Геополитические перемены на БСВ в 80–90 е годы и политика США

издержки страны, по данным правительства, возросли дополнитель но на 30%.

Американо иранская торговля упала до чрезвычайно низкого уров ня: сравнительно с 1978 годом взаимный товарооборот сократился почти в 10 раз, в то время как между странами Западной Европы и Японией, с одной стороны, и Ираном — с другой, сокращение соста вило только 20–30%. А ведь за счет импорта из США Иран обеспечи вал себя на 3/4 военной техникой и технологией, а также на 25% про довольствием29.

Наиболее стабильными и на сравнительно высоком уровне иранс кие внешнеторговые связи осуществлялись с ФРГ, Японией, Итали ей и малыми европейскими странами, так что и ФРГ, и Япония сохра нились в качестве ведущих торговых партнеров Ирана30. То есть соли дарность «Большой семерки» держав с Вашингтоном практически мало сказалась на их торговых отношениях с Ираном.

В результате американской многосторонней блокады ИРИ, час тично поддерживавшейся союзниками США, в Иране, в дополнение к факторам внутреннего происхождения, фактически вплоть до 90 х годов наблюдалось значительное расстройство деятельности народ ного хозяйства. Таким образом, хотя народнохозяйственный кризис в Иране был обусловлен исламской революцией 1979 года и ее по следствиями, немаловажную роль при всем этом сыграло и возник шее политическое противостояние между США и Исламской Рес публикой Иран.

Особенно тяжелой обстановка была в первые послереволюцион ные годы. Так, в течение 1979 1980 гг. ВНП страны сократился на 23%31. Ирано иракская война, серьезно высасывавшая ресурсы стра ны на нужды фронта, держала народное хозяйство ИРИ в сложном положении. Однако государство находило средства на восстановле ние разрушенных объектов и даже обеспечивало минимальное раз витие экономики. Вместе с тем, возникшее сокращение ВВП в 1987 году все же было обусловлено действием фактора затянувшейся ра зорительной войны с Ираком32. Более того, в её ход всё более стали вмешиваться вооруженные силы США, патрулировавшие в Персид ском и Оманском заливах. Они же оказывали давление на ИРИ не только в сфере экономики. Оно охватывало буквально все сферы международных отношений, но одновременно было прагматически изменчивым. Степень враждебных действий в отношении Ирана оп ределялась конъюнктурой политической ситуации в Заливе: с одной стороны, «поведением» Тегерана, и с другой – международной об становкой в регионе.

К своей антииранской политике Вашингтон привлекал также и государства Персидского залива. Но, ввиду того, что товарооборот и экономическое сотрудничество между ИРИ и ними были незна чительными, сокращению или аннулированию с их стороны могли подвергнуться только реэкспортные операции. В политической же сфере у Вашингтона результативность была выше, но наиболее явно

21

данное сотрудничество стало проявляться в годы ирано иракской войны.

Вмировой информационной и идеологической системе режим ИРИ изображался западными средствами информации и пропаганды как убого религиозный, противостоявший любому общественному прогрессу. Более того, его называли агрессивным, занимавшимся в активной форме, чуть ли не фанатично, экспортом исламского фун даментализма шиитского содержания, и реально угрожавшим сосед ним мусульманским странам, а также занимавшийся развертыванием международного терроризма.

Вашингтон остро поставил вопрос об Иране, а также о его союзни ках — Сирии и Ливии, в ООН. США обвиняли указанные государства в: поощрении терроризма; стремлении получить доступ к производству ядерного и других видов оружия массового уничтожения; нарушениях прав человека33. Таким образом, американская администрация форму лировала мировому сообществу обоснование для своих репрессивных акций против указанных стран.

Втом же направлении действовали инспирированные скандальные процессы Международного Суда в Гааге о «неправомочных» акциях ИРИ в сфере международного экономического сотрудничества.

Вцелом, следуя своему репрессивному курсу, США уже в течение первых двух лет после исламской революции перекрыли в отношени ях с ИРИ практически все основные хозяйственные и политические каналы сотрудничества, которые в той или иной степени способство вали укреплению новой иранской власти.

1.6.Войны 805х годов в регионе и политика США

1.6.1. США и Афганистан

Афганистан территориально непосредственно соседствует с регионом Персидского залива — он как бы выступает связующим звеном меж ду ним, с одной стороны, и Центральной Азией и Индостаном, а так же Китаем — с другой. Произошедшая в апреле 1978 года в Кабуле так называемая «саурская революция» и последовавшее провозглашение Демократической Республики Афганистан, вставшей на путь просо циалистических преобразований и поддержанная Москвой, вызвали беспокойство как в государствах Залива, так и на Западе. Хотя США и европейские державы уже в первые дни существования новой влас ти в этой стране признали ее, однако это не означало открытого со гласия на сотрудничество с ней.

