Методология исследования современной экономической политики в координатах двухсекторной модели смешанной экономики. Монография

тами количественной и качественной оценки, которые наиболее точно отражают ощущение субъективного благосостояния.

Анализ теоретических источников по проблеме оценки благосостояния показал, что некоторые подходы к его исследованию представляются дискуссионными и достаточно противоречивыми. В координатах современной методологии исследования благосостояния (например, в рамках концепции экономики счастья) зачастую используются методы субъективной психологической оценки благополучия, которые принимают во внимание оценку не только влияния уровня дохода и макроэкономических параметров на благосостояние, но и попытки оценки эмоциональных реакций на степень удовлетворенности различными аспектами, включая потребности и цели, ожидания, ценностные и смысловые ориентиры, что расширяет предмет исследования экономической категории квазиэкономическими и междисциплинарными методами.

Мозес Абрамовиц еще в середине ХХ века пришел к выводу, что «мы должны очень скептически относиться к мнению, что долгосрочные изменения в темпах роста благосостояния могут быть оценены хотя бы грубо по изменениям в темпах роста выпуска», показав, тем самым, недостаточность оценки уровня благосостояния на основе роста макроэкономических показателей объема производства»40.

Результат исследования Ричарда Истерлина в 1974 году, получивший впоследствии название «парадокс Истерлина» привел к убедительным обоснованиям того, что рост дохода в абсолютном выражении не влечет за собой роста степени удовлетворенности жизнью в долгосрочном периоде, определив, тем самым краткосрочный (точечный) характер зависимости уровня счастья от дохода и нивелирование данной тенденции в долгосрочной перспективе.

Современная парадигма благосостояния, определяемая как «экономика счастья», строится на иных подходах, методологии и инструментах исследования и предполагает иной набор эмпирических доказательств и оценок. Анализ «счастья» соответствует более широкой оценке благосостояния с позиций социальной

40  Abramovitz, M. (1959) The welfare interpretation of secular trends in national income and product. In The Allocation of economic resources: Essays in honor of Bernard Francis Haley (M. Abramovitz et al.). Stanford, California: Stanford Univ. Press. Р.1.

71

конструкции, а не с позиций общего роста макроэкономических показателей, что практически игнорировалось в традициях экономического анализа благосостояния.

Современные исследования, проводимые на основе корреляционного анализа, подтверждают научный скептицизм относительно связи макроэкономической функции ВВП и благосостояния, результаты эмпирических исследований и их интерпретация достаточно противоречивы и нивелируют положительное влияние увеличения объемов валового производства на оценку уровня благосостояния.

В современных условиях признается, что ключевые экономические показатели (такие как, рост ВВП в макроэкономическом аспекте, рост уровня доходов или обеспечение экономической устойчивости экономического агента) не всегда являются определяющими в оценке ощущения счастья. Во многих современных исследованиях отмечается, что есть такой уровень дохода, после которого его дальнейший рост не существенным образом влияет на оценку уровня благосостояния, что лежитт в плоскости кейнсианской традиции анализа предельной склонности к потреблению и предельной склонности к сбережению, дополненной субъективистской оценкой восприятия благосостояния.

Междисциплинарный психолого-экономический характер оценки благосостояния в исследовательской повестке экономики счастья сводится к тому, что экономические вопросы жизнеобеспечения отдельного индивида и общества в целом сохраняя свою приоритетность (базисность) не являются единственным рычагом благосостояния, а стремление к благополучию, хотя и не исключает размера дохода, но сосредоточение только на деньгах может упустить из виду основные измерения благополучия41.

Некоторые подходы к оценке счастья являются дискуссионными и противоречивыми.

Первый подход связан с удовлетворением потребностей и эффектом «ненасыщения». По оценке современных экономистов, «эффект насыщения действует изменчиво: до определенного момента увеличение дохода ведет к увеличению благосостояния, но когда доход достигает уровня, при котором удовлетворены все основные потребности индивида, то дальнейший рост дохода уже

41  The economics of happiness factors beyond the traditional economy* UDC 308/ 33/ 311 DOI: 10.52063/25792652-2022.1.12-287(дата обращения: 11.10.2024).

