Городская свадебная обрядность русских. Учебное пособие

В конце XI в. Югорская земля приобретает статус «волости» Новгорода Великого. Именно с этого периода начинается активная колонизация и расширение территории.

Царские воеводы строили по берегам рек «крепостцы». Такие военные поселения возводились не только для расширения территории, но и для закрепления и охраны, той, которая уже освоена. Следует отметить, что не только россиян привлекали богатые земли Сибири. Одним из опасных соседств, как для Руси, так и для Сибири, был хан Кучум. Он постоянно совершал набеги на восточные границы Сибири, подчинив себе коренное татарское, башкирское, ханты-мансийское население, и грозился пойти на Русь.

Поэтому 22 января 1564 г. Иван IV предписал предпринимателям Строгановым построить на Каме укрепленный городок, цель которого – охрана восточных границ занятых русскими сибирских земель. После очередного набега Кучума Строгановым была составлена грамота, с предписанием укрепиться и воевать до полной победы. Тогда Строгановы предложили «службу честную …пяти храбрецам». Это были каза- ки-атаманы: Ермак (Герман) Тимофеев, Иван Кольцо, Яков Михайлов, Никита Пан, Матвей Мещеряк [61, с. 620].

Дав свое согласие, Ермак поднял знамя на берегу Волги, собрал отряд из 540 казаков. Так началось завоевание Сибири. Вот как описывает эти события первый официальный российский историограф Н. М. Карамзин: «Завоевание Сибири во многих отношениях сходствует с завоеванием Мексики и Перу: так же горсть людей, стреляя огнем, побеждала тысячи, вооруженные стрелами и копьями: ибо северные монголы и татары не умели воспользоваться изобретением пороха в конце XVI века»

[61, с. 623].

Дружина Ермака одерживала победу за победой, быстро продвигаясь в глубь Сибири. Они подчинили вогуличей и некоторые малые и средние племена. Постепенно налаживались отношения с коренным населением, устраивалась торговля с бухарскими купцами. Н. М. Карамзин отметил, что «…около двух лет господства в Сибири, казаки успели завести торговлю с самыми отдаленными азиатскими странами, издревле славными богатством и купечеством. Караваны, …оживляя пустынную сибирскую столицу зрелищем деятельной ярмонки и доставляя там рос-

91

сиянам, в обмен на мягкую рухлядь, плоды восточного ремесла»

[61, с. 633].

Но не только успехи сопутствовали казакам. Они испытывали трудности военной жизни. Стояли суровые зимы, началась цинга, что привело к ослаблению не только физического, но и боевого духа. Казаки ушли далеко от родных мест, тылы были слабо защищены, значительная часть местного населения была настроена враждебно к завоевателям, со временем стало не хватать людей, боеприпасов, продовольствия.

Вночь с 5-го на 6-е августа 1585 г., татары окружили малочисленный отряд Ермака и начали убивать сонных казаков.

Ермак пал в бою с превосходящим силами врагом. Иван VI повелел именовать его князем Сибирским «за бескорыстную великую службу, за взятие Сибирского царства» [86, с. 50].

В1598 г. в плен попала семья Кучума, сам же он бежал и до самой

смерти отказывался подчиняться царю, стать его подданным [115, с. 145]. В этом же году Сибирь окончательно была присоединена

к России. «После свержения татарского ига и до Петра Великого не было

всудьбе России ничего более огромного и важного, более счастливого и исторического, чем присоединение Сибири» [103, с. 90].

Освоение Сибири происходило не только по военному пути, но и в виде мирного продвижения российских землепроходцев, промысло-

виков, крестьян, священников, торговцев. Как ни затруднительны и опасны были путешествия в глубине сурового, негостеприимного, дикого края, однако польза, которую получали от них торговцы, была столь велика, что заставляла их отважиться на все; в XVI веке в короткое время торговцы могли составить огромный капитал от таких поездок, потому что они выменивали ценные пушные меха на совершенную безделицу (топор, предметы пригодные в хозяйстве) [67, с. 177].

