Генезис культуры единого целого и единства актуальной и исторической России изотерикус, социокультурные и философские основания. Ч. IV. Монография

Список «охотничьих трофеев» Якоба Шиффа, составленный после русскояпонской войны санкт-петербургским журналом «Стрэнд», включает: 114 губернаторов, высокопоставленных чиновников и генералов, 286 начальников и офицеров полиции, 452 агента, 109 офицеров и 750 солдат погибших или раненых плюс 7 331 гражданское лицо убитыми и 9 661 гражданское лицо ранеными, 194 взрывов бомб и 1 995 вооруженных грабежей» [94, с. 96-98]. Организованная известными кругами Запада в 1917 году волна некоммунистического, а затем и коммунистического террора в России была лишь продолжением длительного, разжигаемого постоянно извне (в том числе с территории Англии и США) и изнутри ее внутреннего и внешнего политического кризиса. Первая мировая война создала лишь дополнительные благоприятные условия для дальнейшего раздувания беспорядков в России. К разжиганию этого кризиса подключилось правительство Германии. Здесь возникает еще одна зловещая фигура мирового еврейского космополитизма Израиля Парвуса-Гельфанда (1869-1924), через которого прошла значительная сумма денег от германского генштаба Ленину на устроительство дальнейшего погрома России изнутри [95, с. 366]. Под давлением объединенных мировых революционных и бандитских сил с помощью высокопоставленных внутренних предателей русского императора Российская империя как некая форма русской государственности формально была разрушена. «Auf den Trümmern des Zarenreichs errichtete

Lenin (1870 – 1924) mit Terror und Gewalt die Herrschaft der Bolschewiki

(“Oktober-Rewolution” 1917). Gegen vielfachen Widerstand von innen und au-

ßen verteitigte er die Revolution und leitete die Umwandlung Russlands in eine sozialistische Republik ein (UdSSR) (50) (На развалинах царской империи Ленин (1870 – 1924) террором и насилием утвердил власть и господство большевиков («Октябрьская революция» 1917). Преодолевая всевозможное внутреннее и внешнее сопротивление, он защитил революцию и превратил Россию в социалистическую республику (СССР)» [48, S. 50]. Коммунистическая революция идеологически и практически не могла не опираться на насилие, ибо в ее основе лежали идея экспроприации экспроприаторов, отмена частной собственности, уничтожение эксплуататорских классов, полное разрушение буржуазного государства, – это все те обязательные условия, без выполнения которых победа социалистической революции была бы невозможна. Расстреляли Российского Императора Николая II. Расстреляли семью Российского Императора. Расстреливали сторонников семьи Романовых. Расстреливали всех, кто был не согласен и оказывал сопротивление марксистскому режиму [90, с. 17]. Ближайшим врагом революционного рабочего класса, по Марксу, является мировая буржуазия. Естественным для марксистов образом через гражданскую

41

войну [96, с. 4; 55, с. 416] коммунистический террор в России распространялся на всех, до кого он мог дотянуться в пределах захваченной большевиками государственной власти, а дотянуться он мог не только до ближайшего, с точки зрения революционного марксизма, врага русского пролетариата, до крупной русской буржуазии, но нередко при определенных условиях и до ее потенциальных сторонников, до среднего и мелкого крестьянства (средней и мелкой буржуазии) [53, с. 416], буржуазной интеллигенции [52, с. 410] и т. д. Гражданская война неизбежно влечет за собой массовые жертвы как среди отмобилизованного на войну, так и не отмобилизованного гражданского населения [55, с. 402-403], физические разрушения предприятий, городов, жилого и нежилого фонда, гибель отраслей производства, финансовой системы, подрыв основ жизни, расхищение и уничтожение сокровищ исторической культуры. В ходе революционных преобразований огромная масса гражданского населения России лишилась вдруг за очень короткий промежуток времени привычной системы порядка, организации и управления [41, с. 131, 154]. Значительная его часть в буквальном смысле не знала, как жить дальше в тех условиях, когда их любыми средствами, в том числе и путем принудительной мобилизации, заставляли убивать друг друга [51, с. 369-370; 54, с. 374-376; 97, с. 32-35]. В ходе революции и гражданской войны исчезла значительная часть государственного золотого запаса России. «Ein fürchterlicher Bürgerkrieg entbrannte und tobte fast drei Jahre lang (1918 – 21). Er hat etwa fünf Millionen Menschen das Leben gekostet. Aber mit grausamer Härte setzten sich Lenin und die Bolschewiki gegen ihre Gegner durch (Разгорелась страшная гражданская война, которая бушевала почти три года. Она стоила жизни почти 5 миллионам человек. Но с чудовищной жестокостью Ленин подавил сопротивление своих врагов» [48, S. 49]. Надо отметить, что потери русских (жителей России) убитыми в гражданской войне (5 млн) почти в три раза превысили невосполнимые потери русских в Первой мировой войне (1,7 млн) [Sieh.: 98, S. 252]. По уточненным данным некоторых отечественных исследователей, общее число убитых, казненных и умерших от ран во время гражданской войны при жизни Ленина (с 1917 по 1922 г.) составило около 4,5 млн человек, умерших от голода и эпидемий – 6 миллионов человек. 2 млн носителей национального общественно полезного культурного и интеллектуального потенциала были вынуждены уйти в эмиграцию [99, с. 444]. Поскольку две наиболее многочисленные противопоставленные друг другу вооруженные группы населения во время гражданской войны (как оказалось, обе) боролись друг против друга с одной целью, сохранить политическое и территориальное единство страны, только на разных основаниях, некоторые авторы характеризуют данное вооруженное столкновение

