Введение в психологию бессознательного З. Фрейд и К.Г. Юнг

61

с ней ассоциаций. По существу, происходит формирование образа матери в том человеке, который обладает как универсальными характеристиками, так и теми, что присущи индивидуальной матери.

Взрослый человек станет обращаться к комплексу матери в ситуациях, когда ему необходима поддержка, если, разумеется, их отношения были хорошими. В случае неудачных отношений с матерью, у него не будет внутренней поддержки и даже трудно будет кому-то довериться из-за неудачного эмоционального опыта. Особенно,

если не удалось собрать в детстве образ матери из общения с близкими взрослыми женщинами и наложить образ на коллективный архетип.

Сказать, сколько существует архетипов, невозможно. Вероятно, они есть для каждого места, объекта или ситуации, которые оказывали эмоциональное воздействие на большое число людей в течение длительного времени. Архетипы имеют иерархические уровни. Например, архетип матери содержится в архетипе женщины, а

архетип женщины содержит в себе архетип жены, сестры, дочери, любовницы и т.д.

Все эти архетипы пересекаются в той точке, где каждый является частью женского архетипа. Вместе с тем, архетип матери пересекается с архетипом отца в той точке, где каждый является частью архетипа родителя. Все архетипы взаимосвязаны, они пересекаются друг с другом, и ни один из них не имеет четких границ.

Итак, Юнг предположил, что существует определенная наследуемая структура психической реальности, развивавшаяся сотни тысяч лет. Она заставляет нас переживать и реализовывать наш жизненный опыт вполне определенным образом.

Архетипы влияют на наши мысли, чувства, поступки. А бессознательное как совокупность архетипов является осадком всего того, что было пережито человечеством вплоть до его самых темных начал и глубже, до начал жизни вообще. Но это – не мертвый осадок, а живая система реакций и диспозиций.

4. Сновидения

Бессознательная природа сновидений. Функции сновидений. Направления компенсации. Сны, архетипы и жизненный опыт. Сновидения и контекст. Символ. Язык сновидений: контаминация, конденсация, дублирование, драматизация, конкретизация и архаические механизмы. Метод амплификации. Работа над сновидениями и процесс роста души.

Если Фрейд выводил бессознательное из сознательного, то Юнг шел от обратного. Продуктом бессознательного является сознание, а мостиком от

62

бессознательного к сознательному состоянию становятся сны. Потому именно сновидения – самый привлекательный материал для анализа психической реальности.

Сны выражают бессознательные процессы, личностный опыт и архетипические структуры.

Сны необходимо понимать символически, так они наполнены образами повседневной жизни и архетипов. Ведь архетипы приобретают символическую форму и наполняются конкретным содержанием по мере того, как мы соприкасаемся с ними в реальной жизни и в сновидениях. Их постоянство и универсальность, обнаруживаемые не только в сказках, мифах, верованиях различных народов, но и в сновидениях людей,

не знакомых с ними, позволяют рассматривать жизненные события с телеологической

точки зрения. Это означает, что направляют нас не только прошлые действия, но и те,

которые мы должны совершить, причем многие из них заложены в нас в качестве архетипов. Бессознательное непрерывно занято продуцированием архетипических схем

иобразов, априорно формирующих психическую картину мира человека.

Следовательно, одна из функций сновидения состоит в том, чтобы формировать целевую тенденцию, направлять процесс индивидуации.

Юнг полагал, что для анализа душевной жизни человека в рамках аналитической психологии какая-либо предварительная концепция психофизиологии сна не столь важна. Она ничего не может добавить к интерпретации сновидений.

Понимание же символической природы сновидений аналитиком прямо вытекает из учения о коллективном бессознательном и структуре души.

Вообще сновидение – универсальное человеческое переживание. Оно является

жизненным опытом, перенесенным в сферу бессознательного и там прошедшим обработку на эмоциональной почве. Как и аналитическая психология в целом, метод работы над сновидениями берет начало в открытиях Юнга в сфере комплексов.

Сновидения в этой связи – комментарии личностных комплексов. Все, что есть в сновидениях, - имеет отношение к личности. Потому главная функция сновидения -

компенсация ограниченных взгляды бодрствующего Эго за счет содержаний бессознательного.

Итак, сновидения выполняют две функции – целевую и компенсаторную. Но целевая функция по своему определению нечто дополняет в психической жизни личности. Дополнение – более мягкая форма компенсации. Потому целевая функция может рассматриваться как частный случай функции компенсаторной.