В конце XVI в. в Сибирь хлынул массовый поток переселенцев: крестьян, посадских людей, ссыльных, в городских посадах селились мастеровые, ремесленники, предприниматели, купцы. Русские были в основном выходцами из северных и частично центрально-европейских территорий [116, с. 65]. В связи с этим, перед сибирскими воеводами сразу же стал вопрос о пропитании. Долгое время зерно, крупы, фураж приходилось завозить из-за Урала. Поставки продовольствия производи-

92

лись нерегулярно, с большими перебоями. Силами одного пашенного крестьянства хлебную проблему, на тот период времени, решить было невозможно. Поэтому заниматься земледелием пришлось практически всем слоям населения, в том числе и служилым людям, сибирскому купечеству и даже представителям духовенства. Правда, сибирским служилым людям правительство вынуждено было предоставлять ряд льгот, например, хлебное жалование. Но с увеличением налогов власти фактически ставили служилых людей в один ряд с прочим населением. На этой почве в городах происходили столкновения служилых людей с властями. Обеспокоенные этим фактом власти старались создать условия, в которых расселенцы прочно бы осели в этом суровом крае, пустили в здешнюю землю свои корни, обзавелись крепким хозяйством. Так как старожилы отказывались выдавать своих дочерей за ссыльных, то кузнецкий воевода Афанасий Зубов обязал «имать в государственную казну по пять рублей». Центральные власти одобрили действия воеводы и в предписании добавили: «…выдавать замуж за ссыльных холостых…, чтоб тех унять от побегу…» [132, с. 21].

В благоприятные для землепашества районы потянулись крестьяне. Стали возникать новые деревни. Степан Крашенинников, участник Великой Северной экспедиции, путешествовавший по Томи, упомянул в своем путевом дневнике следующие деревни: Щеглово, Кемерово, Березово, Бородину, Чернову, Глубокую, Писаную, Талую, Мозжуху и т. п.

Первыми русскими поселениями невоенного типа, возникшими на территории Притомья, были хутора и заимки. На заимках пришлые люди обзаводились хозяйством, где использовался «весь богатый сельскохозяйственный опыт и традиции, которые крестьянство копило и сохраняло веками, используя их в новых местах при освоении земель» [79, с. 40]. Правительство поощряло такие заимки, так как видело в них новые узлы для прикрепления отдельных земель и устройства пашни. Хутора и заимки служилых и посадских людей при естественном увеличении их семейств и путем последующих присоединений сюда пришлых людей превратились в деревни и села. Именно из таких заимок в XVII – начале XVIII вв. образовались деревни, существующие и поныне. Большинство деревень, основанных в это время, получили свое названия по фамилии основателя первой заимки: Корчуганово, Алаево, Антоново, Бедарево, Красулино [121, с. 9].

93

С конца XVI в. один за другим стали возникать сибирские города. Помимо охранной службы, города являлись центрами экономического развития. Возникали новые формы торгового обмена, некоторые из них становятся базой развития предпринимательства. Как отмечает историк В. А. Александров, для русского купечества присоединение Сибири открыло огромные возможности. Ввоз в Сибирь «русских товаров», т. е. предметов производства русского ремесла, для обеспечения нужд местного населения и коренного, их неэквивалентный обмен на пушнину способствовал, с одной стороны, быстрому обогащению купечества, а с другой, – втягиванию в сферу влияния всероссийского рынка возникающих местных рынков Сибири. В борьбе за эксплуатацию соболиных промыслов и торговую прибыль путем неэквивалентного обмена русское купечество сыграло первостепенную роль в установлении экономических связей между торгово-ремесленными очагами Центральной России и Сибирью [2, с. 268].

Вэто же время формируется новый мощный и деятельный отряд российского купечества – сибирский, отличавшийся смекалкой и решительностью. Зарождалась душа сибиряка, которая являла собой смесь древних восточных нравов, принесенных славянами в Европу и подновленных долговременной связью с монголами, – византийских, заимствованных россиянами вместе с христианской верой, и германских, идущих от варягов [86, с. 56]. У сибирского купца был свой особый стиль, дух

иидеология освоения Сибири.

В1604 г. был основан город Томск, который сразу приобретает статус не только военно-административного, но и хозяйственноторгового центра [141, с. 63]. В Томск везли пушнину, пригоняли скот, выменивали их на изделия из железа и серебра, а так же привозили сукно, и другие необходимые в хозяйстве вещи. Деятельность по градостроительству в то время шла очень активно. Города быстро разрастались и уже, помимо охранительной, несли организационную и административную функции. Теперь они являли собой хозяйственноэкономические, торгово-промышленные и культурные центры. К концу XVIII в. основной житницей Сибири стал район, включавший четыре западно-сибирских уезда, такие как Тобольский, Верхотурский, Тюменский и Туринский, в которых к тому времени компактной массой проживало до 75 % всех русских крестьян-переселенцев [155, с. 50].