42

как результат заранее спланированного и осуществленного затем технологически изощренным способом определенными кругами мировой закулисы геноцида исторического русского народа [См.: 100, с. 418].

Поскольку предметы частной собственности являются превращенными формами буржуазной культуры, после уничтожения их собственников все эти превращенные формы, оставшиеся без живых наследников носителей их предметного смысла, начинают моментально утрачивать как органопроекции культуры свои жизненные функции. Дома, банки, фабрики, заводы теряли заботу естественных своих обладателей. До наполнения их новым культурным смыслом без заботы и ухода за ними частных владельцев происходило их быстрое физическое разрушение. Учение о революционном насилии входило неотъемлемой составной частью в марксистскую коммунистическую науку побеждать. Целью революционного насилия являлось уничтожение всех свойственных капиталистическому способу производства господствующих буржуазных классов. Пролетарская революция, осуществленная большевиками-марксистами, не была одномоментным явлением, а предполагала развитие путем подавления сопротивления оппонентов вооруженным насилием. Поскольку никакая природа не терпит насилия, революционное насилие подразумевает обязательно тех, кто будет ему сопротивляться. Если враг не сдается, его уничтожают [Цит. по.: 18, с. 29]. Убивают классовых врагов с помощью оружия. Сила действия равна противодействию. Чтобы защитить себя от насилия, гражданские лица также начинают вооружаться. Некоторые области государства в целях самозащиты пытаются отделиться от центра. Начинается распад страны и гражданская война. Разрушение буржуазного государства в марксистском его понимании и буржуазной нации – это метод прихода коммунистов к власти. Причем, когда истинные революционеры производят все эти революционные крушения и разрушения, они свято и до безумия верят в то, что после того, как они докончат это свое святое дело и всех победят, сразу и быстро построится для всех оставшихся в живых счастливое будущее. Все это и называется революционным фанатизмом. А пока эта мечта не сбылась, революционные фанатики силой оружия заставляют одних мирных граждан внутри страны убивать другую часть мирных граждан так, чтобы обе стороны это делали ради спасения своих жизней. Пока пожар революции и гражданской войны горит, внутри страны проливаются реки крови. Дело в том, что пока война идет, все происходит одновременно с необратимыми изменениями как минимум в трех реальностях: в объективной, Не-Я (социуме); субъективной реальности (в душах AlleinDasein граждан страны и участников нашей культуры) и в мире физических вещей и тел (органопроекциях культуры). К концу 1922 года больше-

