Учись легко! Российский абсолютизм в XVIII веке под сенью Екатерины. Учебное пособие

терский имидж, то этот дар лицедейства Екатерины в немалой степени способствовал успеху ее политических дел. И та маска, которую она носила, стала ее второй натурой.

Ум императрицы Екатерины не был творческим, т.е. способным к созданию чего-то нового, оригинального. Но вместе с тем это был ум ясный, умеющий быстро реагировать на изменение ситуации, быстро находить верные решения. Ее формулировки и резолюции отличаются точностью фразы, четкостью мысли, часто остроумны и афористичны. Вот как ответила Екатерина II на решение депутатов преподнести ей титул: «О званиях же, как вы желаете, чтобы я приняла, на сие ответствую: 1-е «Великая»: о моих делах оставляю времени и потомкам судить беспристрастно; 2-е «Премудрая»: никак себя назвать не могу, ибо один Бог премудр» [26, с. 76]. Отказалась императрица и от звания «Матери Отечества», ибо считала, что «любить подданных – мой долг» [26, с. 76]. Когда

в1780 г. ей еще раз пытались преподнести титулы «Великая» и «Мать Отечества», она выразила неудовольствие главному командующему и фельдмаршалу А.М. Голицыну «за упражнения в подобных выдумках».

Екатерина II была энергична и неленива, чувствовала в себе силы править Россией и действительно трудилась всю жизнь. За годы царствования она успела написать почти 10 тысяч писем и подписать 14,5 тысяч разных актов, резолюций и постановлений. При этом можно не сомневаться – ни одной бумаги она не подписала вслепую. Как тут не вспомнить императрицу Елизавету Петровну, которая не стала подписывать указ, потому что на перо уселся шмель, что было сочтено плохим пророчеством. Каждое утро, встав с постели, когда все еще спали, Екатерина брала в руки перо и работала над указами, выслушивала доклады и принимала решения. «Что до меня, – признавалась Екатерина, – мои лакеи дают мне по два новых пера

вдень, которые я считаю себе вправе исписать. Когда они испорчены, я не осмеливаюсь требовать других, а верчу и переворачиваю, как могу. Я не могла увидеть нового пера, чтоб ему не улыбнуться» [26, с. 76].

Вотличие от мужа и сына императрица не была подвержена вспышкам беспричинного гнева, старалась не менять принятых решений. Это обеспечивало стабильность жизни двора,

21

высшего слоя и их уверенность в завтрашнем дне. При дворе ценилась начитанность, образованность, умение излагать свои мысли на бумаге. Атмосфера Зимнего дворца была более одухотворенной, чем при Елизавете, а это влияло и на все высшее сословие. Так, собирательство и коллекционирование было настоящей страстью Екатерины II на протяжении 34 лет. Она собирала картины, скульптуры, рисунки, гравюры, фарфор. Результатом этой «мании», как она сама говорила, было рождение Эрмитажа – одного из крупнейших музеев мира. Начало коллекции было положено в 1763 г. покупкой у прусского негоцианта трех картин Рембрандта. Всего в царствование Екатерины II в Европе куплено было 1383 картины.

В Эрмитаже была устроена мастерская. Там Екатерина занималась вместе с фаворитом Ланским снятием слепков с гемм. «Как они утешны и как ими занимаются», – говорила она. «Да, тут открывается история, разные познания – дело императорское», – отвечал секретарь [14, с. 354]. Счет за крупные коллекции шел на сотни тысяч рублей. За библиотеку Вольтера, Дидро уплачены десятки тысяч. «Я предпочитаю, чтобы по смерти обо мне говорили, что она покупала, а не проживала их (бриллианты)» [14, с. 355]. Все собранное ею оставлено было потомкам и, уж конечно, не ее вина, что не все сохранилось. К сказанному осталось добавить, что коллекционирование Екатерина II начинала не на пустом месте. Усердно, правда часто корысти ради, этим занимался фаворит Елизаветы И.И. Шувалов. Он купил за границей более сотни картин художников с мировым именем.

