Генезис культуры единого целого и единства актуальной и исторической России изотерикус, социокультурные и философские основания. Ч. IV. Монография

деятельности ее коллективного интеллекта, памяти, инструмента безопасности, виртуальной площадки социокультурного общения, саморазвития и игры. Любое новое пространство социального общения порождает характерные для него виды опасностей. Для обеспечения коллективной безопасности требуются соответствующие социокультурные регуляторы. Медийными стражами цивилизации всегда были страхи. Каждому времени, каждой ступени развития цивилизации, каждой части вновь освоенного ноосферного пространства свойственны свои страхи.

Общие страхи являются одним из признаков существования коллективного ума. Страхи – это еще и своеобразные идолы, обступающие человека, куклы и марки, с помощью которых можно управлять человеком, с помощью которых человек может пытаться управлять собой. Объективной причиной существования страхов у людей является смерть, которая неизбежно сопровождает во всех делах жизнь каждого отдельного участника культуры Allein-Dasein. Страх перед смертью существовал и продолжит существовать в качестве разумной своей константы всегда. Страх в позитивной составляющей объединяет общество и является признаком того, что культурное сообщество осознает те общие опасности, которые угрожают смертью всем им, тому, что прямо защищает их, общему дому, государству и культуре. Путем избавления от лишних и нелишних страхов является устранение их причин, источников реальных экзистенциальных (трансэкзистенциальных) угроз и опасностей. Искусство учит развлекая. В разных его жанрах оно располагает сюжетами, в которых их герой попадает в опасные ситуации. Если произведение искусства гениально, оно увлекает зрителя своей эстетикой и заставляет его сопереживать с героем. Сопереживание герою позволяет участнику культуры, не подвергая себя реальной опасности, оставаясь наблюдателем, лучше осознать ситуацию, представить себя на месте героя, критически оценить свои возможности и взвесить свои силы, которые он может мобилизовать на борьбу со своими реальными смертельными врагами. Так участник культуры становится не только предупрежденным о чем-то, но, в известном смысле, и вооруженным неким новым знанием. Важно, чтобы культура располагала структурой и институтами, которые могли бы вовремя предупредить своих участников о реально надвигающейся угрозе, защитить их, дать возможность им победить в борьбе со смертельным врагом. Одной из форм общественного сознания является философия. Философы по-разному объясняли и объясняют мир. Для решения некоторых проблем, мы можем попытаться применить известные методы. Есть проблемы, решить которые старыми методами невозможно. Для решения таких проблем требуется и своя философия, и новая теория

61

культуры, как опирающиеся на предыдущий опыт познания действительности, так и отвечающие потребностям нашего времени. Проблемы, существующие внутри нашего общества и за его пределами, широко обсуждаются на современных медийных отечественных и зарубежных дискурсивных площадках. Через высказывания журналистов, экспертов, ученых, общественных и политических деятелей каждый участник культуры может прямо наблюдать, оценивать и характеризовать степень нашей коллективной моральной, физической и интеллектуальной готовности противостоять внешним и внутренним экзистенциальным и трансэкзистенциальным угрозам. Совместное присутствие в режиме реального времени Allein-Dasein наших граждан в цифровом медийном эфирном электронном пространстве и интернете дает дополнительные возможности культурному сообществу в мыслях адекватно реагировать на уже существующие и вновь возникающие угрозы. Главными объектами нашего исследования остаются по-прежнему действующие в духовном пространстве завершенные идеи, концепции, теории, философские и религиозные учения, которые сами нередко становятся предметами обсуждения и причиной разногласий между участниками общественного дискурса. На основе наблюдения за данными феноменами и их изучения мы получаем дополнительные возможности как открывать для себя новые законы общественного развития, так и находить дополнительные факты, подтверждающие правоту тех выводов, к которым мы приходили ранее в результате нашего исследования. Вся наша теория состоит из комбинации основных ее логических элементов и частей, органически взаимосвязанных друг с другом. По-разному объединяя их с помощью слов в предложение, мы получаем мысль. Истинность нашей мысли может вытекать, в том числе, и из реальности существования ее предметов, как открытых нами, так и открытых ранее нашими предшественниками. Так мы получаем в символах текст нашей идеи (символизис) и семиотический контекст экстерьера культуры Allein-Dasein, описывающий ее реальный рельеф. Подтверждения истинности наших идей могут обнаруживаться, в частности, и в уже существующих теориях, в том числе не получивших до сих пор широкую известность. В связи с этим существует необходимость указанные законы как бы заново открыть для нашего общества. Для этого мы их изучаем и по мере необходимости пропагандируем. Нужно отметить, что открывать законы можно те, которые на самом деле существуют в природе, обществе, в нашей культуре. Кроме того, можно формулировать законы в области права, предлагая их для исполнения всем участникам культуры в качестве наиболее приемлемых правил человеческого общежития. Эти законы должны выражать как частные

