Геополитические перемены на БСВ в 80–90 е годы и политика США

сти, как фактор экономической независимости региона; усилению гонки вооружений, то есть потребностей в ускорении перевооружения национальных армий аравийских стран; необходимости нахождения здесь вооруженных сил США.

Однако ирано иракская война затянулась и дополнилась танкер ной войной в Заливе, а конфронтация между Саудовской Аравией и ИРИ в ОПЕК перешла в русло компромиссов и лавирования. Поэто му международные цены на нефть приобрели тенденцию к некоторо му росту и в 1987—1988 годах достигли уровня 15—19 долл./барр.88. Такие цены на нефть не противоречили интересам американских и европейских нефтяных корпораций, так как при более низком их уровне возникала проблема рентабельности производства нефтесырья на промыслах внутри США и в Северном море. Как известно, низкие мировые цены на нефть сделали бесприбыльной нефтедобычу в Техасе и других районах Соединенных Штатов Америки. Добыча нефти в США в 1987 году упала до самого низкого за последние 20 лет уров ня, составив 8,3 млн. барр./день, что, в свою очередь, привело к рос ту импорта этого продукта, который составил 39% его потребления в этой стране89.

1.8.Внедрение военного патрулирования США

иНАТО в регионе как начальная стадия установления непосредственного военного и политического

контроля США в Заливе

На основе консенсуса аравийских монархий Залива и Вашингтона, поддержанного его партнерами по НАТО, было положено начало по стоянному присутствию крупных оперативных соединений военно морских сил США и европейских держав в акватории Персидского и Оманского заливов. На 30 же сухопутных военных базах Аравийского полуострова — растущих контингентов вооруженных сил различного военного назначения. Американские военные корабли и их группы (а также Англии и Франции) патрулировали в Персидском заливе и в предыдущие десятилетия, однако их численный и качественный со став не достигал масштабов, наблюдавшихся в 80 е годы, особенно со второй половины данного десятилетия. Причем, придавая большое значение роли Персидского залива, как ключевому региону в обеспе чении стабильности мирового топливного рынка, как важной состав ляющей обширного арабского мира и как центру ислама, влияюще му на настроения в мусульманском сообществе и особенно на БСВ, с января 1983 года было задействовано Объединенное центральное ко мандование вооруженных сил США (ОЦК ВС США). Опорой для его оперативной деятельности в Заливе выступали: сам водный бассейн и территория призаливных аравийских стран.

51

Постоянная привязанность аравийских монархий к Западу обус ловливалась тем, что они, по мере ужесточения ирано иракской вой ны, стали все более опасаться распространения пожара войны на их территории и их коммуникации с внерегиональным миром. Как уже отмечалось выше, случаи нападения ВМС ИРИ в Персидском заливе на транспортные средства этих государств и эпизоды их конфликтов с военными кораблями Саудовской Аравии, Кувейта и ОАЭ приобре ли хронический характер и нарастали год от года. Кроме того, Иран, даже находясь в условиях войны с Ираком, испытывавший большие трудности в экономике, обеспечении фронтовых потребностей и в контактах с внешним миром, по прежнему выглядел на фоне сосед них аравийских минигосударств могучим региональным гигантом. Тегеран не скрывал своей враждебности к проиракской деятельнос ти ряда аравийских режимов. Угроза вооруженного столкновения с Ираном могла стать еще более вероятной, если бы Тегеран вышел в перспективе победителем из войны с Багдадом. Эти настроения в пра вящих элитах аравийских стран особенно возросли, в связи с развер нувшейся так называемой «танкерной войной» в Заливе.

