Социалистические и леволиберальные течения русского зарубежья 20–30-х гг. ХХ в. Оценки большевистского реформирования России. Очерки истории. Учебник

Âсередине 20-х гг. программные и тактические установки РСДРП изменились.

Меньшевики в целом положительно оценивали большевистскую нэповскую модель модернизации России, однако считали, что отсутствие правовых гарантий предпринимательству ставило пределы нэповскому накоплению и тем самым препятствовало развитию процессов полноценной модернизации страны. По их мнению, противоречия между необходимостью развития полноценного рынка и коммунистической идеологизированной диктатурой неизбежно должны были привести к гибели режима.

Соответственно их модель развития России в 20-е гг. строилась на осознании факта завершенности революционного процесса в Европе. В силу этого возможности некапиталистической модернизации России оказались исчерпанными. Они пришли к выводу, что Россия должна развиваться в направлении широких рыночных реформ, цель которых заключается в максимальном развитии производительных сил страны. Необходимым условием модернизации России на принципах «демократического капитализма» должно было стать формирование широкой коалиции трудящихся, способной защитить завоевания революционной поры.

Âто же время в этой модели не нашли отражения темы, касающиеся судьбы национальной экономики в условиях свободной конкуренции с более развитым (а значит, производящим более дешевую и качественную продукцию) западным капиталом. В 20-е гг. социал-демократы даже не поднимали вопрос о факторах, способных привлечь в страну западные инвестиции, об условиях их производственного использования, о принципах социальной адаптации армии безработных. Вопрос о приватизации госсобственности был поставлен

âсоциал-демократической литературе в общем виде.

Âцелом предлагавшаяся социал-демократами в 20-е гг. модель российской модернизации была разработана чрезвычайно схематично.

Ситуация изменилась в конце 20 – начале 30-х гг. Первоначально социал-демократы расценили сталинский «великий перелом» как раскрытие нэповских противоречий, как попытку диктатуры спастись за счет народа, создав адекватный надстройке базис. В этот период социал-демократы, впрочем как и большинство русских беженцев, были уверены в скорой гибели большевистского режима в результате неминуемого народного выступления.

41

Однако вскоре тональность выступлений и оценок изменилась. В результате дискуссии 1932 г. российские социал-демократы пришли к выводу, что большевики осуществили модернизацию страны, следствием которой явился колоссальный рост производительных сил в индустрии и земледелии. По их мнению, нормальному капитализму потребовались бы десятилетия для решения этой задачи. Социал-де- мократы отдавали себе отчет, что большевистская модернизация была осуществлена «методами первоначального накопления», путем ограбления народа, жесточайшего насилия, усиления сталинской деспотии. Безусловно, они были убеждены, что путь нормального развития был бы менее болезненным для народов России, однако развитие новейшей российской истории пошло другим путем.

Ими был сделан вывод, что следствием большевистской модернизации является также тот факт, что целые десятилетия облик страны будут определять государственная и колхозная (по сути, тоже государственная) формы собственности, в связи с чем социально-эко- номический строй Советской России они предложили рассматривать как государственно-капиталистический.

Тем не менее, они четко видели минусы большевистской модернизации. Современная индустрия и колхозный строй создавались методами штурма, по-военному, без учета затрат и потерь. В силу этого, по их мнению, советская экономика была изначально нерентабельной, и своему существованию она обязана рентабельным отраслям экономики (ограбление деревни, экспорт сырья) и т. д. Они были уверены, что при исчезновении внеэкономического принуждения советская экономическая система окажется нежизнеспособной, что явится приговором всему советскому режиму.

В связи с неизбежной гибелью коммунистического режима они предложили две модели постбольшевистской модернизации России.

Первую из них можно условно обозначить как госкапиталисти- ческую. Ее авторами были Ф. И. Дан и поддерживающие его социалдемократические теоретики – А. Югов, Б. Гуревич.

Они были уверены, что в постбольшевистской демократической России ведущим социально-экономическим субъектом останется государство. Это будет связано с рядом факторов.

Во-первых, национальная буржуазия не будет иметь средств для реального участия в процессах приватизации или содержания гигантов национальной индустрии.