Характеристика личности Екатерины II противоречива уже с точки зрения ее современников. Так, князь М.М. Щербатов делает вывод о том, что императрица «все делала ради славолюбия», а не истинных нужд России и ее подданных [26]. Предлагаем вашему вниманию аргументы Щербатова, которые целесообразно обсудить на семинарских занятиях.

1.Раздел Польши. Этот шаг усилил австрийские и бранденбургские дела и ослабил влияние России на Польшу.

2.«Похитили» Крым, вызвав острое недовольство Порты (Турция).

3.Турецкая война стоила России более всего.

4.Завели кадетские корпуса, сиротские дома и пр. Но в сиротском доме «все перемерли» [26, с. 259]

22

Желчную и крайне нелицеприятную характеристику царствования Екатерины II находим мы в мемуарах знаменитого бытописателя князя Массона. «Царствование ее было блестяще для нее и двора, но конец его был особенно гибелен для народа и империи. Места и правосудие продавались за деньги. Никогда грабеж не был таким всеобщим и таким доступным. Всякий, через чьи руки шли казенные деньги, нагло объявлял себе половину. Новые князья и графы родились роями. Новые люди оказались такими голодными пиявками, что их пришлось накачивать самой чистой кровью государства и потом народа. Сколько миллионов пошло, чтобы осыпать богатствами одного за другим 12 официальных фаворитов. Насколько мягким и уверенным было правление Екатерины вблизи ее, настолько же ужасным и произвольным было вдали от нее. Человек, которому покровительствовал фаворит, был тираном везде, дерзил начальству, давил подчиненных, нарушал дисциплину, правосудие, указы» [26, с. 97–98].

Все, кто хоть сколько-нибудь знаком с мемуарами авторов XVIII столетия, особенно родом из провинции (Болотов, Добрынин и др.), тот не может не отметить проницательность Массона. В чем же причина подобного управления в Российской империи? Мощное централизованное государство, в котором власть сосредоточена в одних руках, не могло не породить всесильную бюрократию. Коррумпированность чиновников в России – факт столь характерный и для нашей современной жизни, что о нем не стоит даже упоминать. В эпоху довольно либерального правления Екатерины II чертополох чиновничьего произвола расцвел самым пышным цветом, и это скоро стало очевидным уже для ее современников.

Характеристика личности Екатерины II включает такую черту, как фаворитизм. Наибольший расцвет фаворитизма как в России, так и на Западе приходится на эпоху абсолютизма. Почему? Во-первых, – в силу абсолютной неограниченной власти монарха. Во-вторых, фаворитизм – это робкая, но все-таки попытка ограничить абсолютную власть монарха представителями дворянства. Фавориты по-своему приспосабливали государство к запросам дворян, конечно, в соответствии со своими прихотями.

Список фаворитов Екатерины, составленный М.Н. Лонгиновым за период с 1753 по 1796 г., т.е. за 43 года насчитыва-

23

ет 15 человек. Я.Л. Барсков составил список из 12 фаворитов. Историки называют разные причины фаворитизма, получившего значительное распространение в годы правления Екатерины II.

А.Б. Каменский находит причину в том, что императрица была «страшно одинока, она нуждалась в близком человеке, друге» [14, с. 113], а в более зрелые годы – «в стремлении найти в них (фаворитах – В.К.) задатки государственных деятелей, желании воспитать образцовых слуг Отечества, близких по духу людей» [14, с. 120]. Однако невозможно только одиночеством и государственной необходимостью объяснить поиски императрицы фаворитов среди 20-летних юношей, на 40 лет ее моложе. После братьев Орловых (Григория и Алексея) в жизнь Екатерины вошел Потемкин, которого сменил Петр Завадовский. За ним последовал С. Зорич, которому было 32 года, 24-летний И. Римский-Корсаков, 22-летний А. Ланской, 20-летний А. Ермолов, 26-летний А. Дмитриев-Мамонов, и, наконец, 22-летний П. Зубов. Называют еще не менее шести фамилий, но достоверных данных об их связях с императрицей нет.