62

экзистенциальные, так и общие трансэкзистенциальные интересы участников культуры. Формулируя законы, вынося их в случае необходимости на всеобщее обсуждение с целью определения целесообразности их внедрения в дисциплинарную практику, мы общими усилиями совместно со всеми другими участниками данного процесса соконструируем наш социум в соответствии с потребностями и желанием участников нашей культуры продолжать жить и определять вместе самим нашу собственную судьбу дальше. Чтобы законы права начали действовать, они должны быть разумными, отвечать идее сохранения и развития единого целого и единства актуальной и исторической России. Синтез их должен осуществляться в условиях системной целенаправленной работы коллективного разума отечественной культуры. Чтобы право в обществе существовало и его законы реально исполнялись, для окончательного их приятия обществом, нужны силы, способные законы приводить в действия. Силы образуются путем организации общества. Для осуществления инициатив служат государственные институты, ветви представительной власти, политические партии и общественные организации. Их рациональное взаимодействие служит прочной основой обеспечения эффективной работы действующего коллективного разума отечественной культуры. Для возможности функционирования коллективного разума в структуре его социокультуры должно предусматриваться наличие необходимого количества взаимосвязанных друг с другом в единый комплекс функциональных складок-вакансий, число которых определяется складывающимся в обществе разделением труда. Разделение труда в обществе подвержено изменению. Чтобы до минимума свести конфликты и антагонизмы в обществе, необходимо в нем своевременно осуществлять разумные структурные общественные преобразования, отвечающие интересам участников культуры и потребностям его естественного прогрессивного развития. В процессе исполнения законов возникают две проблемы. Вопервых, невозможно достичь одновременно у всех участников культуры одинаковой степени разумности, следовательно и добиться одинаково строгого соблюдения всеми участниками культуры данных разумных правовых норм. Здесь в силу условности синтетических законов в логической цепи наших рассуждений неизбежно возникает понятие честности. В первом своем определении честность участников культуры не должна допускать нарушения общепринятых норм общежития. Тут же обнаруживается как диалектичность данного понятия, так и необходимость поиска путей разрешения противоречий, содержащихся внутри данных определений, как на правовом, так и моральном уровнях. Появляется

63

потребность и в норме соответствующего позитивного права. Фактом остается то, что, если в сфере действия позитивного права путем обмана с целью получения неким индивидом или группой индивидов определенных меркантильных преимуществ перед другими участниками культуры тайно осуществляется нарушение оптимизированных в интересах большинства участников данной культуры общественных норм, в обществе появляется ложь. Ложь может начать свободно функционировать в обществе, если ее