63

Первое направление – компенсация временных искажений в структуре Эго.

Сновидение направляет Эго к более объемному пониманию установок и действий.

Предположим, какое-то незначительно событие вызвало у человека слезы, но они быстро прекратились. Очень скоро в сновидении человек видит себя плачущим навзрыд. Утром этот сон заставит сознание уделить внимание вытесненным слезам.

Возможно, это вытеснение произошло по невротическим причинам и тогда важно понять, какой комплекс был констеллирован (активирован) в ситуации, приведшей к слезам.

Второе направление – содержательная компенсация. Оно нацелено на коррекцию процесса индивидуации. Обычно в сновидении фигуры, связанные со вторым направлением компенсации появляются, когда человек отклонился от присущего ему правильного жизненного пути. Он, например, либо чрезмерно социализирован, либо всецело погрузился в себя. Тогда в сновидении появляются символы, репрезентирующие психическое. Они заставляют переориентировать себя в жизни.

Третье направление – глубинная компенсация. Сновидение направлено на изменение структуры комплексов на которые опирается архетипическое эго с тем,

чтобы отождествиться на более сознательных уровнях. Эго в сновидении переживает события как взаимодействия с внешними ситуациями. Но внешние ситуации,

представленные в сновидении, могут непосредственно отражать комплексы,

вовлеченные в повседневную жизнь и структуру бодрствующего эго. Соответственно,

изменения во взаимоотношении с этими внешними событиями в сновидении могут затем переживаться бодрствующим эго как реальное изменение в своей собственной установке.

Юнг допускал, что в некоторых случаях сновидения выполняют функцию осуществления желаний и оберегают сон от прерывания и, участвуя в процессе интеграции, способствуют сохранению психического здоровья, способствуют удержанию в нас на сознательном уровне координации, модели и образа поведения, а

также психического здоровья. Быть может, сновидения являются одним из механизмов управления постоянно усложняющимся социальным поведением.

Кроме того, сновидения способствуют самой общей адаптации организма к среде обитания и управляют простыми поведенческими моделями. Н.Хэмфри,

психолог-аналитик, считает, что центральным свойством сновидения можно считать

опыт. Получаемый нами в сновидениях, этот опыт также реален, как тот, что мы

64

получаем в повседневной жизни. Во сне перестают действовать все дневные законы,

кроме одного - в сновидениях мы испытываем те же самые чувства счастья, страха,

радости, влечения, что и в повседневной жизни. Мы можем не осознавать, что испытываем эмоции, однако отсутствие сознания не лишает нас чувств и свободы.

Сновидения основаны не на физической, а на эмоциональной точности, хотя бодрствующему сознанию они часто кажутся лишенными смысла. Сновидения предоставляют нам возможность испробовать ту или иную модель поведения заранее,

чтобы, когда возникнет необходимость, она уже была нам знакома. Тогда наши чувства будут готовы к самым разнообразным ситуациям. Поскольку потребность в освоении поведенческих моделей более испытывают дети, чем взрослые, они проводят больше времени во сне.

Сновидения могут быть целым циклом и даже становиться совершеннее на базе наших реальных действий, чтобы в будущем мы могли воспользоваться ими с большим успехом. В отношении «дневной» поведенческой модели мы можем во сне совершить альтернативные действия и посмотреть, приведут ли они нас к успеху. То есть опыт сновидений помогает не только детям. Логически незавершенные сновидения с разными вариациями могут повторяться до тех пор, пока проблема не будет решена.

Таким образом, основные изменения нашей жизни символически отражаются как в зеркале в сновидениях задолго до их появления в реальной жизни. Иногда это становится ясно только впоследствии, когда мы анализируем ряд сновидений. Часто в период, предшествующий коренному перелому в жизни, человеку может явиться единичное сновидение, где в символической форме представлен весь ход последующего развития. Сновидение настолько исполнено смысла, что невозможно до конца понять его, когда оно является в первый раз. Позже человек может увидеть вспомогательные сны, указывающие отдельные направления перемен.

Поскольку между сознанием и бессознательным существует непрерывная динамическая взаимосвязь, естественно, что они взаимодействуют друг с другом. Если сознательное отношение становится «нездоровым» с точки зрения всего организма,

бессознательное компенсирует это. Сновидения обнаруживают такие грани души человека, которые обычно не осознаются. Они раскрывают бессознательные мотивы переживания и дают возможность посмотреть на некоторые ситуации как бы заново или под новым углом зрения. Практика Юнга показала, что сновидения чаще всего оказывались компенсаторами сознательной позиции эго. Если сознательная установка страдает односторонностью, сновидение, как правило, принимает противоположную

65

сторону. Если сознание занимает адекватную позицию по отношению к какому-либо событию, сновидение подчеркивает это. Эго всегда обладает ограниченным взглядом на реальность, тогда как бессознательное содержит возможность увеличить содержание эго и предоставляет эту возможность через сновидения.

