Геополитика. Конспект лекций

Послевоенные западные представители политического идеализма – американские авторы, юристы-специалисты по международному праву, Греневиль Кларк, Луис Б. Сон, эмигрировавший из Польши в 1939 г., в работе «Достижение всеобщего мира через мировое правительство. Два альтернативных плана» (1958) не призывают прямо к учреждению мирового правительства, но настаивают на увеличении роли надгосударственных структур.

Социальный популизм «теологии освобождения» никогда не принимался официальным Ватиканом. Но теоретики и практики новейшего неотомизма П. Тейяр де Шарден, Ж. Маритен, К. Войтыла (Иоанн Павел II) в своих социально-политических концепциях отстаивали гуманистические и либеральные идеи. Покойный Папа Иоанн Павел II, осуждая марксистские симпатии «теологии освобождения», поддержал многие ее тезисы. Ушедший понтифик, например, писал: «…зло неравенства и угнетение, поражающее миллионы, прямо противоречит Христову Евангелию…» Складывается либеральная католическая теология (Ганс Кюнг, Джон Картни Мерей и др.)

Следующий ватиканский предстоятель, Бенедикт XVI, отметим, в период своего понтификата (2005–2013) занимал более консервативные позиции. Действующий римский папа – Франциск I сосредоточился пока на церковной реформе.

Но в целом, начиная со II Ватиканского Собора (1962–1965), современный неотомизм с большей или меньшей последовательностью придерживается следующих положений:

•ответственность богатых и влиятельных государств за помощь бедным, слаборазвитым странам и народам;

•ответственность церкви за благотворительность, использование церковного влияния на правящие группы и состоятельных людей для привлечения «сильных мира сего» к активной социальной политике;

•развитие классического для католиков учения о свободе воли. Сторонником «морального компромисса» в политике и для по-

литиков был Макс Вебер. Он разделил этику убеждений и этику ответственности: первая руководствуется исключительно императивами абстрактной совести, вторая – реалиями. Соотношение между ними каждый государственный деятель определяет для себя в конкретной ситуации. Своеобразную идею институционализации нравственных требований в политике сформулировал, в частности, современный немецкий политолог Б. Сутор.

21

Противоречивая роль права и морали в мировой политике несомненна. Де-юре принципы международной системы (Устав ООН; Декларация о принципах международного права, 1970 г.; Заключительный Акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, 1975 г.) приняты всеми игроками. Де-факто господствует реализм.

3. Новейший политический реализм как способ анализа международных отношений имеет автора, считающегося основоположником, американского специалиста-международника немецкого происхождения Ганса Моргентау (1904–1980). Именно с его «легкой руки» своеобразной нормой в западной, да и отечественной, теории международных отношений стало обвинение сторонников политического идеализма (В. Вильсона,

Н.Чемберлена) в «развязывании Второй мировой войны». Предшественник Моргентау – американский автор межвоенного

периода – Оппенгейм. Он еще в 1920 г. писал: «Если государства не могут сдерживать друг друга, то никакое международное право не поможет». Кроме того, чуть ранее Моргентау, последовательный реализм в теории МО отстаивал британский автор Эдвард Харлетт Карр (работа «Двадцать лет кризиса: 1919–1939» опубликована в 1939 г.).

Непосредственно теме национального интереса посвящена работа Г. Моргентау «Международные отношения, общий смысл и теория» (1967). Справедливо указав на то, что международные отношения остаются местом столкновения интересов и баланса сил, Моргентау исходит из принципа равновесия в биполярном мире.

По мнению Моргентау, есть две совершенно разные ситуации. Одна – знание того, что все государства следуют моральному закону, другая – реальное понимание, что в каждом отдельном случае любое государство увидит свои интересы, причём это видение неизбежно окажется конфликтным. Нельзя смешивать универсальную общечеловеческую мораль и реалистические установки властных кругов конкретного государства.

