ничего общего с традиционной народ-

79

ной культурой. Такие ученые-этнографы, как Л. А. Анохина, М. Н. Шмелев, М. Г. Рабинович, Г. В. Жернова, А. Ф. Некрылова и др., не согласились с такой постановкой вопроса и отметили необходимость этнографического изучения жизнедеятельности городского населения. Они считают, что подобное изучение определяет высокую роль городского населения в формировании традиционно-бытовой культуры русского народа. В своей книге «Быт городского населения средней полосы РСФСР в прошлом и настоящем» Л. А. Анохина и М. П. Шмелева пишут, что «в городе вырабатываются многие прогрессивные черты общественного быта, материальной культуры, в ряде случаев получают более яркое и полное выражение отдельные народные обычаи и обряды, многие культурные новшества, оказывающие влияние на духовную жизнь всего народа» [5, с. 4].

По определению Михайловой Л. И., город относится к социальнотерриториальной общности, социокультурная ситуация которой имеет свои отличительные особенности. Они во многом определены всей городской средой, окружающим человека социальным миром, включающим в себя материальные и духовные условия становления, существования, развития и деятельности людей, которые вовлечены в общественные процессы. Кроме этого, добавляет Т. Дридзе, «городская среда – это и другие люди, способы их взаимодействия (сотрудничество, соперничество, компромисс, приспособление и пр.), отношение человека к ближайшему социальному окружению, которое является важнейшим фактором выживания и воспроизводства здоровых людей вместе со здоровой средой» [46, с. 131].

Таким образом, городская среда формирует новый социальнопсихологический тип личности, который отличается рациональностью, подвижностью, готовностью к изменениям, к сочетанию своих интересов с интересами других, способностью справляться с трудностями окружающей действительности [82, с. 96].

Образование городов началось в девятом веке. Русь становилась политическим, экономическим и культурным государством. Обычно города образовывались на пересечении крупных торговых путей. Это был замок с несколькими дворами, обнесенный крепостной стеной. Центральным местом в таких крепостях была базарная площадь. До конца XVIII в. она была центром общественной, торговой и культурной

80