При этом нараставшее давление на общественное мнение этих го сударств внутренней «пятой колонны» (социальной, религиозной, эт нической) могло быть активно поддержано Тегераном, вплоть до при менения вооруженных сил. О существовании такого рода опасности говорил тот факт, что многие кувейтские студенты в ходе тайного оп роса общественного мнения заявили, что они поддерживают Тегеран в его войне с Багдадом90. Поэтому правящие круги призаливных ара вийских режимов пришли к выводу о необходимости, помимо их со трудничества в рамках ССАГПЗ, наращивания внешнего военного присутствия в Персидском заливе, срочного получения реальных вне шних военных гарантий и соответствующей вооруженной поддержки. Так, министр обороны Кувейта шейх Салем ас Сабах, говоря о воен ном взаимодействии стран членов ССАГПЗ, заявил, что «нелегко организовать такое трудное дело за короткий срок»91.

Обеспокоенность правящих аравийских элит усиливалась и тем, что падение мировых цен на нефть в 80 е годы привело, начиная с 1985 года, к соответствующему сокращению бюджетных расходов стран членов ССАГПЗ, в том числе и их военных бюджетов92. В частности, расходы Саудовской Аравии на военные цели с 1987 года сократились на 16% сравнительно с уровнем 1986 года93. Английский журнал «Эко номист» так охарактеризовал сложившуюся ситуацию: «Если поступ ления от нефти будут и далее сокращаться, то даже Саудовская Ара вия не сможет продолжать прежний вариант своей внешней полити ки, когда деньги выступали в качестве замены дипломатии, и соответственно уменьшится ее способность к оказанию стабилизиру ющего влияния в своем регионе»94.

Со своей стороны, и Запад пришел к выводу, что предпринятых им действий по насыщению своих союзников в регионе оружием, а также его политика выборочной «блокады» или «разблокирования»

52

поставок некоторой категории военных и других товаров Исламской Республике Иран, и частично Республике Ирак, оказалось явно не достаточно, чтобы загасить или загнать в тупиковое состояние ира но иракскую войну. Западные державы по прежнему стояли перед опасностью потери своих «верных» клиентов и подопечных, встре чи с ситуацией расширения в Заливе круга враждебных или «трудно сговорчивых» правительств.

В итоге руководство Кувейта, а за ним (в более завуалированной форме) и Саудовской Аравии обратились к Вашингтону с просьбой обеспечить им непосредственное прикрытие вооруженными силами США. Это, по сути, означало отказ указанных стран от политики не присоединения и открывало правовую основу, хотя пока и «затенен ную», для внедрения крупных военных контингентов США в Персид ский залив95. Вашингтон и НАТО, следуя своей геостратегии, привет ствовали такую инициативу призаливных элит.

Таким образом, в 80 е годы произошла довольно интенсивная эс калация военного аспекта соучастия Запада в политической судьбе ре гиона. Так, в первой половине этого десятилетия осуществлялось ук репление вооруженных сил аравийских стран. Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива как раз и был организован и сориентирован для ведения совместных действий против какого либо «вторжения» или «обострения» отношений с Исламской Республикой Иран или другими внешними силами. В подмогу ему были созданы во енно морские и военно воздушные базы США и Англии на Бахрей не и в Омане, произведено расквартирование в Саудовской Аравии американских воинских подразделений, которые, по сути, являлись частью так называемых «сил быстрого развертывания США». Только для обслуживания системы воздушной электронной разведки АВАКС в Саудовской Аравии было занято более 1 тыс. американских военнос лужащих96. Во второй половине десятилетия ВМС США в Персидском заливе (свыше 30 кораблей) активизировались как в северной части Залива, так и в Ормузском проливе в направлении обострения проти востояния с ВМС ИРИ. К театру ирано иракской войны, на случай возникновения чрезвычайных ситуаций, были придвинуты и иные средства военного назначения. Такая концентрация вооруженных сил враждебных друг другу государств на сравнительно ограниченном пространстве Персидского залива, причем даже с нарушениями тер риториальных вод местных стран, выглядела весьма рискованной и взрывоопасной. Это в определенной степени и проявилось, когда в условиях вспыхнувшей «танкерной войны» военные корабли, верто леты и самолеты США начали атаковать иранские корабли, катера и другие виды судов, которые были заподозрены во враждебных дей ствиях, включая установку мин (имели место и другие инциденты: уничтожение четырех нефтедобывающих платформ снабжения ВМС ИРИ, аресты иранских (или шедших с грузами в Иран) торговых су дов, обстрел иракцами американского эсминца, уничтожение амери канцами гражданского пассажирского самолета ИРИ и т. д.).