Юнг даже полагал в этой связи, что основная функция сновидений состоит в компенсации наших неверных сознательных представлений. Это относится к сновидениям взрослых людей, ведь пока сознание не развито, нет необходимости в компенсации. Сновидения - это определенная школа, которая учит поведению и в то же время компенсирует недостатки сознания. Но не всегда все очевидно и ясно.

Сознательные отношения часто представляют страшную путаницу и не всегда не соответствуют ситуациям, ожиданиям и житейской целесообразности. Подобную путаницу могут содержать и сновидения.

Необходимо помнить: то, что имеет психологическую важность, не возникает вне личной сферы. И потому образы сновидений не просто имеют отношение к нашей жизни, но чаще всего являются персонификацией каких-либо черт нашего собственного характера. Это могут быть фигуры Тени, Анимы\Анимуса или Самости – архетипов исцеления и роста души. Символы сновидений, как правило, имеют прямое отношение к личности, их смысл может быть расшифрован, если найден контекст в текущей жизни. Но контекстуальная интерпретация сновидения автоматически не ведет к пониманию будущего действия. Кроме того, контекст на протяжении серии снов развивается, появляются различные образы, которые могут выступать разными видами одного и того же комплекса.

Сновидения, несомненно, являются содержанием сознания, иначе они не могли бы быть объектом непосредственного опыта. В качестве сознательного содержания они являются равнодействующей бессознательных процессов, вторгшихся в сознание. Но поскольку сновидения делают известным материал, который прежде был бессознательным, следует допустить, что эти содержания уже имели какую-то форму психического существования в бессознательном содержании, а в сновидениях лишь показались перед «остатками» сознания. Если допустить, что все категории сознательного содержания души могут также стать бессознательными и воздействовать на сознательный ум, то возникнет вопрос: имеет ли бессознательное свои сновидения?

Иначе говоря, существует ли равнодействующая еще более глубоких и более бессознательных процессов? Юнг постарался доказать, что существуют содержания на некоем более глубоком уровне бессознательного, которые по своему характеру и

66

значению чужды повседневным переживаниям и несопоставимы с другими сновидениями.

Посредством внутренней аналогии, или самоамплификации, на этом глубинном

(архетипическом) уровне сновидений и простые, и сложные проблемы, и переживания поднимаются до мифологического, всеобъемлющего уровня – не моя личная радость, а

всеобщее ликование, не моя личная боль, а всеобщая скорбь. Те уголки души, которые отзываются на это, представляют собой древнейшие структуры человеческого разума.

Они обладают грандиозной энергией коллективного бессознательного, нумена,

способного интегрировать любой аффект, событие, переживание.

Итак, языком сновидения являются символы. Через посредство самых разных образов, в том числе фантастических, сны информируют нас о нашей собственной,

более глубокой душевной жизни. Они стремятся к тому, чтобы Эго поняло то, чего не знает. По Юнгу в психической реальности существуют механизмы, помогающие строить язык сновидений: контаминация, конденсация, дублирование, драматизация,

конкретизация и архаические механизмы.

Контаминация – это связывание друг с другом очевидно не связанных событий,

переживаний и предметов цепью тех ассоциаций, которые действуют в режиме ослабления сознательных ограничителей в период сна. Более строгой формой контаминации является конденсация. Она не только связывает, но и комбинирует в разных отношениях не связанные события, переживания, вещи. Противоположный конденсации механизм – дублирование образа. Дублирование происходит для подчеркивания особой значимости образа для сновидца или говорит о двойственности,

о соединении в образе противоположностей. Конкретизация – это механизм использования фигурального языка. Драматизация – переведение образов сновидения в сюжетную линию, выстраивание особого драматического повествования, включающего все необходимые этапы драмы от зарождения какой-либо ситуации с определенными персонажами до ее разрешения. И, наконец, архаические механизмы – это переведение бессознательного содержания в архетипические формы.

Символ – не просто знак или образ, который можно узнать и сразу понять или выразить через другой образ. Символ таит в себе бесконечные возможности, он «чреват смыслом», который выходит далеко за пределы известного и видимого значения.

