Учись легко! Российский абсолютизм в XVIII веке под сенью Екатерины. Учебное пособие

Где же истина? Мы имеем ряд беспристрастных, на наш взгляд, источников, которые передают некоторые характерные черты Петра III. В первую очередь это ряд авторов мемуаров XVIII столетия. Так, известный бытописатель XVIII в. А. Болотов повествует: «Пьянство при Петре III было сущим наказанием. Только сядут за стол – уже гремят “покалы” (бокалы – В.К.). Многих гренадеров просто выносили. Государь курил. Все ему угождали, и он возил с собой корзину глиняных трубок и картузы табаков. Закурятся несколько десятков трубок, и в один миг вся комната наполнится чистейшим дымом, а государю то было любо и он, ходючи по комнате, только шутил, хвалил и хохотал» [26, с. 18]. Опять же Болотов ужаснулся, увидев любовницу Петра III – Елизавету Воронцову (Петр Федорович любил посвящать свою жену Екатерину в тонкие подробности отношений

сфавориткой).

Вматериалах Тайной канцелярии сохранились документы, свидетельствующие о недовольстве императрицы Елизаветы наследником. Елизавета плакала от его выходок и даже подумывала лишить Петра престола в пользу его сына Павла (однажды Петр просверлил отверстие в стене комнаты, чтобы наблюдать, как в соседних покоях Елизавета принимает своего фаворита А.Г. Разумовского) [14, с. 34]. Петр вообще очень плохо относился к Разумовскому и даже якобы грозился его убить. Целенаправленный ум Екатерины уводит ее от чудачеств мужа. Отдушину она находит в книгах. Беспорядочное поглощение французских романов сменяется чтением произведений полюбившихся авторов – Монтескье, Дидро, Вольтера – французских просветителей, властителей дум тогдашней интеллектуальной Европы. Своим главным учителем она всегда называла Вольтера.

25 декабря 1761 г. состоялся первый после смерти Елизаветы ужин в присутствии нового императора. Екатерина II писала: «У Ивана же Ивановича Шувалова (фаворита Елизаветы) хотя знаки отчаянности были на щеке, ибо было видно, как пяти пальцами кожа содрана была, но тут за столом Петра III стоял, шутил и смеялся с ним» [2, с. 223]. Екатерина сидела заплаканная и печальная. Или старалась быть такой? Ее час приближался, хотя еще не наступил.

11

Между тем тучи над головой великой княгини сгущались все более и более. Уже в Манифесте о восшествии на престол ни Екатерина, ни Павел даже не были упомянуты. Петр III не упускал случая унизить жену. Специальным указом определил ей 120 тысяч рублей в год «на расходы» и запретил садовнику отпускать ей фрукты из оранжерей. Император открыто говорил, что собирается жениться на Елизавете Воронцовой, «этой, – по словам А. Болотова, – толстой, нескладной, широкорожей, дурной и обрюзглой фаворитке, увидев которую он страшно поразился» [7, с. 422]. «Странный вкус», – сообщал в Париж многоопытный в таких делах французский посол Бретель.

Открытый конфликт разразился 9 июня, когда Петр III провозгласил тост за императорскую фамилию и Екатерина выпила свой бокал сидя. На вопрос, почему она не встала, государыня ответила, что они с сыном также принадлежат к императорской фамилии. Получив ответ, Петр послал передать жене, что она «дура» и сам громко выкрикнул это слово. Разъяренный император велел арестовать жену и лишь с трудом его удалось отговорить от этого шага. Судьба Петра была решена.

Попытаемся теперь окончательно определиться в отношении к Петру III. Вполне понятны и объяснимы симпатия и сочувствие к Петру как человеку. Круглый сирота с раннего детства, вопреки своей воле привезенный в чужую холодную страну, окруженный людьми, не понимавшими его, Петр не был повинен в том, что не получил хорошего воспитания. Трудно винить его и в том, что он не любил Екатерину. А может быть, Екатерина тайно ненавидела и презирала его? Петр знал это прекрасно и, став императором, мстил ей за многолетнее унижение и измену. А страшные обстоятельства гибели императора делают его фигуру и жизнь вовсе трагической. По мнению многих историков, интересы и привязанности Петра III характеризуют его как личность достаточно заурядную, в связи с чем напрашивается риторический вопрос: подходили ли они правителю огромной страны, государственному человеку?