Во-вторых, инвестиционная привлекательность большинства российских предприятий для частных западных инвесторов будет

42

чрезвычайно низкой, и поэтому их участие в процессах приватизации будет незначительным.

В-третьих, отказ государства от участия в процессах адаптации предприятий к рыночным условиям приведет к их неминуемому разорению, массовой безработице и социальному взрыву.

Вышеперечисленные причины привели Ф. И. Дана и его сторонников к выводу, что именно государство будет финансировать процессы модернизации предприятий, привлекать на государственном уровне кредиты, следить за их производственным использованием, защищать российских товаропроизводителей от внешней конкуренции. Государство, по их мнению, должно будет помогать отечественному товаропроизводителю прямыми субсидиями, раздачей госзаказов, кредитов, жестким протекционизмом и т. д. Государство должно будет поддерживать кооперативный строй в деревне, который неминуемо придет на смену колхозному. Необходимость использования доставшейся от советских времен техники и задача поддержания правильной агрокультуры заставит крестьян, по мысли этой группы социал-демократов, сохранить добровольные кооперативные объединения.

По их мнению, источниками решения государственных социальноэкономических программ должны стать внешние займы, налоговый прессинг на рентабельные секторы российской экономики (торговля, экспорт и т. д.).

Разработчики государственно-капиталистической модели модернизации предполагали, что частное предпринимательство займет незначи- тельное место в экономике постбольшевистской России, ориентируясь на секторы, способные приносить быструю отдачу, т. е. торговлю, всевозможные услуги и т. д.

Они считали, что постсоветская Россия должна будет унаследовать не только советскую экономику, но и некоторые черты социальнополитического строя СССР, касающиеся поддержки национальной экономики, решения социальных задач и т. д.

Однако авторы государственно-капиталистической модели развития России не сумели ответить на вопрос о совместимости демократических принципов устройства постсоветского общества и необходимости поддержания национальной экономики, иначе говоря, они не сумели разрешить проблему противоречий интересов производителя и потребителя.

На этот вопрос попытались ответить оппоненты Ф. И. Дана в «Социалистическом вестнике» Р. Абрамович, П. Гарви, Д. Далин, Г. Арон-

43

сон. Они разработали так называемую «либерально-рыночную» модель российской модернизации.

По их мнению, в последовательно демократическом государстве невозможно будет принудить население финансировать нерентабельную экономику (индустрию и сельское хозяйство), доставшуюся по наследству от Советского Союза. Именно это заставит правительство постбольшевистской России провести масштабную приватизацию. Авторы либерально-рыночной модели предполагали, что частно-ка- питалистическая форма собственности утвердится на большинстве предприятий России. По их мнению, колхозы будут распущены, и российская деревня будет развиваться в направлении утверждения фермерства. Они предполагали, что российские предприятия, скорее всего, будут принадлежать иностранному капиталу, поскольку финансовые возможности национальной буржуазии будут более чем скромными.

Однако теоретики либерально-рыночной модели российской модернизации не смогли ответить на вопрос о социальной адаптации миллионов безработных, о формах привлечения иностранного капитала в условиях низкой инвестиционной привлекательности большинства предприятий постсоветской России, о направлениях и формах развития постсоветской деревни и т. д.

Две модели, предложенные теоретиками российской социал-де- мократии в начале 30-х гг., во многом предвидели «зигзаги» политики властей посткоммунистической России. Авторы государственно-капи- талистической модели модернизации России достаточно убедительно доказали неприемлемость перенесения в Россию неадаптированной либерально-рыночной схемы. Интересно, что в постсоветских государствах, сохранивших элементы авторитарности, таких как Казахстан, Киргизия и Белоруссия, реализовывалась государственно-капита- листическая модель модернизации. Ее результаты оказались более заметными, а социальная цена ниже по сравнению с аналогичными показателями в России.

В то же время государственно-капиталистическая модель страдает достаточно серьезными недостатками. Одним из существенных моментов этой модели является монопольное положение отечественных производителей на внутреннем рынке и необходимость их постоянной финансовой подпитки. Естественно возникает вопрос о сроках модернизации постсоветской экономики, о времени опеки ее государством, о способности монополистов к саморазвитию. Одним из слабых мест государственно-капиталистической модели является

44

вопрос, который поставили перед разработчиками авторы либеральнорыночной модели – об источниках финансирования государственных социально-экономических программ. Авторы государственно-капита- листической модели предполагали главный упор сделать на использовании внешних займов, что, в свою очередь, порождает вопрос об источниках их возврата. Очевидно, что процесс создания производств, гарантирующих выпуск конкурентоспособной продукции, не прост и длителен.

