Введение в психологию бессознательного З. Фрейд и К.Г. Юнг

81

проистекающего вследствие того, что их боятся проявлять. Проецирование - процесс бессознательный. Умение осознавать собственные проекции избавляет от них. Фигуры Тени полностью перемещаются в сновидения, где с ними можно контактировать более эффективно, чем в реальной жизни.

Фигуры Тени в той или иной степени сопровождают нас всю жизнь. Однако в процессе индивидуации есть точно определенный и необходимый этап интеграции Тени - это ранняя стадия роста души, молодые годы человека, когда он сталкиваемся с грандиозным спектром проблем. На этом этапе он приходит к осознанному пониманию того, что некоторые нежелательные мысли и неприглядные поступки составляют часть его собственной личности. Только тогда, когда человек в основном завершит процесс интеграции Тени, он достигнет новой ступени в развитии своей личности, а значит, откроет для себя новые жизненные возможности.

Тень – коллективный феномен и, следовательно, человек никогда не сможет добраться до ее предела. Даже если свести в одно целое все личные качества, присущие Тени, все равно останутся те, которые столь чужды нам, что мы никогда не станем интегрировать их в нашу личность. В бессознательном некоторые аспекты обязательно будут ассоциироваться со злом, поскольку выходят далеко за рамки нашего личного опыта. Однако это не означает, что Тень, даже коллективная – зло. Она представляется нам таковой в пределах социального опыта.

После того, как человек интегрировал персональные аспекты Тени в личность,

возникают два отдельных коллективных проявления, которые смешиваются, поскольку оба выступают в сновидениях (и в проекциях на мир) в виде фигур противоположного пола:

1. Замаскированное под персону противоположного пола проявление Тени. Это те скрытые качества, которые вследствие социально-исторических установок личность относит к противоположному полу. После интеграции этих качеств в личность человек сталкивается с истинным когнитивным инвариантом.

2. Замаскированный под персону противоположного пола безличный когнитивный архетип взаимоотношений между нами и миром, поскольку отношения с противоположным полом - основные в нашей взрослой жизни.

Эти два проявления бессознательного Юнг называл Анима\Анимус.

Бессознательное содержание Анимы\Анимуса рассматривается, таким образом, в двух аспектах – как характеристики Тени, связанной с представлениями о противоположном

82

поле, и как архетипическое воплощение взаимоотношений, или функция, связывающая личность с коллективным бессознательным содержанием.

Понятие «Анима» в переводе с латинского языка означает душа. Слово «Анима»

– женского рода, потому Юнг использовал его для обозначения архетипа, отражающего женщину в бессознательном мужчины. Понятие «Анимус» в переводе с латинского языка означает дух. Слово «Анимус» – мужского рода и, следовательно, было удачным для обозначения архетипа мужчины в бессознательном женщины. Интеграция Анимы\Анимуса - более сложная задача, чем интеграция Тени и она столь же необходима потому, что цельность личности требует от мужчины не подавлять свои женские качества, а от женщины, соответственно, мужские.

Юнг разработал понятие Анима\Анимус в то же время, что и теорию психотипов. В работе «Психологические типы» дано определение этих аспектов личности как «душа», или внутренняя жизнь, которая проецируется на внешний мир.

Чтобы избежать религиозных коннотаций, которые приобрело понятие «душа»,

для обозначения указанных аспектов личности Юнг предложил нейтральные термины,

связанные с философией – Анима и Анимус. Работая со сновидениях и мифами, он пришел к выводу, что мужчины воспринимают свою душу как женскую, а женщины -

как мужскую. Отсюда латинские наименования данных понятий.