72

не приносит увеличения чувства счастья»42. Этот тезис противоречит принимаемой за аксиому концепции ненасыщения в ординалистской теории полезности. Сравнение современных подходов и ортодоксальной аксиомы ординалистов демонстрирует степень субъективности оценки субъектом уровня своей удовлетворенности, а также эффекта от относительного изменения собственного дохода относительно доходов других.

Количественные и качественные характеристики счастья в методологии экономической науки представлены методами субъективной оценки экономического и социального благополучия, которые базируются не столько на оценках уровня дохода и благосостояния, но и на эмоциональных реакциях и степени удовлетворенности жизнью, а также субъективно-психологической оценки социальных параметров: достижение целей, соответствие реальности ожиданиям, осмысление ценностных и социальных ориентиров, для чего применяются методы измерения на основе:

– скрининг-опросов респондентов; – фиксации опыта путем глубинных интервью, направленных

на фиксацию эмоциональных реакций; – реконструкции распределения экономических ресурсов,

включая блага, время, деньги в границах субъективной оценки эффективности их распределения.

Приоритетность концепции экономики счастья как мейнстрима в исследовательской повестке и эмпирической практике анализа благосостояния подтверждается тем, что количественное измерение счастья в мире проводится двумя авторитетными институтами – ООН в целях поиска решений устойчивого развития (Всемирный доклад о счастье) и международной благотворительной организацией New Economic Foundation (Happy Planet Indexмеждународный индекс счастья).

Расчет Международного индекса счастья основан на таких показателях человеческого развития, как благополучие, ожидаемая продолжительность жизни, экономический след.

Иная методика используется ООН при подготовке рейтинга стран для Всемирного доклада о счастье, которая включает больше показателей: ВВП на душу населения; показатели социальной поддержки граждан; оценка уровня свободы граждан; оцен-

42  Не только про деньги: как работает экономика счастья // https:// economics.hse.ru/ecjourn/news/928195066.html (дата обращения: 11.10.2024).

73

ка отношения к коррупции; показатели щедрости и благотворительности; ожидаемой продолжительности жизни, оцениваемых по 10-балльной шкале и образующих итоговую оценку43.

Согласно данным Всемирного доклада о счастье за 2023 год к странам с наиболее высоким уровнем счастья отнесены:

Измерение счастья в национальном масштабе способствует решению государством ключевых функций социального обеспечения населения и социально-экономического развития в долгосрочной перспективе. Согласно данным рейтинга ООН за 2024 год «Россия занимает 72-е место – между Молдавией и Боливией. Самой счастливой страной семь лет подряд признается Финляндия, далее следуют Дания, Исландия и Швеция, Израиль, Нидерланды, Норвегия, Люксембург, Швейцария. Крупнейшая экономика мира – США – находится на 23-м месте, а крупнейшая экономика Европы – Германия – на 24-месте. Результаты исследований экономики счастья демонстрируют, что совокупный показатель счастья и рейтинг стран подвергается незначительным изменениям в течение двух лет, эксперты отмечают рост участия в благотворительной деятельности более чем на 25%, в большей степени (почти в два раза) распространены положительные эмоции от-

43  Не только про деньги: как работает экономика счастья // https:// economics.hse.ru/ecjourn/news/928195066.html (дата обращения: 11.10.2024).

44  Всемирный доклад о счастье 2023 года // Helliwell, Richard Layard, Jeffrey D. Sachs, Jan-Emmanuel De Neve, Lara B. Aknin, and Shun Wang // World Happiness Report, 2023.

74

носительно отрицательных, опрошенные отмечают чувство социальной сопричастности вдвое чаще чувства одиночества, а население старше 60 лет считают себя более счастливыми, чем более молодые респонденты»45.

Достаточно примечателен факт оценки счастья в Бутане, стране, которая основным макроэкономическим показателем признает «валовое экономическое счастье» официально отказавшись от валового измерения дохода.