Вашингтон и западноевропейские столицы настораживали ориен тация Кабула на Москву и последствия такого альянса. В частности, это откровенно прозвучало через радиостанцию «Голос Америки»: «Афга нистан соприкасается с Китаем, а на западе и юге окружен Ираном и

22

Пакистаном. Согласно мнению военных экспертов, советские танки могут дойти до Пакистана (не говоря уже о границах Ирана) всего лишь за один день. А ведь обе эти страны являются военными плацдармами США»34.

В первые же месяцы после «саурской революции» в Афганистане члены НАТО в срочном порядке приняли решение обновить страте гию своего военного блока, расширить географические рамки и фор мы применения совместных вооруженных сил. В состав целей воен ных действий НАТО были включены Персидский залив и Средний Восток. Для принятия соответствующих документов, чтобы иметь юридическое обоснование для военного вмешательства в регионе, который находится вне европейских пределов, в июне 1978 года в США (городе Аннаполисе) был созван симпозиум НАТО, получивший кодовое обозначение «Морское звено». На данном совещании Афга нистан был объявлен в качестве еще одной зоны жизненно важных интересов стран НАТО, и в первую очередь США35.

На этой основе администрация США разработала и приняла к ис полнению свою собственную политическую программу военных и идеологических действий в отношении Афганистана. Она состояла из ряда направлений, которые предусматривали широкий охват действий в ближайших к этой стране регионах: Индии и Пакистане, Персидс ком заливе и в прилегающей акватории Индийского океана. Главные из этих направлений были следующие:

а) непосредственно в Афганистане, начиная с его южных районов, а также с «пуштунской зоны» Пакистана от Пешавара до Кветты, раз вертывалась партизанская «исламская» война против промосковско го режима Кабула. По сути её масштабы и оснащение обеспечивались внешними силами – из государств Залива и США. Поэтому она полу чила название «необъявленной войны» Запада и проамериканских азиатских политических режимов;

б) одновременно была организована широкая психологическая и идеологическая поддержка афганской оппозиции посредством мощ ной, насыщенной и диверсифицированной антикабульской пропаган ды, нагнетания в мировом сообществе настроений о существовании опасности развития агрессивных действий со стороны Советского Со юза, что явно проявилось в Афганистане. Особенно плотно эта про пагандистская работа велась среди государств Персидского залива. Афганистан в этом зеркале представлялся активным плацдармом про никновения в регион коммунизма, враждебного исламу и правитель ствам стран Залива.

Американские же политологи, которые выступали в качестве веду щих идеологов западной пропаганды, оценивали события в Афгани стане как одну из форм активного терроризма при прямом соучастии советских вооруженных сил36.

На этой идеологической основе в регионе мобилизовались силы и средства на борьбу с «коммунистами заговорщиками из Кабула». Парал лельно Вашингтон настойчиво навязывал расширение военного при

23

сутствия США и блока НАТО здесь в качестве гарантов безопасности и сохранения статус кво в политической системе Персидского залива.

Причем следует отметить такую особенность в американской по литике в рамках Персидского залива в период с конца 70 х и в 80 е годы. США были вынуждены «решать афганскую проблему» в усло виях существования в регионе двух категорий политических режимов, противостоявших друг другу:

1)ориентированные на Запад государства Аравийского полуостро ва (Республика Ирак, в условиях войны с Ираном, демонстрировала инертность в отношении Запада и стремилась к тесному сотрудниче ству со своими аравийскими соседями);

2)радикально исламская Исламская Республика Иран, откровен но проводившая антиамериканский и так называемый «антиимпери алистический» внешнеполитический курс.

Поэтому сравнительно более легкими объектами для достижения взаимопонимания в отношении Афганистана выступали аравийские монархии. Их правящие круги крайне отрицательно воспринимали деятельность НДПА в указанной стране.