43

викам удалось победить физически внутри страны всех своих врагов. Теперь диктатуре пролетариата, прежде чем перейти к делу построения счастливого общества для класса угнетенных (ради чего и проливались реки крови в нашей стране), возникла необходимость приглушить пожар гражданской войны, который продолжал гореть в душах граждан нашей страны, чтобы заставить их всех убивавших ранее друг друга теперь примирившись начать дружно вместе работать на благо каждого из них в отдельности и всех в общем ради осуществления идеи марксистской мировой революции и диктатуры пролетариата. В реальности все эти намерения и действия акторов революции в постреволюционное время составляли довольно парадоксальный конгломерат [41, с. 129-130]. Ленин умер. Дело, ради которого в нашей стране разжигался пожар революции, должны были продолжить и завершить его последователи, наследники, к которым переходила власть революционной диктатуры пролетариата. Проблема для русского пролетариата, доля которого во всем населении страны тогда составляла приблизительно 5 % [Sieh: 48, S. 42] и для всего остального народа, который держался в железных клещах диктатуры, заключалась в том, что после достижения большевиками формальной военной победы в гражданской войне, прежде чем построить земной рай для ранее угнетаемого (в терминах Маркса) в России населения, нужно было потушить еще пожар, который после завершения горячей фазы гражданской войны продолжал гореть в душах уцелевших тогда наших граждан. На тушение этого второго пламени гражданской войны и усмирение воинствующих революционеров опять требовалась кровь. Добыть эту кровь можно было только путем насилия над народом той властью, которая называлась в нашей стране тогда диктатурой пролетариата [42, с. 400-401]. Лучше всего процессы характеризуют числа: «Умерло от голода в 1921 г. – около 5 миллионов человек. Убито, казнено, погибло в лагерях в 1923-1934 г. – около 1,8 миллиона человек. Уничтожено в ходе коллективизации и умерло от голода 1932-1933 гг. – около 8 миллионов человек. Казнено и погибло в лагерях в 1935 – 1941 гг. – более 3 миллионов человек… Вспомним: по самым скромным предположениям, сделанным до революции, число жителей Российской империи должно было составить не менее 400 миллионов человек к 1985 году. В действительности – в СССР на момент Всесоюзной переписи населения 1989 г. проживало 286,7 миллиона» [99, с. 444]. После смерти вождя мирового пролетариата Ленина В. И. символом советской власти периода диктатуры пролетариата стало имя Сталина И. В. Трагизм ситуации заключался в том, что, очутившись среди обломков Российской Империи, наследники Ленина во главе с их лидером И. В. Сталиным поняли, что быстро, малыми усилиями без жертв достигнуть того уровня обще-

44

ственного благосостояния, которое строилось в России и других передовых странах мира веками и тысячелетиями, и которое так быстро было разрушено в ходе революции и гражданской войны, диктатуре пролетариата не удастся [49, с. 174]. Такова была логика гражданской войны и такова была ее инерция. Чтобы выжить и уцелеть в том мире и в той ситуации, в которой оказались большевики после их военной и политической победы, от них потребовались неимоверные усилия, во много раз превышающие те, которые они потратили для того, чтобы прийти к власти в 1917 году [43, с. 39]. Сейчас мы видим, что те жертвы, которые пришлось принести марксистам на алтарь своей военной победы в ходе гражданской войны не стали последними [97, с. 32], что после формального ее завершения страсти продолжили кипеть в душах людей, что в условиях диктатуры пролетариата гражданская война только немного изменила свои формы [49, с. 162]. Трагизм этой ситуации понимал весь русский и советский народ. Он понимал, что за право жить от него потребуют новые жертвы [49, с. 166]. Такова была логика гражданской войны, таковой она рождалась потому, что целью коммунистических революционных преобразований являлось не овладение государственной машиной, а ее слом. В этом случае разрушению подвергались все государственные и частные буржуазные институты, система образования, ломалась вся структура внутренних и внешних общественных и политических отношений вместе со старым экономическим укладом [49, с. 161].

Простой закон сохранения вещества, жизненный и исторический опыт подсказывают, что обогащение наших внутренних и внешних политических и экономических оппонентов происходит часто на ту сумму, на которую подвергается ограблению наш народ [31, с. 92]. Возникает вопрос, кто же это тот таинственный грабитель, который обворовывает всех. Марксизм отвечает на этот вопрос определенно: ближайшим и непосредственным врагом рабочего класса является буржуазия. Идеологическим оружием этого прямого врага с точки зрения марксизма остается буржуазный национализм. Это значит, что на идеологических и экономических полях революционной борьбы буржуазный национализм является главным и злейшим врагом пролетарского интернационализма [74, с. 123]. Борьба против буржуазного национализма – это общее дело мирового пролетариата и внутреннее дело передового коммунистического отряда каждой революционной нации [83, с. 267]. В России таковой передовой отряд социалистической революции, по мнению марксистовинтернационалистов, составляли русские рабочие [82, с. 128-129]. И главной их задачей на политическом и идеологическом фронте являлось достижение победы над так называемым великодержавным великорусским шовинизмом. Ленин как настоящий марксист и интернационалист, будучи