Бессознательное - это природная сила, она содержит в себе все в единстве и невосприимчиво к нашим социальным суждениям. «Бессознательный» человек – андрогин. «Теневой» аспект Анимы\Анимуса связан с тем, что роли мужчин и женщин в культуре давно и основательно различаются. Потому одни способы отношений с внешним миром стали отражаться в бессознательном содержании как женские, другие -

как мужские. Но у каждого человека наступает момент в жизни, когда он не может обойтись без своей подчиненной функции – без того, что отодвинуто в бессознательное содержание как противоположное. Можно продолжить эту мысль и сказать, что подчиненная функция - это единственная дверь, открывающая нуминозный опыт коллективного бессознательного. Поиск ответа на многие жизненные проблемы, поиск собственной личностной состоятельности заставляет человека обращаться к подчиненной функции. Поиск божественного основания души и выходящих за пределы личностного опыта возможностей посредством надевания «маски» другого пола практикуют, например, шаманы. Необходимая для важнейших ритуалов энергия,

божественное вдохновение черпается ими из глубин коллективного бессознательного именно в состоянии андрогина, «половой» целости души.

83

Отделить фигуры противоположных полов, относящихся к Тени, от фигур,

представляющих Аниму\Анимуса как безличную функцию, достаточно сложно.

Половая андрогинность - не цель, а лишь средство примерить на себя характеристики,

которые у нас ассоциируются с противоположным полом, чтобы иметь более полное представление о глубинах человеческой души, ведь в каждом мужчине есть доля женского начала, а в женщине - мужского. В конечном счете, мужчины должны снова стать мужчинами, а женщины - женщинами, но с более широким представлением о реальности.

После того, как осуществилась интеграция «теневых» аспектов Анимы\Анимуса, противоположность пола в бессознательном содержании остается за взаимоотношениями. Взаимоотношение - это та целостность, которая больше, чем любой из двух его партнеров. Оно столь значимо, что большую часть нашего восприятия действительности мы пропускаем через этот опыт. Архетипический аспект Анимы\Анимуса управляется не конкретными характеристиками, присущими противоположному полу, а взаимоотношениями с кем-то отличным от нас, но не воспринимаемым как Тень или противник.

Наши жизни конструируются посредством врожденных присущих полу моделей поведения и архетипических структур, которые мы предъявляем к полу противоположному. Значит, полагает Юнг, мы ведем себя по отношению к внешнему миру как по отношению к противоположному полу. Если в мужчине жесткая модель Анимы, то он, например, стремится подчинять себе других людей и главенствовать во всех жизненных ситуациях.

Анима\Анимус - это внутренняя структура, через которую мы пропускаем все в нашей жизни и через которую жизненный опыт попадает в наше сознание. Все стадии мужских впечатлений о женщине - матери, сестре, жене, любовнице, - это впечатления о внешнем мире.

Если явление Тени пробуждает в человеке интерес к собственному внутреннему миру, то Анима\Анимус заставляет продвигаться в душевные глубины. Для интеграции Тени личность должна согласиться с тем, что в ней есть мысли и желания, не совпадающие с прежними представлениями о себе. Те качества, которые когда-то казались ей ужасными и неприемлемыми, могут что-то значить в ее жизни, а

следовательно, нуждаются в прояснении. Однако большая часть работы по интегрированию Тени в личность связана с личным бессознательным. Архетип Анима\Анимус затрагивает также коллективный аспект души и в сновидения приходит

84

более сложным путем. То, что представляется этим архетипом, на самом деле может быть еще одной стадией Тени, выступающей в виде противоположного пола. Гораздо чаще, чем любая другая фигура противоположного пола, человеку снится супруг или супруга, то есть значимый человек. Часто этот архетип проступает в виде бога, богини или знаменитостей. Каждый из когда-либо появлявшихся в психической реальности богов, все еще существует где-то в наследственной памяти всех людей. Когда,

например, человеку необходимо вступить в новые и иные отношения с внешним миром, сновидения создают бога или богиню (в том числе через современный образ),

которые наделены нужными для решения поставленной проблемы качествами.

Личность вступает в противоречие с Тенью, поскольку не желает меняться.