Для достижения своей цели по Афганистану американская дип ломатия действовала в регионе на разных уровнях и во всех доступ ных сферах. Так, Белый дом, Центральное разведывательное управ ление (ЦРУ) и Пентагон устраивали частые двусторонние встречи, совершали «братские» визиты в государства Аравийского полуостро ва и настойчиво убеждали местных руководителей о нарастании для их государств реальной опасности со стороны Демократической Рес публики Афганистан и Советского Союза. Этим они поддерживали их враждебность к кабульскому режиму. Однако аравийским властям было необходимо помогать, чтобы обеспечить им поддержку со сто роны местной общественности. Поэтому аравийские страны через правительственные каналы Запада, а также через западные СМИ на воднялись материалами о бесчинствах кабульской власти и советс кой 42 й армии в Афганистане. Среди СМИ весьма активными были: периодические издания — «Вашингтон пост», «Нью Йорк Таймс», «Ньюсуик», «Мидл ист», «Фигаро», «Шпигель»; радиостанции «Го лос Америки», «Би би си», «Дойче велле» и другие. Телевидение, ра дио, пресса и книжные рынки аравийских стран Залива изобиловали устрашающими материалами из Афганистана, подготовленными за падными агентствами: снимками сожженных деревень, взорванных городских кварталов, многочисленных изуродованных войной тел мирных афганцев, особенно детей; издавались соответствующие ил люстрированные альбомы, кино и видеофильмы, листовки и другие пропагандистские материалы.

В результате всех предпринятых усилий, Вашингтону удалось со здать в регионе достаточно действенный антикабульский альянс. Го сударства Персидского залива полностью разорвали какие либо меж государственные контакты с Кабулом, а на международной арене, и прежде всего в ООН, ОИК, ЛАГ, по линии Движения неприсоедине

24

ния выступали практически единым фронтом с непризнанием закон ным кабульского режима. В то же самое время представительства большинства оппозиционных афганских организаций открыто фун кционировали в Саудовской Аравии, Кувейте, Объединенных Арабс ких Эмиратах и других аравийских странах, а афганские организации шиитского направления — в Исламской Республике Иран.

Следует особо отметить, что практически все государства Залива в той или иной степени непосредственно оказывали финансовую и дру гую помощь афганской оппозиции, а также предоставляли им возмож ность использовать свою территорию и местные подручные средства для перевозок и переправки людей и необходимых грузов в Афганис тан и в обратном направлении. Так, для поставок оружия использо вались в качестве перевалочных баз как территории аравийских стран, так и морские и сухопутные маршруты: Бахрейн — Карачи, Кветта, Шираз, Захедан37.

Крупнейшими финансовыми донорами муджахедов и поставщика ми оружия им были Саудовская Аравия и Королевство Кувейт. Так, в течение 80 х годов Эр Рияд предоставил афганской исламской оппо зиции от 1,5 до 2,0 млрд. долл., что сравнительно соответствовало ас сигнованиям американских спецслужб на эти цели38.

Если же говорить о помощи муджахедам со стороны аравийских стран на фоне их общего кредитования и безвозмездного содействия всем государствам 3 го мира, то она многократно превосходила любую совокупную сумму помощи, предоставленную какой либо другой стране. Такая «щедрость» аравийских монархий определялась как их политической заинтересованностью противостоять враждебному для них развитию событий в Афганистане, так и наличием у них крупных нефтедолларовых поступлений.

При этом, нельзя не указать на такой удачный для США фактор – это то, что Вашингтон добился, чтобы часть нефтяных доходов «неф тебаронов» Залива, причем немалая, соучаствовала в борьбе США и НАТО против режима НДПА в Афганистане.

Сами же США на протяжении всех лет существования Демокра тической Республики Афганистан также неизменно наращивали финансовую помощь афганским моджахедам. Так, к примеру, ут вердив на 1986/87 финансовый год (начинающийся с июня) ассиг нования на уровне 600 млн. долл., на 1987/88 год увеличил их до 700 млн. долл.39

Как известно, Иран, со своей стороны, содействовал борьбе ряда оппозиционных Кабулу национально политических организаций. Однако эту деятельность он проводил независимо от влияния какого либо внешнего фактора. Поэтому Вашингтону в данном аспекте было практически невозможно наладить существенное взаимное сотрудни чество. Дело в том, что руководство США открыто называло новый режим Ирана «отрицательным явлением региона»40. Более того, аме риканское посольство в Тегеране было разгромлено сторонниками имама Хомейни, а таковое ИРИ в Вашингтоне — закрыто. Однако в

25

Вашингтоне не могли упустить из виду полезность религиозно ислам ского характера власти в Иране, ее идейную солидарность с афганс кой исламской оппозицией, чтобы не использовать этот фактор, пусть даже в весьма ограниченных рамках, в своей борьбе с господствовав шей в Кабуле промосковской НДПА.