Государственная философия счастья в Бутане – преимущественно аграрной страны основана на религиозных и традиционных ценностях, внутренних убеждениях и идеологии социальноэкономической политики базирующейся на национальных принципах «счастье людей важнее экономики», декларируемых официально и подлежащих количественной оценки, включающей около сотни показателей и базирующихся на принципах:

– справедливого и равноправного социально-экономического развития;

– сохранении и продвижении культурного и духовного наследия;

– заботе об окружающей среде; – скоординированных, дополняющих друг друга действий ор-

ганов власти46.

Географическое положение, историческое развитие, сложившийся образ ведения хозяйственной деятельности и политический уклад выступают определяющими в проведении государственной политики обеспечения счастья независимо от уровня развития экономики и отказу от потребительской культуры, определяющей вектор счастья в цивилизованных развитых странах.

Примечательно, что многие страны мира начали воспринимать концепцию Валового Национального Счастья и применять е¸ в своей жизни47.

45  Рейтинг стран мира по уровню счастья. Исследование ООН // https://u-intosai.org/ru/novosti/rejting-stran-mira-po-urovnyu-schastya- issledovanie-oon/ (дата обращения: 11.10.2024).

46  Валовое национальное счастье // https://www.bez-granic.ru/novos- ti/national-happiness.html

47  В Германии начали изучать опыт отказа от ВВП в пользу валового национального счастья //https://rg.ru/2023/03/15/v-chem-schaste-olaf. html(дата обращения: 11.10.2024).

75

Однако в рейтинге самых счастливых стран по версии ООН Бутан сейчас занимает только 95-е место, а лидируют там страны ЕС. Но, как говорят некоторые эксперты, это лишь потому, что рейтинг сильно ориентирован на экономические показатели и не учитывает, например, отсутствие психологических проблем у людей или же то, насколько часто они улыбаются. При этом оценки по другим методикам все же показывают, что Бутан если не самая, то по крайней мере одна из самых счастливых стран

вмире48.

3.2.Социальные параметры экономической политики в методологии двухсекторной модели смешанной

экономики

Специфика социально-экономической политики на всех этапах развития общественных отношений предопределена не только экономическими факторами и возможностями для ее реализации, но и теми структурными, институциональными и технологическими изменениями, которые видоизменяют облик общественного устройства. Кроме того, как полагает Е.В. Рощина, «социальная политика в постиндустриальном обществе должна исходить не из создания условий для физиологического выживания человека, сохранения рода человеческого, а из модели самоактуализации человека, общества. Социальная политика призвана создать благоприятные условия для самоактуализации человека. Причем следует учитывать, что модель самоактуализации не может быть абстрактной, она конкретна для каждого человека»49.

Это требует комплексности, динамичности и гибкости от всех регулирующих органов и институтов социально-экономического управления, а социальное регулирование процессов, связанных с трансформациями национальных экономических моделей должно быть направлено не только на конъюнктурные цели, но и на решение долгосрочных задач.

В методологии экономических и социальных исследований вопросам эффективности социально-экономической политики

48  Там же.

49  Рощина И.В. Взаимосвязь и взаимообусловленность экономической и социальной политики в условиях социальной экономики // URL: https://lib.tsu.ru/mminfo/000063105/283/image/283-171.pdf (дата обращения: 7.09.2024).

76

и определению е¸ критериев всегда уделялось повышенное внимание:

– определение степени оптимальности решения социальных задач в целях устранения патерналистских и иждивенческих моделей, а также социального паразитизма50;

– обеспечение стимулов и возможностей к реализации экономических и социальных интересов личности51;

– устранение угроз социальной стабильности и дискриминации52;

– создание условий социального комфорта для всех групп населения53;

– содействие минимизации структурной безработицы и создание обеспечение высокотехнологичной занятости54;

– устранение социальных последствий циклической конъюнктуры национальной макроэкономики55.