53

В итоге можно констатировать, что за 80 е годы регион перестал быть свободным от присутствия крупных и разных родов вооружен ных сил мировых держав. Так, только в водах Персидского залива США держали во второй половине десятилетия 109 е оперативное соединение ВМС, состоявшее из крейсеров, фрегатов, тральщиков, вертолетоносца, а в Аравийском море — более крупное авианосное и ударное 70 е оперативное соединение, включавшее в себя авиано сец, крейсер, миноносец, фрегаты и другие военные корабли. Так же мощным было присутствие в Заливе ВМС пяти европейских чле нов НАТО: Франции — авианосная, тральная и оперативная группы, Англии — эскортные корабли и тральная группа, Италии — опера тивно тактическая группа и др.97. Причем нахождение военных кон тингентов США и НАТО здесь, как на суше, так и в акватории За лива и в близлежащих водах превратилось в масштабную и постоян но действующую реальность, которые включились в боевые действия в регионе…

1.9.Ослабление позиций СССР в регионе в связи

с«афганским фактором» и ирано5иракской войной

Почти все 80 летие советские войска находились в Афганистане. В определении судьбы этой страны, помимо супердержав СССР и США, активное участие принимали государства Персидского зали ва. Все они в данном случае выступали противниками НДПА (ПОА)

иподдерживавшего ее Советского Союза, тем более своими воору женными силами. Поэтому Москва рассматривалась ими в качестве враждебной силы, стремящейся внедриться в регион Залива и спо собствовать замене существующее статус кво политической систе мой государств, соответствующей интересам СССР. В результате со ветской акции в Афганистане и соответствующей негативной реак ции в Заливе, Москва, в отличие от предыдущих десятилетий, лишилась возможности обеспечивать в данном регионе проходи мость своих инициатив и положительных по своим показателям ар гументов. Контакты местных государств с СССР осуществлялись лишь по второстепенным, с точки зрения уровня политической и экономической значимости, вопросам и, как правило, в конъюнк турно необходимых случаях.

Вся пропагандистская система местных государств была чрезвы чайно критически ориентирована в адрес Советского Союза, полна антисоветских материалов, иллюстраций и репортажей о злоупотреб лениях советской армии в Афганистане, а также высказывались пре дупреждения о реальной опасности продолжения экспансивных дей ствий со стороны этой сверхдержавы. С такими формулировками вы ступали высшие должностные лица и Саудовской Аравии, и Кувейта,

иИсламской Республики Иран. Большое содействие местным сред

54

ствам массовой информации оказывали западные пропагандистские центры, иностранные корреспонденты, предоставлявшие в распоря жение соответствующих служб государств Залива необходимые и со ответственно ориентированные материалы. С другой стороны, они служили местным корреспондентам основой для подготовки своих собственных политических репортажей и публикаций, которые отра жали умонастроения местных элит и общественности. Такое сотруд ничество между западными и местными пропагандистскими органа ми привели к тому, что идеологический аппарат региона по существу полностью контролировался антисоветски настроенными кругами, которые склоняли общественность аравийских монархий к идее о не обходимости непосредственного соучастия Запада и, прежде всего, США в определении политической судьбы региона, в разрешении внутрирегиональных противоречий и конфликтов.

СССР, со своей стороны, не видя другой идеологической альтер нативы «сохранению своего лица», использовал свое традиционное средство — усилил критику местных элит, обвиняя их в реакционно сти внутренней политики и в предательском сотрудничестве, вопре ки национальным интересам, с империализмом.

Торговые связи Советского Союза с государствами Персидского залива также испытали на себе соответствующее охлаждение отноше ния местных элит к северному партнеру. Однако в данном аспекте имела место своя специфика, когда взаимные контакты осуществля лись преимущественно на основе других факторов: коммерческих, конъюнктурно отраслевых интересов, а также острой заинтересован ностью в создании объектов, обеспечивающих самостоятельность внутреннего воспроизводства в той или иной отрасли. Поэтому тор говые связи Советского Союза с регионом не прекратились, хотя и подверглись некоторому сокращению.