94

В XVIII в. в России происходили важные политические перемены, которые тесно связаны с накоплением нового качества в экономике, производстве, распределении и потреблении продукции, со становлением и расширением пространства евразийской культуры. Этот процесс не обошел и Сибирь. Новое приживалось на традиционной почве, закреплялось на ней. Формировалось этническое и историческое многообразие. Вот что пишет об этом В. Пикуль: «Будущее имеют страны, у которых есть прошлое. Прошлое – это ведь тоже богатство, почти материальное, и оно переходит к потомкам вроде фамильного наследства…» [89, с. 48].

При таких экономических преобразованиях сибиряк вынужден вступать в новые рыночные отношения, заключать сделки по куплепродаже.

Немалую роль в освоении Сибири и закреплении здесь норм общероссийской культуры сыграли купцы. Они явились проводниками сибирского товара на общероссийский рынок. К концу XVIII в. насчитывалось 19 городов, где уже прочно сформировались товарно-денежные отношения. Торговля способствовала взаимодействию культур, обмену опытом, взглядами, нормами, ценностями. Таким своеобразным пунктом цивилизованного общения являлись ярмарки, где предприниматель имел возможность встретить продавцов из разных мест, чтобы купить все необходимое для своей разнообразной торговли, и покупателей, которым он сбывал свои товары. Кроме того, развитие ярмарочной торговли обуславливалось малонаселенностью края, большой удаленностью населенных пунктов друг от друга, плохими путями сообщения [18, с. 45]. В Сибири к концу XVIII в. всех ярмарок, как городских, так и сельских, насчитывалось 121, или 3,8 % от общего их числа в России. Причем ярмарок с большим торговым оборотом было 20, со средним – 5. Основную массу составляли «малые» ярмарки – 96 [104, с. 8]. Это были зоны сибирского торгового предпринимательства.

На ярмарках купцы торговали за наличные деньги и в обмен. Туземцы обменивали у русских купцов несколько соболиных шкурок за нож или топор, причем они считали такой обмен большой глупостью со стороны русских, а для самих же туземцев это было самой выгодной сделкой. Помимо продажи сукна, кожевенных изделий и хозяйственных предметов, также шла бойкая торговля продуктами питания (хлеб, масло, сало, соль, сахар и др.). Потребность в разнообразных товарах росла,

95

рынок расширялся. Устанавливаются торговые отношения с Монголией и Китаем. Следует оговорить, что китайские и монгольские товары нередко превышали качество российского товара, а по цене были намного дешевле. Это не могло не вызывать недовольство сибирских предпринимателей, которые желали обладать монополией на местном рынке.

С появлением в Сибири рудников развивается горняцкое дело, действуют золотые прииски, идет строительство горных заводов, целью которых было удовлетворить потребности России в металле, и в дальнейшем – создание крупного горнометаллургического производства. Заводским строительством интересуются частные предприниматели. Так указом от 8-го марта 1702 г. уральскому промышленнику Н. Демидову передается Невьяновский завод. В 1726 г. сын Демидова Анкифий получил указ берг-коллеги на строительство заводов в Томском и Кузнецком уездах. Предпринимательская деятельность Демидовых оказалась не столь непродолжительной, хотя перспектива получения огромных доходов от разработки серебра и поиска новых содержательных месторождений серьезно привлекла царствующий дом. В следующем году по указу императрицы Елизаветы Петровны все заводы и рудники Демидова с работающими на них мастеровыми и приписными крестьянами переходят в собственность царской фамилии [102, с. 12]. В связи с этим, организуется Канцелярия Колывано-Воскресенского горного начальства с местопребыванием на Барнаульском заводе. Управляющий заводом, некий бригадир А. В. Беэр, затребовал у правительства 1000 пришлых людей. Тогда в принудительном порядке на Алтай стали переселять купцов, мещан, цеховых работников. Широко было вовлечено в заводское производство крестьянство Урала и юга Западной Сибири. Крестьяне были заняты как на строительстве заводов, так и в самом заводском процессе. Наибольший объем работ они выполняли во вспомогательных отраслях заводского хозяйства: добыче руды, древесного угля, дров, точильного камня, строительных материалов, заготовке «мелочных» припасов, транспортировке сырья, полуфабрикатов и готовой продукции [35, с. 28].