45

представителем русского рабочего класса и вождем мирового пролетариата, всю свою энергию в первую очередь направил на борьбу против так называемого великорусского великодержавного шовинизма. Самой же угнетаемой и революционной нацией в царской России Ленин объявил евреев [74, с. 122]. Евреи в СССР пользовались статусом привилегированной (особо охраняемой) нации. Проблема и противоречие заключались в том, что на самом деле внутри этой формальной советской еврейской социалистической нации существовали как еврейские интернационалисты, так и крайние буржуазные националисты. Большим сюрпризом для советской власти оказалось, что внутри еврейской, так называемой социалистической нации очень сильные позиции занимали так называемые еврейские националисты. Трудности в борьбе с еврейским национализмом возникали у советской власти потому, что еврейский буржуазный национализм действовал под крышей иудаизма и закона об антисемитизме, который в СССР был принят в 1922 г. Сталин в своем интервью особо подчеркивал, что за антисемитизм в нашей стране полагалось политическое и уголовное наказание вплоть до смертной казни [101, с. 28]. После смерти Сталина волюнтаристская политика Хрущева немедленно была использована еврейскими националистами, чтобы обвинить Сталина, руководство СССР, народ и Россию вообще в антисемитизме. Это произошло несмотря на то, что и Сталин, и еврейские интернационалисты, живущие как в России, так и за ее пределами, еще при жизни вождя народов много раз опровергали эту ложь. Цель носителей этой лжи – в случае эмиграции получить статус политического беженца, как следствие, материальную компенсацию и долговременное пособие на дальнейшее проживание в той стране, которая данного еврея принимала. Сущность и особую опасность для коммунистов, исходящую от буржуазного национализма, в частности еврейского, раскрыл еще Маркс [102, с. 54-55; 103, с. 161; 104, с. 408-409; 105, с. 424; 106, с. 564565]. С точки зрения марксизма долг каждого истинного коммуниста - интернационалиста – вести беспощадную революционную борьбу против буржуазного национализма любой нации. Это означает то, что борьба Маркса и его революционных последователей против еврейского национализма никогда не имела ничего общего с буржуазным антисемитизмом. Сам термин «антисемитизм» часто используется буржуазными националистами для крышевания и продвижения как еврейского национализма, так и еврейского бандитизма. Энгельс, ближайший друг и товарищ Маркса по классовой борьбе, посвятил проблеме еврейского национализма статью «Об антисемитизме» [102, с. 54-55].

46

Маркс постоянно, исходя из собственного опыта, объяснял, как и в чем проявляется сущность еврейского талмудистского иезуитизма, который корыстолюбиво с хитроумным искусством мог обходить все властвующие над ним государственные моральные и юридические законы [107, с. 261]. Не только деятельность капитала, но и борьба с ним приобретает чрезвычайно сложные, почти мистические и фантастические формы. Чтобы постичь секреты этой борьбы, необходимы гений художника и проницаемость философа [106, с. 565]. Нравственную, политическую и социальную проблему человечества и христианского общества Маркс видел в том, что, возникнув из еврейства и противопоставив себя ему на некотором этапе своего развития, христианство со временем снова превратилось в еврейство, а практический христианин снова стал евреем [104, с. 410-412]. Со временем, с точки зрения коммунистической теории, в реальных социокультурных контактах внутри буржуазного общества проблема, связанная с нерешенностью еврейского вопроса, а вместе с ним и еврейского национализма, только усугублялась. «То, что в еврейской религии содержится в абстрактном виде – презрение к теории, искусству, истории, презрение к человеку как самоцели – это является действительной, сознательной точкой зрения денежного человека, его добродетелью. Даже отношения, связанные с продолжением рода, взаимоотношения мужчины и женщины и т. д. становятся предметом торговли! Женщина здесь – предмет куплипродажи. Химерическая национальность еврея есть национальность купца, вообще денежного человека. Беспочвенный закон еврея есть лишь религиозная карикатура на беспочвенную мораль и право вообще, на формальные лишь ритуалы, которыми себя окружает мир своекорыстия» [104, с. 411]. Сущность еврейского вопроса при капитализме Маркс видит в противоречии между политической властью, которую имеет капиталистическое государство над евреем, и политическими правами практического еврея, которые он имеет, действуя в капиталистическом гражданском обществе, в противоречии между политикой капиталистического государства и его денежной властью вообще, существующей в капиталистическом обществе. Политическая власть, которая практически и теоретически должна возвышаться над денежной, на деле стала, говоря словами Маркса, ее рабыней [См.: 104, с. 409-410]. Такой антисоциальный элемент, внедренный в поры того или иного общества, искажающий и разлагающий его гражданскую и религиозную мораль, много раз в разное время в разных формах проявлялся в разных странах и самых дальних концах земли. В России подобное асоциальное явление также всплывало не раз из исторических глубин как в форме