Это сокращение сказалось преимущественно на военной сфере. Так, решение Москвы прекратить продажу военных товаров Ирану, принятое в 1979 году, было вызвано негативной позицией Тегерана в отношении советского военного присутствия в Афганистане. Когда же началась ирано иракская война Советский Союз стал соблюдать ре золюцию СБ ООН, запретившую поставки любых видов вооружений обеим воюющим сторонам98. Это также касалось и каких либо форм соучастия третьих стран в военных действиях и приготовлениях той или иной стороны.

Однако во второй половине 80 х годов, когда присутствие ВМС держав НАТО в Персидском заливе приняло скандально большие мас штабы, а их корабли стали осуществлять определенные военные дей ствия в интересах своих местных союзников, Москва отказалась от принципа непосылки своих военных судов в Персидский залив для постоянного патрулироания. С сентября 1986 года корабли 8 й опе ративной эскадры ВМФ СССР стали конвоировать советские торго вые суда в Заливе, а затем и зафрахтованные Кувейтом советские тан керы «Махачкала», «Генерал Тюленев» и «Победа». Причем передви

55

жения советских военных кораблей осуществлялись в усложненных условиях: они не пользовались портами прибрежных стран для отды ха личного состава, осуществления профилактических работ и попол нения запасов продовольствия. Тыловое обеспечение этих кораблей осуществлялось непосредственно в водах Залива и прилегающем ак ватории Индийского океана со стороны вспомогательных судов ВМФ. За 1987—1990 годы советские военные корабли осуществили успеш ную проводку 374 торговых судов99.

Что касается общей оценки политической деятельности советско го руководства за 80 е годы в Персидском заливе, ее можно назвать чрезвычайно пассивной. Она характеризовалась отсутствием каких либо серьезных противодействий и трений со стороны Москвы де ятельности противной стороне. Кремль ограничивался эпизодичес кими, по мере острой идеологической необходимости, «оборони тельно насту пательными» заявлениями и на этом, как правило, заканчивалась наша реакция. Такая инертность Советского Союза позволила США, а также местным прозападным режимам реализовать свои сценарии формирования местного регионального политическо го климата. В итоге усиливавшаяся многосторонне активность против ников Москвы в Персидском заливе, привела к сильному сужению позиций СССР в регионе, опустив их в принципе до второстепенно го уровня.

Более подробно ответить на вопрос, почему Советский Союз ока зался по сути в положении стороннего наблюдателя развития между народной ситуации в Заливе, можно, если рассматривать ее в свете политической обстановки, которая сложилась в мире после ввода со ветских войск в Афганистан.

Буквально в первые же дни после осуществления этого акта 52 страны потребовали немедленного созыва чрезвычайного заседания Совета Безопасности ООН, чтобы обсудить вопрос об агрессии СССР

в Афганистане. На заседании 5 января 1980 года представитель КНР заявил: «Советский Союз, помимо наращивания передовых военных сил в Европе, ускорил продвижение на юг в попытке выйти к Индий скому океану, осуществить контроль над морскими путями транспор тировки нефти, захватить нефтепроизводящие районы, выйти во фланг Европе, поставить под непосредственную угрозу Южную Азию и тем самым господствовать в мире... СССР, по сути, является злей шим врагом «третьего мира» и всех народов»100. Антисоветскую резо люцию в Совете Безопасности поддержали по существу все его члены (кроме СССР и ГДР), а в ООН в целом — подавляющее большинство стран участниц. Таким образом, своим военным вмешательством во внутренние дела Афганистана Советский Союз резко осложнил свои внешнеполитические позиции как в мире в целом, так и в особенно сти в регионе Персидского залива и Среднего Востока. Вопрос же «Об агрессии в отношении Афганистана» поднимался практически на каж дой сессии Генеральной Ассамблеи ООН вплоть до даты вывода со ветских войск из названной страны.