В 1760 г. на базе Колывано-Воскресенского завода построили еще несколько заводов. На одном из таких заводов, Нижне-Сузунском, на монетном дворе стали чеканить медные «сибирские монеты» с сибир-

96

ским гербом. Они имели хождение лишь в Сибирской губернии. Чеканка собственных монет позволила сделать значительный скачок в развитии товарно-денежных отношений в Сибири.

Следующим шагом к развитию товарно-денежных отношений послужило расширение соседних территорий. Русский купец Г. И. Шелехов

в1787 г. основал Американскую торгово-промышленную компанию

сшироким кругом деятельности. Главная цель компании – организация пушного и зверобойного промысла. В 1798 г. компания Шелехова объединилась с Иркутской купеческой компанией и стала именоваться Российско-американской компанией. Она развернула активную деятельность по широкому освоению земель на американском континенте и на некоторых островах в северной части Тихого океана.

Развитию аграрного сектора, горно-добывающей промышленности, кустарных промыслов способствовало оживление торговли в Сибири. Купечество становилось большой социально-экономической и политической силой [86, с. 96].

В30-е г. XIX в. Сибирь была поражена «золотой лихорадкой», предпринимательские капиталы росли, а природные богатства Сибири уменьшались, использовался живой труд ссыльнокаторжного населения и аборигенов. Отрасль горнорудного дела развивалась так стремительно, что к середине XIX в. Сибирь была основным поставщиком золота на мировой рынок.

Со строительством Московско-Иркутского тракта Сибирь переживает быстрый и разносторонний экономический подъем. Связано это

сосвоением новых территорий и с развитием товарно-денежных отношений. Расширяются торговые операции. «По этому тракту шел весь поток торговых перевозок из России в Сибирь, Китай и обратно, произво-

дились почтовые перевозки, проезжали люди разного чина и звания», так характеризует Московско-Иркутский тракт Л. Скрябина в статье «К истории Московско-Сибирского тракта» [123, с. 37]. Растет интеллектуальный потенциал Сибири, что ведет к определенным сдвигам в культурной и общественной жизни.

В середине XIX в. произошел прорыв сибирской торговли не только на общероссийские рынки, но и на международные. Такой резкий скачок в торговых отношениях был связан со строительством Транссибирской магистрали. Железная дорога способствовала расширению кон-

97

тактов как внутри региона, так и между удаленными друг от друга территориями.

В Сибири происходят значительные структурные, социальноэкономические и культурные изменения. На тот период времени число ремесленников превысило сто тысяч, число промышленных рабочих доходило до ста двадцати, к крупной буржуазии относились тысяча двести семейств со своими клановыми интересами. Но у них был и общенациональный интерес: они заботились о процветании края, об украшении городов, где они жили, о создании очагов культуры, о помощи бедным [86, с. 128].

Местное сибирское купечество превалировало в обрабатывающей промышленности, пароходстве, в большинстве видов торговли, особенно хлебной. В начале XX в. успешнее идут дела у тех купцов, которые переоборудовали старые предприятия, устанавливали паровые двигатели, применяли электроэнергию, строили большие универсальные магазины с широким ассортиментом товаров, затрачивали деньги на рекламу, на участие в выставках разного ранга. Для этого необходимы были не только капиталы (они имелись во многих купеческих семьях), но и определенный кругозор, специальные знания, желание и умение организовать дело по-новому. Огромное значение имел личностный фактор

[125, с. 127].

Активное участие сибирское купечество принимало в культурной и общественной жизни. Наиболее распространенной формой такого участия являлась благотворительность, это связано с появлением большого количества крупных золотопромышленников, пароходовладельцев, винокуренных заводчиков, владельцев торговых домов и других предприятий, приносивших приличные доходы. Виды и размеры благотворительности были самыми разнообразными. Самой традиционной была церковная благотворительность, она стимулировала желание обрести благодать в жизни вечной через добродетели в жизни земной. Поэтому предприниматели, большинство из которых были людьми религиозными, жертвовали на нужды церкви большие средства. Немалые средства купечество вкладывало в развитие науки. Бийские купцы, торговавшие в Монголии и Китае, содействовали снаряжению научных экспедиций, сопровождали их в качестве проводников и переводчиков, выполняли различные поручения ученых, собирали экспонаты и целые коллекции

