Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

По северным окраинам Африки

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
09.08.2026
Размер:
363 Кб
Скачать

ПО СЕВЕРНЫМ ОКРАИНАМ АФРИКИ

Сверх того, в стране существуют еще имущества мертвой руки, которые по завещанию благочестивых мусульман составляют собственность мечетей или благотворительных учреждений. Эти имущества признаются неотчуждаемыми. Они отдаются, однако, в бессрочную аренду, и фермер, внося известную годовую плату, пользуется землей неограниченное число лет как своею собственностью.

Миновав несколько гектаров, по которым зеленела довольно густая пшеница, фермер подвел меня к своей оливковой плантации. На площади величиною в 24 гектара всего года три тому назад рассажены были молодые оливковые деревья. На мой вопрос, во что обошлась хозяину эта рассадка, он отвечал: «Мне все это пока ничего не стоит». Затем он объяснил, что эту плантацию рассадил не он сам, а его арендатор на свой собственный счет. Этот арендатор, по заключенному с ним условию, обязан своими средствами распахать землю, выкорчевать находящиеся на ней кусты, доставить молодые оливковые деревья, рассадить их и ухаживать за ними до тех пор, пока не созреют оливы настолько, чтобы с каждого дерева можно было собрать от 4 до 6 кг плодов, что обыкновенно совершается по истечении 8 или 10 лет после рассадки. В течение первых четырех лет арендатор волен засеять в свою пользу почву в промежутках между деревьями пшеницей или травой. В здешней плантации промежутки покрыты были люцерною, которая и сбывалась за деньги самому фермеру. На этих 24 гектарах посажено было всего 400 дерев, так что между ними оказались до-

101

Э. Р. ЦИММЕРМАН

вольно просторные промежутки. По истечении восьми или десяти лет весь оливковый участок должен разбиться на две равные части по 12 гектаров каждая: одна половина переходит во владение фермера, а другую получает арендатор в вознаграждение за его труды и расходы. Таким образом, разведение оливковой плантации производится здесь как бы исполу, с тою разницею, что при этом делится пополам не урожай, а сама земля с разведенными на ней оливами. Арендатором, с которым фермер заключил контракт, оказался туземец-кабил. Он до сих пор добросовестно исполнял свои обязанности, да иначе и быть не может, ведь он трудится в свою же пользу, так как по истечении условленного срока он становится сам собственником 12 гектаров плантации. Для землевладельца, не обладающего свободным капиталом, подобная сделка также выгодна: ничем не рискуя, он по истечении положенного срока вполне может приобрести доходную плантацию. Со временем, когда хозяйство пойдет успешно, фермер надеется даже выкупить у арендатора его половину и сделаться, таким образом, неограниченным обладателем всех 24 гектаров оливковой рощи.

Как ни выгодно достается землевладельцу такая плантация, а все-таки обзаведение всего хозяйства обходится ему довольно дорого. И в самом деле, уплатив за свой участок порядочную сумму, фермер израсходовал еще немало на постройку усадьбы, на покупку лошадей и скота, так что в первые два года, не получая никакого дохода, он потратил с лишком полтораста тысяч франков. A мой знакомый хозяин еще не из очень крупных

102

ПО СЕВЕРНЫМ ОКРАИНАМ АФРИКИ

владельцев. Многие владеют тысячью и более гектаров. В Тунисии вообще преобладает крупное землевладение. Мелкие участки попадаются преимущественно в окрестностях городов вроде Туниса и Суссы. Эти мелкие фермеры промышляют более всего овощами, поставляя их на рынки в городе. Что же касается до наемных рабочих и до поденщиков, то задельная плата в Тунисии даже ниже, чем во Франции, оттого что здесь французским землевладельцам приходится конкурировать с туземными наемниками, которые зарабатывают в день менее двух франков. По этому уже можно убедиться в том, что здесь неимущим колонистам не предвидится никакой надежды приобрести со временем земельную собственность, тогда как в Соединенных Штатах Северной Америки такие же недостаточные переселенцы, благодаря более высокой задельной плате и дешевизне земель, сплошь и рядом делаются землевладельцами. Вот одна из причин, почему из Франции ежегодно десятки тысяч выселяются в Америку, тогда как в Тунисию в течение с лишком пятнадцати лет переселилось не более 16 000 человек, и в этом скудном составе колонистов более всего оказывается людей коммерческих и чиновников, принадлежащих к администрации протектората. Настоящих же хлебопашцев, которые сами возделывали бы свою землю, между переселенцами весьма ограниченное число. Сельским хозяйством занимаются преимущественно более или менее достаточные капиталисты, которые, подобно моему знакомому фермеру, возделывают свою землю не иначе, как при посредстве наемных итальянских или туземных рабочих.