Иногда какой-то символ имеет смысл только в контексте личной жизни индивида. А

архетипический образ, например, утвердил свою значимость на большом количестве людей в течение длительной истории жизни и иногда не только человеческой. Именно

67

потому он стал частью общечеловеческой символической системы. Не бывает сновидений ложных, они бывают правильно и неправильно понятые или вовсе не понятые нами.

Юнг считал необходимым выбрать метод, которым можно пользоваться для расшифровки фрагментарного текста или текста с неизвестными нам словами, именно

– исследование контекста. «Значение неизвестного слова может проясниться, когда мы сопоставим между собой ряд отрывков текста, где оно встречается. Психологический контекст содержаний сновидения заключается в сплетении ассоциаций, образующем ту оправу, в которую данное сновидение легко вставляется» (21, с.339). Иначе говоря,

символы сновидений поддаются пониманию на основе метода аналогии, или наложения образов. Этот метод позволяет наложить неизвестный символ на известный образ, в

котором будет мерцать объединяющий их смысл. Такое проведение параллелей называется «амплификация». Дословно термин переводится как «расширение» и «распространение».

В личностном контексте сновидения амплификация должна быть личностной. В

личностной амплификации уточняются специфические для анализанда образы, знаки,

эмоции, составляющие комплексы в сновидении. Когда аналитиком составлен достаточно полный личностный контекст на основе ассоциаций по поводу символов, он должен подвести к разгадке смысла сновидения.

Но бывает, что личностный контекст не покрывает глубину символа, если задействованы архетипические образы. Архетипические образы имеют более универсальный и обобщенный смысл, они часто сопровождаются нуминозным переживанием и явно выходят за рамки предполагаемого жизненного опыта анализанда. Ведь в комплексах, переживаемых нами, всегда присутствует скрытое ядро – архетип. И именно он в древнем контексте может отражать личностную проблему сновидца. Потому личностный контекст может и при необходимости должен амплифицироваться на миф, историю, религию и другой культурный материал. Тогда амплификация принимает общий характер. Она предполагает активность со стороны аналитика и его знание мифологии, сказок, религиозных мотивов коллективного бессознательного.

Следовательно, амплификация предполагает прямую ассоциацию символа сна с чем-либо в жизни, в мифе, в сказке.

За счет прямой ассоциации проводится аналогия, которая уточняет и проясняет отдельные образы сновидения. Ведь смысл архетипов уже запечатлен в мифах, в

68

конкретных жизненных ситуациях, в том числе, сновидца. Метод предполагает перечень различных образов, в результате чего постепенно подходят к искомому смыслу.

Таким образом, исходя из контекста и архетипического ядра комплексов,

амплификация может быть личностной и общей. Соответственно, амплификация образов сна предполагает «снятие» трех слоев комплекса.

В первом слое открываются личные ассоциации – где образ появился в жизни сновидца, что сновидец думает о нем и какие эмоции образ вызывает. Первый слой непосредственно говорит о природе комплекса, группирующегося вокруг архетипической сердцевины. Чаще всего образ сновидения означает какую-либо черту или характеристику личности сновидца, но бывает, что имеет и объективный смысл, то есть означает именно то, что относится к данному образу во внешнем мире.

Во втором слое содержаться образы общего культурного или трансперсонального порядка. Они обозначают именно то, что значат в культуре и чаще всего известны сновидцу на сознательном уровне. Вторгаясь в сновидения, эти образы,

следовательно, имеют определенную эмоциональную значимость для личности. Но рассматривать их следует контекстуально и не всегда буквально.

Третий слой архетипический. Явление образа на этом уровне обыкновенно структурирует личный опыт в направлении глубинного значения архетипа. Образ,

соответственно, становится явлением архетипа, или архетипическим образом.

Прочтение этих образов является довольно трудной задачей потому, что аналитик может не знать этого архетипического значения (иногда это совсем не распространенная мифологема) или не придать образу того архетипического глубинного смысла, который здесь имеется.

Архетипы, необходимые для нашего развития, заложены в нас, однако трудно найти людей, поведенческие модели и образы которых проявлялись бы совершенно одинаково. Хотя в основании поведения лежат бессознательные силы, в жизни перед нами открываются возможности выбора, пусть даже не осознаваемые нами. Вместе с тем, сознание привносит и нечто новое в нашу жизнь. Является ли сознание высшим достижением природы - неизвестно, но ясно одно - это новейшее ее достижение. В этой связи Юнг и изучал процесс индивидуации, который представляет собой расширение сознания, возникновение его из бессознательного материала.