Вглядимся в государственные дела императора. Говоря о реформаторской деятельности Петра III, можно назвать три важнейшие реформы: ликвидацию Тайной канцелярии, се-

12

куляризацию (изъятие у церкви земель) и принятие Манифеста о вольности дворянской. Все три сыграли в истории России существенную роль. Ликвидация Тайной канцелярии способствовала постепенному исчезновению атмосферы страха, подозрительности и всеобщего доносительства. С удовлетворением восприняли этот шаг государя уже современники этих событий. Так, А. Болотов, современник и свидетель екатерининской эпохи, записывает в своих знаменитых мемуарах: «Запретив Тайную канцелярию, Петр III запретил всем кричать “Слово и дело” и подвергать через то бесчисленное множество невинных людей в несчастья и напасти» [26, с. 16]. Канула в прошлое, если можно так выразиться, НКВД XVIII столетия.

Своевременной экономически и политически была секуляризация монастырских земель. Ликвидировалось, образно говоря, государство в государстве, и церковь теперь полностью переходила на службу царю, укрепляя самодержавную власть.

Велико было и значение Манифеста о вольности дворянства. В чем его суть? По нему дворяне освобождались от обязательной государственной службы (до этого достигший 15-летнего возраста дворянин обязан был поступить на службу государю). Дворяне получали право свободно выезжать за границу, служить другому государству. Многие дворяне сразу же воспользовались этим правом и ушли в отставку. Возникли провинциальные центры культурной жизни, традиционные усадьбы, и появился тип сельского помещика, так хорошо нам знакомый по классической литературе. Историки справедливо замечают, что у Манифеста была и оборотная сторона, ибо раньше дворяне обязаны были служить государству, а им, в свою очередь, за это служили крепостные [14, с. 52]. Теперь эта связь оказалась разорванной. Дворянство получило то, чего так долго и упорно добивалось. Оно становилось монопольным хозяином «крещеной собственности» (крепостных крестьян), а само было освобождено от всех обязанностей. Понятия «господин» и «раб» получили юридическое обоснование.

Вернемся, однако, к характеристике Петра III. Уже три его важнейшие реформы показывают, что действовал он вполне в русле традиционной российской внутренней политики. На

13

протяжении столетий перед ней стояли две задачи: первая – укрепление самодержавной власти, и вторая – выделение и сплочение вокруг трона сословия, которое было бы заинтересовано в стабильности монархической власти (или дворянства как господствующего класса). Но, осуществляя реформы, Петр III совершил три ошибки.

Во-первых, реформы проводились сверхфорсированными темпами – в три дня. Указ о дворянской вольности был принят 18 февраля, о секуляризации – 19 февраля, о ликвидации Тайной канцелярии – 21 февраля. Более Петр III к внутренним реформам не возвращался. Во-вторых, огромный вред несла с собой детализация реформы о секуляризации земель. Что имеется в виду? Наряду с правильными шагами (определение денежного жалованья духовенству и конфискация земель у монастырей), Петр III приказал убрать все иконы святых кроме Христа и Божьей Матери, а также заставил всех священников сбривать бороды и носить одежду как у католических священников. Уже современники Петра III оценили эти шаги как «попытку переменить религию» [26, с. 17].

Религия – это «идеология» монархического государства XVIII в. Попытка даже видоизменить идеологию была равносильна государственному преступлению. Так и произошло. К тому же государь с пренебрежением относился к православным обрядам, не соблюдал постов, смеялся в церкви во время церковной службы. Не потому ли Екатерина, зная ошибки и судьбу Петра III, ревностно, пусть только и с внешней стороны, относилась к православным обрядам и проявляла терпимость в отношении других народов Российской империи?

Третья ошибка Петра III состояла в том, что он недооценил свою супругу, которая терпеливо и беспощадно поджидала удобного случая и, кто знает, не подготовила ли его? Он и приблизил Петра III к роковой развязке. Что это за шаг? Император начал реформы в армии. Целесообразность преобразований не вызывала сомнений. Лейб-гвардия стоила государству около 2 миллионов рублей – колоссальная сумма! Петр III решительным указом распустил ее. [26]. Ах, если бы он знал… Буря негодования поднялась в высших кругах царского двора, ибо сынки богатых подданных Петра III потеряли теплые местечки и перспективу роста. К тому же чрезмерная любовь им-

14

ператора к военному искусству возбудила недовольство всей гвардии. На учениях доходило до того, что «солдаты падали в беспамятстве от усталости, а гвардию ставили ни во что по сравнению с голштинцами» [26, с. 17].