Дело в том, что у Ирана в «афганском вопросе» имелась своя спе цифика религиозного плана. Она заключалась в том, что Тегеран пре имущественно интересовала поддержка последователей шиизма на территории соседней страны — хазарейцев, компактно проживающих в центральной части Афганистана — Хазараджате, и ведших борьбу с НДПА под знаменами своей Партии исламского единства Афганис тана. Кроме того, специфика положения ИРИ в мировом сообществе, особенно в отношениях со сверхдержавами, а также вышеназванный «шиитский взгляд» руководства этой страны на Афганистан обусло вили разноплановость и противоречивость подходов к «афганской проблеме» всей «тройки» — ИРИ, Пакистана и США. Данное обсто ятельство в целом не позволило им скоординировать действия разно шерстных группировок афганской оппозиции, хотя в этом плане и предпринимались попытки41.

Однако и в этом случае НДПА и командованию советской 40 ой армии пришлось осуществлять плотное патрулирование всей афгано иранской границы, а их воинским подразделениям периодически вступать в боевые действия.

Вместе с тем, Тегеран для проведения каких либо интенсивных действий на афганском направлении испытывал значительные труд ности — это специфическое международное положение ИРИ в 80 е годы: экономическая и политическая блокада со стороны США, ира но иракская война, острый дефицит бюджетных поступлений, вслед ствие резкого сокращения доходов от экспорта нефти.

Кроме того, выявилось, что ЦРУ предпринимало попытки осуще ствлять свою антииранскую деятельность, внедряя свою агентуру в афганские организации, разместившихся в Иране. В итоге, деятель ность афганской оппозиции в восточных провинциях Ирана строго регулировалась Тегераном. Более того, определенная заинтересован ность Исламской Республики Иран в поддержании более или менее нормальных торговых связей с Советским Союзом, вынуждала Теге ран быть чрезвычайно осмотрительным в военных действиях афганс ких оппозиционеров на его восточной границе.

Разность подходов Ирана, Пакистана и США к «афганской пробле ме» прослеживалась постоянно. Она, в частности, ярко проявилась во время афгано пакистанских переговоров в Женеве в марте апреле 1988 года. Так, Тегеран отказался признавать Женевские соглашения по Афганистану, назвав их очередной сделкой сверхдержав, направ ленной против интересов афганских мусульман42. Вашингтон же зая вил, что «хотя формирование временного афганского правительства (на основе оппозиционных группировок) до подписания соглашения о выводе советских войск из Афганистана, на котором настаивал Па

26

кистан, целесообразно, однако оно не входит в число «предваритель ных условий» США»43.

После введения в действие Женевских соглашений по урегулиро ванию «афганской проблемы» (апрель 1988 года) США отказались от участия в решении внутриафганских политических проблем. Вашин гтон откровенно заявлял, что «афганские антиправительственные формирования будут получать оружие»44. Министерства, Пентагон, ЦРУ и другие специализированные службы США продолжали не посредственное сотрудничество с афганскими полевыми командира ми и политическими организациями, продавая им необходимое во оружение, запасные части и предоставляя соответствующее обслужи вание45.

Когда же в Афганистане от власти была отстранена НДПА (ПОА) и развернулась борьба за власть уже между лидерами бывшей исламской оппозиции — Б. Раббани, Г. Хекматьяром, А. Дустумом и др. — США резко сократили свою финансовую и военную помощь подопечным афганским организациям. Причем, эта поддержка стала оказываться из бирательно, чтобы процесс политического становления в данной стране не выходил за пределы западных установок для всего региона Средне го Востока и Персидского залива, да и для самого Афганистана.

Таким образом, оценивая общий «вклад» Вашингтона и его союз ников по НАТО и региону Персидского залива в решение «афганской проблемы» на протяжении нахождения у власти в Афганистане НДПА (ПОА), можно сказать, что им удалось в достаточной мере оснастить практически всю афганскую исламскую оппозицию, действовавшую с пакистанских опорных баз, необходимыми финансами и военным снаряжением для ведения боевых операций партизанского типа на территории Афганистана. Кроме того, богатые внешние финансовые вливания, позволили местным полевым командирам стать крупными землевладельцами и обладателями крупных капиталов. Это и в даль нейшем использовалось ими в борьбе за власть, как на местах, так и в Афганистане в целом.