Каждый из «романов» императрицы длился по нескольку лет и заканчивались они по-разному. Так, Зорич получил отставку из-за увлечения карточной игрой. Корсаков влюбился в графиню Брюс и был отправлен в Москву. Ланской скоропостижно скончался от дифтерии, и неподдельному горю Екатерины не было конца. Дмитриев-Мамонов признался Екатерине, что влюблен в ее фрейлину. Царица дала разрешение на брак, подарив молодоженам 2 тысячи крепостных и 100 тысяч рублей. Существует легенда, согласно которой она впоследствии отомстила Дмитриевым-Мамоновым, подослав к ним переодетых полицейских, которые на глазах мужа изнасиловали его жену. Впрочем, эта легенда так и не нашла документальных подтверждений.

Разлюбив фаворита, Екатерина II не отправляла его в ссылку и не подвергала опале. Напротив, Г. Потемкин, перестав быть ее любовником, на протяжении многих лет оставался близким другом и советником. От других императрица просто откупалась чрезвычайно щедрыми наградами. «Дуралеюшка» Платон Зубов, наглый и беспринципный человек, кото-

24

рый был почти на сорок лет моложе Екатерины, был осыпан дождем почестей, наград, денег и вызывал у современников «чувство омерзения», а у многих и зависть. Корсакову в Могилевской губернии пожалованы были 6 тысяч крепостных душ, 20 тысяч рублей для путешествия за границу «развеять безутешную печаль и безвозвратную любовь», бриллиантов

ижемчугов было у него более чем не полмиллиона рублей и еще денег и вещей на два миллиона, как следует из воспоминаний Энгельгардта [26, с. 153]. Чуть более года в этой чудесной «должности» состоял С. Зорич, но получил он от императрицы больше всех. По национальности Зорич был сербом, и настоящая его фамилия – Неражич. В мемуарах Тучков сообщает, что Зорич получил в вечную собственность город Шклов вместе с деревнями (6 тысяч человек), имение в Лифляндии и 1 миллион рублей дохода. Все это – не считая денег и драгоценностей.

Шклов был когда-то собственностью Адама Чарторыйского, уехавшего за границу после присоединения Польши к России

ине согласившегося с разделом его родины. «Никто не жил в России богаче и лучше Зорича. Многие поживились от него. Потемкин много выиграл в карты. Тучков повествует, что «Зорич не был никогда женат и страшно не любил упоминания о смерти. Умер, не оставив никакого завещания» [26, с. 162].

Отношения между Екатериной II и Г.А. Потемкиным – особая страница в характеристике императрицы. Выдающихся личностей трудно рисовать какой-то одной краской, особенно если они родом из XVIII столетия, в котором другими были нормы поведения, нравы и даже идеалы.

Григорий Александрович Потемкин был знаком с Екатериной, но в фавориты попал лишь тогда, когда прошло время другого Григория – Орлова, т.е. в 1774 г. Потемкин отличался не только своим ростом – 2 метра 10 сантиметров, но и великолепным сложением и богатырской силой. Это был высокообразованный человек феноменальной памяти и быстрого ума. Потемкин – самоучка. За непосещение занятий он был отчислен из Московского университета, хотя предыдущий курс закончил с золотой медалью. В молодости писал стихи и считался знатоком живописи, музыки и архитектуры. Знал несколько иностранных языков и даже успел побывать монахом в мона-

25

стыре. Одной из ярких черт этого необычайно честолюбивого, властного и сластолюбивого человека была поистине «обломовская лень». Он мог вынашивать грандиозные планы и внезапно бросать все. Бывал жесток, нежен и одновременно крайне груб. За полтора-два года близости с императрицей он стал светлейшим князем, генерал-аншефом, вице-президентом военной коллегии и кавалером высшего ордена Андрея Первозванного.

По окончании кампании 1789 г. Екатерина II пожаловала Потемкину лавровый венок из золота. Усыпанный бриллиантами и изумрудами венок стоил 150 тысяч рублей. Французский посол Сегюр называл Потемкина «самым замечательным, самым ловким царедворцем», хотя и «далеко не великим государственным человеком» [26, с. 149]. Когда «светлейший князь» принял в управление южные области России, в них проживали 204 тысячи человек. Через несколько лет под управлением Потемкина население выросло до 800 тысяч [26, с. 195]. Закат Потемкина произошел, когда его от трона оттеснили Зубовы. Однако добрые чувства и дружбу с Потемкиным императрица сохранила до конца своей жизни. Н.Я. Эйдеман, публикуя переписку Екатерины II с Потемкиным, замечает: «Переписка содержит подробности, подтверждающие факт тайного брака императрицы» [28]. Только Потемкина называла она «своим мужем», а себя – «женою». Однако версия об их супружеских узах еще требует подтверждения, и не все историки поддерживают ее.