50  Кузнецов И. С. Роль иждивенчества в системе социального обеспечения // Известия вузов. Социология. Экономика. Политика. 2009. ¹ 3. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/rol-izhdivenchestva-v- sisteme-sotsialnogo-obespecheniya (дата обращения: 11.12.2024).

51  Буланкина Н. Н., Мещерякова Л. А. Мотивация и стимулирование труда, как объективная форма реализации интересов человека // Пространство экономики. 2013. ¹ 4-3. URL: https://cyberleninka.ru/ article/n/motivatsiya-i-stimulirovanie-truda-kak-obektivnaya-forma-real- izatsii-interesov-cheloveka (дата обращения: 11.12.2024).

52  Хаджалова Х. М. Социально-экономическая безопасность и угрозы социальной стабильности в регионе // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2010. ¹ 2. URL: https://cyberleninka.ru/ article/n/sotsialno-ekonomicheskaya-bezopasnost-i-ugrozy-sotsialnoy-sta- bilnosti-v-regione (дата обращения: 11.12.2024).

53  Хачецуков Заур Махмудович Социальный комфорт в контексте трансформационных процессов в структуре современной Российской повседневности // Вестник МГИМО. 2013. ¹ 2 (29). URL: https://cy- berleninka.ru/article/n/sotsialnyy-komfort-v-kontekste-transformatsion- nyh-protsessov-v-strukture-sovremennoy-rossiyskoy-povsednevnosti (дата обращения: 11.12.2024).

54  Овчинникова Т. И., Струков Г. Н. Меры по снижению безработицы // Вестник ВГУИТ. 2018. ¹ 4 (78). URL: https://cyberleninka.ru/ article/n/mery-po-snizheniyu-bezrabotitsy (дата обращения: 11.12.2024).

55  Орлянский Е. А. Социально-экономические последствия циклического развития современной рыночной экономики // СТЭЖ. 2016. ¹ 1 (22). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sotsialno-eko- nomicheskie-posledstviya-tsiklicheskogo-razvitiya-sovremennoy-rynoch- noy-ekonomiki (дата обращения: 11.12.2024).

77

Система национального благосостояния, изучаемая в разных концепциях экономического развития, наделяет социально-экономическую политику атрибутами важнейшего инструмента государственного регулирования, что и в теоретикометодологическом, и в прикладном аспектах демонстрирует поиск ответа на вопрос эффективного распределения экономических ресурсов в социально-экономической сфере. По мнению Литвина «среди социальных индикаторов, влияющих на экономическую безопасность страны, обычно рассматривают уровень бедности населения и безработицы, поскольку именно эти показатели наиболее четко показывают ситуацию, связанную с уровнем благосостояния. Динамика показателей, отражающих закономерности уровня и профиля бедности, является результатом экономического развития и проводимой социальной политикой»56.

В концепции двухсекторной модели смешанной экономики процессы реализации социального регулирования предопределяют основную функцию социального управления, которая имеет разные формы проявления в рыночном и нерыночном секторах двухсекторной экономики.

Согласно модели двухсекторного строения смешанной экономики, в рыночном секторе функционируют эффективные экономические субъекты, которые и формируют первичные доходы для перераспределительных функций государства в нерыночном секторе, что и предопределяет социальные параметры экономической политики в двух диаметрально противоположных секторах социально-экономического устройства.

Рыночный сектор экономики предопредел¸н эффективными собственниками ресурсов, производственная и экономическая деятельность которых по производственным и трансакционным издержкам компенсируется рыночной нерегулируемой ценой, формируя, так называемый излишек производителя, покрывающий затраты и обеспечивающий прибыль эффективному субъекту производства. Таким образом, в рыночном секторе экономики сосредоточены конкурентоспособные производители, первичные доходы которых, выступая источником налогообложения, формируют исходную базу финансовой деятельности государства.