Однако она склонна согласиться с богом или богиней потому, что он или она воплощает то совершенство и могущество, которого не хватает личности. Имея дело с Тенью, личность должна увидеть в ней недостающие для собственного завершенного и реального облика черты. Встречаясь с Анимой\Анимусом, личность должна понять, что для придания жизни смысла не всегда следует обращаться к кому-то другому. Фигуры Анимы\Анимуса в сновидениях постепенно превращаются в того, с кем нам по-

человечески спокойно. Это приводит к интеграции архетипа и трансформации личности и жизненного пути.

Юнг считал, что архетип в бездействующем, не спроецированном состоянии не имеет четкой обозначенной формы, а представляет собой расплывчатую фигуру,

способную принимать определенные черты только в проекции. Так, влюбляясь, мы проецируем наши внутренние двойственные половые качества на человека, который является для этого подходящим «крючком». Впоследствии влюбленные разглядят в объекте любви реального человека, а не его проекцию. Часто это приводит к разрыву отношений. Ведь никакой реальный человек не настолько хорош и не настолько отвратителен, как это хочет нам показать проекция Тени. Проекция может привести к тому, что в жизни человек начнет искать объект любви один за другим. Как и в случае с Тенью, необходимо перестать проецировать Аниму\Анимус на людей во внешнем мире и допустить, что эти характеристики находятся внутри нас самих. Установить отношения с Анимой\Анимусом намного труднее, чем с Тенью, поскольку этот архетип находится на один этап глубже в коллективном бессознательном. И для успеха отношений полов нужны усилия обоих.

К интеграции Тени личность побуждает некий внутренний импульс, но это необязательно происходит с Анимой\Анимусом. Так как большинство людей стремится

85

избегать конфликтов, признание своей Тени становится необходимым этапом развития личности. Когда же за проекцией Анимы\Анимуса проступает реальный человек,

иногда легче порвать с ним, чем выработать подход к взаимоотношению. Если же личность стремиться наладить взаимоотношения, понять реального человека и признать его правоту или даже симпатичность каких-то черт характера, то скоро она обнаружит у себя неизвестные ранее качества и способность к взаимодействию.

Самость - это некий внутренний образец той личности, которой нам предначертано стать. Она являет собой цель, которая всегда впереди и которой невозможно достичь полностью. Самость - это психологическая аппроксимация,

наиболее близкая к богу, способная вызывать в нас чувство восторга и благоговения,

которые ассоциируются с богом. Самость - это также трансцендентная функция,

определяющая целостность и порядок внутри человеческой души.

Самость проявляется во множестве персонифицированных форм - она простирается от животного к человеческому началу и выше - к богоподобному. Но она способна принимать также безличные формы - озер, рек, гор, цветка, дерева. Она может являться в виде абстрактных геометрических фигур, называемых «мандала». В

качестве источника и цели процесса индивидуации, Самость не поддается четкому определению. Это некий центр нашей душевной конституции, который претендует на родство с животными, богами, кристаллами и звездами, умея воспринять их в духе и в то же время, отделить себя от них. Эта духовная искра, дающая представление о глубинах души, об одушевленности и уникальности. Она может также называться

«богом» внутри нас.

Юнг не отрицал и не утверждал существование Бога. Он описывал не метафизическую, а психологическую реальность. В ней на некоем глубинном уровне пробуждаются нуминозные силы, которые воспринимаются нами как нечто божественное. По Юнгу, если Бог существует, то это может проявиться для нас только через психологическую функцию, подобную Самости. Иными словами, если в человеческой душе нет опыта, соответствующего божественному бытию, она вообще не в состоянии воспринять мысль о существовании Бога. Это касается как всего человечества, так и отдельной личности. Согласно Юнгу, людям с рождения присущ архетип нуминозного, и это означает, что данный компонент необходим для психической целостности личности. В истории человечества нуминозный опыт закреплялся в культуре в виде религиозного сознания, но какая-то отдельная личность могла и не иметь этого опыта в явном выражении. Каждая личность связана со своим

86

«внутренним человеком», богоподобной личностью, но не каждая имеет открытый для сознания доступ к нему, то есть к Самости.