Прибыв на переговоры с Турцией, Потемкин заболевает. Последнее письмо Екатерине II он отправил 4 октября 1791 г. Отъехав десять верст от станции 5 октября, князь сам, без посторонней помощи, вылез из коляски, лег на траву и, «шепотом попрощавшись с императрицей», умер. Для Екатерины II смерть князя была тяжелым ударом. Секретарь императрицы А.В. Храповицкий отмечает в дневнике ее «слезы и отчаяние». «Он был настоящий дворянин, умный человек, меня не продавал, его не можно было купить», – говорила государыня [14, с. 339].

Счастье Екатерины II с Потемкиным было капризным и переменчивым. Они часто ссорились. Причин для ссор было много. Потемкин стремился захватить власти больше, но всей

26

власти Екатерина не отдавала ему никогда. Она советовалась с ним, уступала ему, но важнейшие вопросы решала сама, ибо власть для нее была важнее всего на свете, была главной ее обязанностью и страстью. Мальчик (Ф.С. Секретарев), живший в доме Потемкина, писал, что у князя с государыней нередко бывали размолвки. «Мне случалось видеть, как князь в гневе кричал на горько плакавшую императрицу, вставал с места и скорыми порывистыми шагами направлялся к двери. С сердцем отворял ее и так хлопал ею, что даже стекла дребезжали и тряслась мебель» [21, с. 154]. С кончиной Потемкина ушло время гигантских планов и свершений, время громких побед, удивительных чудачеств и варварской роскоши. Давайте коснемся двух последних качеств «светлейшего», описанных современниками и свидетелями минувшего.

«Потемкин, который желал, чтобы слово “невозможно” было вычеркнуто из грамматики, был страстно влюблен в княгиню Екатерину Долгорукую и великолепие, которое он расточал, выражая свою любовь, превосходит все чудеса “Тысячи и одной ночи”. За обедом в честь ее именин на десерт были поданы хрустальные чаши, наполненные бриллиантами, которые раздавались дамам целыми ложками. Ему было все нипочем, лишь бы удовлетворить капризу и желанию обожаемой им женщины. Однажды, узнав, что у нее “не случилось” (т.е. не оказалось) бальных башмаков, которые она выписывала обыкновенно из Парижа, Потемкин послал за ними нарочного и тот скакал день и ночь и привез таки башмаки к сроку» [26, с. 142]. Этот сюжет рассказал Сегюр. Мы можем лишь предположить, что подобная история, услышанная от А.С. Пушкина, могла послужить Н.В. Гоголю сюжетом к его знаменитым «Вечерам на хуторе близь Диканьки».

Другой сюжет, подсказанный потемкинскими чудачествами, поведал советник посла, иностранец Кокс. Вот он. Во время путешествия Потемкина впереди него ехал англича- нин-садовник с 600 помощниками и с невероятной быстротой разбивал сад в английском вкусе на том месте, где должен был останавливаться князь хотя бы на один день. Являлись дорожки, усыпанные песком и окаймленные цветочными клумбами, сажались деревья и кусты всякого рода и величины. Если князь жил там дольше одного дня, то увядшие растения заме-

27

нялись свежими, привозимыми иногда из очень далеких мест, когда поблизости не оказывалось леса [26, с. 142].

Екатерина II хотя и не скрывала, но никогда и не афишировала отношений со своими избранниками. Разумеется, не устраивала она оргий и с гренадерами, которые приписывает ей фантазия некоторых авторов исторических романов и кинофильмов. Гуляющие по планете вот уже два столетия вымыслы и фантазия берут начало в литературном изложении романа С. Соколова «Палисандрия».