1.6.2.Ирано5иракская война и политика Запада

Всвязи с образованием Исламской Республики Иран и постепенным (правда, не без внутренней борьбы между различными политически ми силами — светскими, религиозными, либеральными и радикаль ными — за контроль над страной, иногда принимавшей острые фор мы) укреплением центральной власти в Тегеране под руководством аятоллы Хомейни, Вашингтон был вынужден произвести серьезную корректировку своей политики не только в отношении Ирана, но и всего региона Персидского залива.

Наибольшее беспокойство у американской администрации вызы вало влияние иранской революции на процесс брожения антиамери канского настроя в арабских странах Залива. США и другие западные

27

державы увидели в иранской исламской революции возможный ката лизатор общественной радикализации на всем БСВ, усиления анти американских настроений в местных обществах и ползучую опасность для стабильности монархических режимов так называемой «умерен ной ориентации».

Необходимо указать еще на такой важный фактор, как наблюдение за политической ситуацией в регионе через легальный разведыватель ный центр, располагавшийся непосредственно здесь. В шахский пе риод ЦРУ имело такой орган в Тегеране. Когда же сторонниками Хо мейни было захвачено, а затем закрыто американское посольство здесь, а также прекратили существование другие американские пред ставительства, Вашингтон лишился своего главного оперативного центра разведки, связи и координации своих действий в так называе мом «северном ярусе» Юго Запад ной Азии. Он же выполнял соответ ствующие функции и в рамках Персидского залива и всего БСВ.

В связи с указанными обстоятельствами, в Вашингтоне пришли к выводу, что для сохранения соответствующего западным интересам, и в первую очередь США, «политического порядка» в Заливе настало время применения новых более решительных и жестких мер и средств, включающихся более активного непосредственного вмешательства в дела региона. В данном отношении американской политике в Персид ском заливе в 80 е годы «подыграл» фактор долговременных ирано иракских противоречий, которые достигли своей кризисной стадии с образованием Исламской Республики Иран.

Каковы причины и кто инициаторы, а также режиссеры долговре менной и весьма обременительной войны между Республикой Ирак и Исламской Республикой Иран?

Пограничные проблемы между Ираном и Ираком существуют из давна, насчитывают века. Для современного периода немаловажную роль в их возникновении сыграла политика колониальных держав, и

впервую очередь — Великобритания. Две соседние страны — Иран и Ирак — имели спорные пограничные зоны как сухопутные (в частно сти, преимущественно на северном и центральном участках границы), так и водные (на реке Шатт эль Араб). В 1975 году, когда вооружен ные силы шахского Ирана выглядели сравнительно превосходящими

вЗаливе (в это десятилетие Иран даже называли региональной мини державой), Тегеран и Багдад подписали в Алжире соглашение о раз решении пограничного спора. В соответствии с ним, межгосудар ственная граница претерпела незначительные исправления в пользу Ирана. Так, граница на реке Шат эль Араб, разделяющей оба государ ства на юге, была перенесена с восточного (иранского) берега в цент ральную, самую глубокую часть русла. Тегеран же обещал передать Ираку некоторые земельные участки, а также прекратить поддержку иракских курдов. Однако шахский режим канул в историю, в Иране наступили времена смуты, исламской революции и мучительного, с острыми противоречиями, становления Исламской Республики Иран. Соседняя же Республика Ирак к этому времени провела большую ра

28

боту по модернизации и развертыванию своих вооруженных сил, ко торые превратились в одну из самых мощных в масштабах всего БСВ. Таким образом, стороны внешне поменялись ролями в балансе воо руженных сил. Вот тут и начался розыгрыш новой партии отношений между Тегераном и Багдадом, а также соответствующего новой конъ юнктуре этап поведения заинтересованных государств как данного ре гиона (Персидского залива), так и мировых держав. При этом следу ет сразу же сказать, что главными (то есть самыми ответственными за трагическое межгосударственное столкновение) зачинщиками высту пили руководящие силы этих двух стран, особенно со стороны Ира ка. Поэтому нельзя говорить, что Запад, и прежде всего США, как раз и по существу были ее главными виновниками.