Опыт «внутреннего бога» может принимать различные формы: от веры в то, что у вас действительно была встреча с Иисусом, до страсти, присущей ученым. Самость не ограничивается нашими представлениями о моральных принципах, социальных нормах и ожиданиях, а наши заботы не обязательно являются ее заботами. Этот внеморальный, нечеловеческий аспект Самости очень часто не принимают в расчет люди, говорящие о том, что нашли свое «высшее «Я» и занимающиеся морализаторством или насаждением каких-либо культов. Настоящие контакты с Самостью не только далеки от человеческих представлений о добре и зле, но могут быть пугающими своим нечеловеческим требованием к личности и до конца не постижимы. Эта тема развивается Юнгом в работе «Ответ Иову». Каждому человеку полезно осознавать психологическую реальность Самости и то, что ее архетип находится в развитии.

Самость отстоит от сознания дальше, чем Тень или Анима\Анимус, ее основы теряются в духовной бесконечности. Потому Самость проявляется через бесконечное множество смысловых форм – символов, в которых душа постигает прикоснувшийся к ней и воплощенный в ней объективный дух. Самость – архетип, а все архетипы - это истинные символы: символ невозможно свести к единственному знаку; он имеет множество интерпретаций. По мере углубления в коллективное бессознательное,

архетип бывает вынужден выражать себя в еще большем разнообразии форм для передачи сознанию своих сообщений. А поскольку Самость - высший архетип, ее смысл труднее всего постичь.

В прогрессирующей модели индивидуации, где Тень олицетворяет презираемого нами «другого», а Анима\Анимус - взаимоотношение, Самость чаще всего представляет целостность, границу души, освещенной бесконечным духом. Отсюда проистекает крайне абстрактная форма воплощения Самости - геометрические фигуры,

мандалы. Понятие «мандала» переводится с санскрита как «круг». Введенное в религиозный контекст значение слова стало применяться для обозначения восточного религиозного искусства с типичным для него изображением кругов, заключенных в квадраты или другие правильные многоугольники. В различных психотехниках религиозного опыта мандалы используются для введения в состояние внутреннего единения с божественным бытием. По определению Юнга, круг олицетворял собой конечную целостность, доступную только Самости; квадрат как менее совершенный

87

круг - ограниченная целостность, доступная сознанию индивидуального «эго».

Сочетание круга и квадрата отражают попытки души «заключить круг в квадрат» и

синхронизировать ограниченную целостность индивида с целостностью его Самости.

По мере превращения квадрата в круг можно почувствовать прогрессирующее движение сознания к Самости. Для большинства людей выбор цели прямолинеен - это стремление к совершенству как оно видится с позиции локальной культуры и морали, а

не к целостности или завершенности. Но личность нуждается и в Тени, так как душа – это целостность, а не часть, связанная социальными установками, амбициями или ожиданиями индивида. Следовательно, путь к Самости - путь к завершенности себя, а

не к совершенству. Вопрос, как писал Юнг, не в том, чтобы ослабить моральные принципы, а чтобы задать морали иную интенцию.

Самость – не только образец и цель, которая впереди, но также трансцендентальная функция, направляющая процесс индивидуации.

Трансцендентальное начало обеспечивает бессознательное представление о том, каким должен быть наш идеал «я» на каждой стадии развития и ведет к нему, центрирует. А

значит, уже с этапа интеграции Тени человек находится в орбите Самости. Подгонка Тени под индивидуальные нужды свидетельствует о существовании трансцендентной функции, охватывающей как нашу сознательную личность, так и бессознательную. На любом этапе развития души бессознательное содержание способно соответствующим образом компенсировать крайности в сознательном проявлении личности. Идеальное

«я» - это центр, вокруг которого вращаются в совершенном равновесии сознательное

«эго» и бессознательная Тень. Когда сознание отклоняется от идеала, в

бессознательном содержании формируется компенсаторная фигура Тени. Если сознание приближается к идеалу, то же происходит и с Тенью.

