Феноменология
Основателем этого направления является немецкий мыслитель Эдмунд Гуссерль (1859 – 1938), провозгласивший тезис «Назад к вещам», означающий отказ от навязанных предпосылок, стереотипов и методологических шаблонов и обращение к первичному, изначальному опыту познающего сознания.
В его понимании философия должна рассматриваться как универсальная наука о феноменах сознания, имеющая строгое обоснование. Чтобы выделить чистую структуру сознания, его необходимо очистить от эмпирического содержания. Способом такого очищения должна стать, по мысли Гуссерля, феноменологическая редукция, которая позволяет сознанию освободиться от смысла, навязываемого естественными науками (от того, что мыслитель называл «естественной установкой»). Результатом ее применения становится чистый феномен сознания, свободный от индивидуальных характеристик и обладающий интенциональностью (направленностью на какой-либо предмет, заинтересованностью в рассмотрении чего-то). Интенциональность, согласно Гуссерлю, является ключевым свойством сознания («Всякое сознание интенционально»), делая его постоянным процессом смыслообразования. Феноменология оказала влияние на другие философские направления XX в. (например, экзистенциализм, герменевтику), также она легла в основу понимающей социологии (А. Шюц) и ряда психотерапевтических подходов (экзистенциальный анализ А. Лэнгле и др.).
Герменевтика
Герменевтика предстает в двух аспектах: как теория и практика истолкования текстов, известная со времен Средневековья, и как философское учение о понимании.
Слева Ф. Шлейермахер, справа Х.-Г. Гадамер
Родоначальником герменевтики как общей теории понимания считается немецкий философ и богослов Фридрих Шлейермахер (1768 – 1834), который ввел понятие «герменевтический круг» – принцип понимания текста, основанный на том, что понимание части текста невозможно без понимания целого, а понимание целого невозможно без понимания его частей (для того, чтобы правильно перевести отдельное слово, необходимо рассматривать его в контексте предложения, в котором оно находится, в свою очередь, для понимания смысла всего текста необходимо понимание входящих в него предложений). Его последователь Ханс-Георг Гадамер (1900 – 2002) придал герменевтике статус методологии гуманитарного познания (например, исторического) и одновременно развил философскую герменевтику, рассматривая понимание как онтологическую категорию (способ бытия человека в мире).
Постмодернизм
Постмодернизм возник во второй половине XX в. Он не является единым направлением с общей программой и общими идеями, это, по сути, продолжение нескольких вышерассмотренных направлений. Постмодернизм также может быть рассмотрен как литературно-художественный стиль, характерный для современного (точнее, «постсовременного») искусства. Представители: Жак Деррида (1930 – 2004), Жан-Франсуа Лиотар (1924 - 1998), Жиль Делез (1926— 1994), Жан Бодрийяр (1929 - 2007) и др. Само название этого направления («после модерна») указывает на то, что постмодернизм считает себя отличным от модерна, т.е. от тех ценностных установок и идей, которые сложились в Новое время (XVII – XIX вв.), а наиболее радикальные постмодернисты противопоставляют себя модерну с его культом разума, верой в прогресс, абсолютной истиной и т.д. Основными характеристиками постмодернистской философии являются:
преодоление философской классики с ее поклонением рационализму, гуманизму, оптимистическим утопиям будущего, ориентация на «деконструкцию» предшествующей культуры и философии;
отказ от использования категорий «истина», «первопричина», «субстанция», «трансцендентное», от поисков Абсолюта, отсюда идея изменчивости, текучести, виртуальности мира;
выраженный антисциентизм, критика научно-технического прогресса: технотронная цивилизация привела к распаду личности и дегуманизации, современные информационные технологии позволяют манипулировать человеком;
гносеологический релятивизм (утверждение относительности любых научных истин), наука рациональна не больше, чем миф, и переполнена идеологией, она должна быть уравнена в правах с религией и магией;
склонность к иррационалистическому философствованию (тема игры, иронии, абсурда, бессознательного, шизофрении);
сближение философии с искусством, понимание ее как особого литературного жанра;
замена объективной реальности знаково-символическими картинами мира («Вне текста ничего нет» (Ж. Деррида)), общество, по мнению постмодернистов, производно от принятых в нем речевых практик.
Если же рассматривать литературно-художественный стиль постмодернизма, его эстетику, то ей присущи, в противовес классической эстетике, такие моменты, как:
стилевой плюрализм и анархизм;
«клипованность» (фрагментарность), отсутствие единства места, времени и действия в сюжете;
ироническое цитирование и передразнивание художественных традиций;
эпатажность, «работа на публику»;
стирание граней между элитарным и массовым искусством, смешение искусства с внехудожественными формами.
Жак Деррида («О грамматологии») – создатель философской стратегии и одновременно литературно-художественного приема деконструкции, связанного с переописанием и переосмыслением произведения посредством разбора на части и анализа (или изменения) контекста («…грамматическое, лингвистическое, риторическое значение деконструкции связаны с «машинностью» – сборкой-разборкой машины как целого для транспортировки в другое место»). Сутью классического философского мышления Деррида считал логоцентризм – власть логики и знания, иерархии и порядка.
Слева Ж.-Ф. Лиотар, справа Ж. Бодрийяр
Жан-Франсуа Лиотар в «Состоянии постмодерна» охарактеризовал постмодернизм как «недоверие метарассказам», где под метарассказами понимается приписывание каким-либо знанием, какой-либо практикой себе монополии на истинность, на ведущую роль (например, так поступали философия, наука модерна). Жан Бодрийяр известен не только как философ-постмодернист, но и как социолог, разработавший концепцию «общества потребления» («Общество потребления. Его мифы и структуры»): «Обществом потребления является то, где не только есть предметы и товары, которые желают купить, но где само потребление потреблено в форме мифа. Трудно отрицать, что речь здесь идёт об опасном превращении социального метаболизма, несколько похожем на то, чем является рак для живых организмов: о чудовищном разрастании бесполезных тканей». В этом обществе не потребности являются основанием для производства товара, а наоборот - машина производства и потребления производит «потребности». В акте потребления потребляются не товары, а вся система объектов как знаковая структура. Будучи знаками, вещи к концу XX в. окончательно перестают что-либо означать и становятся «симулякрами» («Симулякр – истина, скрывающая, что ее нет»). Симулякры превращают социальную реальность в «гиперреальность», порожденную «техническим безумием совершенного и сверхточного воспроизведения» (образов, звуков и пр.).