не пресечь и, таким образом, допустить ее распространение. В этом случае она может приобрести системный характер. С такой ложью необходимо обязательно бороться всеми доступными для данного государства и культуры методами: методами административного воспитания, методами поощрения героев и порицания нечестных граждан, нечестных поступков, институциализацию наказания путем предусмотрения такового в областях применения позитивного права и судопроизводства. Если в чем-то система несовершенна или дает сбои, от метапатологий начинает страдать все общество. Эмпирический опыт нам подсказывает, что одной из опасных форм метапатологии может оказаться метаидиотизм, проникающий в сознание нашего общества через действия не обладающих достаточной компетенцией общественных деятелей и политиков, наделенных элементами общественной власти. Негативные явления моментально начинают сообразовываться, соединяться с природой человека, внося в нее еще большие искажения. Законы дикой природы в человеке могут вступать в противоречие с синтетическими, искусственно придуманными, законами (культурными запретами) человеческого общежития. Чтобы законы позитивного права (сообразующиеся с природой и естественными законами развития культуры как исторически обусловленного органического трансэкзистенциального единства), начали действовать в реально существующем социуме, они должны опираться на реально существующую политическую силу, действующую и через принуждение, и через наказание. На определенном этапе развития общественного самопознания (социокультуры) логически (по необходимости и неотвратимости) возникает и начинает действовать идея государства как универсальная форма существования и самоосуществления культуры.

В данном случае мы можем согласиться с Гегелем в том, что философия занимается познанием того, что есть [130, с. IX]. Чтобы объяснить то, что сегодня есть и случается в нашем гражданском обществе, необходимо найти объяснения тому, как это, в результате каких переходных процессов и изменений, стало. Чтобы понять, как и из чего это стало, необходимо понять и объяснить правильно то, что было и из чего произошло все то, что мы сегодня имеем. На последнем этапе построения

64

социалистического общества в СССР с 1977 года фактически признанной коммунистами и закрепленной на конституциональном уровне единицей гражданской целостности и носителем социалистической идеи строительства коммунистического общества стал единый советский народ. Онтологически, чтобы интегративная единица сущего, каковой является культура (обладающая внутренней идеей собственного единства и целостности), смогла осуществить здесь-присутствие, в реальном мире она должна обрести место, собственную постоянную территорию обитания на земле. Постоянство территории обитания общности означает целостность той части земли, на которой данная единица жизни (тогда она получила от КПСС имя советский народ) себя воспроизводит. Любой интегративной единице культуры соответствует идея, в соответствии с которой она живет. Поскольку СССР изначально был провозглашен его создателями многонациональным государством, продолжить свое существование дальше Советский Союз в той государственной форме и прежних государственных границах мог только при условиях правильного осуществления в СССР национальной политики и правильного решения национального вопроса. Практически с этой проблемой в той или иной мере сталкивались все руководители нашей страны. На всех этапах развития СССР, вплоть до горбачевского периода перестройки, для данной проблемы удавалось, с точки зрения сохранения целостности СССР, находить приемлемое решение, опираясь при этом на марксистское учение о нациях. На совместном торжественном заседании Центрального Комитета КПСС, Верховного Совета СССР и Верховного Совета РСФСР в Кремлевском Дворце съездов 21 декабря 1982 года, посвященном 60летию образования СССР (прямой предшественник М. С. Горбачева и более зрелый политический лидер) Генеральный секретарь ЦК КПСС, (а с 16 июня 1983 г. – и Председатель Президиума Верховного Совета СССР) Ю. В. Андропов в своем докладе «60 лет СССР» отметил: «Реальные качественные изменения, происшедшие за 60 лет в национальных отношениях, свидетельствуют о том, что национальный вопрос в том виде, в каком он был оставлен нам эксплуататорским строем успешно решен, решен окончательно и бесповоротно. (Продолжительные аплодисменты.) Впервые в истории многонациональный состав страны превратился из источника ее слабости в источник силы и процветания. (Аплодисменты)» [131, с. 8]. В докладе, посвященном 60-летию образования СССР, Ю. В. Андропов не случайно уделил большое внимание как существующему в стране национальному вопросу, так и проводимой в

СССР его национальной политике, ибо учреждение СССР было одновременно и своеобразным решением национального вопроса в том