Приближение к центру, равновесие в бессознательном содержании символизируется мандалой, попыткой заключить квадрат в круг. В такие моменты появляются сновидения, в которых есть сочетание из трех и четырех объектов. Три объекта - зарождение решения проблемы. Если душа готова к исцелению, равновесию,

троичность в сновидениях уступает место четверичности. При восстановлении целостности в душе сновидения часто являют какой-либо сложный образ мандалы,

например, остров круглой формы, в центре которого город, занимающий квадратную площадь. Самость может являться и в образе животного, что указывает на ее нуминозное происхождение.

88

Равновесное отношение в душе, когда происходит интеграция Тени, еще не означает наступление этапа собственно явления Самости. Личности еще надлежит завершить интеграцию Анимы\Анимуса. После интеграции Анимы\Анимуса в личность, возникает переходная фигура, предвоплощение Самости. Юнг называл ее мана-персона, или маг. Слово «мана» меланезийского происхождения и означает сверхъестественную силу, которая исходит от человека или духов и позволяет совершать чудесные действия, исцелять, оживлять. Это слово Юнг использовал для обозначения безличной энергии, обладающей сильным эмоциональным зарядом,

открывающимся за любым комплексом. Это энергия коллективного бессознательного,

объективного духа, божественного. Первоначально Юнг называл ее «либидо», иногда -

просто энергией.

Юнг полагал, что человек или объект обладает маной (сверхъестественной силой, познанием и могуществом), потому что она представляет некий архетип. За свою долгую историю архетипы аккумулировали ману в себе. Но мана не имеет ничего общего с личными установками или эмоциями. Мана проявляется по мере продвижения в глубины коллективного бессознательного, обладающего грандиозной энергией древнейших архетипов. Чем глубже погружение личности в бессознательное содержание, тем сильнее становится мана.

При попытке усвоить эту энергию, некоторые люди оказываются способными к неординарным психическим состояниям и исполняются гордости, полагая, что в силу личных заслуг, благочестивого и морального образа жизни или «избранничества» стали обладателями тайного знания. Располагая маной, они не знают, что она им не принадлежит. Надчеловеческая энергия - не дар за некие личные свойства. Мана принадлежит коллективной истории человечества и содержится внутри архетипов.

Часто мана-персоны оказываются в плену у этой энергии, она подавляет волю и тогда гордость перемежается с депрессией. Находясь в плену архетипа, личность буквально не может быть психически адекватным человеком и не в состоянии развиваться.

Многим людям не удается этого понять и миновать стадию мана-персоны. Они принимают на себя роль волшебника, колдуна или проецируют эту роль на другого,

принимая на себя роль ученика. Ни одна из ролей не предвещает успешного результата для личности, поскольку конечная цель выносится в трансцендентный мир. Надо уметь распознавать завышенную оценку собственной значимости и подавлять ее в себе,

чтобы возобновить нарушенные связи с миром. Необходимо найти выход этой энергии

89

до того, как возникнет соблазн считать ее своей, или до того, как она завладеет личностью.

Юнг полагал, что нужно подходить к проблеме роста души с точки зрения того,

что личность может сделать, фиксируя внимание на уникальности. Самость еще дальше от сознания, чем Тень и Анима\Анимус и, следовательно, еще труднее поддается постижению как глубинный аспект индивидуальной души. И, тем не менее, она - часть личности. Без нее личность не состоялась бы. Самость соединяет человека с необозримым полем энергии коллективного бессознательного. Люди, которые интегрировали архетип Анима\Анимус, поглощают массу коллективной энергии. Ее грандиозность часто не соизмерима с привычными представлениями об энергетических возможностях человека.