Таким образом, гвардия – элита российской армии, сосредоточенная к тому же в столице, – стояла в жесткой оппозиции к императору. Не будем забывать, что на протяжении XVIII столетия все дворцовые перевороты осуществлялись гвардейскими полками.

В конце концов Россия «переварила» бы и эти реформы, и реформаторов, как уже случалось не раз в ее истории. Бывали не троне России государи бездарные, бывали и изрядно выпивающие, например Александр III с его знаменитыми, специально сшитыми сапогами, в широкие голенища которых он прятал от бдительного ока супруги горячительное зелье. Однако промахи, сумасбродные выходки 35-летнего монарха, этого нервного, впечатлительного, не воздержанного в своих порывах и увлечениях и по своему искреннего человека (как он в этом похож на Павла I, своего сына и императора, не правда ли?), тщательно фиксировались, раздувались и, пожалуй, вызывали тайное злорадное удовлетворение со стороны Екатерины.

Июньская «революция». Переворот 28 июня 1762 г. многократно описан историками и авторами мемуаров, но известна нам лишь его внешняя сторона. Итак, 19 июня императрица посетила мужа в Ораниенбауме, где присутствовала на концерте, во время которого император играл на скрипке. У Екатерины, кстати, музыкальный слух отсутствовал вовсе. Поэтому во время концертов специально посаженный человек аплодировал и, глядя на него, императрица так же приветствовала артистов. Это было последнее свидание Екатерины с мужем и императором Петром III. Она была разбужена 28 июня Алексеем Орловым, братом ее любовника Григория Орлова. Алексей Орлов сообщил, что арестован один из заговорщиков, гвардейский офицер П.Б. Пассек, поэтому необходимо действовать незамедлительно.

В сопровождении братьев Орловых Екатерина прибыла в казармы Измайловского полка, где немедленно была объявлена самодержавной императрицей. Энтузиазм по этому поводу

15

был так велик, что на Дворцовую площадь тут же доставили фуры с отмененным Петром III елизаветинским обмундированием, и солдаты, не стесняясь дам, тут же начали переодеваться, бросая наземь ненавистные прусские мундиры. Историк Е. Анисимов добавляет, что вдоль всего пути кабатчики бесплатно и без всяких слов подносили чарки солдатам – «прямым сынам Отечества», а еще раньше просто раздавались деньги в солдатских казармах [1, с. 179]. В Казанском соборе духовенство также провозгласило ее императрицей. Началась присяга военных и гражданских лиц. На следующий день во главе войск она отправляется арестовывать Петра III. Униженный и оскорбленный император подписывает отречение от престола. София Августа Фредерика по прозвищу «Фике» превратилась в Ее Императорское Величество.

Вряд ли мы когда-нибудь узнаем тайные замыслы так долго зревшего заговора. Несомненно, однако, что главной пружиной переворота была сама Екатерина. Являясь душой и мозгом заговора, она уверенно шла к цели. Два обстоятельства, или рычага, которые использовала Екатерина, способствовали успеху коварного замысла. Первое – это деньги, которые она получила в английском посольстве. Англия проявляла крайнее недовольство сближением России и Пруссии. Не нравилась Британии и непредсказуемая внешняя политика Петра III. Вмешательство Англии в политику России продолжалось и в XIX в., и в XX. Так, последняя роковая пуля в Григория Распутина была выпущена в 1916 г. английским разведчиком. Распутин выступал категорическим противником участия России в Первой мировой войне.

Второе обстоятельство связано с умелым и точным использованием гвардейских полков. Опорой в гвардии у Екатерины были братья Орловы. Пятеро братьев вели в столице жизнь мушкетеров, дрались, пили и волочились за женщинами. Старший из братьев – Григорий – был любовником Екатерины II. Впоследствии его сменил Алексей. Лорд Катран оставил нам характерный портрет Алексея Орлова периода 1771 г.: «Орлов Алексей гигантского роста, но очень пропорционален, у него благородное лицо, несмотря на огромный шрам, который он получил поперек лица при фехтовании в молодости. Его манеры замечательно просты, но не без достоинства, кото-

16

рое сопровождает огромное состояние и чрезвычайную скромность» [22, с. 188]. На участие в заговоре Орловых толкнуло честолюбие; желание породниться с императрицей через брак Екатерины и Григория, а также желание возвыситься. Екатерина II щедро наградила участников дворцового переворота. Так, 9 августа 1762 г. сорок наиболее активных сторонников Екатерины получили в общей сумме 526 тысяч рублей и 18 тысяч крепостных душ. В среднем на каждого из них приходилось по 450 душ и 13 150 рублей. Братья Орловы уже в первый день переворота стали графами [14, с. 139].