Принципы реализма в межгосударственных отношениях:

•в политике, в том числе – международной, действуют объективные законы;

•главное для государства – «интерес, выраженный в терминах власти» (Г. Моргентау);

•содержание государственных интересов меняется;

•высшая добродетель для государства – умеренность, осторожность, поддержание баланса сил;

22

•нельзя считать действия одной нации исключительно моральными, другой – абсолютно неправомерными;

•необходимо считаться со сложной природой человека, в том числе – государственного деятеля (человек не только следует универсальным нравственным заповедям, человек, зачастую, эгоистичен).

Европейскую традицию послевоенного политического реализма

заложил классик французской социологии Раймон (Реймон) Арон (1905– 1983). Политический реализм Арон дополнил историко-социологи- ческим подходом. Международные отношения Арон почти по Гоббсу отождествлял с естественной борьбой «всех против всех», Арон, как и Моргентау, отвергает абстрактно-нормативный подход.

При этом Арон, профессиональный социолог и социальный философ, стремился применить к международным отношениям социологический анализ, указывая на важность социально-экономических, социокультурных, нравственных факторов во внешней политике. Пофранцузски остроумно, международные отношения сравниваются со спортом, а теория международных отношений и политическая практика надгосударственных структур рассматривается как своеобразный арбитраж – выработка правил игры и контроль за их соблюдением.

Социология МО, по Арону, предполагает изучение детерминант и закономерностей, этических, социальных, иных, обусловливающих развитие международных отношений. В реалистическом духе Арон считает войну продолжением политики и большое внимание уделяет анализу войн. В доиндустриальную эпоху социологический анализ международных отношений предполагал решение следующих вопросов: «Какие группы получают выгоду от войн и завоеваний?»; «Как связаны организация армии и организация общества?» В новейших условиях «балансирования на грани войны» (работы Арона опубликованы в разгар «холодной войны») стабильность мира во многом зависит от правителей. Социологические проблемы международных отношений – социология средств войны, выявление соотношений между приоритетами внешней политики, исследование социокультурных и антропологических факторов, объясняющих ход войн, нерешенные задачи состоявшейся и гипотетических войн. Системный подход к международным отношениям позволяет Арону выделить направления их изменений.

Арон выделил три структурных измерения международной системы:

•конфигурация соотношения сил;

•иерархия акторов;

23

• гомогенность или гетерогенность состава.

Социологический поход Арона к исследованию международных отношений предполагает:

•конфликт между государствами и другими акторами – нормальное явление (мирное состояние – аномально);

•в индустриальную эпоху невоенное достижение своих целей стало более рентабельным (Арон прямо отмечает, что в доиндустриальном обществе завоевание для победителя – рентабельный вид деятельности, в индустриальную и информационную эпоху – «экономическая прибыль, которая может быть получена в результате войны, смехотворна по сравнению с тем, что дает простое повышение производительности труда» (цит. по: Ланцов С. А. Мировая политика и международные отношения: конспект лекций / С.А. Ланцов. СПб. : Изд-во В. А. Михайлова, 2000. С. 20));

•«Мир – невозможен, война – невероятна» (Р. Арон) – очевидный парадокс, обусловливающий противоречивый ход новейшей истории;

•несмотря на определенное сглаживание противоречий между ведущими индустриальными державами, война остается для многих стран приемлемым способом достижение внешнеполитических целей;

•ведущим направлением в социологии МО становится теория принятия решений, большое внимание уделяется деятельности лиц, принимающих решения-ЛПР (этой проблематике значительное внимание уделяет вся «школа Арона»).

Как и один из видных оппонентов реализма Джеймс Розенау, Арон

признает постоянную незавершенность любой социологической теории, в т. ч. – теории международных отношений. Арон, как мы уже отметили выше, сочетает реалистический объективизм и социологический анализ, т. е. ранее создателя американского модернизированного реализма

К.Уолца указывает на ограниченность строго реалистического подхода.