Хотя Юнг определил три этапа индивидуации, фактически существует один непрерывный процесс - взаимоотношение между сознанием и Самостью. Жизнь обретает смысл на основе внутреннего источника. Именно борьба придает каждому этапу личностное звучание. Ведь энергия, присущая бессознательному уровню души,

не только безлична, но и столь грандиозна, что необходимо найти способ ее вмещения.

А в нашей душе нет готовых вместилищ ни для этой энергии, ни для чуждых социально привычному и рациональному уровню бытия нуминозных архетипов. После осознания того, что невозможно полностью отстраниться от мира, личность должна понять, каким образом можно вместить в себя сверхчеловеческую целостность, не разрушая себя.

Потому сознание – всегда героическое усилие духа, борьба, преодоление и интеграция.

Индивидуация, таким образом, это процесс личностного развития в сторону целостности. Он включает установление связи между Эго и Самостью, интегрирование различных частей психики.

Интеграция Самости делает явным то, что целостность, к которой мы так стремимся, имманентно присуща нашей природе. Внутренний раскол внутри души проистекает из страха того, что сознание не способно все понять и классифицировать в мире. Эго – центр сознания, а Самость – центр всей психики. Самость включает и сознательные , и бессознательные процессы. Если личность сможет принять Самость во всей ее иррациональности, которую не следует классифицировать и которой не следует противостоять и подчиняться, тогда достигнем конечной цели индивидуации. Человек по Юнгу совмещает в себе «я» и самость, сознание и бессознательное, конкретное телесное и идеальное состояние. Существует некий аспект нас самих, а именно

90

трансцендентная функция, способная соединять и охватывать эти противоположные образы.

У Самости два неделимых аспекта: инстинктивная сила и мудрость. Юнг часто отмечал, что, возможно, мудрее рассматривать Самость как бога, а не как инстинкт.

Один из самых древних и ярких символов Самости – дерево. В культуре это нашло отражение в образах Мирового Древа, Древа Жизни, Дерева Иггдрасиль и т.п. Если рассмотреть дерево как символ Самости, то корни означают инстинктивную почву жизни, а крона - божественную энергию и мудрость.

Если говорить о встрече с Самостью в сновидениях, то эмоциональный след в душе сновидца очень запоминающийся. Отличительный признак явления Самости – чувство благоговения, трепета, необъяснимого восторга или глубинного, не поддающегося рациональному объяснению страха.

7. Алхимическая концепция индивидуации.

Вторая (алхимическая) концепция индивидуации. Алхимия как проекция бессознательного содержания и трансформации личности. Дух Меркурий. Три алхимических мира: нигредо, альбедо и рубедо. Понятия андрогин и антропос. Самость и «философский камень». Меркурий и Христос.

Юнг видел ограниченные стороны своей концепции индивидуации в том, она основана на современной излишне рационализированной культуре, которая стремится достичь в идеях и делах некоей конечной цели. Он писал: «С этой точки зрения все может быть сгруппировано общей концепцией «мандалы», выражающей сущность некоторого рода позиции. Известные позиции сознания имеют определенные цели и устремления. Но отношение человека к Самости - единственное, не имеющее определенной цели и видимого стремления» (19, с.199-200). Отношение к самости – мифологично, оно не мыслится, а переживается. И как бы ни был современный человек далек от “мистического участия», свойственного мифу, он не выпал полностью из его колыбели. Материалом для исследования мифологического символизма и одновременно того процесса индивидуации, который был свойственен «наивной» душе, стали для Юнга труды алхимиков. Рост наивной души Юнг вслед за алхимиками иногда называет превращение, али алхимия духа.

На основе метода амплификации Юнг проводит мифологические и алхимические параллели с символизмом современного сознания, которые, считает он,

не только правомерны, но даже необходимы. Во-первых, глубинная человеческая