III

ОТТУНИСАДОСУК АРАСА

Вернувшись из Суссы в Тунис, я на другое утро выехал по железной дороге в Алжир. Обогнув город с западной стороны, поезд вскоре нырнул в туннель, а когда выкатил из-под него, то вам предста-

вилась живописная картина: справа на холмах возвышались два форта, а слева ярко синела гладкая поверхность довольно большого озера. Выехав затем на простор, мы любовались сочною зеленью на нивах, оливковыми плантациями, огородами и садами при дачах богатых городских негоциантов. Вот, с правой стороны показался красивый дворец бея в местечке Бардо, где в 1881 году заключен был договор, по которому Тунисия подчинилась протекторату Франции. Через четверть часа поезд подкатил к станции Мануба. Сюда жители Туниса в праздничные дни выезжают погулять по прекрасным садам местечка, в казармах которого помещается в настоящее время французский отряд африканских стрелков.

Высадив на дебаркадер с дюжину пассажиров, поезд немедля понесся далее и вскоре прокатил под высокими

104

ПО СЕВЕРНЫМ ОКРАИНАМ АФРИКИ

арками величественного римского водопровода, которым даже в настоящее время Тунис снабжается водою из ключей гористого Зегуана, находящихся верстах в сорока от города. Мы подъехали наконец к реке Меджерде и по мосту переправились на левый берег ее. Грязноватые воды несутся тут между крутыми берегами по севе- ро-восточному направлению и вливаются прямо в Тунисский залив. Это единственный поток в стране, заслуживающий названия реки, да и то не судоходной. Другие стекающие с гор ручьи и речки сильно разливаются в дождливую зимнюю пору, но затем, в сухое лето, пропадают частью в песках или вливаются непосредственно в море и большею частью совсем высыхают.

Станции, при которой на этот раз остановился поезд, составляет узел железных дорог; отсюда рельсовая ветвь направляется к северу, к самому берегу Средиземного моря, где находится одна из лучших гаваней Тунисии, Бизерт. По газетам я случайно узнал, что в этой гавани на днях стояла русская эскадра в одно время с несколькими судами французского флота. Итальянцев почему-то встревожило такое совместное пребывание в гавани пароходов двух союзных держав, и одна из итальянских газет без обиняков заявила, что подобное сочетание двух союзных флотов сильно угрожает политическому равновесию на Средиземном море. На эту выходку тунисские газеты справедливо возражали, что сказанное равновесие давно уже нарушено в действительности, так как над этим внутренним морем Старого Света суждено господствовать ни Франции, ни Италии, берега которых

105

Э. Р. ЦИММЕРМАН

им омываются, но такой державе, которая по своему географическому положению вовсе не имеет права на подобное господство, а именно Англии. Итальянский публицист побуждает свое правительство быть настороже, напоминая о соседстве Бизерты с Сицилией. Укрепив свою гавань и предоставив в ней русской эскадре морскую стоянку, Франция подготовляет будто бы таким образом, в ущерб итальянцам, важный стратегический пункт на Средиземном море. На такие опасения тунисская газета замечает, что Франция и не имеет вовсе в виду нападать на Италию, а сверх того, если, к несчастью, возгорится когда-нибудь война между европейскими державами, то политическое отношение между Францией и Италией решится уж никак не на Средиземном море, а скорее на материке Европы.

Начиная со станции, у которой мы остановились, главный рельсовый путь к западу пролегает далее по плодоносной долине реки Меджерды. По свежей сочной зелени лугов разрослись в разных направлениях старые оливковые деревья. Своими толстыми корявыми стволами они издали напоминали мне наши ветхие дуплистые ивы. Такие древние рощи свидетельствуют о стародавнем разведении оливковых деревьев в крае; и действительно, известно, что еще во время римского владычества олива составляла один из главных продуктов провинции Африки, как вся эта область называлась тогда римлянами.

Местами по склонам холмов зеленели густые виноградники. В противоположность оливе, лоза находится

106

ПО СЕВЕРНЫМ ОКРАИНАМ АФРИКИ

здесь, можно сказать, в зачине, так как она в более обширных размерах стала разводиться в Тунисии лишь с появления в ней европейских колонистов. И действительно, с водворением французов виноделие широко развилось

вкрае. Более всего приготовляется очень хорошее красное вино, которое перевозится даже во Францию.

Внедавно покинутом мною Египте я не встречал ни оливы, ни виноградной лозы, а по долине Меджерды мне вовсе не попадались ни финиковая пальма, ни банан, которыми изобилует Египет. Финики зреют, правда, в южной части Тунисии, особенно по оазисам Сахары. Такое несходство растительного царства явно намекает на различие климатов в этих областях по северным окраинам Африки. И действительно, в Тунисии на воздухе мне показалось гораздо свежее, чем в долине Нила; недаром Тунис лежит градусов на семь севернее Каира. В настоящее зимнее время, однако, здешняя растительность под влиянием дождей сильно оживилась, луга и леса кругом весело зеленели и цвели, горные ручьи наводнялись и с шумом устремлялись к морю. По долине нередко приходилось проезжать мимо рощей, усаженных эвкалиптами. Эти деревья завезены сюда из Австралии европейскими переселенцами для предохранения от заразительной лихорадки, против которой эвкалипты служат отличным предохранительным средством. Но здешние рассаженные правильными рядами деревья показались мне какими-то хилыми и тощими

всравнении с теми могучими эвкалиптами, какие приходилось видеть в Австралии.