Р.Арон вводит не ставший общепризнанным термин – праксеология. Праксеология – это неизбежная, даже при прагматическом подходе, нравственная оценка действий акторов. Праксеология, по Арону, включает и строго реалистические базовые тезисы:

•международные отношения – отношения между политическими единицами;

•структура международных отношений всегда носит олигополистический характер (олигополия, в дословном переводе с классического греческого «несколько торговцев», – рынок, контролируемый не-

24

сколькими влиятельными игроками);

•от лица государства действуют как минимум два персонажа – дипломат и солдат;

•теория международных отношений исходит из различных подходов к принимаемым решениям и, следовательно, возможного риска военных столкновений.

4.Очевидные научные достоинства классического реализма (объективизм, детерминизм, концептуальная строгость) не отменяют его теоретической ограниченности. На рубеже пятидесятых-шестидесятых годов ушедшего века реализм как основная модель международных

отношений стал подвергаться критике влиятельной группой западных авторов, которых весьма условно объединили под рубрикой «модернизм в теории международных отношений» (Кууинси Райт, Мортон Каплан, Карл Дойч, Дэвид Сингер, Калеви Холсти и др.). Общие их тезисы весьма просты, но, несомненно, объединяют различных, и по методам,

ипо взглядам исследователей:

1.Необходимость преодоления «крайностей» политического реализма (эти явные крайности реализма - отрицание связи внешней и внутренней политики; излишне примитивное толкование категории «национальный интерес; преувеличение роли силы и (или) баланса сил; исключение из рассмотрения иных, внегосударственных и не силовых, факторов международной жизни, снижающее достоверность исследования; рассмотрение в качестве акторов только государств и блоков).

2.Критика прямолинейного объективизма и детерминизма реалистов, признание того, что реалистический и геополитический подходы не преодолевают абстрактность и интуитивизм.

3.Дополнение исключительно политического (государственнического) подхода к международным отношениям социологическим, исследование на микросоциологическом уровне.

4.Использование методов эмпирического и фактологического анализа, квантификации, математических моделей, стремление применить к анализу МО классический социологический аппарат – сбор социальных фактов и их безоценочная внеинтуитивная систематизация, отказ от поспешных интерпретаций и обобщений.

5.К анализу МО модернисты применили и другие стандартные социологические методы – позитивизм, социал-дарвинизм, органицизм, бихевиоризм, структурный функционализм.

25

С долей условности первым автором-модернистом считается К. Райт. Кууинси Райт в 1930–1950-е гг. был научным консультантом при правительстве США. В его текстах четко проявляется противоречие между гуманистическим политическим идеализмом и прагматизмом политического реализма. В послевоенный период К. Райт стал «крестным отцом» модернизма в теории международных отношений (ТМО).

В работе, написанной, когда в мире бушевала Вторая мировая война («Исследование войны», 1942 г.), Райт еще не использует термины «модернизм» и «конфликтология». Но, по сути, заложены не только фундамент модернистского анализа МО, но и база для конфликтологических подходов. К. Райт отмечает, что конфликты далеко не всегда играют деструктивную роль. По словам Райта, «сосуществование противоречивых позиций служит условием общественного прогресса».

Райт прямо полемизирует с Оппенгеймом (важнейшие тексты Моргентау появятся после войны). Нельзя полностью игнорировать договоры и сложившиеся нормы международного права.

Нелепо отрицать существование в развитом и полуразвитом мире общественного мнения, которое оценивает свою страну с нравственных позиций, далеко не всегда следуя принципу «This is my country, right or wrong» (более поздний исторический пример – массовое движение в США против вьетнамской «грязной войны»). Существуют различные варианты международной солидарности (в годы Гражданской войны организовать полноценную помощь Белой гвардии западные страны не могли по банальному обстоятельству – рабочее движение и интеллектуалы леволиберальных взглядов симпатизировали первому победившему режиму социальной справедливости, набранные из молодых людей низшего сословия, американские и французские солдаты были ненадежны в борьбе с Советами).

Сам «баланс сил» (ключевой термин всякого реализма), если его рассматривать как объективную социально-политическую реальность, амбивалентен. Межгосударственный и межблоковый баланс сил не абсолютен и не статичен. Он подвижен и динамичен: усиление одного государства или блока двух-трех стран почти неизбежно рождают новую коалицию, которая этим странам (или одной, усилившей свой потенциал, стране) противостоит.