Спустя почти три столетия достаточно трудно судить о том, была ли несчастлива Екатерина II в личной жизни, однако несомненно то, что государственная работа приносила ей удовлетворение.

28

2. ВНУТРЕННЯЯ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ЕКАТЕРИНЫ II

Реформа государственно управления. Своеобразие ситуации заключалось в том, что проблемы, с которыми столкнулась Екатерина II, придя к власти, были теми же, что и у ее мужа Петра III. Осудив его действия, она должна была поступить противоположным образом. Однако на практике Екатерина II во многом повторяла начатое Петром III. И это ей удавалось. Почему? Среди всех причин главная – иные принципы проведения реформ. Важнейший принцип – постепенность и последовательность.

Итак, начала Екатерина с того, с чего и следовало начинать, – со знакомства с состоянием государственных средств. Результаты знакомства отнюдь не внушали оптимизма. Везде дела были запущены – казна пуста, армия давно не получала жалованье, а сенаторы даже не знали, сколько городов в Российской империи. И императрица «быв в Сенате послала 5 рублей в Академию наук, от Сената через реку, и купили Кириловского печатного атласа, которого в тот же день подарила правительствующему Сенату» [26, с. 65].

Тогда же разобралась Екатерина II с доходами и расходами в стране. Сенат подал реестр с доходами империи, из которого явствовало, что оных считалось 16 миллионов рублей. «Через два года я посадила князя Вяземского и действительного тайного советника Мельгунова считать доходы. Они несколько лет считали, переписывались по семь раз с воеводами. Наконец сочли 28 миллионов, на 12 миллионов больше, нежели Сенат ведал» [26, c. 65]. Кроме того, императрица определила государственное жалованье работникам российских канцелярий и воеводам, а также вернула в коронное управление многие ранее приватизированные заводы. И если раньше и до пушек доходило из-за того, что «сиятельные заводчики, умножая заводских крестьян, работы платили им беспорядочно или вовсе не платили», то «с возвратом заводов с приписанными к ним крестьянами в казенное управление волнения на время прекратились» [26, с. 65].

О здравом уме императрицы свидетельствует шаг, который она предприняла в судебном деле. Екатерина II дала приказание

29

слушать судебное дело «экстрактом», а не зачитывать его целиком. Существенно был ускорен и сам судебный процесс. До этого шага, например, дело о городе Масальске слушали в Сенате шесть недель, а само следствие тянулось долгие годы [26, с. 68].

Реорганизация Сената. После смерти Петра I Сенат превратился в чисто бюрократическое учреждение, где простые вопросы решались месяцами. Выше мы уже говорили, что сенаторы не знали, сколько городов имеется в России. В соответствии с реформой 1763 г. Сенат был поделен на 6 департаментов с четкими функциями каждого. Каждый департамент курировал определенную сферу государственного управления. Теперь он лишался законодательной власти, которая переходила к императорскому совету. Таким образом, видна четкая тенденция к замене принципа коллегиального управления принципом единовластия. Екатерина II всю полноту власти концентрировала в воле монарха. Отсюда ясна причина упадка Сената в последующие годы и одновременное усиление абсолютной монархической власти.

Секуляризация монастырских земель. Хотя Екатерина II и приостановила секуляризацию, начатую Петром III, но она вовсе не отказалась от церковной реформы. Убедившись, что дворянство поддерживает ее, императрица провела реформу, отказавшись только от мелочной детализации (бритье бород у священников, ношение определенной одежды и т.п.). Какова основная причина секуляризации? Дореволюционные историки видели корни реформы в воздействии западных философских идей или финансовых трудностях. Советские историки придерживались того мнения, что абсолютистская система была несовместима с такой церковью, которая имела большое влияние и сохраняла экономическую мощь. Подчеркнем главное: у дворянства давно «горели» глаза на гигантские церковные латифундии с тысячами крепостных крестьян.

Узурпировав власть при помощи дворянства, императрица пошла навстречу главному господствующему сословию. Вряд ли можно согласиться с теми современными историками, которые в секуляризации видят «первый, пусть и маленький шажок к освобождению от крепостного права». Знают ли они,

30