65

виде, в каком его решение представлялось марксистам [См.: 131, с. 5]. Следует понимать, что решению национального вопроса в России русским марксистам способствовало то, что его в России до 1917 года в том виде, в каком он существовал в реальности на Западе и о котором постоянно говорили марксисты, на самом деле не существовало. В. С. Соловьев еще в XIX в. подчеркивал, что национальный вопрос для России – это дело уже решенное. «В России такого вопроса быть не может. Тысячелетнею историческою работою создалась Россия как единая, независимая и великая держава. Это есть дело сделанное, никакому вопросу не подлежащее… Дело идет не о материальном факте, а об идеальной цели. Национальный вопрос в России есть вопрос не о существовании, а о достойном существовании» [См.: 132, С. 260]. Единство России актуальной и исторической в границах ли Российской Империи до 1917 года, в границах ли СССР после 1917 года было естественным и органичным. Все части России по их природе, историческому развитию, экзистенциально, политически, культурно, нуждались друг в друге и взаимно притягивались, трансэкзистенциально и жизненно оказывались неразрывно взаимосвязанными. Этим объясняется относительная легкость, с которой на политической карте мира на территории исторической России уже к концу декабря 1922 года появилось новое имя СССР. И. В. Сталин в докладе на I съезде Советов СССР 30 декабря 1922 г., посвященном образованию Союза Советских Социалистических Республик отмечал: «Товарищи, сегодняшний день является не только итоговым, он является вместе с тем днем торжества новой России над старой, над Россией – жандармом Европы, над Россией – палачом Азии. Сегодняшний день является днем торжества новой России» [133, С. 158]. Фактом является то, что для западных государственных деятелей главным приоритетом во внешней политике по-прежнему оставался их национальный интерес. Соответственно и СССР оставался продолжением все той же самой исторической России с теми же самыми объективно существующими вечными ее геополитическими, национальными и историческими интересами [См.: 134, С. 239-240]. Для капиталистического мира СССР

оставался все той же исторической Россией, только одураченной марксистской идеей мировой революции, поменявшей свое название, ввергнутой в пучину кровавой гражданской войны и потерявшей в результате своего «добровольного» поражения в Первой мировой войне статус сверхдержавы (мирового полицейского). Советская Россия, пройдя через тернии двух революций 1917 года, гражданской войны и международных интервенций, вместе с потерей множества юридических государственных прав и свобод, международного политического и

66

хозяйственного авторитета, теряла огромную часть государственного золотого запаса, национальных исторических и культурных ценностей, множества стратегически важных морских портов и путей, сухопутных территорий, интеллектуальных и людских ресурсов. Гигантские политические, экономические, демографические потери касались без исключения всех граждан России. На Западе это хорошо понимали, поэтому традиционно, чтобы не вводить лишней путаницы в свою внешнюю и внутреннюю политику продолжали называть СССР Россией, а всех ее граждан русскими. Таковой была объективная реальность. Известный сельскохозяйственный деятель г-н Кэмпбелл из САСШ, пребывая в СССР в качестве частного лица, в беседе со Сталиным, характеризуя международную ситуацию, отмечал: «Я уверен, что налицо поразительное сходство между САСШ и Россией по их величине, ресурсам и независимости… Народ в САСШ интересуется Россией… Россия слишком крупная страна, чтобы она могла не быть крупным фактором в мировых отношениях. Люди, стоящие во главе русского правительства, имеют в своем распоряжении величайшие возможности свершить великие дела. Единственно, что для этого необходимо – придерживаться ясности суждений и быть всегда справедливым» [135, с. 150]. Мы можем прийти к выводу, что земная цивилизация в расширительном понимании является продуктом общения множества живущих на земле всемирно значимых исторических культур и типов культур. Поскольку культуры и государства являются модусами существования и интегративными единицами разумной жизни на земле, для их развития необходимо общение. В одиночестве единица разума лишается возможности общения. Без общения разум гаснет. Как следствие, мир, чтобы развиваться, должен быть многополярным, состоять не менее чем из двух полюсов. Национальные культуры, представленные в международном праве своими государствами, являясь его субъектами, взаимодействуют друг с другом путем взаимопроникновения своими экзотерикусами. Самостоятельность и границы их суверенитета обеспечивает эзотерикус их культуры. Сталин также в своих контактах с иностранными журналистами и общественными деятелями в ходе устных переговоров и обменах мнениями на международном уровне, в частности, с Черчиллем и Рузвельтом, нередко употреблял имена СССР и Россия как синонимы, обозначавшими один и тот же геополитический предмет, историческую и актуальную Россию. Сталин это делал осознанно, поскольку этого требовала логика международных отношений с капиталистическими государствами. Чтобы приходить к взаимовыгодному компромиссу с международными партнерами по переговорам, которых он в иной обстановке открыто