107

Э. Р. ЦИММЕРМАН

Чем далее наш поезд несется все по той же долине, тем гористее становится окружающая местность. Иной раз рельсы пролегают словно в теснине между отрогами Атласа, на вершинах которых стоят развалины как сохранившиеся следы римского владычества. Вот наконец мы въехали в так называемое ущелье Меджерды. Стесняемая горами река образовала здесь такие резкие извилины, что нам в короткий срок пришлось перебраться по девяти мостам, которые быстро следовали один за другим. В иных местах мостики проложены также через горные ручьи, которые, пенясь и бушуя, вливаются в главную реку. Переехав на правую сторону реки, поезд понесся вдоль берега по весьма плодородной, покрытой хлебными полями долине. Но странно, несмотря на этот хорошо возделанный край, здесь нигде не попадаются селения, состоящие из совокупности нескольких жилищ. Напротив, везде показываются лишь одинокие усадьбы, как бы затерявшиеся среди необитаемой местности. Переехав наконец границу Алжирии, мы часу в пятом подкатили к дебаркадеру Сук-Араса, где я и покинул вагон.

Меня немало удивило, когда в этом пограничном городе мой багаж поступил в таможню и подвергся поверхностному, правда, осмотру. Таким образом, продукты, перевозимые из французского протектората в Алжирию и даже во Францию, подлежат таможенной пошлине, и наоборот, товары, привозимые из Франции и Алжирии в Тунисию, точно так же поступают в таможню. Итак, предметы, производимые французскими ко-

108

ПО СЕВЕРНЫМ ОКРАИНАМ АФРИКИ

лонистами и продаваемые французским потребителям, облагаются, как чужестранные, пошлиной единственно ради фискальной меры. Однако такая мера, по уверению французских публицистов, не приносит правительству никаких выгод, а только вредит успехам колонизации, сильно тормозя ее.

Расположенный на невысокой холмистой площади, этот городок с его шестью тысячами жителей обязан своим возникновением французским колонистам. Здесь в первый раз не застал я никаких следов старого туземного города, и если до появления французов тут обитали туземцы, то они жили, как надо полагать, в простых шалашах. Занимая весьма выгодное положение среди плодородной местности, служащей превосходным пастбищем для рогатого скота и овец, изобилующей, сверх того, отличным строевым лесом по горам, Сук-Арас поддерживает с Тунисией оживленные торговые сношения, несмотря даже на таможенные путы. Французы вообще немало гордятся, указывая на быстрое развитие этого местечка. Город, впрочем, не отличается роскошными постройками: двух- и трехэтажные дома представляют обыкновенные простые здания. Обширный крытый рынок служит главным средоточием для хлебной торговли: здесь частью в мешках, а частью грудами на земле лежали образцы пшеницы, ячменя, проса. На другом открытом рынке производилась торговля скотом. Более щеголеватое здание занято думой. Оно увенчано куполом с башенкой на нем и крестом; под куполом красуются большие часы, а под ними начертаны слова: Liberté,

109

Э. Р. ЦИММЕРМАН

égalité, fraternité, — как излюбленный французами девиз, который они переносят с собою во все части света, но которому, к сожалению, нигде не суждено осуществиться.

Выходя из города, я на холмике увидел собрание римских скульптурных произведений. Они найдены

вздешних окрестностях и выставлены владельцем вроде как бы музея под открытым небом. Тут полукругом расположены сохранившиеся остатки мраморных статуй

втогах, несколько барельефов, два торса без голов, мраморные тумбочки с высеченными на них надписями от 380-го года до Р. X., а на двух столбах торчат капители с древних колонн.

Близь Сук-Араса на юге находятся еще другие остатки римских развалин, служащие наглядным признаком, что эта местность была встарь довольно густо населена. Вообще, как в Алжирии, так и в Тунисии встречается много руин вроде акведуков, цистерн, каменных мостов, башен, амфитеатров. Такие следы минувшего пребывания в крае цивилизованных колонистов свидетельствуют о произведенных в разные эпохи попытках культурных наций ввести цивилизацию в северные области Черного материка. Немногие края подвергались в течение тысячелетий таким крутым переворотам, как эти северные окраины Африки. И в самом деле, начиная с 880 года до Р. X. карфагеняне в течение с лишком шести столетий господствовали в стране, открывая по берегам свои фактории, созидая города, строя водопроводы и другие здания, необходимые для удобного житья их колонистов.

110

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]