По-видимому, Ф. И. Дан предвидел подобные последствия реализации государственно-капиталистической модели, поскольку он оговорился, что возможным ее исходом может явиться утверждение в России иностранного капитала.

Проектное задание

Выбрать проблемно значимые элементы развития социал-демок- ратии русского зарубежья 20–30-х гг. ХХ в.; определить критерии и составить необходимые тестовые задания, результаты ответов на которые можно использовать в качестве оценки уровня усвоения учебного материала.

Тест рубежного контроля

1.Какая судьба постигла российскую социал-демократию в России после введения большевиками НЭПа?

1)Она стала союзницей правящего большевистского режима

2)Она была уничтожена большевиками

3)Она пришла к власти в России

2.Как представляли себе развитие России социал-демократы в начале 20-х гг.? Какую роль они отводили фактору возможной победы мировой революции?

1)Россия будет развиваться по пути Западной Европы, по пути капитализма

2)В России утвердится социализм

3)Россия будет страной некапиталистического развития

3.Как меньшевики оценивали сталинский «Великий перелом» в конце 20-õ ãã.?

1)Как реализацию стратегических планов большевизма, вытекавших из их идеологии

2)Как вынужденный шаг диктатуры

3)Как возвращение к «военному коммунизму»

45

4. Какие программы постбольшевистского развития России предлагали меньшевики в первой половине 30-х гг.?

1)Лидеры меньшевиков были уверены, что постбольшевистская Россия будет страной социалистической

2)Лидеры меньшевиков были убеждены, что Россия будет страной государственного капитализма

3)Лидеры меньшевиков предсказывали, что Россия станет страной капиталистической

Бланк ответов

Выполнение каждого тестового задания должно фиксироваться ответом. При выполнении задания с выбором ответа на пересечении столбца с номером правильного ответа ставится какой-либо знак (V).

На решение тестовых заданий отводится 30 минут. Правильное выполнение четырех заданий соответствует отличной оценке, трех – хорошей, двух – удовлетворительной.

Литература

1.Волобуев О. В., Ильящук Г. И. Послеоктябрьский меньшевизм // История СССР. – 1991. – ¹ 2.

2.Исторический опыт взаимодействия российской и германской социалдемократии: к 100-летию РСДРП / Материалы рос.-герм. двусторон. симпоз., 5–7 марта 1998. – М., 1998.

3.Конева Н. Г. Социал-демократы интернационалисты: поиски собственного пути // Политические партии: история, теория, практика. Вып. 1. – М., 1993.

4.Тютюкин С. В. Взлет и падение российской социал-демократии // Россия на рубеже ХХI века. Оглядываясь на век минувший. – М., 2000.

46

МОДУЛЬ ¹ 2

РОССИЙСКИЕ СОЦИАЛИСТЫРЕВОЛЮЦИОНЕРЫ В 20–30-Е ГГ.: ОЦЕНКИ БОЛЬШЕВИСТСКОГО РЕФОРМИРОВАНИЯ РОССИИ

Комплексная цель модуля

Ознакомить студентов с проблематикой развития социал-револю- ционного движения в изгнании в 20–30-е гг. Проследить динамику оценок российскими социалистами-революционерами социально-эко- номических мероприятий большевистской России. Выявить программы развития постбольшевистской России и дать взвешенную оценку предложениям социалистов-революционеров 20–30-х гг.

Содержание модуля

Социалисты-революционеры были уверены, что российская революция была революцией трудовой, социальной. По их мнению, большевики в октябре 1917 г. прервали нормальное развитие российской социальной революции и установили в стране деспотический режим одновременно с утопией «военного коммунизма». Эсеры приняли самое непосредственное участие в борьбе с большевистским режимом. Они первоначально не отрицали и вооруженные формы борьбы с большевиками. Это трагическое противостояние принесло много вреда нашей стране.