Одним словом, баланс сил саморазрушается – его внутреннее развитие становится причиной его распада. И Райт более полувека назад выделил несколько достаточно объективных тенденций, которые в

26

новейшее время и сейчас, в начале ХХI в., способствуют трансформации любого баланса сил в нестабильную систему, устроенную на принципах регулярно нарушаемых договоров и определенного учета взаимных интересов, а не на простом «равновесии страха»:

•неизбежное столкновение модернизированных тираний и их демократического окружения;

•революционное и национально-освободительное движение, которое объективно действует вне реализма: оно основано де-юре (далеко не всегда де факто) на определенных позициях, ценностных

иморальных принципах;

•победившая революция, как правило, означает смену не только режима, но и внешнеполитической ориентации вновь созданной или радикально изменившейся страны;

•развитие демократии;

•новые виды оружия;

•появление международно признанных малых государств;

•формирование более гибких межгосударственных блоков.

Впослевоенных работах К. Райт, разумеется, анализирует сложившуюся биполярную геополитическую ситуацию. По мнению этого американского специалиста, выход из явно конфликтной биполярности мог бы лежать в увеличении числа «центров силы». В какой-то мере это случилось на практике – «эрозия биполярности» в 1960-е гг. способствовала разрядке семидесятых.

Райт описывает суверенитет как двуединство – верховенство в установлении правопорядка и самостоятельный статус в международных отношениях. Разумеется, в обозримой перспективе нации не откажутся от суверенитета. Суверенитет способствует общественному и государственному развитию, делает государство посредником не только между индивидом и социумом, но и между индивидами, обществом

иглобальным сообществом.

Прямо Райт не настаивает на «мировом правительстве», но критикует излишнее стремление к взаимной независимости государств. «Избыточный» суверенитет разрушает межгосударственную гармонию и способствует обострению конфликтов, рождает противоречия между внутригосударственным и международным правом. Райт отмечает тенденцию к передаче части национального суверенитета мировому сообществу. Эта тенденция долгосрочна, но она была прервана с обострением геополитических конфликтов в конце ХIХ–ХХ вв. (формирование

27

устойчивых антагонистических коалиций, две мировые и холодная войны). Райт осуждает стремление к ограничению роли межгосударственных организаций, в частности ООН. Их роль в условиях процесса, который Райт еще не называл глобализацией, должна возрастать:

•тенденция к мирному сосуществованию;

•распространение различных форм толерантности;

•сочетание интересов.

Неолиберализм (современные политико-идеалистические подходы) принимает модернистские тезисы. Своеобразным «мостиком» от модернизма к неолиберализму стали работы уже признанного классиком американского автора-модерниста – Дж. Розенау.

Джеймс Розенау (1924–2011) участвовал в деятельности Демократической партии США. По его определению, предмет ТМО – совокупность действий и взаимодействий субъектов международной системы. Среди исследовательских методов Розенау – сочетание политического и структурного анализа, а также компаративистика. Для ТМО (как и для социологии вообще) характерна «имманентная незавершенность знания». В рамках подобной незавершенности можно предложить два подхода к ТМО:

•система МО – результат взаимодействия наций-государств (это многообразные варианты политического реализма);

•МО – сложная самостоятельно развивающаяся система, способная воздействовать на нации-государства (общий тезис модернистских моделей).

Дж. Розенау принимает второй подход. Розенау рассматривает мир

как международную систему, а не как глобальное интегрированное сообщество. Основные характеристики международной системы:

•создается действиями многих акторов;

•является результатом синергетического взаимодействия разных факторов;

•акторы в ней не всегда известны;

•все более активную роль в ней играют «акторы вне суверенитета», транснациональные корпорации (ТНК), международные организации, как межправительственные, так и созданные формирующимся «глобальным гражданским обществом»;

•все большую роль в ней играет международная кооперация.