56  Литвин, А. Ю. Особенности социальной политики в аспекте социально-экономической безопасности государства / А. Ю. Литвин // Отходы и ресурсы. – 2023. – Т. 10. – ¹ s1. – URL: https://resources. today/PDF/12FAOR123.pdf DOI: 10.15862/12FAOR123

78

Это определяет приоритет экономических параметров рыночного сектора над социальными параметрами. Однако вопросы реализации социальной политики с целью формирования социальноэффективных форм взаимодействия значительно сложнее и любые экономически-эффективные параметры рынка могут стать системной основой воспроизводства социальных параметров развития общества.

Врыночном секторе функционируют и эффективные потребители, доходы которых позволяют им оплачивать блага по более высокой цене, нежели та, которая сложилась на рынке в следствие свободного движения сил спроса и предложения, формируя, тем самым, излишек потребителя.

Таким образом, рыночный сектор экономики представляет собой сегмент эффективных экономических субъектов, не только самообеспечивающих свои потребности, включая социальные, но и формирующих определенные резервы для функционирования нерыночного сектора экономики.

Вэтой связи основная функция государственной социальноэкономической политики методологически заключается в расширении потенциала рыночного сектора экономики и формирования институциональных условий для развития малого и среднего предпринимательства, инновационных и технологических стартапов, поощрения частных инициатив в развитии цифрового предпринимательства.

Вметодологии двухсекторного анализа расширение рыночного сектора связано с повышением эластичности спроса и предложения, что обусловлено повышением конкуренции, снижением монопольных сфер и тенденций в производстве, диверсификация производства и применение мер ресурсосбережения. Это те меры социально-экономической политики, которые необходимы для поддержания устойчивости экономической системы, ее адаптивности циклическим колебаниям и рискам изменения конъюнктуры, а также повышения устойчивости к внешним шокам и волатильности. Обеспечивая высокую эластичность внутреннего спроса и предложения институциональными методами, государство, тем самым, снижает макроэкономические риски инфляции, безработицы и препятствует негативным последствиям цикличности экономического развития.

Однако при этом социальные параметры рыночного сектора экономики могут подвергаться значительным колебаниям, вызванным недобросовестной конкуренцией, дискриминацией, ква-

79

зиэкономическими и социальными причинами, что требует усиления контроля над деятельностью экономических субъектов. Поэтому в системе социально-экономического регулирования рыночного сектора экономики следует разграничивать методы обеспечительно-стимулирующего и методы административноконтрольного характера.

Внерыночном секторе экономики, согласно модели двухсекторного строения, находятся экономические субъекты, деятельность которых в сфере производства более затратна, нежели цена рынка и их издержки не позволяют быть субъектами рыночного предложения, или же субъекты спроса, доходы которых не позволяют оплачивать рыночную цену.

Вэтих обстоятельствах государственная поддержка неэффективных субъектов предложения должна определяться степенью значимости производственно-отраслевой специфики данных субъектов и применять механизмы реструктуризации, санации или стимулирования в случае социальной, технологической или стратегической значимости подобных производств для экономического развития и роста. При этом важно обеспечивать, чтобы такие неэффективные формы производства и их поддержка не стали тормозом развития макроэкономики. Поэтому целевой потенциал социально-экономической политики государства в нерыночном секторе должен опираться на научную обоснованность стратегического характера сфер и отраслей неэффективного производства. Здесь речь может идти об устаревающих системах

икомплексах с высокими издержками и необходимостью серьезных инвестиций для модернизации и технологического переоснащения, или о сферах с высоким уровнем занятости и высокими рисками структурной безработицы. Это требует новых инвестиций и финансовых ресурсов для модернизации и переоснащения

сучетом стратегической значимости данных комплексов. Кроме того, социально-стратегические сектора и сферы национальной экономики, предполагающие высокую общественную значимость

ивысокую экономическую затратность, обеспечивающие предоставление благ обществу на нерыночной основе, в большинстве своем сосредоточены именно в нерыночном секторе экономики.

Поэтому, рассматривая субъектный состав нерыночного сектора экономики важно принимать во внимание, что не только неэффективные собственники ресурсов, но государство, и общественные организации, и отрасли социальной значимости выступают его экономическими и регулирующими субъектами, что

80