56

На таком политическом фоне Вашингтон ужесточил свои принци пы внешнеполитических действий на мировой арене: в отношении так называемых «горячих регионов» и Советского Союза.

Эти новые принципы в совокупности получили название «Доктри на Картера», в рамках которой Вашингтон официально провозгласил «право» использовать для «обеспечения своих жизненных интересов» любые средства, «включая военную мощь». Так, Дж. Картером была принята «президентская директива № 59», которая предусматривала, исходя из интересов США, в случае чрезвычайных обстоятельств, воз можность ограниченной ядерной войны против СССР. Он также за явил, что Договор ОСВ 2, подписанный им ранее, не будет ратифи цирован американским Сенатом.

Таким образом, Белый дом самопроизвольно открывал «зеленый свет» для прямого вмешательства США в политическую жизнь прак тически любого «опасного» для интересов США района мира и, ко нечно, в первую очередь в дела Персидского залива и Среднего Вос тока. Соответственно указанному, весьма ужесточилась критика в подконтрольных Западу СМИ и других идеологических структурах в адрес Советского Союза и тех государств, которые имели с ним либо дружеские узы, либо, по крайней мере, предпочитали находиться на нейтральных позициях в отношении противоборства супердержав в любом регионе мира. Москва оказалась перед выбором: либо принять вызов и идти на жесткое противостояние по основным проблемам противостояния СССР и США во внешней политике; либо ограни читься наиболее актуальными для своих геополитических интересов вопросами и регионами.

Средний Восток и Персидский залив являлись регионами, которые затрагивали интересы обеих держав: для СССР территориальной бли зостью и совмещенными этносами и конфессиями; для США нефтью и геополитической значимостью. Поэтому характер взаимоотношений этих держав в 80 е годы получил полное отражение в политической ситуации Персидского залива. Сложность ситуации для политической деятельности Москвы здесь заключалась в том, что страны Персидс кого залива (за исключением Республики Ирак) заняли резко отрица тельную позицию в отношении ввода советских войск в Афганистан. Более того, указанная группа государств, подключилась к поддержке вооруженной борьбы афганской оппозиции против власти НДПА и советской армии в Афганистане101.

В свою очередь, Москва стала целенаправленно изыскивать оппо зиционные к правительствам Залива силы на местной почве. Но на применение более обширных и радикальных мер она не пошла. Такой выбор определялся неспособностью и неподготовленностью Советс кого Союза к действиям масштабного политического и военного про тивостояния в рамках целого региона. Таким образом, противостоя щей стороне, по сути, была предоставлена полная свобода для любых инициатив. США получили благоприятную возможность глубоко вне дряться, без каких либо серьезных препятствий со стороны своего

57

главного оппонента в мировой политике — Советского Союза, в по литическую и экономическую жизнь Персидского залива.

В этом решающее содействие оказывал мощный поток западной пропаганды, обрушившийся на регион. Ее смысл заключался в мето дическом внедрении в благодатные для восприятия местные исламс кие общества идей, обвиняющих Советский Союз в военных преступ лениях в территориально близкой к ним исламской стране — Афгани стане. В итоге, на основе организации многосторонней поддержки афганских моджахедов создавался благородный образ всей американ ской политике на Среднем Востоке, а Советский Союз, из за развер тывания «необъявленного» вмешательства США и Саудовской Аравии

вафганские события, путем оснащения всем необходимым вооруже нием сил сопротивления промосковской власти в Кабуле, был вынуж ден надолго застрять в гражданской войне в этой стране. На таком фоне (а также с учетом образования Исламской Республики Иран) развертывание крупных контингентов американских вооруженных сил в близлежащих к Афганистану районах стало выступать в качестве гаранта местных государств от какого либо военного (а также внутрен него политического переворота, поддержанного извне) вмешательства внешних сил.