Однако останавливаться на таком варианте ответа было бы весь ма упрощенно. Дело в том, что Вашингтон целенаправленно прово цировал обострение ирано иракских противоречий, как при контак тах с представителями каждой из стран региона, и в первую очередь Ирака и Ирана (не обязательно с официальными лицами), так и опосредствованно (через третьи лица и стороны). Таким образом, в целом вел активную линию на развязывание этой международной трагедии. В качестве иллюстрации такой деятельности США можно сказать, что непосредственно перед данной войной американские спецслужбы и СМИ через все каналы мировой информации, особен но на БСВ, распространяли подстрекательские материалы о ситуа ции в зоне Персидского залива. Они содержали два ориентирующих противопоставления: с одной стороны, Ирак — стабильно и дина мично развивающаяся экономика, а также лучшая армия Юго За падной Азии, которая в состоянии самостоятельно вести большую войну на БСВ, если возникнет соответствующая коллизия; с дру гой — об Исламской Республике Иран навязчиво проводилась мысль, что власть шиитского духовенства еще носит поверхностный характер и по существу мало приспособлена для управления таким государством, как Иран. Унаследованная с шахских времен нацио нальная армия, возглавляемая прежним офицерским корпусом, недо вольна властью мулл и ищет момента, чтобы совершить государствен ный переворот и установить свою власть. В свою очередь, армия и жандармские силы, лишившись целого ряда высших офицеров и спе циалистов стратегов, которых обвинили в связях с преступлениями шахского режима, были сильно ослаблены структурно и с точки зре ния координации действий между подразделениями по вертикали и горизонтали. Кроме того, в ИРИ появилась параллельная форма воо руженных сил — «Стражи исламской революции», которые не просто дублировали традиционную силовую структуру, но и противостояли ей. СМИ приводили частые факты противоречий и даже стычек меж ду «стражами», с одной стороны, и полицией, жандармерией и арми ей — с другой. Поэтому утверждалось, что иранская военная маши на находится в состоянии если не полного развала, то в довольно се рьезном разладе и потеряла значимость как дееспособная сила.

29

А между тем, межгосударственные противоречия между Ираном и Ираком обострялись: Тегеран усиливал поддержку требований иракс ких шиитов о расширении их участия в высших эшелонах Ирака, а Баг дад обвинил Тегеран в нарушениях соглашения о демаркации границы, который в то же время ухудшил возможность Ирака пользоваться един ственным водным выходом в Персидский залив — рекой Шатт эль Араб. Поэтому 17 сентября 1980 года Багдад объявил об аннулировании алжирского договора, а 22 сентября начал войну против Ирана.

Эта война вызвала плохо скрываемое удовлетворение в Вашингто не. По сути вещей, она приветствовалась в США, ибо облегчила им задачу компенсации своих потерь в регионе, возникших в связи рево люциями в Афганистане и Иране, а также для реализации новых форм экспансии здесь.

Прежде чем раскрывать действия США в отношении воюющих сторон, представляется целесообразным обратить внимание на новых сторонах внешней политики Республики Ирак.

Вспыхнувшая война с Ираном в первый же год военных действий, когда блицкриг провалился и стало ясно, что она будет затяжной и упорной, создала чрезвычайные условия для функционирования ба асистского режима, которые в некоторые моменты даже представля ли угрозу его существованию. Это касалось как политической, так и экономической сторон. Постепенно Багдад пришел к выводу, что в одиночку ему не осилить противоборство с Ираном.

С началом войны во внешнеполитическом курсе президента С. Ху сейна были произведены принципиальные корректировки, которые во многом контрастировали с политикой предшествующих лет. Как извес тно, в 60—70 е годы Багдад, пропагандируя «лозунги панарабизма в баа систской упаковке, вынашивал идеи распространения своего контроля на всю арабскую часть Залива, пытаясь политически подавить, в том чис ле и Саудовскую Аравию»46. Естественно, такой идеологический настрой иракского руководства негативно воспринимался правящими элитами аравийских монархий и настраивал их враждебно в отношении Багдада. Теперь же, когда Ирак отказался от своих прежних претензий на обще арабское лидерство, его новый подход к арабскому единству следует рас ценивать как существенное свертывание прежнего радикально социаль ного курса баасистского руководства и антиамериканизма. Однако оно — как показали события последующих лет — носило тактический и прехо дящий характер, и было предпринято из конъюнктурных соображений47.

В чем заключались эти корректировки?

1. Ввязавшись же в войну с ИРИ, правящие круги Ирака перешли на позицию срочного укрепления тесных и братских отношений с Са удовской Аравией и Кувейтом. Такая тактика вызывалась заинтересо ванностью Багдада в формировании «фронта арабской солидарности для противоборства иранскому агрессивному гегемонизму». Одновре менно иракское руководство настойчиво пропагандировало тезис о том, что именно Тегеран вынашивает планы по свержению аравийс ких монархий, не исключая даже применения военной силы. Аравий

30