47

социальных, так и в форме религиозных проблем [108, с. 410-411]. В русской ересиологии похожая проблема получила обозначение «ересь жидовствующих» [109, с. 220]. В современной экстраполяции к жидовствующим принято относить не столько евреев, сколько тех, кто разделяет их мироедские (как это понимает Маркс) националистические принципы жадных и алчных, всех тех, кто поклоняется золотому тельцу

[110, с. 298, 751].

Чтобы организовать разумное сопротивление смерти, субъект жизни должен обладать разумом. Человек в одиночку ничего добиться не может. Возможность достигнуть главной своей цели человек обретает внутри социокультурного сообщества. Чтобы социокультурное сообщество являлось полноценным субъектом жизни в ее трансэкзистенциальном протяжении, оно должно обладать собственным центром сопротивления смерти. Разум, расположенный в центре сопротивления смерти, должен обладать достаточными способностями и опытом, чтобы суметь выстроить наиболее оптимальную логику продолжения жизни и структуру, действенно ее осуществляющую. Логика продолжения жизни строиться на основе ее законов. Законы общественного развития марксисты изложили в своей диалектике, которая учит: «В каждой национальной культуре есть, хотя бы не развитые, элементы демократической и социалистической культуры... Но в каждой нации есть также культура буржуазная (а в большинстве еще черносотенная и клерикальная) – притом не в виде только «элементов», а в виде господствующей культуры... То же самое относится к наиболее угнетенной и затравленной нации, еврейской. Еврейская национальная культура – лозунг раввинов и буржуа, лозунг наших врагов... Кто прямо или косвенно ставит лозунг еврейской «национальной культуры», тот (каковы бы ни были его благие намерения) – враг пролетариата, сторонник старого и кастового в еврействе, пособник раввинов и буржуа... При всяком действительно серьезном и глубоком политическом вопросе группировка идет по классам, а не по нациям» [74, с. 120, 121, 122, 123, 134]. Революцию в 1917 г. марксисты осуществляли, чтобы освободить трудящихся от эксплуатации их врагов. «Ни одна великая революция в истории не обходилась без гражданской войны» [26, с. 321]. Война марксистами велась с целью уничтожения врагов трудящегося и эксплуатируемого народа, их прежних господ, черносотенцев, раввинов и клерикалов. «Весь мир делится на два лагеря: «мы», трудящиеся, и «они», эксплуататоры. Ни тени смущения по поводу происшедшего: одно из сражений в долгой борьбе труда с капиталом. Лес рубят – щепки летят... » [26, с. 323], ибо если бы враги трудового народа победили в той гражданской войне, то уже на следующий день «жены и сестры» победивших господ «пришли бы... выкалывать

48

зонтиками глаза недобитым большевикам» [См.: 26, с. 332]. Часто на международной арене в ущерб России эксплуатируется ее молодость, честные помыслы, вера в высокие идеалы и человечность. Россия на определенных этапах ее развития стала для неожидовствующих алчных неолибералов, неонацистов с их хозяевами в лице США-американских империоглобалистов лакомым куском, удобным объектом для грабежа и насилия. Связано это с тем, что, во-первых, она очень большая и богатая, добычи, если ее разграбить, хватит на всех бандитов. Во-вторых, поскольку русская цивилизация очень молодая [111, с. 140], ее оппоненты всегда рассчитывают на то, что среди ее общественных деятелей всегда можно найти достаточное количество молодых наивных, доверчивых и незрелых политиков, которых можно будет на чем-то обмануть.