Тем временем Петр III под охраной нескольких офицеров и сотни солдат во главе с Алексеем Орловым был отправлен во дворец небольшого местечка Ропша, в тридцати верстах от Петербурга. Здесь впоследствии и произошла трагедия. Подробно Екатерина II пишет о смерти государя своему бывшему любовнику Понятовскому в Польшу 2 августа, т.е. месяц спустя: «Страх вызвал у него понос, который продолжался три дня и прошел на четвертый, он чрезмерно напился в этот день. Его хватил приступ геморроидальных колик вместе с приливами крови к мозгу. Я опасалась – не отравили ли его офицеры. Я велела его вскрыть, не нашли ни малейших следов отравы, он имел совершенно здоровый желудок, он умер от воспаления в кишках и апоплексического удара. Его сердце было необычайно мало и совершенно сморщено» [11, с. 567]. Большинство историков считают, что письмо предназначалось не одному Понятовскому, а более широкой европейской аудитории, в которой уже распространялись неприятные для Екатерины слухи о ее причастности к убийству мужа.

Алексей Орлов, охранявший Петра в Ропше, написал Екатерине всего три письма. В двух письмах он опасается, как бы пленник не умер, «но более всего опасаюсь, чтоб не жил» [26, с. 54]. Так пишет Орлов уже в первом послании. Последнее, третье письмо было найдено уже после кончины Екатерины II в ее тайной шкатулке спустя более 30 лет. Написано в нем пьяной рукой Алексея Орлова о неожиданной смерти Петра III (см. приложение). Екатерина в письме к Понятовскому пишет, что Петр умер «сам», однако это не совсем так. В письме Орлова есть намек, что это было не просто самоубийство: «Он заспорил за столом с князем Барятинским, не успе-

17

ли мы разнять, а его и не стало. Сами не помнили, что делали. Прогневили тебя и погубили души навек» [26, с. 56].

На протяжении уже многих лет два вопроса волнуют историков. Первый: что же произошло 6 июля 1762 г. в Ропше? Второй вопрос: причастна ли Екатерина II к убийству мужа? Начнем по порядку. Вот что сообщает современник событий А. Шумахер о кончине Петра III: «Один из принявший русскую веру швед из бывших лейб-компанцев – Швановиц, человек очень крупный и сильный, с помощью некоторых других людей жестоко задушил императора ружейным ремнем. О том, что этот несчастный государь умер именно такой смертью, свидетельствует вид бездыханного тела, лицо у которого было черно, как это обычно бывает у висельников или задушенных» [23, с. 299].

Существенно жестокую картину убийства дополняет Рюльер, дипломат и секретарь французского посольства, современник событий. Вот что пишет Рюльер: «Не все были довольны возведением на престол немки… Прошло шесть дней. Солдаты волновались… Все могло быть… Тогда Орлов и Теплов сказали, что намерены с ним обедать. Подали рюмки с ядом. Император заподозрил и отказался от другой рюмки. Они употребили насилие. Они бросились на него, схватили его за горло и повергли его на землю, всячески избегали, чтобы не нанести ему раны. Призвали на помощь двух офицеров. Это были князь Барятинский и некто Потемкин, 17 лет от роду. Они прибежали, и трое из сих убийц, обвязав и стянувши салфеткою шею сего императора, между тем как Орлов обеими коленями давил ему грудь и запер дыхание. Императрица садилась в сей день за стол с отменной веселостью. Вдруг является тот самый Орлов, растрепанный, в поте и в пыли, в изорванном платье. Войдя в комнату, глаза его искали императрицу. Не говоря ни слова, она встала, пошла в кабинет, куда и он последовал. Сказала Панину, что император умер и продолжала обед с той же веселостью. На другой день, когда все узнали, что он умер от геморроидальной колики, Екатерина II показалась заплаканной. Тело покойного было выставлено напоказ в Петербурге. Лицо черное и шея уязвленная. Его показывали народу три дня» [26, с. 58]. Задерживаться у гроба покойного строго запрещалось, за этим следили часовые-гренадеры. Ека-

18

терина II на похоронах супруга не присутствовала якобы по просьбе Сената.