67

называл классовыми врагами, для нахождения взаимопонимания с ними Сталин в своей аргументации всегда опирался на найденное им общее и убедительное для всех основание. Сталин хорошо понимал логику общения со всеми политическими партнерами [См.: 136, с. 252], что позволяло ему как представителю великой державы даже в чрезвычайно сложных случаях в переговорах со своими политическими оппонентами приходить к необходимому компромиссу. Наши западные партнеры исходили в своей логике из принятых на Западе стандартов, опиравшихся на значения, которые были предписаны законодательно и на конституциональном уровне в их странах таким словам, как государство и нация. С данным стандартом согласуется и наше определение нации, которое к тому же наиболее соответствует тем требованиям, которое время предъявляет к нашей стране. Нами нация определена как народ, предопределенный исторической судьбой жить внутри собственного политического сообщества друг с другом во множественном культурном единстве как один хозяйственный организм, соединенный общей ментальностью вокруг своих ценностей в своем государстве, пользующийся на государственном уровне в качестве универсального средства общения одним языком и самосознающий себя таковым. В земной цивилизации нация представлена своим эзотерикусом и экзотерикусом. Исторически в одно государство под крышу их общего Dasein могут сливаться множество народов, если к таковому на данной территории будут благоприятствовать складки здесь-бытия. Таковым складчатым культурно-историческим контекстом здесь-бытия для всех наших народов оказалась территория единой и неделимой России, каковой она в своем предопределении существовала всегда, будет существовать присно и во веки веков как интегративный момент нашей современной эпохи. Имя Россия не только дает возможность исторически осознать себя всем нашим народам, имя Россия позволяет всем нашим традиционным народностям владеть всеми теми культурными ценностями, которые в сумме были созданы всеми их поколениями, в том числе под кровом и защитой культуры единого целого и единства актуальной и исторической России. В качестве объективно существующего факта на этапе доперестроечного периода развития нашей страны органическое единство нашей страны было четко зафиксировано и в докладе Ю.В. Андропова «60 лет СССР», прочитанного им 21 декабря 1982 года в Кремлевском Дворце съездов. «Народы нашей страны обращают особые слова признательности к русскому народу. Без его бескорыстной братской помощи были бы невозможны нынешние достижения ни одной из республик. Фактором исключительного значения в экономической, политической и культурной

68

жизни страны, в сближении всех ее наций и народностей, в их приобщении к богатствам мировой цивилизации служит русский язык, естественно вошедший в жизнь миллионов людей любой национальности. (Аплодисменты.)» [131, с. 8]. Есть еще и третье условие, скрепляющее понятия государство и нация, – чтобы сохранить себя и своих союзников, нация должна править в своем государстве, а для этого ее субъектность в правовом поле должна быть четко определена именем. Причина распада

СССР заключалась не в том, что он, как внушали нашим гражданам его враги, должен был непременно (закономерно), как и все существовавшие до него империи, обязательно рухнуть, а в недооценке коммунистическим руководством в лице Горбачева, Ельцина и их ближайшего окружения того веления, которое время на том этапе общественного развития предъявило к