48

Большевики и их лидер В. И. Ленин нанесли самые жестокие удары по позициям ПСР в России сразу после окончания военного периода, мотивируя эти акции необходимостью выживания в стране, не принявшей коммунизм. В. И. Ленин негативно воспринял требование европейских социалистов отказаться от смертного приговора лидерам эсеров, захваченным большевиками.

Он потребовал в начале 20-х гг. развернуть пропагандистскую кампанию в средствах массовой информации, обвиняющую ПСР в связях с «мировой буржуазией» и подрывными акциями иностранных государств против Советской России.

Фактически репрессии большевиков, наряду со стабилизацией положения в Советской России, привели к тому, что к середине 20-x гг. деятельность ПСР в России свелась к минимуму.

Активная часть эсеровской эмиграции занялась публицистической деятельностью. Естественно, основное внимание эсеровская диаспора уделила анализу того положения, которое сложилось в России.

Теоретики ПСР в первые годы эмиграции чувствовали себя несколько вольготнее других российских эмигрантских течений, так как опирались на финансовую поддержку чехословацкого правительства.

Эта поддержка позволила им издавать достаточно мощные, серьезные газеты и журналы, первоначально практически свободные от коммерческой рекламы (чем «грешили» все русские печатные органы, включая «Последние новости», «Возрождение», «Руль» и другие издания либеральной направленности).

Организационным руководителем ПСР в изгнании была Заграничная делегация ПСР, которая располагалась сначала в Берлине, а с 1923 г. – в Праге.

Безусловно, эсеровская эмиграция не являлась идейным монолитом. В ней, так же как и в других течениях российской диаспоры, шел мучительный процесс переосмысления событий, произошедших в России.

Различные течения ПСР по-разному оценивали большевистский режим, перспективы развития большевистской и постбольшевистской России.

Правая группа ПСР крайне негативно относилась к большевистской диктатуре. Н. Д. Авксентьев, духовный патриарх этого течения, еще летом 1919 г. высказал несогласие с решением IХ Совета ПСР, заявившего об отказе от вооруженной борьбы с правящим в стране режимом.

49

В конце 1922 – начале 1923 г. в Берлине состоялось совещание социалистов-революционеров. В ходе этого совещания Н. Д. Авксентьев достаточно четко выразил свое отношение к большевистской диктатуре. Анализируя причины введения и сущность большевистского НЭПа, он заявил, что «¾умозаключать отсюда о возможности постепенной эволюции современного строя невозможно¾

Путь – насильственного устранения правящей группы путем ее свержения»1.

Социально-экономические перспективы развития постбольшевистской России теоретики этого течения ПСР видели в возрождении капиталистического строя в стране. Выступавший на совещании В. В. Руднев отказался от идеи «третьего пути».

Эти пункты – стремление к насильственному свержению большевистского режима и ориентация на восстановление в стране полноценного капитализма – четко показывают, какой фланг занимала группа Н. Д. Авксентьева, В. В. Руднева, И. В. Вишняка, В. М. Зензинова, А. Ф. Керенского и других в эсеровской эмиграции.

По их мнению, ПСР должна будет направить свои усилия на ограничение возрождения в постбольшевистской России наиболее хищнических форм капитализма, но не препятствовать их развитию. Крупнейшими изданиями этого течения эсеровских теоретиков были журнал «Современные записки», выходивший в Париже в 1920–1940 гг., и газета (с конца 20-х гг.) – еженедельник «Дни», издававшийся первоначально в Берлине, а затем в Париже в 1922– 1932 гг.

«Современные записки» задумывались как русский общекультурный журнал, который должен был продолжить надполитические традиции, прерванные большевиками. Официальным редактором журнала считался Н. Д. Авксентьев, однако на деле журнал выходил, прежде всего, благодаря усилиям эсеровского политика и публициста М. В. Вишняка, отвечавшего в редакции за техническую работу, связь с сотрудниками журнала и за выход его в свет. Средства на издание журнала изыскивались благодаря неустанной деятельности, прежде всего, В. В. Руднева – известнейшего деятеля эсеровской партии.

1Берлинское совещание социалистов-революционеров: Тезисы доклада Н. Д. Авксентьева по общеполитическим вопросам // Революционная Россия. Берлин, 1923. Январь-февраль. С. 22.

50