98

для музеев. Тем самым внесли неоценимый вклад в развитие востоковедения. Особый интерес сибирские предприниматели проявляли к эконо- мико-географическим и статистическим исследованиям. В ноябре 1908 г., в Бийске был открыт отдел «Общества изучения Сибири и улучшения ее быта». На учредительном собрании в состав отдела вошло 15 человек, в том числе 8 предпринимателей (Н. А. Ассанов, П. Н. Грязнов, А. Д. Васенев, А. И. Хакин, М. О. и Г. О. Сычевы, И. П. Палабужев, Р. И. Кузнецов) [135, с. 120]. Купец, предоставивший часть своего капитала на содержание различных городских служб и учреждений, потакал не только своему самолюбию и искал выгоду, но и закладывал традицию своего торгового дела во многих поколениях. Можно смело говорить о том, что многие сибирские города не имели бы своего театра, библиотек, музеев, и даже не было бы Томского университета, если бы не активная и созидательная помощь купечества. Как щедрые меценатыблаготворители проявили себя купцы – предприниматели Базановы, Белоголовые, Громовы, Медведниковы, Сибиряковы, Кузнецовы и др. Таким образом, предприниматели Сибири, занимаясь благотворительностью, внесли большой вклад в развитие науки, культуры и общественной жизни. С упрочением экономической силы у сибирского купца формируется естественное убеждение, что именно они, предприниматели, являются силой и опорой державы.

Пришлые люди все прочнее обустраивались на освоенных землях. Многие ученые-фольклористы, такие как Г. Спасский, В. В. Руднев, Н. А. Миненко и др. отмечают взаимовлияние (взаимопроникновение) культур, которые отложили свой отпечаток на элементы материальной и духовной культуры, на быт и образ жизни как аборигенов, так и пришлых людей. Вот как описывает жилище Г. Спасский в своей статье «О происхождении Телеутов, их нравах, обыкновениях и домоводстве»: «…телеуты живут ныне в Томской Губернии в Кузнецком уезде. …Все деревни или улусы их расположены на веселых и открытых местах по берегам речек и состоят из малого числа домов. В одном только так называемом Большом улусе считается до 50 домов. Избы их сходны с тамошними крестьянскими; но в них нет такой чистоты и опрятности. Достаточные Телеуты имеют порядочныя горницы, снабженныя лавками, скамьями, полками и столами. В переднем углу горницы помещают они своих Бурханов, сделанных из дерева или сшитых из лоскутов,

99

наподобие кукол; а под ними ставят окованные железом сундуки с платьем и прочим имуществом, покрывая их коврами; в заднем же углу обыкновенно находится постеля самого хозяина. В таковых домах живут они зимою и летом. Почти при каждом из них есть двор, скотский пригон и хлевы для мелкого скота» [134, с. 32].

Русские, обращаясь к местным жителям и их опыту ведения хозяйства, позаимствовали у коренного населения сведения о местных природно-климатических особенностях, влияющих, прежде всего, на хозяйство [109, с. 23]. Они осваивали элементы промысловой культуры местного населения, русские переселенцы рационально использовали имеющиеся эмпирические знания, навыки, приемы промыслового труда, усвоенные на родине. Новая обстановка, новые внешние отношения обусловили изменения в технике обработки растительного, животного и минерального сырья. Но общерусские промысловые традиции сохранились. В соответствии с реальным опытом, имеющимися знаниями крестьяне стремились правильно выбрать места поселения, расположить свои хозяйственные и жилые постройки применительно к местным условиям. [131, с. 109].

По мере укоренения пришлого населения появилась уличная планировка, определился тип жилища. На развитие крестьянского жилища большое влияние оказала планировка, размеры поселения, экономический и культурный уровень жизни, форма и размер надела, социальное положение и направление хозяйственной деятельности крестьянских семей, их состав и степень зажиточности. Богатые и бедные хозяйства различались между собой размерами, добротностью, числом жилых и хозяйственных построек. Дома строились в традициях северорусского жилища.

Характерной чертой городских поселений является уличная застройка, когда жилые дома стоят по обеим сторонам проезжей части, обращенные фасадами друг к другу [99, с. 176]. По таким постройкам можно было определить социальное происхождение, род деятельности проживающего в нем человека или даже всей семьи.

Город всегда был сложен по своей социальной структуре, [24, с. 247] поэтому возле усадеб ремесленников и горожан, занимавшихся в них своей производственной деятельностью, наряду с жилыми и хозяйственными постройками, располагали производственные помеще-

100