Роль сновидений как пограничного феномена чрезвычайно важна для повседневной жизни человека. Особенно наглядным это значение сновидений

69

становится, когда над ними работают. Записывая и анализируя сновидения, мы строим мост между двумя пограничными областями - сознанием и бессознательным. При более быстром взаимопроникновении сознания и бессознательного ускоряются процессы роста и изменения. Когда мы осознаем свои сновидения, они вступают во взаимодействие с сознанием, нам становится понятен их отклик.

Некоторые психологи (например, Фрейд) выдвигают теорию, что сновидения не предназначены для подобного анализа и анализ может повлечь плохие последствия для души. Юнг же считал, что бессознательное само контролирует этот процесс. Если человек не готов воспринять новое знание о собственном «я», он его и не воспримет,

даже если станет тщательно анализировать сновидение. Он пройдет мимо, будто ничего и не видел. Объясняется это тем, что бессознательное - именно не сознательное,

не осознанное, такое, какое мы еще не в состоянии осознать. Любое сновидение представляет нам материал, которые мы способны реально осознать, а также и такой,

который настолько далек от нашего сознания, что можно так никогда и ничего не понять.

Сновидения настолько исполнены смысла, что вряд ли возможно полностью исчерпать значение хотя бы одного из них. Любой объект или человек из сновидения может представлять собой либо реального человека, либо использоваться как символ качества, присущего нашей собственной личности. Как правило, лучше придерживаться второго допущения, так как обычно сны говорят символами.

Например, нужно подумать обо всем, что вы связываете с конкретным человеком или объектом. Сначала следует определить, какие ассоциации имеют для вас наибольшее значение, но не упускать ни одну из них. Нельзя сводить сновидение к единственной возможности, но пытаться амплифицировать его в такой степени, чтобы вызвать резонанс в душе. Настоящие сны начали видеть только наши предки-млекопитающие и

сновидения уходят корнями в эмоции. Следовательно, стоит довериться эмоциям в выборе правильного пути. Нельзя позволить рассудку принять решение, с которым не согласны чувства.

Полезно также иметь словарь, помогающий узнать этимологию слова,

означающего объект или действие, увиденные во сне. Любой образ – это символ,

имеющий длинную историю становления. Слова – это тоже символы, называющие образ, очерчивающие такие его грани, которые не столь очевидны или исторически изменились и заключены в нас самих.

70

По той же причине, что символы составляют язык снов, сновидения часто передают сообщения с помощью игры слов. Однако у каждого человека существует и личный словарь сновидений. Если сновидение вызывает воспоминание о мифе, надо перечитать этот миф и подумать, не поможет ли он прояснить сновидение. Личные отклонения от сюжетной линии скажут о том, как преломляется проблема в конкретном случае.

Юнг был заинтересован не в классификации и сборе архетипов, а в описании и работе с теми, которые лежат в основе процесса внутреннего исцеления и роста души,

или индивидуации, становлении уникальной судьбы. По его мнению, три архетипа последовательно отражают динамику роста, превращаясь в ступени процесса индивидуации: Тень, Анима\Анимус, Самость.

Тень - архетип, олицетворяющий все те личные черты, которые отрицались или игнорировались. В сновидениях Тень обычно предстает в виде фигуры того же пола,

что и у человека, видящего сон или в виде животного.

Анима\Анимус - архетип, связывающий нас с коллективным бессознательным.

В сновидениях он представлен фигурой противоположного пола.

Самость - архетип целостности и трансцендентальности. В сновидениях он выступает в разных символах: круг, квадрат, цветок, иногда старый мудрец или старая мудрая женщина.

Каждый из этих архетипов соответствует определенной стадии развития и встречается на своем, более глубоком уровне души. Сновидения всегда показывают,

как протекает процесс индивидуации. Исходная точка этого процесса - концепция психологических типов Юнга.

5. Психологические типы.

Определения типов и функции отношения с реальным миром. Психологические типы и путь к индивидуации. Экстраверты и интроверты. Рациональные и иррациональные функции. Влияние функций на психологический тип личности. Функции и компенсаторное отношение.

Следствием влияния архетипов на судьбу и основанием для понимания основных типов личности становится типичная жизненная установка. Современные люди воспринимают в сновидениях классические сюжеты из мифологий, а затем повторяют их в своей жизни. Наблюдая связь человеческого характера и судьбы с древними схемами поведения, Юнг не мог понять, почему Фрейд и Адлер настаивают