СССР как единому государству. Веление времени определялось теми закономерными тенденциями, с помощью которых Ю. В. Андропов достаточно точно охарактеризовал этап развития СССР, прямо предшествующий так называемой перестройке второй половины 1980-х. «Наша конечная цель очевидна. Это, говоря словами В. И. Ленина, – «не только сближение наций, но и слияние их»… Успехи в решении национального вопроса отнюдь не означают, что исчезли все проблемы, которые порождает сам факт жизни и труда в рамках единого государства множества наций и народностей… Вот почему совершенствование развитого социализма – а именно так мы можем определить главное содержание деятельности партии и народа на современном этапе – должно включать и продуманную, научно обоснованную национальную политику» [131, с. 9].

Рассчитывать на успех каких бы то ни было серьезных преобразований, да еще связанных с изменением государственного строя, без выработки новой продуманной, научно обоснованной, отвечающей духу времени, дальнейшим государственным интересам исторической России национально-интернациональной политики после 1985 года в нашей стране было просто невозможно. Правильное решение ключевой проблемы, хотя бы на теоретическом уровне, открывало широкие возможности для решения всех остальных проблем, как на международном геополитическом уровне, так и во внутренней политике, в том числе и экономической. Ю. В. Андропов начал обдумывать такую политику, но в его распоряжении оказался недостаточный ресурс времени. Увидеть нарождающиеся идеи Ю. В. Андропова, обращенные в реальность, нам было не суждено. Воплощению планов Ю.В. Андропова, связанных с осуществлением новой научно обоснованной национальной политикой, помешала его кончина. Новое руководство в лице М. С. Горбачева, а затем и Б. Н. Ельцина не только не осознало всю серьезность этой проблемы, она

69

оказалась полностью упущенной из их внимания. Следствием данного упущения стало возникновение курьезных форм политической деятельности в виде не только бесполезных, но и вредных для общества, отнимающих у него безмерное количество времени и сил, широкомасштабных антиалкогольных кампаний, больших обещаний, неадекватных форм борьбы с коррупцией, лозунгов ускорения без достаточно ясно видимой цели, в направлении которой нужно ускоряться, без достаточного понимания ресурсов и как их необходимо использовать для достижения поставленной цели, гласности, перераставшей в нескончаемую болтовню, зарождения новых форм лжи, вытекающих из нее новых форм метаидиотизма и других социальных опасностей. Все это было в той или иной степени связано с обрушением старого порядка мыслей, опиравшегося на марксистскую идеологию, в рамках которой новое тогда партийное руководство СССР в лице Горбачева М. С., Ельцина Б. Н. и их ближайшего окружения ранее делали свою карьеру, с отсутствием в то время в доступном и завершенном виде теории сохранения единого целого и единства актуальной и исторической России.

4.7. СССР на пике могущества: равновесие сил как главное условие сохранения мира во всем мире

Если общество, пришедшее к определенному благосостоянию, не стремится к саморазрушению, то оно, прежде всего, в лице своих руководящих кадров должно понимать, на какой фундамент прежних достижений оно может опираться при планировании своего дальнейшего развития. Государственному менеджменту СССР (в сфере его управления) таковым фундаментом вплоть до 1985 года при осуществлении государственной политики служил авторитет КПСС. Власть КПСС держалась во многом, во-первых, на авторитете, который она унаследовала от сталинского руководства, во-вторых, на правильной с точки зрения марксистской традиции внутренней национальной и внешней интернациональной политике, в-третьих, на том, что эта политика была принципиальной [См.: 44, с. 373]. Только принципиальная позиция политиков могла вызывать к ним доверие как в народе и у союзников, так и среди политических оппонентов. Правильная внутренняя и внешняя интернациональная политика КПСС должна была отражать идеальный смысл ее существования. Для выражения идеального смысла существования КПСС в брежневский период развитого социализма были найдены слова: КПСС – это ум, честь и совесть нашей эпохи. То, что касалось всей КПСС, должно было соответствовать моральному облику

70