Еще в пятидесятые-шестидесятые годы ХХ в. Дж. Розенау (работа

«Мировая политика в движении. Теория изменений и преемственности»)

28

идругие либеральные исследователи указывали на «становление нового глобального порядка». Характеристики данного незавершённого, продолжающегося процесса:

•кризис традиционных международных отношений, основанных на реалистической парадигме;

•несводимость формирующегося миропорядка к межправительственным отношениям;

•выход из-под контроля великих держав многих глобальных процессов;

•появление новых, неподконтрольных государствам и блокам «акторов вне суверенитета».

В1969 г. Розенау высказал неприемлемую для реализма и традиционной геополитики идею о взаимосвязи между внутренней и внешней политикой государства, между общественной обстановкой внутри страны

иеё участием в МО. Исследуются социально-экономические и социокультурные факторы, влияющие на международное поведение государств.

Розенау, как и многие предшествующие модернисты, активно использует микросоциологический анализ. По словам Розенау, новыми символическими фигурами во внешней политике стали «турист и террорист», пришедшие на смену «солдату и дипломату» Р. Арона. Акторами новых, рождающихся на наших глазах международных отношений стали государства, подсистемы (властные органы внутригосударственного, регионального и местного уровней), ТНК, общественные движения, когорты (т. е. в той или иной степени институциализированные группы – церковь, научное сообщество и т. п.).

В1971 г. Розенау сформулировал собственный взгляд на системный подход к анализу международных отношений (в рамках модернизма сложился целостный взгляд на международную систему, его рассмотрим в Лекции № 8). Мировая система, по мнению Розенау, включает:

•мировую структуру;

•индивидов – творцов политики, поэтому в систему входят их посты, статусы и роли;

•структуру правительства, в котором действуют эти индивиды;

•управляемое данной властью общество;

•систему отношений между национальным государством и другими участниками МО;

•неправительственные организации и других «акторов вне суверенитета».

29

Розенау использует факторный анализ, предполагая, что в его состав входят и сравнительные исследования. В рамках этого подхода он сформулировал «предтеорию внешней политики». «Предтеория» включает взаимосвязи и взаимодействия правительственных (внутренних) политических систем и международной политической системы.

Дж. Розенау в работе «Нестабильность в мире» (1990), пишет о том, что мир тесно взаимосвязан, «акторы вне суверенитета» действуют все активнее. В других работах 1990-х гг. Розенау видит рождение постмеждународной политики, в рамках которой внутренние факторы, социокультурные, социально-психологические и другие, активно влияют на внешнюю политику.

По мнению Розенау, контакты в рамках постмеждународной политики осуществляются по-новому. Наряду с первым миром мировой политики – межправительственными отношениями, складывается второй полицентричный мир, характеризующийся турбулентностью, бифуркационностью, непредсказуемостью. При поверхностном взгляде, эти миры противоположны, но между ними рождаются все новые взаимосвязи и взаимоотношения.

5. Диалог классики реализма с модерном породил в семидесятые годы ушедшего века новую версию политического реализма, названную –

«неореализм» или «структурный реализм» (реже – «структурализм»). Его создатели – американские исследователи Кеннет Уолц (Уолтс) (книга «Теория международной политики», 1979), Роберт Гилпин, Джозеф Грейко. Следуя сложившимся в классическом реализме представлениям о международной политике, как месте столкновений государственных и блоковых интересов, К. Уолц признал появление новых акторов, зачастую не менее влиятельных, чем национальные государства, а также противоречивое единство современного мира.

Барри Базан (Бузан, англ. Buzan), скандинавский международник, близкий к неореализму, рассматривает другую сторону новейших гло- бально-интеграционных процессов – регионализацию. Региональные аспекты международного взаимодействия характеризуются двумя переменными:

1)соотношение сил;

2)«дружелюбие-враждебность» региональных акторов при участии

врегиональных отношениях великих держав.

Во франкоязычной социологии международных отношений почти не используется термин «структурный реализм». Ученики и

30