Вцелом мемуары Рюльера свидетельствуют о его хорошей осведомленности и находят подтверждение в других источниках. Таким образом, Петр III расстался с жизнью отнюдь не добровольно. Заканчивая сюжет, нам остается предложить учащимся, которых заинтересовала данная проблема, ознакомиться с оригинальной версией описанных выше событий, которую предложил историк О.А. Иванов [13].

Вернемся ко второму вопросу. В какой мере Екатерина II была замешана в убийстве Петра III? Безусловно, императрица более всех желала исчезновения бывшего императора. Но она не могла не понимать, что скрыть преступление окажется невозможным и это позорное клеймо будет преследовать ее всю жизнь, а в глазах потомков она навсегда останется убийцей собственного мужа. Начать царствование с подобного злодеяния – худшего и придумать нельзя. Опасаться свергнутого императора не приходилось. Петр III из Ропши написал Екатерине три письма. Его послания – это письма слабого сломленного человека. Он называет себя «нижайшим слугой», подчиняется всему и просит лишь не разлучать его с Е. Воронцовой и разрешить выехать из страны.

Вто же время Петр III оставался, выражаясь современным языком, «живым знаменем» оппозиции, недовольной воцарением на русском троне немки, и свидетелем узурпации ее власти. Позволить стать подобным символом свергнутому императору Екатерина II не могла. Нам представляется, что прямого приказа убить бывшего императора Екатерина II не давала. Однако на Петра III, который находился в болезненном и стрессовом состоянии, было оказано сильнейшее психологическое давление. Чего стоит, например, только одно размещение бывшего императора в одной комнате, где «нельзя и двигаться» и «отправлять естественные надобности», потому что караул имел право входить и находиться в этой комнате [4, с. 21–22]. Давление на Петра III не могло быть оказано без приказания Екатерины. Таким образом, на наш взгляд, тень цареубийства довлеет над Екатериной II, хотя, оговоримся, что это далеко не бесспорная точка зрения в свете современной исторической литературы. Историк Е. Анисимов прямо включил ее в список цареубийц.

19

Так или иначе, 7 июля 1762 г. появился Манифест, извещавший подданных о кончине внука Петра Великого. Похоронили его в Александро-Невской лавре. Одет Петр III был в любимый голубой голштинский мундир, так ненавидимый гвардией.

Характеристика личности Екатерины II. Сама будущая императрица до 14-15 лет считала себя «дурнушкой». А вот мнение английского дипломата о внешности Екатерины II, относящееся к 1762 г.: «Черты лица ее далеко на так тонки и правильны, чтобы могли составить то, что считается истинной красотою, но прекрасный цвет лица, живые умные глаза, приятно очерченный рот и роскошные блестящие каштановые волосы создают в общем такую наружность, к которой очень немного лет назад мужчина не мог отнестись равнодушно. Сложена чрезвычайно хорошо, шея и руки замечательно красивы. Глаза у нее голубые» [14, с. 21].

Облик Екатерины мало изменился и спустя двадцать лет. Вот свидетельство очевидца спустя два десятилетия: «Екатерина II среднего, скорее большого, чем маленького роста. Она только кажется невысокою, когда сравниваешь ее с окружающими ее высокими русскими людьми. Она немного полновата грудью и телом. У нее большие голубые глаза, высокий лоб и несколько удлиненный подбородок. Так как ей теперь 52 года, то и нельзя ожидать юношеской красоты. Но она всего менее некрасива, напротив, в чертах ее лица еще много признаков ее прежней красоты и в общем видны знаки ее телесной прелести» [14, с. 21]. Еще А.С. Пушкин в записках о Екатерине II отмечал приветливость императрицы как наиболее характерную внешнюю черту ее характера. Наверное, если исходить из современной морали, это была даже не приветливость, а обаяние. Екатерина прекрасно знала значение такого стиля обращения, идущего из глубины души. Даже если это притворство, которым Екатерина II отличалась с детства и о котором сама говорила в «Записках», то за 17 лет жизни при дворе Елизаветы это чувство необычайно развилось. «Здесь уже надо говорить не только о притворстве, но и о незаурядных актерских способностях», – замечает историк Каменский [14, с. 111]. Если политический лидер, и лидер опытный, обязан иметь ак-

20