Таким образом, политическая инициатива в Персидском заливе все более переходила в руки прозападных режимов Аравийского по луострова (Саудовская Аравия стала по существу определяющим фактором в принятии основных политических решений по региону

вцелом), поддерживавшихся целенаправленно Соединенными Шта тами Америки и НАТО. С другой стороны, Иран и Ирак попали в долговременную полосу военных, политических и экономических кризисов разной степени обостренности, вызванных исламской ре волюцией 1979 года и разразившейся ирано иракской войной. Это не давало им возможности восстановиться на тех позициях влиятельно сти на БСВ, которыми они обладали в предшествовавшие десятиле тия. Резолюции ООН по Афганистану и по ирано иракской войне, также антисоветский настрой аравийских режимов в отношении Москвы резко осложнили дипломатическую деятельность Советско го Союза и в Персидском заливе, и на БСВ в целом, которые в по литическом отношении более чем на десятилетие фактически были потеряны для него. Это способствовала также относительная пассив ность Москвы, начиная с середины 80 х годов как в рамках ООН, так и на мировой арене в целом.

Так, только в таком важном районе мира, как Ближний и Средний Восток, где Советский Союз имел определенное, а в ряде аспектов — серьезное, влияние, Москва фактически была отстранена от участия

вразрешении крупных конфликтов и противоречий. К ним относят ся: арабо израильский конфликт; нефтяная и межгосударственная проблематика в Персидском заливе; афганский внутриполитический кризис и др.

Вместе с тем, становление США единственным внешним арбитром

58

международных противоречий на БСВ — фактически суперарбитром, постепенно усиливали в регионе в целом недовольство таким положе нием вещей, когда в лице Вашингтона стали усматривать единствен ную силу, стремящуюся к гегемонизму в регионе. Это мнение сложи лось не только в Исламской Республике Иран и Республике Ирак, но и в лояльных к Вашингтону аравийских странах. Причем, в отдельные из них (особенно это касается Омана) все более склонялись к идее воз врата к прежде существовавшей в 60—70 е годы системе международ ных отношений в регионе, когда присутствие супердержав здесь было менее активным и масштабным.

59

2. Политика США на Ближнем Востоке в 905е годы

2.1.Захват Ираком Кувейта. Операция «Буря

впустыне» и ее геополитические последствия

2 августа 1990 года войска Ирака вторглись в Кувейт и аннексирова ли его.

Кувейт был своего рода аномалией в Заливе. Будучи гораздо мень ше по населению и территории, чем Иран, Ирак или Саудовская Ара вия, он имел, однако, гораздо более многочисленное население, был значительно богаче, чем другие маленькие государства Залива, и на ходился в стороне от них. Это было одинокое маленькое государство, окруженное большими государствами. В XVIII веке Кувейт был час тью Османской империи, причем правившая им семья имела значи тельную автономию. Эта семья оставалась правящей и в ХХ веке.

Кувейт был объектом договоров между Османской и Британской империями. В отличие от других стран Залива, Кувейт волновал Анг лию не из за пиратов, мешавших британской торговле, а из за угро зы германской или русской экспансии в заливе, вследствие предостав ленной Османской империей концессии на строительство Багдадской железной дороги. Обеспокоенная этой угрозой Англия заключила с Османской империей договоры в 1899 и 1913 годах, а после Первой мировой войны Кувейт стал британским протекторатом. В 1930 х го дах новое государство Ирак заявило, что Кувейт как бывшая часть ос манского пашалыка Басра принадлежит Ираку по праву наследования. В частности, Ирак предъявил претензии на острова Бубиян и Варба в Заливе и на нефтеносный район Румейла, который, находясь в основ ном на территории Ирака, имеет небольшое продолжение в Кувейте.

В 1961 году Англия отказалась от своих прав на Кувейт, который стал независимым государством и членом ООН. Президент Ирака Касем повторил традиционные претензии на Кувейт, и правитель Кувейта, опасаясь иракской атаки, обратился за помощью к Великобритании. В Кувейте были быстро размещены британские войска. Иракцы прекра тили заявления о своих претензиях, и британские войска были вскоре

60