4.5. Генерация и дегенерация социалистической культуры

У язычников в древности существовал обычай, который требовал от князя перед войной, чтобы армия в него поверила, жертвы самого близкого и дорогого для него человека. Иногда таковой жертвой становился новорожденный сын этого князя. Ленин и Троцкий, чтобы по всему миру завоевать доверие марксистов, бросили в топку предполагаемой мировой революции народ России [97, с. 32, 42, с. 395, 397; 49, с. 163, 166; 31, с. 92;

51, с. 367]. Помогали им в этом деле финны, эстонцы, латыши, поляки, литовцы, китайцы, немцы, англичане, евреи, американцы, японцы и т. д. Многие из них попали в партийное и советское руководство. По зарубежным и советским этнографическим оценкам, непосредственно после октябрьского переворота 1917 г. подавляющее большинство мест в высших партийных и советских коммунистических органах власти Советской России заняли евреи [112, с. 357-358]. Задолго до прихода большевиков к власти Ленин в своих теоретических публикациях объявил великороссов в России нацией угнетателей (практически весь русский народ, который стоял за единую и неделимую Россию) [113, с. 274], евреев – «наиболее угнетенной» нацией в царской России [74, с. 122]. Так коммунистическая идеология надолго политически обеспечила своим носителям «крышу» [29, с. 450] и, что немаловажно, породила в некоторых из них иллюзию их морального «превосходства» над своими потенциальными жертвами. Трагедия заключалась в том, что к 1917 году с того момента, как Россия встала в свои естественные и безопасные экзистенциальные границы, не прошло и тридцати лет. Только «1891 begann Rußland mit dem Bau der Sibirischen, 1896 der Mandschurischen Eisenbahn, erschloß damit wirtschaftspolitisch seinen fernöstlichen Besitz und

49

gewann Einfluß auf China (в 1891 году Россия начала строить Сибирскую, а

в1896 году – Манчжурскую железные дороги, перевела процесс экономического и политического освоения дальневосточных земель в заключительную фазу, распространила влияние на Китай)» [111, с. 140]. Это означало, что, несмотря на свою более чем тысячелетнюю историю, Россия в ее трансэкзистенциальной протяженности как страна была еще очень молодой. Как нация она еще продолжала жить в фазе роста и формирования. Только-только она приостановилась в расширении границ, начала набирать присущую ей силу, готовясь вступить в период зрелости, как международные мошенники, используя лучшие помыслы революционеров-марксистов, ввергли ее в кровавую классовую междоусобицу ради «всемирного счастья». После смерти Ленина его место

вкачестве лидера международного коммунистического движения также по общему мировому признанию занял Сталин. И. В. Сталина стали называть отцом народов, потому что именно он при поддержке своих соратников по партии, опираясь на физическую мощь СССР, унаследованную от исторической России, санкционировал опеку, обеспечивал практическую и всестороннюю помощь мировому коммунистическому революционному движению. Грандиозным успехом мирового коммунистического движения стало образование КНР в 1949 году. Коммунисты роль личности в истории обычно не выпячивают. Сталин в международной политике необходимость действий выводил из объективных исторических условий и наличия революционной ситуации, причем окончательное решение было всегда коллективным, хотя каждый отдельный процесс принятия коллективного решения мог протекать по-разному. Сталин не только умел внимательно слушать своих товарищей по партии, не только убеждать, но и брать на себя ответственность, что полностью отвечало духу ленинизма. Каждое политическое действие его самого, товарищей по партии, предусматривало ответственность, унаследованную ими от предшественников коммунистовинтернационалистов вместе с их линией борьбы [См.: 38, с. 21; 26, с. 290291; 39, с. 377; 40, с. 56; 41, с. 157; 42, с. 401; 43, с. 39, 40; 44, с. 339; 45, с.

231]. Все должностные лица в правительстве, партийных органах, хозяйственных органах СССР были ответственными лицами. Это означало, что партия в любой момент с каждого могла спросить за результаты политических и хозяйственных действий. Мао Цзэдун и Сталин были прямыми товарищами и соратниками по мировой революционной борьбе. Сталин в жестокой, беспощадной, кровавой революционной борьбе, хотя и боролся за собственную жизнь, никогда не выходил из контекста высоких идей мирового коммунистического движения. Интересы мирового пролетариата он всегда ставил выше своих частных. Идее мировой

50